Глава 31

Талика

Близость сильного мужского тела творила со мной чудные вещи. Мне хотелось закрыть глаза и тереться о Лони как кошка. Забыть обо всем, что стоит между нами и притвориться счастливой.

Он застонал одновременно с моим вздохом, лишив постыдной необходимости объяснять свое поведение.

– Тебе плохо? – нашлась я с вопросом.

– Можно и так сказать, – уклончиво ответил мужчина.

– Раны разошлись?

Знаю, говорила я глупости. Перевертыши заживляют на себе раны качественно и быстро. Даже те, которыми защитника сына наградили волчата уже затянулись.

– Он мой сын, – Лони испортил момент, вернув мне возможность мыслить ясно.

– Ты это только сейчас понял?

– Считаешь, если бы я знал, то ушел бы вчера? – мужчина сверлил меня испытующим взглядом, под которым я неожиданно стушевалась. – Ты и впрямь так решила?

– Тамий мой ребенок…

– Наш. Я был уверен, что ведьмы не способны случайно забеременеть.

Мне пришлось освободиться от таких манящих уютом объятий и отойти подальше. Поднимать глаза на Меняющегося я не смела. Несмотря на всеобщую уверенность, что мое породе чужды понятия совести, у меня она была.

– Пояснишь? – настаивал гость.

– Я слишком долго была одна, – слова не шли легко. Каждое приходилось выталкивать из себя как иглу сквозь кожу. – Ведь я понимала, что ты уйдешь. Знала, что снова… – сглотнув, я подняла голову, чтобы рассмотреть янтарную радужку кошачьих глаз. – Я выпила зелье, чтобы забеременеть. Я решила, что хочу ребенка.

– От меня, – уточнил Лони.

– Мне было хорошо с тобой. Показалось, что между нами… – я пригладила волосы, чтобы унять дрожь в пальцах. – Знаю, что не должна была делать этого без твоего ведома. Но я и не думала, что мы снова встретимся.

– Занятно, – протянул мужчина, уперевшись спиной о стену веранды. – Ты обманула меня и в этом тоже.

– Тоже?

– Ты пыталась казаться слабее. Но создала купол и метель…

– О чем ты? – нахмурилась я.

– Ты не можешь отрицать, что притворилась неправильной.

– Мои силы проснулись после рождения Тамия. До того я была не сильнее котенка.

Мужчина собирался возразить, но потер подбородок и промолчал. Повисла неловкая пауза. Мы оба молчали, словно боясь нарушить шаткое равновесие, возникшее между нами. Спорить не хотелось. Как и ругаться.

– Наверно, я должна извиниться…

– А ты считаешь себя виноватой?

– Нет, – лгать ему не хотелось.

– Тебе было тяжело одной.

– Мне не на что жаловаться. Я могу сказать, что должна была ожидать подобного.

– Это не ответ, – Лони наклонил голову к плечу, как нередко делал мой сын, когда ждал разъяснений.

– Тамий чудо. Он стоит всех испытаний и тягот, – невольно улыбнулась. – Он удивляет меня, иногда пугает, но я люблю его.

– Любишь, – задумчиво произнес мужчина и отвернулся.

Мне показалось, что на его лице мелькнуло странное выражение уязвимости. Но когда Лони посмотрел на меня вновь, оно исчезло. Может мне и вправду показалось.

– Ты даже не пыталась найти меня.

– Ни разу, – решила не лгать. – Это мой выбор. Мой сын.

– Наш, – Меняющийся шагнул ко мне и взял за руку. Он поднес пальцы к своим губам и легко поцеловал костяшки. Мне стало стыдно за мозоли и ногти без маникюра.

– Зачем ты все усложняешь?

– Я бы никогда не отказался от ребенка.

– Незачем идти на жертвы, – меня смутили его слова.

– Ты не хочешь дать мне шанс?

Я решила прекратить эту пытку. Лони не знает, каково это быть родителем двадцать четыре часа в сутки.

– Ты наиграешься в папу и устанешь, – я попыталась освободить пальцы, но это не удалось бы без борьбы. – Тамий привяжется к тебе.

