Глава 10

Я должна была выторговать себе светлое будущее. Куда приятнее находиться рядом с человеком, который позаботится о тебе, чем осваиваться в чужом мире в одиночку. Венчур с достоинством прошел все испытания. А главное, мое сердце при взгляде на него колотилось в два раза быстрее. – Возражения не принимаются? – он осклабился в улыбке. – Только в случае твоей смерти. – Что ж, звучит убедительно, невеста. Я улыбнулась. Думала, уговаривать придется дольше. Я не знала, как буду чувствовать себя завтра, и не передумаю ли выходит замуж за Венчура, но сегодняшние события показали, что мне нужно поторопиться. Особо на меня подействовал ужас, когда я увидела смерть в глазах феи, готовой откусить мне голову. – А теперь мы должны скрепить наши клятвы поцелуем, – сообщила я, заматываясь в простыню. – Я готов, – откликнулся Венчур, разворачиваясь и растопыривая руки для объятий. Я шагнула к нему и, встав на цыпочки, прильнула к губам. Паромщик откликнулся. Наконец–то самый настоящий поцелуй, а не какой–то отеческий в лоб. Я застонала от удовольствия. – Неужели мы ограничимся только объятиями? – прошептал Венчур, не выпуская меня из кольца рук. – Я не какая–нибудь фея. Все остальное только после свадьбы. – Тогда нам придется поторопиться. – Только после того, как мы изгоним врагов из нашей родины. Я не хочу, чтобы посреди свадьбы к нам заявились мои лесные родственницы. – Я говорил, что обожаю тебя? Смазав раны, спать мы легли на одной кровати. Так для нас было привычнее. Венчур выделил одну из своих рубашек. Обещал утром сгонять в модную лавку, чтобы купить что–нибудь подходящее. Я наотрез отказалась от тех вещей, что оставили его прежние подружки. Завтра же все сожгу. За дверью еще долго ходили. То ли убирались, то ли искали улики, ведь фея жила во флигеле добрых две недели, и было неизвестно, чем она занималась. Во дворце окопался враг, прикидываясь очередной пассией брата королевы, но никто даже ухом не повел. Это я о сероглазом эльфе. Приглушенные голоса и стуки не помешали нам забыться сном. Будет утро, будет пища для размышлений. Я проснулась от поцелуя. Потянулась и открыла глаза. Венчур был полностью одет, гладко выбрит и бодр. – Соня, я принес тебе целый ворох одежды. Выбирай, – он кивнул в сторону коробок, занимающих половину комнаты. – И раз уж мы теперь жених и невеста, прими от меня подарок. Венчур вытащил из кармана коробочку. Я ожидала, что это будет кольцо, но нет, подарком оказалась подвеска на короткой золотой цепочке. – Я понимаю, ты ждала кольцо, но пока мы не разобрались с врагами родины, – его губы растянулись в улыбке, – придется носить мой знак на шее. Так ты его не потеряешь, если даже придется обернуться кошкой. Я взяла амулет в руки. Небольшой золотой медальон, сделанный в виде пикирующего дракона, тут же ожил – ящер расправил крылья. Я вздрогнула от неожиданности. – Спасибо. Очень красиво. Поможешь? – я повернулась спиной и приспустила рубашку. Венчур убрал в сторону мои нечесаные волосы и застегнул замочек. Поцеловал в шею. – Никогда не снимай. Это парный маяк, – он показал кольцо на своей руке пальце с таким же изображением дракона. – Я по нему найду тебя даже в другом мире. – Как я попаду в другой мир? Боишься, что меня уведут с собой феи? – Я не хочу рисковать. Элиодор говорит, что амулет всегда приведет меня к тебе. – Как путеводная нить? – мне понравился подарок. Прежде всего, как доказательство, что Венчур дорожил мной и не хотел расставаться. Ну как можно не полюбить такого мужчину? Я развернулась и притянула Паромщика к себе. Наш поцелуй был глубоким и чувственным. – Еще не передумала отложить все до свадьбы? – спросил он, на мгновение отрываясь от моих губ. Когда мне позволили дышать, я улыбнулась и, дразня, покачала головой, хотя тело просило, чтобы мы не останавливались. Но я же не фея. Венчур поднялся. – Не буду мешать. Умывайся и приводи себя в порядок. Нас пригласили на завтрак во дворец. У тебя час времени. – Ты уходишь? – я поняла, что он не собирается дожидаться, когда я соберусь. – Я должен отчитаться за командировку. Заодно узнаю, что вчера выяснил Элиодор. – Элиодор… Он кто? – я вспомнила холодный взгляд эльфа. – Герцог Элиодор – глава Королевского сыска, – увидев, как я поежилась, Паромщик улыбнулся. – Иногда я сам его боюсь. Хорошо, что я ему не подчиняюсь. Я работаю только на сестру. С трудом отвоевал независимый статус. Я собралась быстро. Разворошив коробки, достала нежно голубое платье под цвет моих волос. Я не любила кружева, но раз их выбрал Венчур, который лучше разбирается в местной моде, то так тому и быть. Одевшись, вышла в гостиную. Она встретила меня отсутствием мебели и цветов. Все, что вчера разрушила демоница, по имени Хлоя, вынесли. Единственное, что сохранилось – это камин. Он выдержал ураган ярости лишь потому, что был сделан из камня. – Пст! – послышалось из его недр. Я напряглась и отступила ближе к выходу, приготовившись бежать. Но любопытство взяло свое, и я наклонилась, чтобы заглянуть в пустынное чрево камина. В тени пряталась рогатая кошечка. Еще одна сирена? – Кто ты? – спросила я срывающимся голосом. Мне бежать бы, но сирена не собиралась нападать: хвост не бил по бокам, шерсть на загривке не