Глава 9

Поначалу полет проходил нормально. Внизу мелькали поля, деревеньки и небольшие города. Елисей сидел с закрытыми глазами. Он прижимался к лебедю, будто приклеенный, и так сильно стискивал его руками и ногами, словно от этого зависела его жизнь. Собственно, в некотором роде так и было: мы неслись по небу изо всех сил, на которые были способны наши крылья. Магия помогала мне держаться с Феофаном наравне. В другой ситуации он давно бы оставил меня позади, а если бы на его спине не было седока, за ним не угнался бы даже ветер.

Примерно через полчаса ситуация изменилась. Воздух ощутимо похолодел, а за нашими спинами послышался отчетливый гул. Обернувшись, я увидела у линии горизонта широкое черное пятно. Спустя несколько секунд оно стало больше и превратилось в свирепый вихрь, который несся прямо на нас.

Продолжать полет было нельзя – вихрь мог настичь нас в считанные минуты.

Я послала Феофану ментальный сигнал снижаться, и мы стремительно пошли вниз. Приземлились аккурат на перекрестке, расположенном между двумя полями. Едва лебедь коснулся утоптанного грунта, как Елисей кубарем скатился с него на дорогу и бессильно растянулся во весь рост. Я вернула себе человеческий облик, кинулась к нему, помогла сесть. Савина била мелкая дрожь, а кожа была холодной, как лед.

- Елисей, кощей вот-вот нас догонит, - я обняла мужчину за плечи и укутала их согревающими чарами. – Пожалуйста, сосредоточься. Помнишь, ларец, который дала Баба Яга? Он еще с тобой?

Савин кивнул и придвинул ко мне прямоугольную кожаную сумку, которая была перекинута через его плечо. Надо полагать, рюкзак он оставил на турбазе, а сюда явился налегке.

Я расстегнула молнию, и ларчик сам прыгнул мне в руки.

- Что ты с-собираешься д-делать?

- Хочу задержать Белояра, чтобы выиграть нам немного времени.

Я вынула из ларца черную щетку с длинной деревянной ручкой. Примерилась, размахнулась и запустила ее в сторону приближавшегося вихря. Мгновение - и перед нами вырос лес. Густой, непролазный, с исполинскими деревьями, верхушки которых уходили за облака.

Елисей присвистнул. И это он еще не видел колдовские щиты, что встали возле каждого дерева! Перелететь этот лес было невозможно. Чтобы его преодолеть, требовалось разбить чары и прорубить в нем просеку.

- Продолжаем путь, - скомандовала я. – Отдохнем позже.

- Снова полетим? – спросил Савин, с опаской покосившись на лебедя.

- Нет, - я качнула головой. – На этот раз поскачем. Не возражаешь, Феофан?

«Как вам будет угодно, Василиса Еремеевна».

Я щелкнула пальцами, и на месте птицы появился белоснежный конь с длинными стройными ногами, густой шелковистой гривой, умными глазами и красивой витой уздечкой. У Елисея при виде коня отвисла челюсть.

- Ты умеешь ездить верхом? – поинтересовалась я.

- Нет, - во взгляде Савина появилось беспокойство. – А ты?

- Я умею. Ты сейчас тоже научишься.

Я вскочила в седло, Елисея вскарабкался следом. Он поспешно обнял меня за талию, и мы тут же сорвались с места.

Стрелой пролетели засеянное пшеницей поле, затем перелесок и два широких луга. На спине жеребца Елисей явно чувствовал себя лучше, чем в воздухе. Его руки сжимали меня бережно и крепко (не то что лебединую шею!), и хотя я не видела его лица, мне отчего-то казалось, что Савин улыбается.

Мы мчались, как угорелые. Феофан скакал, едва касаясь земли, и все равно она комками летела из-под его копыт. Воздух бил в лицо, не давая вздохнуть, а окрестный пейзаж казался смазанным, словно на ускоренной видеозаписи.

Тем не менее, минут через тридцать я почувствовала на коже знакомый холодок.

Следующим навстречу вихрю полетел вынутый из ларца частый костяной гребень. Сразу после этого за нашими спинами встала гора – широкая, уходившая за облака, как и мой колдовской лес.

