Глава 18

На следующий день сразу после обеда, когда мужчины ушли отдыхать, маменька собрала нас всех шестерых и устроила самый настоящий разбор полетов по вчерашнему балу.

Поначалу я даже опешила, но мои подруги отнеслись к этому моменту очень серьезно.

Это чуть позже я поняла, что маменька, как представительница всех шестерых девушек, на их знакомстве с двором и монаршим семейством несла за всех нас огромную ответственность. И случись какой-нибудь конфуз или неприятность хоть с одной из нас, пострадала бы именно ее репутация, да и репутация рода Раевских в целом!

Поэтому первым делом она всех нас похвалила за прекрасно пройденное испытание. А потом начала спрашивать кто с кем и сколько танцевал, о чем беседовал и что интересного показалось на балу.

Поначалу неуверенно, а потом все более восторженно и весело мы начали делиться своими впечатлениями. Но что самое интересное, маменька всех нас очень внимательно слушала и для каждой находила поощрительное или подбадривающее слово.

Признаться, я поначалу не поняла, зачем ей выслушивать весь этот девичий лепет. Однако, потом до меня дошло, что это в первую очередь было нужно нам самим! Каждой из нас хотелось высказаться, поделиться всем тем, что буквально распирало после первого в нашей жизни бала. Ведь с самого утра мы были на занятиях и обсудить детали нам просто было некогда! А еще хотелось спросить совет у искушенной в светских делах княгини! И она дала нам возможность выплеснуть эмоции, чтобы продолжить разговор уже с более рассудительными и умиротворенными собеседницами.

— Наташ, а как тебе этот Шуйский? Ты с ним целых три танца танцевала, а потом еще и за ужином сидела! — Блестя глазами, спросила Нанико.

— И что? С Дусей он тоже танцевал и с Тинико, к слову. — Деланно равнодушно ответила она.

Однако, ее предавала довольная улыбка, что помимо воли девушки наползала на лицо. И, увидев наши заинтересованные взгляды, она сдалась.

— Ну ладно. Да, Василий Иванович оказался очень приятным молодым человеком. Но это ничего не значит! Вы лучше спросите у Вари, как ей ее воздыхатель? Князь Багратион весь вечер вокруг нее кружил, аки ворон!

Щечки Вари порозовели, но оказалось вовсе не от удовольствия.

— Более настырного поклонника мне еще видеть не приходилось! — Смущенно и как-то расстроенно проговорила она.

— Можно подумать их у тебя было пруд пруди! — Не могла не вставить свои пять копеек Лида.

— Нет, конечно. — Смутилась Варя. — Но такое пристальное внимание мне не понравилось.

— А может, тебе понравился кто-то другой? Потому князь Багратион и удостоился столь нелестной оценки? — Как оказалось очень точно заметила Тинико.

— И что с того! — Чуть не подпрыгнула на месте Варя.

«Ого! А под маской сдержанности оказывается скрывается очень темпераментная натура!» — С удивлением поняла я.

— И кто тот счастливчик, который привлек внимание нашей скромницы? — Заинтересовалась Лида.

Варя же как-то слишком сильно разнервничалась. Было видно, что она хотела, что-то сказать, но сдерживалась.

— Девочки, не давите на подругу. Разве вы не видите, что она еще не готова поделиться с вами сокровенным! — Вступилась за нее княгиня. — Захочет сама расскажет, а пытать никого не нужно! Каждый из вас имеет право на свои сердечные тайны.

Мы все тут же опустили глаза. Действительно, что это все так на Варю насели? Но ведь интересно же!

— Да тут нету никакой тайны. — Опустив плечики проговорила девушка. — Его и на балу-то не было. Да и видит он во мне лишь ребенка, а потому тут и говорить не о чем… — Но потом сдвинув бровки добавила. — А Роману я еще потом сама все выскажу!

— Значит он уже просто Роман?! — Тут же зацепилась за оговорку Лида и снова заинтересованно посмотрела на Варю.

— Да мы с детства знакомы! — Не удержалась и всплеснула она руками. А потом снова потупилась и тихо добавила. — Как и с его братом…

— Это с Петром Ивановичем, что ли? — Не поверила Лидия. — Нашим прославленным военачальником?

А я чуть в не задохнулась от накатившего восторга: «Вот она, история, оживающая на твоих глазах, Дусенька! Есть! Есть и в этом мире этот выдающийся человек! А ты еще думала-гадала на этот счет!»

