Глава 16

Влад смотрелся в зеркало и не мог сдержать раздражение. Как же его бесил прилизанный сноб в отражении. Когда-то, когда он был «Славяном из деревяшек», он, за компанию с дружками, с удовольствием чистил таким морду. Он жил в двухэтажном деревянном бараке, где из удобств имелась газовая плита на общей для двух семей кухне, холодная вода в умывальнике, и горячая — зимой, в батарее. Туалет на улице или в ведре. Как он ненавидел тогда этих чистеньких «буржуев», которые ели клубнику со своих дач и отдыхали на Черное море. Он сумел! Он добился! Он стал тем, кого ненавидел. Охренеть, «достижение»…

Вчера Влад полночи гонял на байке в темноте пустынной трассы, лишь изредка освещаемой одинокими фурами или случайными легковушками. Рев мотора, ветер в лицо и блаженное одиночество. Не нужно ни перед кем делать вид, изображать, соответствовать и производить впечатление. Можно просто гнать на пределе разумного под оглушающим черным небом в сияющей россыпи звезд. Влад затянул галстук. Нет, так не пойдет. Так — нечем дышать. КотоФей ослабил удавку и расстегнул пуговицу. Взъерошил волосы. И, подумав, снял золотую цепочку, которая так неудачно виднелась из-под узла галстука. Положил ее на тумбочку у зеркала. И рядом — золотую печатку. Теперь отражение уже не так раздражало. Раздражало. Но терпимо. Теперь можно и на работу.

У генерального было непривычно тихо. Костя и Гена молча пили кофе, поджидая остальных. Влад к ним присоединился. Кивнул в знак приветствия, сделал себе бодрящий эспрессо и сел ждать.

Мишель опоздал минут на пятнадцать. Он был бледен, небрит, в футболке и джинсах. И, черт подери, Дягиль, глядя на него, почему-то ощутил зависть. Потому что кому-то по-прежнему можно всё, а кому-то — нет.

— Ну, и?.. — поинтересовался Ген-директор, когда Котэ уселся в кресло и промял виски основаниями ладоней.

— Кира сегодня у меня ночевала, — ответил Мишель, взяв в руки кружку с кофе и оглядываясь в поисках…

Генеральный быстро убрал со стола традиционно стоявший там пузырь Хеннесси.

— И?.. — продолжил он.

Арт-директор скорчил обиженную физиономию.

— Судя по тому, что я проснулся на диване и одетым — и всё! — буркнул он, уткнувшись носом в кофе.

— Ты что, напился? — не поверил Влад.

Мишель проигнорировал вопрос.

— И она тебя до дома тащила?! Есть женщины в русских селеньях! — восхищенно выдал Дягиль.

Всё это время генеральный как-то слишком пристально глядел на блондина.

— А на чью, позволь спросить, выставку вы ходили? — слишком мягко и слишком вежливо поинтересовался Колчевский.

— Какая разница? — сразу ответил Мишель, задрав подбородок, как пионер-герой перед фашистами.

— Да-а-а, Шель. Ты там, на днях, что-то нелицеприятное про гусар говорил?.. Так должен тебе признаться: ты не только самокритичен, но еще и на редкость объективен! Уйдешь в запой — выгоню нахрен, даже не вспомнив о былых заслугах перед отечеством. Понял?

Арт-директор грустно кивнул.

— Ты точно понял?!

Влад перевел взгляд на Костю. На его лице, пусть и бледно, читались любопытство и недоумение. Дягилю полегчало. Всё же приятно знать, что ты тут не один такой дурак.

— Ну и, разумеется, — продолжил Геннадий, обращаясь к остальным, — все уже поняли, что следующая очередь — моя.

— Вообще-то, моя, — возразил Костя.

— В смысле? — уточнил генеральный тоном, от которого даже не мелкому Владу захотелось спрятаться под стол.

— В смысле, что у нас ежепятничный корпоратив. И отменять его ради дурацких пари я не намерен. Если тебе удастся уговорить Киру променять его на что-то другое — ради бога. Но если честно, шансы у тебя невысоки.

Дягиль, который с этой проблемой уже сталкивался, подтверждая, кивнул. Мишель по-прежнему был обращен куда-то в другую Вселенную.