Чары этого артефакта оказались сильнее: чтобы пробить в ней ход, кощею понадобилось больше полутора часов.

Страшно представить, как чародей будет зол, когда все-таки нас настигнет! Впрочем, у меня теплилась надежда, что этого не случится. Пока Белояр сражался с горой, мы доехали до волшебного леса и теперь стремительно неслись к избушке Бабы Яги.

Гул приближающегося вихря настиг нас, когда мы проехали озеро, возле которого Савин встретил самовил. Я остановила коня, открыла ларец и бросила на землю последний волшебный предмет –прямоугольное полотенце, расшитое красными цветами. На его месте тут же появилось огненное озеро. Его пламя поднялось до небес и пылало не хуже реки Смородинки, только без удушающего смрада.

Это был самый мощный мой артефакт – чудесное, великолепное творение, над которым я корпела без малого два месяца. Если бы у меня была лишняя секунда, я бы с удовольствием им полюбовалась. Однако в эту секунду я снова была в седле.

Феофан ринулся с места в карьер. Позади охнул Елисей. От резкого рывка и бешеного галопа мы едва не свалились на землю.

Сколько длилась эта скачка, я уже сказать не могла. Время превратилось в нугу, минуты тянулись бесконечно долго, создавая неприятное впечатление, будто на самом деле мы бежим на месте, и до заветной избушки так же далеки, как Луна и звезды.

Белоснежный жеребец ловко лавировал между дубами и кустами лещины. Как на такой скорости он умудрялся выискивать тропы, для меня оставалось загадкой.

До поляны, где стояла изба межмирного стража, мы все-таки добрались, однако в дом войти не успели. Кощей догнал нас, когда до крыльца осталось всего две или три сажени.

Едва Феофан вынес нас на поляну, прямо перед ним взметнулись ввысь синие языки ледяного пламени. Оно пылало, как настоящий огонь, но дарило не жар, а холод – сильный, трескучий, пронизывающий до самого сердца.

Конь встал, как вкопанный: ледяной огонь взял нас в кольцо, а для надежности еще и сомкнул над нашими головами прозрачный магический купол.

Едва мы с Елисеем спрыгнули на землю, как в центр ледяной мышеловки ворвался давешний вихрь. Мгновение – и вместо него перед нами оказался худощавый темноволосый мужчина с пронзительными серыми глазами, в которых бушевало то же белое пламя, что и вокруг нас.

- Вот ведь неугомонные твари, - покачал головой Белояр. – Взаправду думали от меня скрыться? Беру свои слова назад, Василиса. Ты не умна, а бестолкова. Хотя твой лес, озеро и гора были чудо, как хороши. Опосля расскажешь, какие ты плела для них чары. А теперь идем, отведу тебя домой.

- Ее дом находится на Земле, - Савин выступил вперед, закрыв меня своей спиной. – Никуда она с вами не пойдет.

Белояр покачал головой.

- Кабы не был ты иномирцем, я бы, добрый молодец, положил тебя на ладонь, а второй ладонью прихлопнул. Да так, что не осталось бы мокрого места. Поди прочь, Елисей. Наши дела тебя не касаются.

- Теперь касаются, - плечи Савина напряглись, но он остался на месте. – То, что вы хотите сделать с этой девушкой – полнейший произвол. У вас ничего не выйдет, Белояр. Лучше дайте нам уйти.

Тонкая бровь кощея насмешливо изогнулась, а в руке появился сверкающий сгусток магии. Судя по всему, он намеривался выбить им Елисея из ледяного круга. Защищавшая Савина чародейская сила Земли не позволит его убить, но причинить ему боль колдун очень даже способен.

Я уже приготовилась толкать защитника в сторону и отбивать боевой пульсар, как вдруг тот рассыпался искрами и пропал. Ледяная клетка тоже исчезла, а кощей охнул и упал на колени.

«А парень-то прав, Белояр. Лучше тебе с его дороги уйти».

Из-за дуба, стоявшего слева от нас, вышел Баюн. Перед собой он небрежно катил белесый овальный сосуд размером с женскую ладонь. Сапфировая нить, украшавшая его пушистую грудь, куда-то исчезла.