— Ну, да. — И залилась краской.

От чего всем нам сразу стало понятно о ком на самом деле мечтает наша подруга.

— Но он ведь старый совсем! — Искренне изумилась Наташа.

— И ничего не старый! — Тут же встала на защиту полководца Варя. — Ему всего тридцать лет! Зато он столько для страны совершил, как не каждый убеленный сединами муж! И еще… — Тут она немного успокоилась и снова стала на себя похожа. — Еще он очень добрый и чуткий…

— Кто чуткий? — Глаза Лиды расширились раза в два. — Маменька говорила, что большего солдафона ей в жизни видеть не доводилось!

— Да, он военный до мозга костей! Это его призвание, если вы не забыли! — Словно обиженный боевой воробьишка встрепенулась Варвара. — Но это не значит, что он не может быть добрым и чутким! Просто он редко эти качества демонстрирует посторонним вот и все!

— Ну, раз ты так считаешь… — Тут же сдала назад Лидия и опустила глаза. Что было на нее совсем не похоже.

А чуть позже я поняла, что она тоже очень чуткий и добрый человек, просто демонстрирует это отнюдь не каждому …

— А Долгорукий-то весь вечер от тебя не отходил… — Решила я перевести стрелки. — А за ужином рассказывал что-то такое интересное, что все твое внимание было приковано только к нему!

Да-да, я все видела, так как сидела как раз напротив этой пары.

Лида на это лишь фыркнула, однако довольный блеск глаз выдал ее истинное отношение к сказанному.

— Что поделать, если этот путешественник знает столько интересных вещей? Вон, даже ты была бы не против еще раз расспросить его о Японии.

— С этим сложно поспорить. — Улыбнулась я в ответ.

— А мой кавалер только и мог, что сыпать комплиментами! — Возмутилась Тинико. — Нет, я не спорю, что это приятно, но не весь же ужин! Да и нести такой бред еще нужно постараться! Особенно меня поразило его: «О! Ваши пальчики так изящны, что даже вилка смотрится в них, как стебель цветка!» — Нет, ну вы представляете себе это? Или: «Ваши белые зубки, словно жемчужинки в створках раковины!» — Это что, я такая безгубая или также редко открываю рот?

Мы от этих откровений хохотали так, что к нам в комнату даже заглядывал встревоженный лакей.

Мы еще долго обсуждали наши похождения на балу и делились своими впечатлениями и все это время княгиня с интересом нас слушала и поддерживала или давала какие-то советы.

Мне оставалось только удивляться и восхищаться маменькой! Она не просто старалась подбодрить каждую из нас, но действительно помочь в наших первых шагах взрослой жизни! Ведь по сути для многих именно первый бальный сезон должен был стать билетом в их будущую жизнь. Именно после таких сезонов и складывались пары, выходили замуж и женились!

Одного маменька не знала и знать не могла: мы все еще неделю назад договорились, что не выйдем замуж пока не отучимся в нашей будущей магической гимназии и не убедимся в том, что наши будущие избранники не будут против наших занятий магией.

— Клянемся! — И я выставила вперед руку.

— Клянемся! — Уверенно проговорила каждая из нас и положила свою руку поверх предыдущей. Прямо как в фильме о мушкетерах!

И я не выдержала и добавила. Ну вот вылезло, как говорится, навеянное все теми же мушкетерами!

— Один за всех и все за одного!

Девиз девчонкам очень понравился! Хотя, честно говоря, до этого я очень скептически относилась к разного рода женским сообществам. Но вот именно в тот момент я поняла, что в нашей компании зарождается будущее гимназическое братство, (не назовешь же сестринством, честное слово!) и некие его традиции. И пусть женская дружба понятие довольно специфическое. Кто-то в нее верит, кто-то нет. Только вот тут речь не совсем о дружбе, а о нечто большем! О некоем сообществе, частью которого будет каждая гимназистка. И для того, чтобы его создать и привить определенный дух, я решила сделать все возможное…

Так вот, после того, как каждая из нас буквально выплеснула все, что у нее имелось внутри после вчерашнего бала, княгиня перешла к главному.

