Глава 11

В то время как Карел окончательно расслабился, шел дорогой, посвистывая и похоронив бдительность, я следила за каждым кустом.

Прошлой ночью к нашему костру пробрался воришка. Чуть не стащил жетон Карела. Ух, я ему уши-то подрала!

С каждым днем я убеждалась, что король не намерен давать награду кому попало. Мимо нас проехали двое зарегистрированных маркизов со стражей и в полном обмундировании. А простых крестьян почти не встречалось. То ли жетоны кончились, то ли не всем везло их получить.

Карелу же повезло невероятно! Но он об этом еще не знал. Мирно спал под деревом, как вдруг нахмурился, напрягся. На лбу выступил пот.

– Отец, пожар… – пробормотал он во сне.

Пожар?

Я кошкой легла к нему на грудь и притихла. Плохие сны могут ослабить любого человека. Мне надо, чтоб в нем плескалась сила, героизм и всё такое. Нельзя давать слабину.

Карел распахнул глаза и увидел пушистую мордочку. Еще минуту соображал, приходил в себя. Всё был просто сон. Или нет?

– Я… – он будто хотел оправдаться перед кошкой. – Здесь недалеко мельница моего отца. Она сгорела дотла. Отец погиб в том пожаре.

Карел встал, пошатнулся. Пошел в одном направлении, потом развернулся, запнулся, упал. Взял вещи – те выпали из его рук.

Не-е-ет, так дело не пойдет.

Я воинственно посмотрела на мужчину. А ну, бери себя в руки! Есть в этом мире центр психологической помощи?

Эх, всё самой.

Нервно поскребла по земле.

– В чем дело, Росинка?

Я мотнула головой в сторону ближайшей деревни. Почему-то знала, что он поймет. Карел понимал кошачий язык с полуслова.

– Хочешь, чтобы я сходил в родную деревню? Проведал могилу отца?

Я запрыгнула к нему на руки и посмотрела в растерянные глаза. Как там в легендах о богатырях? Родная земля силу дает. Я скептически посмотрела на Карела. Вполне себе богатырь. Сильный, могучий, меч держать умеет.

Закроем гештальт – и можно идти на врага во всеоружие, с трезвым умом и храбрым сердцем.

Ух!

Мы вышли к деревне довольно быстро. Спрятанная на отшибе Заповедного леса деревня Карела поражала своей крохотностью и уютом. Двадцать домов, не больше, школа и церковь.

Сходили на кладбище, Карел положил лесных цветов и насыпал горсть ягод. Потом вышли к мельнице.

К тому, что от нее осталось.

Карел медлил. Будто боялся, что нас кто-нибудь увидит. Я плохо понимала, что он задумал, пока он вдруг не зашел с заднего хода и не открыл дверцу погреба в пристройке.

– Братья продали мельницу, но, похоже, новый хозяин не спешит ее ремонтировать. Может, вещи еще остались? Не шуми, Росинка. Нас не должны видеть.

Поняла.

Я навострила уши, но вокруг было пусто. Ни души.

Мы зашли в пыльный подвал и обомлели.

Всё вокруг было разбросано, мебель сломана, книжные стеллажи повалены.

– Здесь был кабинет отца… – Карел обвел взглядом хаос. – Зачем так грубо?

Он поднял несколько стеллажей, вынес обломки, но всё равно чувствовалось, что в помещении побывали вандалы. Не знаю, был ли это новый хозяин мельницы или прохожие разбойники.

– Все книги по магии вынесли, – пробормотал Карел.

Я выпала в осадок.

Книги по магии? В деревенском подвале? Что-что?

– Да, Росинка… Мой отец был придворным магом. Давно, пока его с позором не выгнали из дворца. Отец был ни при чем, но король не слушал. У него была своя правда, у отца своя.

Я посмотрела на беспорядок в подвале. Теперь стало понятнее, зачем кто-то залез и устроил тут такое. Чтобы скрыть кражу книг, несомненно более ценных, чем вся мебель вместе взятая.

Карел задумчиво прошел к сломанному рабочему столу. 

– Его обвинили в покушении на короля. Очень серьезное обвинение и весьма однозначное. Ведь магов огня почти нет в королевстве, эта стихия передается редко, в отличие от других. Сейчас только король владеет огнем. И еще им владел мой отец. Уникальная сила стала его проклятьем, – Карел ударил кулаком по столу. – В покушении была применена магия огня, а раз других огненных магов во дворце не было, обвинили моего отца.

Я слушала молча.

Да уж, несправедливо. У кого пистолет, тот и убийца. А что до более сложных схем преступлений, что в моем мире, что в этом, дела нет.

Взять хотя бы преступление моего бывшего мужа.

Марк идеально всё просчитал, чтобы получить компанию моей семьи и избавиться от меня. Надеюсь, они не списали всё на несчастный случай и хотя бы разок подумали, что всё могло быть не так однозначно, как рассказывает Марк. Болтун и предатель.

Не все злодеяния лежат на поверхности – это я хорошо понимала. Поэтому как-то сразу прониклась рассказом Карела и судьбой его отца.

– Он не стал ничего доказывать, – вздохнул. – Обиделся и ушел. Женился, вырастил нас с братьями. А потом вот… Пожар. Огненный маг погиб в огне – ирония, да?

Карел ушел в свои мысли. Я же попыталась переварить информацию. Я уже много знала об этом мире и допускала мысль, что здесь волшебство случается и даже в порядке вещей. Волшебные сапоги, проклятья, превращения, магия… Не знаю, хотела бы я увидеть магию огня вживую или нет. В данный момент, ничего хорошего я от волшебства не получила. Хвост, уши – все мои.

Побродив по подвалу, мы с Карелом вылезли на свет.

– Эй, кто там? – нас окликнул толстый дядька с трубкой во рту. Он спускался с повозки и с подозрением смотрел на нас. – Эй, я тебя знаю! Пшел отсюда! Вор! Грабитель! Это теперь моя территория.

– Знаю, – сплюнул Карел, закрывая меня собой, будто опасался, что может сделать тот человек.

Неприятный, с маленькими глазками и большим пузом.

– Уходи, парень, – погрозил коротким пальцем. – Иначе спущу на тебя свору собак!

Шерсть на спине встала дыбом. Почему он выбрал именно эту угрозу? Не потому ли, что увидел за Карелом испуганную кошку?

– Здесь немногое изменилось, – произнес Карел, намекая на разруху.

– Не твоего ума дела! Сколько хочу, столько и восстанавливаю. А вообще, снести всё к чертовой матери!

– Не успеете. Я выкуплю мельницу.

– Ага, – захохотал дядька, – готовь триста золотых! И кошачью шкуру! Уж больно чистая, сделаю из нее шапку, ха-ха!

Тут мое самообладание лопнуло. Я тенью обошла Карела, шагнула вперед, зашипела. Бросилась на дядьку, намереваясь выцарапать ему глаза.

Карел поймал меня в прыжке. Я почти вцепилась в хохочущую морду. Выражение морды изменилось. Уголки пухлых губ поползли вниз, а потом он как заорет.

– Еще раз выпустишь на меня свою кошку, и о возвращении мельницы можешь забыть! Сопляк!

Я вырывалась, извивалась, как змея, но Карел крепко держал меня.

– Тише, Росинка… – шепнул он мне в ухо, унося в сторону леса.

Замерла от спокойного и решительного тона.

– Мы с ним еще поквитаемся, вот увидишь.

И чмокнул меня в мокрый нос.

Что-о-о-о?

Я покраснела до кончиков ушей. Дыхание перехватило, а уверенное лицо передо мной хитро улыбнулось.

Всё, аут.