Меня прострелило с ног до головы. Но не успела я выразить свое изумление, как меня прострелило снова – вслед за котом на поляну выпорхнула большая птица с длинным изящным хвостом и забавным хохолком на аккуратной головке. Ее перья переливались всеми оттенками красного и золотого, отчего создавалось впечатление, будто крылатая красавица объята огнем. Птица плавно опустилась на траву и превратилась в Алену – растрепанную, в порванном сарафане, с пунцовыми щеками, будто после долгого быстрого бега. В правой руке она сжимала кусок той самой зачарованной нити.

Мне стало жарко. Закружилась голова, срочно захотелось на что-нибудь присесть.

Так вот откуда они взяли жар-птицу! Право, магия Кощеева царства не перестает меня удивлять. Кто бы мог подумать, что она сотворит из земного ребенка такое чудо!

Вот уж правда, природа не терпит дисбаланса! Как только появилась возможность возродить огневушек, она сразу же этим занялась.

Невероятно...

Но, быть может, именно так все когда-то и началось? Быть может, первой жар-птицей тоже стала иномирянка, которую магия нашего мира превратила в это могущественное прекрасное создание?..

Белояр был потрясен не меньше меня. В его взгляде мелькнуло злое изумление, после чего он весь подобрался, а его глаза стали холодными, как зимняя стужа.

Обидно, наверное, проворонить единственную живую огневушку! Если бы он знал, какой дар обрела Алена, ни за что бы не отпустил ее на Землю.

Несколько долгих мгновений взор колдуна метался между Аленой и Яйцом, зажатым передними лапами Баюна, а затем кощей медленно проскрежетал:

- Чего вы хотите?

«Для начала отпусти этих двоих», - кот мотнул головой в нашу с Елисеем сторону.

- Я их уже не держу. Пусть проваливают, куда хотят. Что-то еще?

«Да, - в глазах Баюна зажглись знакомые хитрые огоньки, - Видишь ли, Белояр, имеется у меня мечта, такая же яркая и горячая, как у тебя. Мне хочется стать оборотнем. Чтобы, как эта птичка, перекидываться в человека. Когда у тебя есть руки, жить становится веселее и проще».

- Твоя правда, - кивнул кощей. – Однако ж, исполнить твою мечту гораздо проще, чем мою. Если ты отдашь мне Яйцо, я наделю тебя способностью оборота. Ты получишь любое тело, какое только пожелаешь.

«Ох и хитрец же ты, Белояр, - «усмехнулся» Баюн. – На мякине желаешь меня провести? Нет, милый друг, ничего у тебя не выйдет. Ты хоть и связан с Иглой, а все же силенок для этого у тебя маловато. Зато в артефакте магии предостаточно. Недаром же ты столько Премудрых извел!»

Щеки колдуна побелели. Над травой мелькнула синяя молния – кощей бросил в кота волшебный аркан. Баюн будто этого и ждал.

Удар мощной мохнатой лапы – и хрупкое Яйцо разлетелось на части. Накопленная в нем сила вырвалась на свободу и окутала зверя плотным серебряным маревом. Алена в тот же миг кинулась к земле, схватила выпавшую Иглу и изо всех сил воткнула ее Баюну в бок.

Кот хрипло взвизгнул.

Из горла Белояра вырвался крик. Кощей дернулся и повалился лицом на траву. Его тело рассыпалось в пыль, а тело кота начало меняться. Мощная спина стала шире, шерсть исчезла, уши уменьшились, пропали когти, усы и хвост. Спустя несколько секунд вместо четвероногого хищника перед нами сидел худощавый мужчина с темными волосами, один в один похожий на погибшего Белояра. Мужчина был обнажен, а в его глазах (теперь уже карих!) играли знакомые нам огоньки.

Алена невозмутимо подошла к тому, что осталось от кощея, собрала и отряхнула от пыли его одежду, после чего заботливо укрыла ею мужчину.

- Ну что, котик, теперь ты доволен? – спросила она его.