— Как вы знаете, сейчас именно я ваш поручитель в глазах всего света. Ведь как такового учебного заведения или даже его намека в природе еще не существует. Возможно для всех нас было бы лучше отложить ваше представление обществу, но статус ваших семей по разным причинам не позволял этого сделать. А потому вам всем, кроме всего прочего, придется появляться в обществе, как на балах, так и на различного рода вечеринках этого сезона. Конечно, все их посещать мы не будем, так как в нашем случае цель состоит все же в другом. — Она пытливо оглядела каждую из нас. — Но хотя бы раз или два в неделю посещение таких мероприятий обязательно. И возможно кто-то из вас все же найдет себе достойную пару за этот год и от обучения, на котором вы все сейчас настаиваете, решит отказаться. И это еще один повод не манкировать вашими светскими обязанностями.

Мы с девчонками заговорщицки переглянулись, но промолчали.

— Но все не так радужно, дорогие мои. — Маменька сделалась очень серьезной и немного грустной. — Не все поняли ваше желание заниматься магией. — Помолчала немного и добавила. — Отнюдь не все. И если на царском балу никто не посмел открыто выказывать вам свое мнение, то сейчас стоит быть морально готовыми к тому, что вы будете приглашены отнюдь не на все мероприятия, которые ожидаются в этом светском сезоне. А на тех, куда все же пойдете вы можете столкнуться с откровенной неприязнью в свой адрес.

В комнате на некоторое время повисло молчание. Каждая из нас знала, что подобное возможно. Но то как и с какими интонациями нам все это сказала княгиня заставило каждую из нас, наконец, действительно осознать, что впереди нас действительно ждут сложности и непонимание.

— Однако, — решила я все же немного подбодрить своих подруг, — нас много! А вместе мы банда! И нам никто не страшен!

— Банда? — Недоуменно переспросила маменька.

— Конечно! При чем самая очаровательная в мире банда, которая разобьет в пух и прах все предубеждения и захватит в плен сердца даже самых отъявленных скептиков!

— Какой интересный взгляд на вещи!

В дверях комнаты возникла графиня Оболенская, гофмейстрина великой княжны Лизаветы. Будь я в своем родном мире, то сказала бы, что мы все дружно выпали в осадок. А за ней следом вошла и сама царевна.

Сказать, что мы были удивлены — это ничего не сказать! На некоторое время в комнате повисла звенящая тишина.

(Примечание: Гофмейстрина — старшая над придворными фрейлинами.)

Первой опомнилась княгиня. Она вскочила с места и сделала глубокий поклон. За ней подскочили и мы, делая точно такие же реверансы и застывая в преклоненной позе.

— Полноте, дамы. — благосклонно проговорила гофмейстрина. — Присаживайтесь. Великая княжна здесь с неофициальным визитом.

— Так и есть. — раздался мелодичный голос царевны, и она села в свободное кресло напротив нас. — Как видите, с собой я взяла лишь графиню, а потому опустим придворный этикет.

Мы постарались незаметно выдохнуть, и присели на свои места, как и графиня, которая устроилась недалеко от великой княжны.

— Ваше Императорское Высочество, я безмерно рада видеть вас в своем доме! — Начала маменька, но царевна тут же ее остановила.

— Дарья Сергеевна, я же просила: без придворного этикета. Я здесь совершенно конфиденциально. — мягко пожурила она ее. — Обращайтесь ко мне Лизавета Ивановна. Этого пока будет достаточно.

— Как скажете, Ваше Им…, Лизавета Ивановна. — Умудрилась сделать поклон из положения сидя маменька. — Ох, что же это я! Не желаете ли чаю?

Великая княжна, а в простонародье царевна, желала. И маменька тут же вызвала лакея, которому и передала все пожелания.

Пока дожидались чая ни о чем серьезном не говорили, беседуя, как водится, о природе и погоде, изредка затрагивая двор и его обитателей.

Я же во все глаза рассматривала наших гостий. Все же ранее мне не приходилось видеть царевну в такой непринужденной обстановке. До этого единственное, что я могла о ней сказать, не смотря на то, что видела ее довольно близко, так это то, что она была величественна и молода. Как-то не получалось у меня увидеть за ширмой правящего рода человека. И не потому, что я преклонялась перед власть имущими. Нет! Просто в моей прошлой жизнь Короли, Королевы, Императоры и их дети были где-то на столько далеко, что казались вообще неправдой.

