Глава 27. Предательство

Прежде чем вести Сару дальше, я рискнула пойти первой. Нужно встретиться с кем-нибудь из слуг или стражи лицом к лицу и понять, как они будут реагировать. Аккуратно выглянула, прошла по пустым коридорам и бинго – заметила в гостиной Гарриет. Она сидела на диване спиной ко входу и, кажется, что-то вязала.

— Гарриет, здравствуйте, – робко произнесла, подходя ближе.

— Добрый день, – нянечка ответила сухо и даже не обернулась.

Я обошла диван и тут же заметила, что Гарриет вяжет шарф. Вот только она делала это настолько давно, что длинный атрибут одежды давно волочился по полу. Наверное, она решила связать его для пропавшей Сары, спокойная работа руками всегда успокаивала Гарриет. Но в какой-то момент время для присутствующих в доме зациклилось. Думаю, они теперь просто выполняют команду, которая была дана магом. По крайней мере, даже когда я обошла диван, Гарриет не обратила на меня никакого внимания. А ведь я в этом доме слыла преступницей…

— Гарриет, Вы не знаете, где сейчас господин Ноар?

— Господин Ноар в своём кабинете, – сухой автоматизированный ответ. Ясно. Возможно, именно там и кроются все ответы. Ну или Эдвард был там, когда наложили заклинание, а после с ним что-то случилось. В любом случае – нужно проверить.

Я не могла оставлять Сару одну надолго, поэтому вернулась на кухню и позвала моих девчонок с собой. Крылатка затаилась у меня на плече, а Сара крепко сжала мою левую ладонь. На правой же я сразу отрастила острые кошачьи когти на всякий случай. Мы продвигались к кабинету Эдварда медленно. По дороге нам встретилось несколько слуг, но они не обратили на нас особого внимания. Если не говорить с ними, заколдованние просто идут выполнять установленную бытовую задачу, потом возвращаются на место старта, и всё начинается по новой. Если мельком взглянуть на дом со стороны, то и правда может показаться, что всё идет своим чередом.

Дверь в кабинет, когда мы подошли, оказалась приоткрытой. Оттуда слышались голоса. Внутри всё сжалось от страха перед неизвестностью, но я не давала воли чувствам. Лишь приложила палец к губам, прося Сару быть тише. Мы остановились недалеко в коридоре, я оставила Нэнси и малышку позади, а сама молча превратилась в кошку размером с крохотного котенка и тихонько пошла вперед.

— Эдвард, просто подпиши уже бумагу, – будучи рядом, я смогла разобрать речь. Это явно говорил Рон, и голос его был пропитан самодовольством. Я осторожно подкралась ещё ближе и тихо заглянула в малюсенькую щель. Эдвард сидел в своем кресле, а возле стола, спиной ко мне, стоял тот самый предатель. Он указывал герцогу в бумагу, от которой вверх поднималась легкая черная дымка. Эдвард не был связан, и ран я не рассмотрела, но он тут явно оставался не по своей воле.

— Мне даже не нужно читать опознавательных заклинаний, чтобы понять, что твоя писанина пропитана проклятой магией Раса, – Эдвард презрительно фыркнул. – Кто её создал для тебя? Мабелла Глор?

— Мы уже давно выяснили, что я не стану напрямую говорить, на кого работаю. Это неважно. Твоя песенка спета. Передай мне место главы ордена, и я верну твою дочь.

— И при этом в подарок после подписи этой дряни я получу проклятье, которое… хм, дай-ка предположу, сделает из меня марионетку, как из моих людей?

— Ты всегда отличался сообразительностью, – Рон ухмыльнулся. – Твои люди – лишь пешки. Затмить им разум проще простого. Но, увы, ты, мой друг, сильнейший маг Эдит, которого я знаю. Поэтому на тебя это заклинание подействует, лишь если ты сам его примешь. Так что давай… не будем тратить время.