Тот внимательно осмотрел себя со всех сторон и лучезарно улыбнулся.

- Доволен, птичка. Очень доволен.

***

Баба Яга выглядела озадаченной.

- Это что же выходит, мохнатый? Ты теперь наш кощей?

- Получается, так, - Баюн пожал плечами и отправил в рот очередную ложку сметаны. – А что, старая? С Белояром у меня теперь одно лицо. Ни одна собака не отличит. Чем я не верховный маг? Мне, знаешь ли, давно хотелось испробовать свои силы в каком-нибудь новом деле. Не все ж по лесам да по болотам бегать. Или думаешь, не сдюжу?

- Ох, не сдюжишь, мохнатый! Не обмануть тебе придворных колдунов. Они Белояровы повадки знают. Вмиг сообразят, что ты самозванец!

- И вовсе я не самозванец. Посмотри на мое магическое поле. Видишь? Оно точь-в-точь, как у покойного Окомировича. Спасибо волшебной Игле. Люди, Яга, могут врать и меняться, а магическое поле, как известно, не лжет. Чародеи верят ему больше, чем собственным глазам и ушам.

Старушка покачала головой.

Ее недоумение было понятным. За спектаклем, развернувшимся на поляне, Яга наблюдала с собственного крыльца. Когда все закончилось, она оказалась в еще большем шоке, чем мы. Судя по ее обалдевшему лицу, старушка не могла сообразить, что ей нужно делать: радоваться нашему чудесному спасению или бить тревогу из-за гибели верховного мага.

Теперь выжившие участники спектакля сидели в ее избе, а изумленная зрительница угощала их обедом. Мы с Елисеем потягивали травяной чай, а Баюн и Алена резво работали ложками – преображенный кот ел сметану, а девочка – свежие наваристые щи.

- Ты, бабушка, про котика никому не рассказывай, - произнесла Алена, оторвавшись от еды. – И про то, что сегодня видела, тоже.

- Слышала, старая? – Баюн бросил на колдунью серьезный взгляд. - Птичка дело говорит. Помалкивай. Не то навлечешь на себя беду.

Я мысленно усмехнулась. Какой, однако, забавный союз получился у кота с Елисеевой племянницей! Будь они жителями одной реальности, могли бы объединиться в преступную группу и кошмарить все Кощеево царство.

- Ты меня, мохнатый, не пугай, - усмехнулась Яга. – Я – ворона стреляная, на своем веку такое видала, чего ты никогда не увидишь. А болтать я не собиралась. Больно надо. Если говорить по правде, мне глубоко безразлично, кто в нашем царстве кощей. Мое дело – стеречь границу миров, от придворных распрей я далека. Как по мне, мохнатый, на трон правителя ты еще не самый плохой претендент. Только долго ли ты на этом троне просидишь? Через год-другой заскучаешь, да опять пойдешь по свету гулять.

- Может, и пойду, - Баюн дернул плечом. – А может, и нет. Там видно будет.

Алена придвинула Яге свою миску, и та плеснула ей вторую порцию щей.

- Прошу прощения, что вмешиваюсь в вашу беседу, - сказала я. – Мне обещали объяснить, что все это время тут происходило. Где и как вы нашли Яйцо? Как провернули эту авантюру? Я ведь ничего не знаю!

- Я тоже послушаю, - добавила хозяйка дома. – Мне известно еще меньше, чем Василисе.

- Можно я расскажу? – вновь подала голос Алена. – Но сначала мне надо извиниться. Васенька, милая, прости меня, пожалуйста. Я знаю, я глупая гадкая девчонка. Без спроса взяла твою подвеску, навела суету, заставила вас с Лешей идти за мной аж в параллельную реальность! Мне очень перед тобой стыдно. Но знаешь... Если бы у меня был выбор, во второй раз я поступила бы точно так же. Никогда в жизни мне не было так интересно! Кощей, кстати, меня не обижал. Ну, почти. Когда я очутилась в его палатах, он, конечно, удивился, но не ругался и не кричал. Просто посмотрел мне в глаза, и я упала в обморок.

- Как это – в обморок? – неприятно удивился молчавший до этих пор Елисей.