Сейчас же я видела перед собой очень молодую девушку, ведь ей, как и мне, только предстояло справить свое семнадцатилетние. Лизавета бесспорно была красивой девушкой, красота которая еще только-только входила в пору. Высокий лоб, большие карие глаза, небольшой чуть вздернутый носик и овальное лицо обрамленное каштановыми волосами. Вот, что я видела перед собой. Однако, кроме всего прочего, ощущалось в ней нечто такое, что невольно заставляло склонить голову и слушать каждое слово этого, по сути, еще ребенка! Внутренняя сила, которая зиждилась на неких впитанных с самого детства моральных устоях и чувстве ответственности и долга, просто поражали! Разумеется, я поняла это не сразу, а чуть позже, что не помешало мне проникнуться к ней искренним уважением с самой первой встречи. Вместе с тем, было в ней что-то такое чистое и неискушенное, можно сказать еще детское, что делало ее как-то ближе. Царевну хотелось слушать и одновременно помогать, защищать. Уверена, со временем, эта девушка обещает быть замечательной Императрицей! Только бы ей дали на это время…

Гофмейстрина же была чуть младше маменьки. Невысокая, полноватая шатенка со строгим взглядом голубых глаз. Как мне сообщили еще до бала, она была приставлена к девушке почти с самого детства. Когда-то была фрейлиной покойной Императрицы, но замуж так и не вышла, а потому осталась при дворе и была переведена в более высокий чин уже при маленькой царевне. Она пользовалась ее безграничным доверием и сама отвечала тем же, как и полной преданностью. Не удивительно, что на эту встречу девушка взяла именно ее.

Наконец, чай был выпит, плюшки съедены, приличия, как говорится, соблюдены, и царевна перешла наконец к тому, ради чего пришла.

— Меня очень заинтересовала ваша инициатива, связанная с магией… — начала она подбирать слова. — Признаться, я не ожидала, что кто-то может решиться переломить вековые устои и бороться за то, чтобы у женщин появилось право пользоваться тем, что подарил им Господь. Ведь магия с самого первого дня ее появления была для нас под запретом! Не скрою, поначалу и мне ваше желание использовать силу показалось неуместным и даже кощунственным, однако, то, что вы показали на выступлении, радикально изменило мое мнение! Я поняла, что мы, женщины, вполне способны пользоваться магией! При чем в совершенно ином ключе, нежели мужчины! — она ненадолго задумалась. — У них на уме одна война, а вы, всего за несколько месяцев работы смогли показать, что магию гораздо более обширно и эффективно можно использовать в мирных целях! Это меня покорило! — царевна восторженно обвела нас взглядом и остановилась на мне. — Евдокия, расскажите, как вы планируете организовывать обучение в вашей гимназии?

Я до этого особенно в беседе не участвовала, а потому подобный прямой вопрос застал меня врасплох и несколько секунд я просто сидела и глупо хлопала глазами.

— Не смущайтесь! Я знаю, что это ваша инициатива! А раз так, то у вас наверняка должен быть свой взгляд на вещи! Маги из наших министерств все никак не могут в толк взять, чем вы там собираетесь заниматься и как нужно составлять для вас учебную программу, а потому проект стоит на месте и будет так стоять еще очень долго, если мы с вами ему не поможем. Так у вас есть какие-то идеи и планы? — посмотрела она на меня пытливо и с надеждой.

А я поняла, что царевна действительно на меня надеется! Ожидает, что я дам ей ту соломинку, за которую она ухватится и сможет вытянуть мою затею из той трясины в которую ее погружают где-то там в различных инстанциях и министерствах. То, что так хорошо начиналось и вдохновило даже Императора, вполне может заглохнуть на стадии реализации!

«Ну, нет! Я вам сейчас такие перспективы обрисую, такой план потом в письменном виде накатаю, подкрепляя свои слова, что вам ничего не останется, как дать мне флаг в руки, барабан на шею и ключи от женской магической гимназии обвязанные красным бантиком в придачу!»

Поэтому я прочистила горло, собралась с мыслями и начала свой спич:

— Уже сейчас, глядя на своих подруг, — обвела я всех их рукой, — и обращая внимание на их интересы и пристрастия в магии, я могу выделить как минимум пять направлений развития, на которые, как мне кажется, нужно сделать акцент. Однако, основой обучения всех детей, конечно, должна быть общеобразовательная программа, по которой сейчас и работают дети в других учебных заведениях. Магическая составляющая уроков поначалу планируется небольшой, чтобы дети привыкли и освоились со своими умениями. Со временем, а я думаю двух лет должно хватить, они определятся к чему у них лежит душа и выберут одно из направлений, по которому и будут более углубленно заниматься. Думаю, для этого учащихся нужно будет разделить на потоки или профили. Сказала бы на факультеты, но у нас все же планируется гимназия, а не университет. — потом немного подумала и добавила. — Пока, по крайней мере.