Он придвинул бумагу ещё ближе к Эдварду. Послышался скрип кожи подлокотников, которые гневно сжал герцог.

— Или я могу испепелить тебя прямо на этом месте, и никакая сделка с демонами тебя уже не спасет, – Эдвард держался из последних сил, его голос скрипел от злости.

— Конечно, вот только мы оба знаем, что ты этого не сделаешь. Ведь твоя дочь у нас. Одно неверное движение – я щелкну пальцами, и ей моментально снесут прелестную головку. И уж я тебя знаю. Ты лучше станешь марионеткой, чем позволишь кому-либо навредить своей малышке. Если потеряешь ещё и её… какой тогда смысл?

Мерзавец! У меня от этих речей Рона шерсть дыбом встала.

— И уж увы, в этом мире есть кое-кто посильнее тебя, – Рон вальяжно упал на стул, закидывая ногу на ногу. – Так что дочь ты не найдешь, сколько бы не старался. Есть лишь один выход. Он перед тобой.

— Как же низко ты пал, – костяшки Эдварда побелели. – Я считал тебя другом. Я верил тебе до самого конца. Доверил защищать самое дорогое!

— И в этом была твоя ошибка, – Рон лишь пожал плечами.

Всё. Пора это остановить. Тем более что в таком темпе Эдвард и правда может подписать эту ужасную бумагу. Я уже собиралась уходить от двери, как вдруг наши взгляды с Эдвардом встретились. Я вздрогнула, замерла и просто кивнула. Герцог не подал виду, но начал тянуть время:

— И что же ты собираешься делать, когда станешь главой ордена?

— О, поверь мне, начнётся золотая эпоха…

Это последнее, что я услышала. Дальше побежала обратно к Нэнси и Саре, по дороге становясь человеком. Они ждали в коридоре совсем недалеко. Обе вжались в стену и почти не дышали от напряжения и страха.

— Что… там? – совсем шепотом спросила Сара, подманив меня ниже.

— С твоим папой всё хорошо. Сейчас тихонечко иди со мной. Нам нужно показать, что ты здесь и с тобой всё в порядке. Дальше он со всем разберется сам.

Малышка кивнула, и мы неспешно зашагали по коридору. Мой план был прост – незаметно показать Сару отцу, и когда тот поймет, что дочь здесь, он тут же разберется с Роном. Вот только как всегда всё идёт не так, как хотелось бы. Из-за поворота вдруг вышел стражник. Видимо, он патрулировал эту часть коридора. Вот только вместо того, чтобы проигнорировать нас, как и все прочие, он вдруг выставил вперед руки. Гром слов заклинания обрушился на всех вокруг. Нас определенно раскрыли. Но это полбеды. Главное – нас вот-вот собирались атаковать, а я даже не знала, чем именно.

— А ну-ка посторонись! – раздался мышиный писк позади.

Я как раз собиралась вместе с Сарой кинуться в сторону, когда Нэнси на максимальной скорости полетела прямо вперед. Она была быстра как молния. В последний момент прямо перед стражником она развернулась ножками, целясь прямо ему в рот.

— А ну-у-у, – грозно протянула летучка, и врезалась прямо в открытый рот заклинателя, – заткнись!

Мохнатенькое тело Нэнси воткнулось в рот стражнику примерно наполовину. Она застряла там с чувством явного превосходства. По крайней мере, по её уверенной морде можно было точно сказать – всё так и планировалось. И, в общем-то, заклинание правда сорвалось, так что… план Нэнси сработал.

— Что происходит?! – рявкнул Рон и тут же послышались шаги в кабинете.

— Давай, – шепнула я, и крепко взяла Сару за руку. Мы побежали вперед. И ровно в момент, когда дверь кабинета распахнулась, мы стояли прямо напротив.

— Папа! – что есть мочи закричала Сара, прячась от Рона за моей спиной. – Я здесь, с Булкой! Я в порядке!