- Обыкновенно, - девочка почесала веснушчатый нос. – Сначала закружилась голова, потом затошнило, все вокруг поплыло... Когда я очнулась, оказалось, что меня перенесли в какую-то комнату, и положили на кровать. В этой комнате я и жила. Рядом со мной все время была бабушка Ранислава. Она мне еду приносила, уговорила напялить поверх футболки сарафан, учила вышивать, два раза водила гулять в сад. А еще к нам постоянно забегали слуги – всем почему-то хотелось со мной познакомиться.

Я очень переживала, что больше не увижу маму и Лешу. Плакала, спрашивала у Раниславы, когда меня отпустят домой. А потом стало что-то происходить. Я... как бы это сказать... Успокоилась. Через полтора дня меня уже ничто не тревожило, а домой хотелось не так уж сильно. Когда же подошли к концу мои вторые сутки в Кощеевом царстве, случилось чудо. Я хотела задуть свечу, а она, вместо того, чтобы потухнуть, вспыхнула ярким пламенем. Представляете?

- Ранислава это видела? – спросила я.

- Нет, - Алена качнула головой. – Ее в тот момент в комнате не было. Когда она вернулась, я ей ничего говорить не стала. А на следующее утро ко мне пришел котик. Это было очень прикольно. Я никогда не видела котов-телепатов, но почему-то совсем не удивилась.

Баюн улыбнулся и погладил девочку по плечу. Та окинула его критическим взглядом.

- С шерстью и хвостом ты мне нравился больше, - заметила она.

Мужчина понятливо кивнул, затем тряхнул головой и снова превратился в мохнатого хищника.

«Так лучше?»

- Гораздо, - Алена погладила его между ушей и продолжила: - Баюн мне тогда все-все рассказал. Про Лешу, который пришел за мной к Белояру. Про то, что кощей хочет его обмануть, и поэтому дает невыполнимые задания. А самое главное, что я теперь волшебница.

- Как же вы об этом узнали? - спросил Елисей Баюна.

«Это, добрый молодец, тяжело не заметить. Твоя племянница даже в человеческом виде сияет аки солнышко красное, аж глаза печет. Вам, людям, это не видно, а мне – очень даже».

Я тихонько усмехнулась. Представляю, как Баюн удивился, когда увидел перед собой юную жар-птицу!

«Она прямо при мне в первый раз и обернулась, - продолжал кот. – С непривычки чуть горницу не сожгла. Но потом освоилась. Колдуны к новой личине быстро привыкают».

- У меня такое чувство, будто я была такой с самого рождения, - серьезно сказала Алена. – Будто мой огонь все это время спал, а в Кощеевом царстве проснулся. Мне даже не пришлось учиться летать. Я словно всегда это умела.

Мы с Елисеем переглянулись. Савин грустно улыбнулся и развел руками.

«Все остальное было проще пареной репы. Мы с птичкой договорились друг другу помочь. Она пообещала добыть мне Иглу и Яйцо, а я ей – избавиться от кощея. Алена дала мне два золотых пера: одно, чтобы переговариваться, второе – чтобы я мог сбежать, если наша задумка окажется неудачной. Это перо я отдал тебе, Василиса».

- Мы все время находились на связи, - добавила Алена. – Чтобы вас выручить, мне нужно было четко знать, где вы находитесь, и где надо искать Яйцо. Найти его, кстати, оказалось не сложно. Самым трудным было успокоить Лешу. Когда мы вернулись на Землю, с ним случилась истерика. Прямо, как с мамой, когда у нее на вокзале украли мобильный телефон. Да, Леша?

Савин закатил глаза и ничего не ответил.

- Он страшно испугался за Василису, - широко улыбнулась девочка. – Порывался сразу отправиться к бабушке Яге, чтобы через ее домик вернуться в Кощеево царство.

- Как же ты его успокоила? – поинтересовалась я.

- Я сказала, что у меня, в отличие от него, есть план действий, а потом превратилась на его глазах в жар-птицу. Леша сразу замолчал. И почему-то схватился за голову.

Я посмотрела на Елисея. Тот поморщился и махнул рукой.