– Думаешь, я настолько поверхностный?

– Тамий не просто ребенок. У него способности и далеко не безобидные. Я не могу рисковать…

– Я сегодня наговорил гадостей. Прости, – легко повинился Лони. – Но я и помыслить не мог, что он такой маленький. Решил, что он лет на десять старше.

– То есть ты считал, что в те дни… – я наконец осознала, что его так возмутило. – Ты решил, что он был в соседней комнате, пока мы… Ты за кого меня принимаешь?

Все же, оттолкнув Меняющегося, я попятилась.

– Я идиот, – он развел руки в стороны.

– Это меня и пугает.

***

Лони

Уходил я с легким сердцем. Позади оставалась растерянная ведьма, а в новом еще не обжитом до конца доме мой собственный спящий сын. Пусть мы не все обсудили, но первые шаги сделаны. Тали не смотрела на меня волком и даже ни разу не шарахнула, хотя первые несколько минут я ждал этого и готовился стойко выдержать нападения. Сам себя уговаривал не закрываться и не отвечать, чтобы она выпустила пар.

Однако, женщина не собиралась мне вредить. Это внушало надежду. Как и одна особенность, которую мой кот не упустил. Когда я уходил, то притиснул Тали к себе. Она замерла, но вырываться не стала и оставалась в моих объятьях чуть дольше, чем следовало по правилам хорошего тона. А перед тем, как отступить она жадно вдохнула аромат моей кожи. Может я выдаю желаемое за действительность, но в глаза она мне не посмотрела. Талика потупилась и скомкано попрощалась. Она едва справилась с дверной ручкой, когда входила в дом. Наверно я окончательно свихнулся, раз решил, что все это значит нечто важное.

Я спустился к реке, чтобы побыть наедине с собой. Есть вероятность, что вскоре эта малость станет недоступна. Если мне и впрямь привалило счастье обзавестись семьей, то одиночеству конец. Когда-то я хотел этого. Потом боялся. Да, что уж лгать самому себе? До последнего дня я даже думать об этом не желал. Мысль о супруге, ожидающей меня по вечерам, вызывала судороги. О детях я даже не помышлял. Вероятность, что у полукровки родиться котенок была минимальной. От того в нашей породе и не терпели полукровок. Они не могли дать чистого потомства. То, что Талика родила полноценного перевертыша сродни чуду. Конечно, я не откажусь от шанса остаться с той, кого выбрал несколько лет назад. Дело не только в малыше. Но стоило вспомнить, как я собирался взять его под опеку и для этого обручиться с первой попавшейся… Сердце не обманешь. Затягивать не стоит. И так уже потеряно непозволительно много времени. Да и давать ведьме повод размышлять и искать повод от меня отказаться – глупость несусветная.

Тут к проклятому роду относятся не так как во внешнем мире. Ведьма красивая девушка, а свободных мужчин в Монетске довольно много. Слабых и трусливых здесь нет. Такими темпами моя пара не останется без внимания Других. Один Весмет чего стоит. Я даже скривился от перспективы войны с джинном. А ведь придется с ним поговорить. Не правильно, что он питает иллюзии относительно Талики.

Джиннам нельзя связываться с женщинами, которые не являются их парами. Если девушка не может разбудить их огонь, они сжигают душу несчастной. А затем принимаются за окружающих. Легенды не лгут. Бездушный джинн – особая тварь, способная уничтожать саму сущность Других. Нашему лидеру повезло найти свою истинную. Ей оказалась дерзкая ведьма. Достаточно сильная, чтобы заставить себя уважать. Хотя, судя по тому, что я видел вчера на пляже – новая травница умеет не меньше. Мне придется быть осмотрительнее и не опаздывать к ужину. Но уж если Кинар сумел найти общий язык со своей сумасшедшей, то и я смогу. Кстати, надо узнать у Кинара, как он выживает все это время.

– Лони, – раздалось за спиной.

Развернувшись, я нацепил на лицо одну из благостных улыбок. На самом деле удовольствия не испытывал. Дело не в том, что, потеряв бдительность, я подпустил постороннего, а в том, кем он являлся.