От моих слов гофмейстрина как-то странно закашлялась и выпучила глаза, но быстро взяла себя в руки и с неудовольствием посмотрела почему-то на царевну.

— Итак, первым профилем будет конечно же медицинский. Думаю, никому из присутствующих не нужно объяснять всю важность данного направления. Вторым профилем будет артефакторика! Мы с Варварой уже сейчас имеем некоторые наработки персонального переносного шита, который активируется лишь при возникновении угрозы и представляет собой небольшой амулет. Конечно, работы в этой области еще ведутся, но, как я уже сказала, наработки у нас у есть. И в ближайшем будущем мы кое-что из них представим на суд Императора и магической комиссии, если таковая имеется. К тому же, нам еще предстоит подробно изучить древнерусские обереги, которые и легли в основу создания этого щита и, безусловно, станут основой еще не одного открытия! Как оказалось, наши предки были очень мудры и нам еще только предстоит осознать и впитать всю их мудрость.

Царевна с графиней удивленно переглянулись, только вот вторая немного подрастеряла свой апломб, что меня порадовало. Все-таки сразу было видно, что если царевна относилась к моей затее благосклонно, то ее наперсница не разделяла энтузиазма воспитанницы по этому поводу.

— Далее. — я посмотрела на близняшек. — Нанико и Тикино уже сейчас делают совершенно неповторимые духи, а что будет, если они попробуют себя с другими веществами и изучат влияние на них магии до, во время и после приготовления различных смесей? — у девчонок даже лица вытянулись, но по мере осознания сказанного мной, в их глазах начал зажигаться азарт исследователей. — А потому нам обязательно нужно создание алхимического профиля!

Я вздохнула и налила себе немного чаю. Отпила, чтобы немного промочить пересохшее от волнения горло, и продолжила.

— Теперь перейдем к тому, что может нам дать природа. Это, кстати, в ведении Натальи. Вы сами видели, что она может делать с казалось бы засохшими и отмершими растениями! А что, если она попробует при помощи магии их немного … изменить?

Чуть не сказала модифицировать. Ага, еще бы ляпнула генно модифицировать! И всем бы сразу стало таак интересно, что же это слово значит и откуда я его вообще взяла! Я и так, говорю немного иначе, чем остальные, хоть и пытаюсь следить за языком, но все же такого конкретного палева нужно стараться избегать…

— Но зачем? — То ли возмущенно, то ли удивленно спросила гофмейстрина.

— Оу, ну тут же просто тьма вариантов! — воскликнула я в ответ. — От создания более вкусных плодов до выращивания охранных растений! Да те же молодильные яблочки из сказки и то можно попробовать воссоздать. — по тому, как сверкнули глазки у графини я поняла, что стоит все же уточнить. — Однако, надеяться на результат в этой области пока не стоит. Все же я сейчас лишь набрасываю возможные направления исследований, а на сколько они будут успешными — я развела руками, — никто не знает.

В этот момент я посмотрела на Наталью, которая после моих слов ушла куда-то глубоко внутрь себя, явно что-то обдумывания, как, впрочем, и другие девушки. Лишь Лида смотрела на меня выжидательно, явно желая узнать, куда же со своими умениями может двигаться и она. Я давно хотела поговорить с ними о перспективах развития их дара, однако, все было как-то не досуг. Сначала они сами в себя не верили, потом начали немного приоткрываться и осознавать, что то, что совсем недавно казалось им постыдным всеми осуждаемым увлечением, на самом деле вовсе таковым не является! Потом было наше выступление и некоторая эйфория от успеха, потом подготовка к балу, да и я откровенно увлеклась артефакторикой и как-то упустила этот момент из виду. Поэтому то, что я сейчас говорила, было откровением не только для царевны и ее наперсницы, но и для моих подруг.