- Сразу возвращаться в Кощеево царство было нельзя, - продолжала Алена. – Следовало сначала дождаться котика и послушать, что он расскажет.

- Неужели тебе не было страшно? – спросила я.

- Когда я находилась в облике человека, было, - честно призналась девочка. – А когда в образе жар-птицы – нет. Мне очень хотелось вызволить тебя, Василиса. И Баюна тоже. Я начала эту историю, я должна была ее и закончить.

Она посмотрела мне в лицо, и по моей спине пробежал холодок. Это был тот самый тяжелый взор, который я видела вчера утром во дворце Белояра.

У меня внутри стало горячо.

Накатило внезапное осознание: Алена притворяется. Нарочно ведет себя так, чтобы казаться маленькой и наивной. Чтобы никто из нас не заподозрил: этот ребенок только выглядит юным. Разум девочки подвергся изменениям вместе с телом, и теперь это вовсе не глупый подросток, а взрослая девушка, способная на серьезные, решительные, а порой и рискованные поступки.

Вспомнились слова Баюна о том, что Алена нас еще удивит. Мохнатый хитрец прекрасно знал, о чем говорит.

Похоже, судьба решила рассчитаться с ним за годы, проведенные в лукоморье, а потому подарила союзника, равного которому не найти.

«Я передал птичке наши догадки о том, что сундук с Яйцом спрятан не в тереме, а где-то в лесу, - «сказал» между тем Баюн. – Напомнил земную сказку, где говорилось о дубе, зайце и утке. Жар-птице не нужно много времени, чтобы прочесать остров вдоль и поперек, но ей мог помешать Белояр. Если на Буяне были спрятаны сигнальные кристаллы или стояли охранные чары, все могло пойти крахом: кощей быстро бы сообразил, что кто-то ищет артефакт, и примчался бы его оборонять. Белояра следовало отвлечь, да так, чтобы он забыл обо всем на свете».

- О, понятно, - кивнула я. – Стало быть, мой побег с острова являлся тем самым отвлекающим маневром?

«Именно так. Обрати внимание, Василиса: все прошло, как по маслу. Кощей явился в терем меньше, чем через четверть часа после вашего исчезновения. Когда увидел, что тебя нет, пришел в такое неистовство, что даже мне стало не по себе. Видать, ты и впрямь пришлась ему по сердцу».

Елисей поджал губы. Я придвинулась к нему ближе. Савин тоже подался ко мне и сжал под столом мою руку.

- Вы отлично его отвлекли, - заметила Алена. – Я успела сделать все, что хотела: и облетела остров, и нашла Яйцо, и котика из терема забрала. Сигналки, кстати, на Буяне имелись – три или четыре штуки. Я дыхнула на них огнем, и они сразу исчезли.

- Расскажи, пожалуйста, как ты отыскала сундук с артефактом, - попросила я.

- Ну... – Алена отодвинула пустую миску и сладко потянулась. – Сначала я некоторое время летала над лесом. Деревьев там было много, поэтому поиски могли затянуться. Я решила, что не хочу терять время на эту ерунду, дунула на деревья и сожгла их кроны.

- Ты устроила пожар? – испугался Елисей.

- Не, пожара не было, - его племянница мотнула рыжей головой. – Что я, совсем дурная, что ли? Я ведь не огнемет, мой огонь волшебный. Он сжег листья и тонкие веточки. Когда они опали на землю, сундук нашелся в течение двух минут.

- Потрясающе, - покачал головой Савин. – Ты – молодец, Аленка. Одним махом уничтожила целый лес.

- Что ты, соколик, - возразила Баба Яга. - С тем лесом все будет хорошо. Через день-два деревья отрастят себе новые листья, лучше прежних. А девчонка твоя молодец, дело справила ловко.

Алена горделиво улыбнулась.

- В общем, все было, как в сказке, - продолжала она. – Ящик с артефактом и правда висел на высоком толстом дубе, а в нем было полно зверья. Я не стала с ним заморачиваться и тоже сожгла. Прямо на ветке.

- А звери?

- И зверей сожгла.

Мы все переглянулись, а потом уставились на нее обалдевшими взглядами. Алена закатила глаза.