— Какого… – только и успел произнести мерзавец, с ужасом в глазах встречаясь со мной взглядом. Вернее с моими когтями. Я тут же полоснула ими перед собой, желая задеть Рона, но он успел отпрыгнуть назад, обратно в кабинет.

— Наивная дура! – выругался предатель, но в ответ получил лишь мою кривую усмешку.

— С тобой справлюсь не я…

Рон словно только сейчас осознал ситуацию до конца. Ужас, который моментально загорелся в его глазах, просто не передать словами. Это было невероятно приятно, наблюдать, как самоуверенный мерзавец с дрожью в коленях оборачивается и начинает жалобно выть подобно подбитому шакалу, едва заметив, что Эдвард просто встал со своего кресла.

— Подожди, Эдвард… – Рон попятился назад, – … давай поговорим. В конце концов, мы же старые друзья.

Спина предателя столкнулась с моими когтями, и тот неестественно вздрогнул. Тем временем Эдвард зашагал к нему, будучи злее любого зверя. Рон же понимал – любое неловкое движение, и герцог испепелит его на месте. Однако мерзавец всё равно начал спешно концентрировать магию, кажется, желая исчезнуть прочь.

— И не надейся, – Эдвард сделал всего один взмах рукой, и из пола моментально вырвались золотые цепи. Они сковали Рона, охватывая его ноги, руки и, наконец, горло. Я спешно отшагнула назад вместе с Сарой.

— Эдвард, здесь околдованный стражник! – крикнула, замечая, что Нэнси уже не справляется с напором незваного гостя… вернее его желанием извлечь летучую мышь из своего рта. Герцог молча сделал ещё один взмах, и такие же цепи куда более аккуратно сковали стражника, давая Нэнси возможность выбраться из слюнявого плена.

Рон захрипел, пытаясь вырваться и сделать хоть что-нибудь. Но чем больше он дергался, тем сильнее цепь впивалась в его горло, при этом светясь магией, которую высасывала прямо из тела мерзавца.

— Эдвард… я… – зашипел он, когда герцог подошёл совсем близко и заглянул прямо в глаза своему… бывшему другу.

— Больше я не собираюсь слушать твоих гнилых речей, – герцог приблизился к уху Рона и зашептал так тихо, что смогла уловить лишь я из-за острого кошачьего слуха: – я не стану медленно разрывать тебя на части после всего, что ты сделал лишь по двум причина. Первая – здесь моя дочь, и ты просто не достоин того, чтобы она увидела жестокость отца, даже по отношению к такому куску грязи как ты. А вторая – с твоей помощью я вычислю каждого, кто смеет прислуживать Мабелле у меня под носом. И когда все вы будете пойманы, вот тогда мы устроим казнь в лучших традициях жестокого прошлого… если суд не придумает для вас ещё более страшного наказания.

Рон понял, что у него не осталось и шанса. Его страх сменился истеричной злобой. Он хрипло рассмеялся, выплевывая в лицо Эдварду:

— Тебе всё равно никогда не одолеть клан Глор. Я просто выбрал сторону победителей.

— Силентиум, – коротко произнес Эдвард, и вокруг Рона начала смыкаться круглая темница. Это был золотой шар, горящий солнечным светом. Он прорастал из цепей, и медленно становился всё больше, пока окончательно не скрыл от нас предателя. Рон успел лишь прокричать напоследок, когда оставалась маленькая дыра в почти полностью сформировавшемся шаре:

— Вот увидишь… меня обязательно освободят!

Сразу после темница захлопнулась и осталась висеть в воздухе, прямо здесь, в коридоре. Как только мы поняли, что опасность окончательно миновала, из-за моей спины раздалось надрывистое:

— Папочка!

Сара моментально кинулась к отцу. Лицо Эдварда в одно мгновение изменилось, как только его руки коснулись малышки. Он опустился на колени и обнял её крепко-крепко, прижимая к своей груди. Сара до последнего держалась молодцом. Лишь сейчас она дала волю чувствам и разрыдалась, как и полагалось напуганному ребенку.