встала дыбом. Она явно принимала меня за свою. Я попятилась, когда она вышла из камина и сделала движение, словно умывается лапой. Вокруг нее закрутился туман. Я не успела моргнуть, как передо мной поднялась фея. Невероятно красивая, с копной волос цвета морской воды и в такого же цвета одежде. Не чета Хлое, которая против этой выглядела дешевкой. Но почему не голая, какой становлюсь я после каждого оборота? Неужели все дело в том, что я неправильная сирена, поэтому не смогла уберечь свои джинсы и рубашку? А может, я просто не умею пользоваться опциями, что полагаются мне, как фее? – Пора уходить, сестра, – произнесла фея, оглядываясь на окно. – Это начнется сегодня. Она явно принимала меня за одну из своих, поэтому спросить, что такое «это», я не посмела. Я кивнула и тоже с тревогой посмотрела на окно. На аллее, ведущей к дому, было пусто. – Господин надеется, что ты успеешь управиться с Венчуром до полуночи. Он удивлен, что тебе понадобилось столько времени. – Венчур уехал неожиданно, и мне пришлось ждать его две недели, – хорошо, что я знала причину, по которой может гневаться «господин». Фея обвела меня щупающим взглядом и остановилась на амулете. Ее глаза опасно сузились, а я невольно схватилась за подвеску в виде дракона. – Надеюсь, ты не увлеклась братом королевы? – Можете быть спокойны. Я хорошо играю свою роль. Сегодня же он будет мертв. – Ждем тебя на Земле, сестра. Вот тут я открыла рот. Они пришли с Земли? Но как? У нас такие твари не водятся. И как я попаду на Землю, после того, как «убью» Венчура? На что надо нажать на моем теле, чтобы переместиться? – До первой звезды, – попрощалась со мной фея и, ткнув пальцем себе чуть выше переносицы, вновь сделалась кошкой. Прыгнув в камин, она проурчала что–то вроде «Фрыурр!» и исчезла в туманной пелене. «Фрыурр», – повторила я мысленно, боясь произносить непонятное слово вслух. Мне казалось, я поняла, как вернуться на Землю. Не зря в старом доме, расположенном на нашей улице, слышались чарующие голоса, и пропадали те, кто туда совался: феи давно обосновались в особняке. Я вспомнила, что видела в музыкальном салоне камин. Не он ли является порталом? Мои рассуждения увели меня еще дальше: если бы феи жили в особняке постоянно, то на всей улице не осталось бы ни одной живой души. Вампиры быстро очистили бы ее. Нет, все–таки Земля – не место обитания тварей, а нечто промежуточное между мирами. И раз уж фея не усомнилась, что я не Хлоя, посланная убить Венчура, значит, я относилась к рядовым бойцам, которых командирам не обязательно знать в лицо. Выходило, что сиренам, участвующим в операции, нет числа. После произошедшего я не могла оставаться в доме. Из камина в любой момент могла выпрыгнуть еще одна фея. Конечно, если первая решит, что я играю на стороне противника. Я выбежала в сад. Пошла торопливо по направлению к дворцу. По обе стороны аллеи пышно разрослись цветы: розы, пионы, гортензии. Я бы отметила их красоту, если бы меня не съедала тревога. Что случиться сегодня в полночь? И кто тот господин, что задумал переворот в королевстве? Я летела к дворцу, когда услышала, что меня окликают. По параллельной аллее шел Венчур. Он помахал мне книгой, зажатой в руке. Я обрадованно кинулась к нему через цветник, не обращая внимания на цепляющиеся за платье кусты. Я рассмеялась, когда Паромщик сошел с вымощенной дорожки и поспешил навстречу. Мы влетели друг в друга где–то на полпути. Наши объятия были тесны, а поцелуй долог. – Боже! Какая ты красивая! – выдохнул Венчур, рассматривая меня. Я зарделась под его взглядом. Паромщик отломил соцветие голубой гортензии и воткнул мне в волосы. – Ты необыкновенная. И только сейчас я понял, как сильно тебя люблю. – А вчера не так сильно любил? – я плавилась под его взглядом. – Вчера я сильно тебя хотел, но ты сказала «нельзя», и я смирился, – он опустил взгляд на мое декольте. Выбранное им платье не отличалось скромностью, а принятый здесь корсет приподнял грудь и сделал ее аппетитной. – Что у тебя за книга? – я нарочно отвлеклась на нее, чтобы не ступать на зыбкую почву. – Я не знал, умеешь ты читать по–нашему или нет, поэтому купил книгу с картинками. Он так ждал моей реакции, что я заподозрила неладное. – «Указания для принцесс»? – я подняла на Венчура глаза. Я умела читать. Я многое что умела в этом мире, несмотря на то, что никогда прежде не слышала об Эйракии и понятия не имела, что феи бывают кровожадными. – И что там? Я открыла первую страницу, потом перелистнула вторую, третью, десятую. И чем больше листала, тем пунцовее становилось мое лицо. На картинках принцы совокуплялись с принцессами в разных позах и разными способами. – Учебное пособие? – спросила я, пряча улыбку. – Ты такая юная, и я предположил, что ты не знаешь, что бывает между женщиной и мужчиной, когда они делят одну постель. Я рассмеялась. Заботливый просветитель. Венчур выдохнул с облегчением. Он боялся моей реакции на эротические рисунки. – Мы обязательно все это испробуем на практике, – пообещала я, возвращая ему книгу, – но боюсь, в ближайшее время у нас не будет возможности спать в одной постели. Грядет нечто страшное. Я рассказала ему все, что происходило со мной после того, как он вышел из флигеля.