- Когда я испепелила сундук, из него вывалился заяц. В полете его разорвало на части, а из его брюха выпала кряква. Все согласно канону.

- А Яйцо? – осторожно спросил Елисей.

- Яйцо я подхватила, когда оно вылетело из горелой утки. Поймала у самой земли... Что вы на меня смотрите? Эти звери были ненастоящими. Настоящие животные не лопаются, как мыльные пузыри, и просто так не исчезают.

Девочка повернулась к Баюну. Тот молчал и глядел на нее осуждающим взглядом.

- Что? – с вызовом произнесла она. – Да, риск имелся. А времени, наоборот, было в обрез. Но ведь все закончилось хорошо!

- А как вы с Баюном добрались до материка? – поинтересовалась я. – Порталом, как мы с Елисеем?

- Не совсем. В облике жар-птицы я сама себе портал. Представила, где хочу оказаться, взмахнула крыльями – и очутилась на месте. Это гораздо удобнее, чем летать между мирами. На этакий перелет перьев не напасешься... Короче. Я раздобыла Яйцо и сразу полетела за котиком. Он сел мне на спину, я принесла его в этот лес, а через пять минут появились вы.

- А чары на кощеевом тереме? Их ты тоже пробила огнем?

- Ну да, - Алена пожала плечами. – Они были такими мощными! Я палила по ним минут пять, не меньше! Искры во все стороны летели. Прикольный получился фейерверк!

Я покосилась на Баюна. Тот невозмутимо доедал остатки сметаны.

- Да, веселая вышла история, - усмехнулся Елисей. – Подведем итог: кощей погиб, артефакт уничтожен, пленники свободны. Что каждый из вас собирается делать дальше?

- Я вернусь на Землю, - ответила я. – Через несколько дней заканчивается мой отпуск. В лаборатории наверняка накопилось много дел. К тому же, до конца года мне нужно побывать на трех конференциях, а к ним еще надо подготовиться.

«А я вернусь во дворец, - Баюн отодвинул пустую миску и вольготно развалился на лавке. – Если я теперь верховный маг, значит, надо заниматься делами».

- А я... – начала Аленка.

- А ты отправишься домой вместе со мной и Василисой, - тут же перебил ее Савин. – Хватит с тебя приключений. Когда вернемся, будем решать, как теперь с тобой быть.

- Мне можно хотя бы иногда приходить в Кощеево царство?

- Нет.

- Но почему, Леша?

- Потому что ты еще маленькая. Тебе опасно здесь находиться.

- Котик сказал, если приходить ненадолго, как в этот раз, а между посещениями делать перерывы, ничего страшного не произойдет. Магия мое биополе до конца уже не изменит.

- Ты не слышала меня, Алена? Никаких межмирных прогулок. По крайней мере, пока ты несовершеннолетняя.

Девочка поджала губы. Баюн потерся мордой об ее руку.

«Не печалься, птичка. Годы летят быстро, ты сама не заметишь, как повзрослеешь. Когда это случится, родственники тебе будут не указ. Главное, помни: здесь тебе всегда рады».

В обратный путь мы отправились примерно через час. Мы бы ушли раньше, но пришлось дожидаться Алену: Баюн увел ее на крыльцо, и они долго о чем-то шептались.

Когда она, наконец, вернулась, я обняла на прощание Ягу и Феофана, после чего нам открыли межмирный портал – его воронка засверкала прямо в печи.

Алена шмыгнула туда первой.

- Ну что, сказка закончилась? – тихо спросил у меня Елисей.

- Эта закончилась, - кивнула я. – Когда мы вернемся на Землю, начнется другая.

- Можно мне стать ее главным героем?

Я подняла на него глаза.

- Думаю, можно, - серьезно ответила ему. – Если, конечно, тебя не пугают трудности и опасности.

- С таким проводником, как ты, мне ничего не страшно, - Елисей улыбнулся и протянул руку. – Вместе мы – отличная команда, Василиса.

Я улыбнулась ему в ответ, а потом вложила пальцы в его ладонь, и мы вместе шагнули в сверкающий серебряный водоворот.