— Тише, тише, – Эдвард судорожно гладил дочь по голове, снова и снова прижимаясь губами к её лбу и щекам. – Всё хорошо. Теперь всё хорошо.

— Мне было так страшно!

— Я знаю. Прости меня, родная. Прости. Больше я никому не дам тебя обидеть.

— Если бы не Булочка, я бы так и сидела в той тёмной клетке!

Эдвард поднял на меня взгляд, а я растерялась, невольно смотря в пол. Предстоял такой важный разговор, а я даже не знала, как можно начать.

— Спасибо, – Эдвард вдруг улыбнулся мне, всё ещё не выпуская Сару из объятий.

Я вздрогнула, поджимая губы. Все мысли перемешались, а во рту пересохло. Вот чёрт! Соберись уже, Яна! Соберись!

— Эдвард, мне… мне нужно с тобой поговорить.

— Понимаю, – он кивнул. Ещё крепче обняв дочь, будто наслаждаясь моментом такой простой, но невероятно важной близости, герцог отпустил Сару и аккуратно поправил выбившуюся прядь её волос. Она хлюпала носом, всё ещё плача и не желая отпускать отца.

— Позволь папе кое-что сделать, – Эдвард подал малышке руку. Сара кивнула и крепко сжала отцовскую ладонь. Тогда герцог поднялся, осмотрелся и пошёл к стражнику, который всё ещё был скован цепями. Его сознание было мутным.

— Наверное, Рон приказал ему атаковать любого, кто появится рядом с кабинетом, – предположила я, шагая следом.

— Да. Жуткое заклинание, – Эдвард приложил ко лбу сужчины свободную руку. – Думаю, Мабелла смогла как-то передать Рону часть своих сил. Может, заключила их в артефакт. Так или иначе, всеобщее помешательство очень похоже на её способности…

— Ты сможешь всё исправить?

— Разумеется. Противится природной силе Мабеллы почти невозможно, однако такому оторванному от неё аналогу – вполне реально, – Эдвард взглянул на Сару и улыбнулся. – Правда для этого мне понадобиться обе руки.

Малышка скуксилась, но кивнула, отпуская отца. Эдвард соединил пальцы в замок, закрыл глаза и начал шептать под нос заклинание. В этот момент от стражника начала отделяться тьма. Она призрачными сгустками покидала тело, притягиваясь к рукам герцога, как к магниту. Очень скоро такие же кусочки тьмы потянулись со всех сторон. Они просачивались даже через пол и стены. Заметив это, Сара поспешила прижаться ко мне. Через пару минут вокруг рук Эдварда образовался густой шар сплошной тьмы. Когда все кусочки нечестивой магии были заперты, Эд резко открыл глаза, и чужая энергия возле ладоней просто вспыхнула солнечным светом, очень быстро сгорая, будто её и не было вовсе. Когда пламя потухло, стражник на секунду потерял сознание, но очнулся, едва Эдвард отряхнул руки.

— Господин Ноар? – голос мужчины был очень сонным. – Что… что происходит? Почему я скован? И почему во рту такой отвратительный привкус?

— Произошло нападение, но сейчас всё хорошо, – Эдвард щелкнул пальцами, и цепи рассыпались. – Обойди дом и осмотри, все ли в порядке.

Стражник с перекошенным лицом снял с языка кусочек мышиной шерсти, но быстро кивнул, отдал честь и побежал выполнять приказ. Герцог же уменьшил огромный светящийся шар, который стал темницей Рона, и заставил его медленно вплыть в кабинет. Туда же он и сам направился, перехватывая ручку Сары.

— Идём, – произнес Эд, смотря уже на меня.

Я кивнула, и быстро зашла в кабинет. Дверь за мной закрылась сама собой…