— Ну и, наконец, не стоит обходить стороной ментальный дар! Лида уже сейчас может внушить животным некие простейшие команды, а что, если есть возможность научиться видеть их глазами и слышать их ушами? Да лучших шпионов для Империи и придумать сложно! Хотя я даже и примерно не представляю, как это сделать. Но, тут, как говорится, было бы желание! Да и создание иллюзий тоже не стоит обходить стороной! Я думаю, что то, что мы показали недавно — это лишь первая ступенька на этом пути! В общем, все эти направления нужно изучать и вести в них самые разнообразные исследования! Разумеется, в пределах разумного и на благо Российской Империи!

На несколько долгих минут в комнате повисла тишина. Каждый из присутствовавших обдумывал то, что я сказала и делал для себя какие-то выводы. Внезапно, царевна снова остановила свой задумчивый взгляд на мне и спросила:

— Евдокия, ты перечислила то, к чему лежит душа у каждой из твоих подруг, а чем бы хотела заняться именно ты?

Признаться, этот вопрос застал меня врасплох. Ведь наклонности других я ухватила слету и прекрасно видела, куда они могли бы развиваться в этом еще совсем юном в плане магии мире, а вот то, куда бы я хотела направить свою энергию как-то и не определила. По сути, мне было интересно все, но заниматься всем разом тоже невозможно! Поэтому царевна права и мне нужно было выделить какую-то определенную нишу и для себя. Я растерялась, однако, все же решила говорить так, как лежало у меня на сердце.

— Вы знаете, пожалуй, я хотела бы понемногу заниматься всеми этими направлениями. Дело в том, что я мечтаю соединить магию и науку. Ведь это безумно интересно! Мне хотелось бы пообщаться с изобретателями и учеными мужами, чтобы понять, куда движется человеческая мысль и как магия может помочь в реализации их идей! Поверьте, именно сейчас наступает время, когда наука, техника и магия могут создать удивительный и крайне продуктивный симбиоз!

— Симбиоз? — Переспросила царевна.

— Да! Это… в данном случае это смесь всех этих направлений, которая может принести взаимную пользу. — не на шутку увлеклась я объяснением.

— Вы так считаете? — С искренним интересом спросила Лизавета.

— Конечно! — Тут же откликнулась я.

Графиня Оболенская немного прищурила глаза и внезапно спросила, моментально остужая весь мой энтузиазм:

— Евдокия, откуда в вас все это? Как вы вообще можете утверждать что-то подобное? Вам всего шестнадцать лет, а вы говорите обо всем так уверенно, будто уже не раз делали нечто похожее и точно знаете к чему это все может привести!

«Пипец котенку…» — пронеслась какая-то даже обреченная мысль, но отступать было уже поздно. Да и понимала я, что хоть близкие уже и привыкли к моим закидонам, но для посторонних людей я со своими идеями все равно буду выглядеть, как инопланетянка. И нужно было как-то это обосновать, ибо моя непохожесть уж слишком сильно бросалась в глаза и если я все же планировала и дальше идти этим путем, то нужно было как-то объяснить мои странности хотя бы самым заинтересованным лицам.

После того памятного обморока дикий страх быть разоблаченной как-то притупился. Возможно по тому, что я видела, что мои близкие люди готовы сами найти всему объяснение, лишь бы я оставалась вместе с ними. А возможно я просто для себя решила или так чувствовала, что какой-то своей частью уже давно являлась Евдокией Раевской, да и признание в моей иномирности все равно никого не сделало бы счастливее. И я рассудила, что все же имею право находиться в этом мире и среди этих людей. А потому я прикрыла глаза и выдохнула, после чего стала говорить.

— В этой комнате сейчас нет случайных людей. И, пожалуй, то, что я скажу нужно было поведать уже давно, но… Я и сама до конца не понимаю, как все было на самом деле и было ли вообще… Может, все это лишь плод моего воображения, но… как мне кажется, все те шесть лет, что я, скажем так, болела, мой дух пребывал где-то между небом и землей, возможно даже в другом мире. Я плохо помню себя в тот период. Подчас у меня всплывают в голове какие-то странные знание и слова. Подчас, мне кажется, что многое, что сейчас происходит уже было, и я это видела… Это сложно объяснить, поверьте. Но оно есть, и я не могу от этого отгородиться. Возможно, это часть моей магии, возможно как раз магия и стала причиной того, что я видела во время своей болезни, но то, что без нее не обошлось — точно! Одно я знаю наверняка, — я подняла взгляд и осмотрела всех присутствующих, после чего остановилась на царевне, — я никогда не желала и не желаю ничего дурного! Напротив, хочу чтобы эти странные обрывки то ли знаний, то моего разбушевавшегося воображения помогли сделать что-то хорошее!