– Весмет, – коротко кивнул и склонил олову к плечу. – Ты тут случайно или мне повезло?

– Считаешь встречу со мной везением?

Этот ответ не сулил мне ничего хорошего. Но кто говорит, что мы с котом боимся пустить в ход когти?

Он бросился на меня молниеносно. Вот только забыл, наверно, что я не один год служил с его братом и знаю о силе джиннов. А ему пришлось познакомиться с ловкостью Меняющегося кота. Может на тренировках он и вступал со мной в спарринги, но в настоящих драках не встречался с моей сущностью.

Когти вспороли его кожу и обагрились кровью. По телу джинна заструились огненные письмена. Жутковатые знаки предшествовали полной боевой трансформации, что не сулило мне хорошего. Кот выскользнул наружу и прыгнул на противника, всем весом опрокинул его на спину и сомкнул зубы над его шеей. Мне оставалось лишь сжать челюсти чуть сильнее и горло его вскрылось бы как консервная банка. Весмет замер, тяжело дыша. Я чутко следил за его движениями, помня, что вспыхивают эти гады мгновенно.

– Она может оказаться той самой, – прохрипел он наконец, когда мы оба устали ждать развязки. – Пусти.

Облизнувшись, я отошел подальше, к самой кромке воды. Лапы вязли в песке, оставляя кровавые следы. Сердце колотилось в груди отбойным молотком. Мой противник сел, кряхтя и оценивая раны.

– Ты крепче, чем я думал, – заявил он мрачно.

Только сейчас я заметил, каким усталым он выглядел. Вернув себе привычный вид, с сожалением оглядел испорченную одежду. Идти по поселку мне придется в зверином обличии или сверкать голой задницей на потеху местным кумушкам.

– Я не собирался тебя убивать, – джинн зашипел, промывая глубокую царапину. – Придется шить…

– Только сунься к Тали, – прорычал я. – Убью.

– Она не твоя.

– Только моя.

– Давно ли? – с сарказмом поинтересовался здоровяк. – Не видел парных меток.

Невольно я потер шею, где каждый любопытный мог увидеть шрам. Джинн заметил это мое движение.

– Давно, – буркнул я, понимая, что промолчать не получиться.

– Может спросим саму Талику?

– Ты и сына моего спросишь, чего он хочет? – вскинулся я.

– Тамий?

– Это моя семья. Не лезь к ней и останешься цел.

– Она не твоя пара. Иначе…

– Ты ничего не знаешь. Я потерял ее однажды. Но больше не повторю этой ошибки.

– Мне кажется, она мой огонь, – убито сообщил джинн.

– Ты не уверен? – осторожно уточнил я.

– Не знаю, как это должно ощущаться. Но рядом с ней мне становится спокойнее. Тьма внутри… – он не заметил как я напрягся, – она отступает.

– Поговори с братом. Он знает…

– Я не откажусь от этой ведьмы.

– И убьешь ее, потому что ты ошибаешься.

– Если она твоя, как же ты смог уйти и столько лет быть вдали от нее?

Я вздохнул, зная, что объяснить такое не под силу никому.

– Тали считает меня идиотом.

– Плохи мои дела, – Весмет горько усмехнулся. – Обычно женщины считают придурками тех, кого любят.

– Думаешь?

Мы пару секунд смотрели друг на друга. Он испытующе, а я точно зная, что джинн мне не соперник. Свою ведьму я ему не отдам. Костьми лягу, но не позволю ему обаять мою женщину.

– Мне лекарь нужен… – снова напомнил о ране Весмет.

– К Лане иди. Она тебя по-родственному подлечит, – припечатал я и понялся, стряхивая песчинки с колен.

– Я ведь могу тебя послать.

– Убью, – напомнил буднично. – За свою семью я костьми лягу.

Что-то буркнув, Весмет поплелся в сторону дома брата. Сменив ипостась, я проводил его, удостоверившись, что он не свернет к чужому дому. Лишь потом вернулся к себе, попутно заглянув к Тали.