И снова в комнате повисла тишина. Только теперь уже взгляды всех присутствующих скрестились на мне любимой. А я с кристальной ясностью поняла, что сейчас меня либо примут такой, какая я есть, со всеми моими по местным меркам прибабахами и сумасшедшими идеями, либо Евдокии свет Раевской пришел конец и меня определят в сумасшедший дом и зарубят на корню все мои начинания.

Пауза затягивалась. А я опустила голову, сжала с силой кулачки и стала ожидала свой вердикт. Мысленно уже прощаясь со своей новой жизнью, родными и друзьями.

Наконец, царевна заговорила:

— Очень необычную история вы нам, Евдокия, поведали… Признаться, мне сложно вот так сходу определиться, что же с вами делать… — я вскинула на нее взгляд и кажется сильно побледнела, потому что она тут же встала и, подойдя к моему креслу, взяла меня за руку. — Не нужно так волноваться! Я лишь хотела сказать, что не мешало бы нам проверить эти странные способности, которые у вас появились после болезни. В любом случае, этот разговор не должен уйти дальше этой комнаты. — на последней фразе ее голос приобрел властные нотки и все присутствующие поспешили согласно кивнуть головой. — Пожалуй, разве что Поликарпа Харитоновича нужно будет поставить в известность. Думаю, вы, Дарья Сергеевна, уже сегодня это и сделаете. — и посмотрела на маменьку.

А затем снова в подбадривающем жесте сжала мою ладонь, улыбнулась и вернулась на свое место.

— Что же касается ваших идей насчет гимназии… Мне все очень понравилось! И прошу вас предоставить подробнейший из возможных на данный момент план обучения для будущих гимназисток. А также все то, что посчитаете нужным. Я лично поговорю с Императором и буду способствовать реализации этой идеи. — потом немного подумала и добавила. — И было бы неплохо, чтобы ваш амулет был готов как можно раньше. Думаю, после подобной демонстрации ваших способностей у него не останется сомнений в необходимости открытия гимназии.

Потом царевна почему-то замялась, кинула быстрый взгляд на гофмейстрину и, как будто решившись, вздернула подбородок и проговорила:

— И я… Я хотела бы обучаться магии вместе с вами!

Хорошо, что никто из нас в этот момент ничего не жевал и не пил, а то подавились бы точно!

«Как она себе это представляет? — вертелось у меня в голове. — У них что, во дворце магов нету? Как она вообще собирается чему-то учиться вместе с нами? У царевны же свои обязанности при дворе есть! Никто ведь не поймет, если она поселится в нашем доме и как обычная аристократка начнет с нами заниматься! Да и на каком основании заниматься-то? Учебного заведения ведь и нет никакого?

— Эээ… — признаться, я как-то подзависла поле всех сегодняшних нервных потрясений и такого неожиданного заявления, а потому даже не сразу нашлась что сказать. — А как вы себе это представляете? — наконец облекла я в слова свои сомнения.

Царевна, к моему удивления, явно стушевалась. Вот, кажется, только что перед нами сидела будущая властительница целой Империи, знающая себе цену и требующая от присутствующих беспрекословного подчинения, а вот уже на ее месте появилась молоденькая растерянная девушка, еще не уверенная в своих силах, но страстно желающая достичь цели.

Она нервно сжала кулачки и произнесла:

— Я уже думала над этим… На самом деле все не так уж сложно обставить… Я все равно после своих именин собиралась отправиться в один из монастырей, чтобы помолиться о здоровье батюшки. А потому никто не удивится, если для всех я останусь там до весны. Однако, вместо этого мы с вами отправимся в отдаленную усадьбу, где и проведем в обучении зимние месяцы.

— Даже если и так… — я не знала, как потактичнее указать царевне, что это плохая затея. — Что такое три-четыре месяца для изучения магии?

— Но вы ведь занимаетесь и того меньше, а результат уже на лицо. — Резонно возразила она. — К тому же, мне лишь нужно показать отцу, что я в состоянии использовать свой магический потенциал, и он без каких-либо сомнений может передать мне родовые заклинания!

После этих слов гофмейстрина и маменька как-то ошарашенно уставились на царевну. Видимо, они видели за этой фразой гораздо больше, чем мы. И следующие слова девушки лишь подтвердили мои предположения.

— Я знаю, что подобного еще никогда не происходило и все заклинания подобного ранга передавались лишь по мужской линии, но сейчас слишком неспокойные времена, чтобы дожидаться взросления братьев, да и вы уже смогли показать, что для женщин нет ничего невозможного…

В комнате в который раз за этот вечер повисла тишина. Однако, я не собиралась так просто отступать. Все-таки тащиться в какое-то дальнее глухое поместье на целую зиму не было пределом моих мечтаний от слова совсем.

— Но ведь вас вполне могут обучить и во дворце! Там множество очень сильных магов, которым, я уверена, вы можете доверять!

— Так и есть, Евдокия, но вы ведь не ограничиваетесь в вашем обучении только боевой направленностью? — Мне пришлось кивнуть головой. — Вот и я хочу понять, что в магии будет ближе именно мне и в тоже время хотелось бы иметь рядом единомышленников, которые поймут и помогут. Да и было бы лучше, если бы о том, что я пользуюсь магией никто до определенного момента не догадывался, а если я займусь ею во дворце, то слухи поползут все равно.

С этим было трудно поспорить, а потому придумать какие-то новые аргументы против этой затеи у меня не получалось.

— Лизавета, — вмешалась графиня Оболенская, — я все понимаю, но Император не даст разрешения на подобное. А потому и обсуждать тут не чего.

— Это он ПОКА не даст! — С запалом и делая ударение на слово «пока» ответила царевна. — Но я уверена, что до своих именин мне удастся его уговорить! К тому же, я рассчитываю, что девушки, — она указала на нас взглядом, — все это время пробудут возле меня в качестве фрейлин, и отец увидит, что их присутствие не может оказать на меня какого-либо негативного влияния! Наоборот! Мы сделаем все, чтобы и он и двор поняли и приняли необходимость того, что женщинам нужно заниматься магией!

— И как, простите за вопрос, вы собираетесь это делать? — С сочувствием глядя на воспитанницу, спросила графиня.

А царевна с мольбой и надеждой во взгляде посмотрела на нас.

Ну, что сказать, я прекрасно понимала ее чувства и устремления, а потому, тяжко про себя вздохнув, решила сделать все, чтобы помочь будущей Императрице получить возможность изучать магию. Все же будет лучше, если подобные нововведения проведет ее отец, а не она, когда взойдет на трон. Как ни крути, а подобный расклад со всех сторон будет предпочтительнее.

«Эх! Сгорел сарай, гори и хата!» — мелькнуло у меня в голове.

— Но тут же просто море вариантов! — делано воодушевленно всплеснула я руками. — Во-первых, мы можем ставить небольшие театральные постановки с использованием магии, которые несомненно подогреют интерес к этому искусству у многих дам и кавалеров. Что, несомненно, оживит дворцовую жизнь. — Тут я набрала в грудь побольше воздуха, судорожно соображая, что еще можно придумать.

— Во-вторых, — пришла мне на помощь Тинико, — мы предложим дамам те самые духи, о которых Евдокия уже упоминала.

— О! А я бы хотела побывать в дворцовых оранжереях! Поверьте, я знаю способ, как при помощи магии замедлить увядание срезанных цветов! — Хлопая густыми ресницами проговорила Наталья.

— Вряд ли это впечатлит самого Императора, — приостанавливая наш воодушевленный гомон, проговорила графиня, — но направление ваших мыслей я поняла.

А потом взяла ладошку царевны в свои руки и, по-матерински снисходительно глядя ей в глаза проговорила:

— Я вижу, как для вас это важно, моя милая! А потому, не смотря на весь свой скепсис, я постараюсь вам помочь. — и, увидев, что царевна собирается вскочить с места, чтобы ее обнять, строго добавила. — Но не ждите от меня чего-то сверхъестественного. И если ваш отец не даст ходу этой безумной авантюре, я буду полностью на его стороне.

Однако, этот строгий спич не смог остановить девушку, и она все же подскочила с кресла и обвила шею графини руками.

Все-таки какая она, царевна, интересная натура! Вот, кажется, только что перед тобой сидела серьезная, сосредоточенная девушка, а в следующую секунду на ее месте появляется живая и увлеченная натура, вместе с которой хочется точно также вскочить с места и скакать от радости.

Вот так мы как-то резко и неожиданно и стали фрейлинами Ее Высочества. И уже на следующий день принялись за сборы и переехали в новые апартаменты внутри дворца.