— А теперь, раз уж с «дурацкими пари» мы закончили, может, пора по рабочим местам? — подвел итог недовольный Колчевский и подал всем пример, отрывая пятую точку от кресла.

Увы, с дурацким пари всё еще было в самом разгаре. И, что самое гадкое, КотоФей был рад, что сейчас не его очередь. Он практически не сомневался, чем дело кончится у генерального — достаточно посмотреть на «ангелочка»-Мишеля. Вопреки здравому смыслу, Дягиль сам не рвался «в бой». По той простой причине, что все его карты уже были разыграны. И как Влад ни старался, больше ничего в голову не приходило. Оставался, правда, еще один туз в рукаве. Но один туз — не десять, на нем партию не построишь. Да и риск большой. Так что пусть лежит до лучших (в смысле, худших) времен.

Кира выспалась на удивление. Проснулась по будильнику, благоразумно выставленному на «пораньше». Умылась. Подправила макияж. Вызвала такси. Печально оценила наличность. Вот и сходила на халяву на выставку… Вопреки желаниям жабы, за всё в этой жизни приходится платить, подумала Новикова и пошла будить хозяина. Мишель долго не мог понять, кто он и где. Когда мозг у него, наконец, включился, сотовый голосом девушки-робота сообщил о прибытии такси. Арт-директор взглянул на Новикову осмысленно и закрыл лицо руками. Потом, словно встряхнувшись, распрямил спину и, глядя в глаза, хриплым со сна голосом спросил:

— Я много выпил?

Кира помотала головой.

— А когда вырубился?

— В такси, — ответила Кира.

— А моя машина где?

— Где стояла. Извини, я была вынуждена забрать оттуда твои документы. Ты никак не хотел называть свой адрес. Всё лежит на столе, — она указала подбородком.

Мишель вздохнул.

— Я вел себя как скотина? — тоскливо спросил он.

— Почти, — честно призналась Кира. — Прости, меня уже машина ждет. Я ночевала в соседней комнате. Постель убрала, стирку запустила. Закрой за мной, пожалуйста.

Мишель стал хлопать себя по карманам. Новикова хотела было обидеться, особенно когда Шель открыл портмоне. Не думает же он, что Кира его обобрала? Но Воронцов вынул из кармана пару тысячных и сунул ей в руки. Когда Новикова подняла на него возмущенный взгляд, он твердо произнес:

— Я, конечно, пьянь и скотина, но еще не достиг того левела, чтобы позволять девушке платить за меня в такси.

— Я заплатила меньше, — пискнула Кира.

— Уволь меня от этой бухгалтерской нудятины, — сморщился блондин. Снова глубоко вздохнул и произнес. — Кир… прости меня. — Блондин глядел на нее взглядом котика из Шрека. — Я не так всё планировал.

Он протянул ладонь к ее руке.

— Меня… такси ждет… — буркнула Новикова и юркнула к выходу.

На какой-то момент ей вдруг стало обидно, — почти до слез, — что с нею так несправедливо обошлись. Но потом, сквозь обиду и слезы, продралась здравая мысль, что всё не так плохо. Во-первых, она почти узнала Страшную Тайну арт-директора. Почти — потому что еще не узнала, но чувство вины — великая сила. Так что это «почти» — временный член выражения. Во-вторых, она действительно неплохо повеселилась, пока Воронцов окончательно не выпал в осадок. В-третьих, ей удалось не только не потратиться, но даже уйти в плюсе. «Порядочная девушка» в ней когтями и зубами отбивалась от жабы, которая твердила, что «плюс» — это за услуги по транспортировке бесчувственного тела. «Порядочная девушка» показала жабе кукиш и заявила, что всё, за минусом расходов на такси «туда-обратно», вернет при первой же возможности. Жаба была недовольна, но дрессирована. Поэтому заткнулась и тихо радовалась тому, что прямо сейчас такой возможности нет.

Несмотря на одну пробку по дороге, Кира приехала немного раньше, чем обычно. В кабинете уже сидели Вано и Роман.

— Клёвое платье, Кирчик, но для квеста не лучший вариант, — заявил Вано. — Или ты не идешь

— Какой квест? — не поняла Новикова. — И тебе привет.

— А, да, привет, — кивнул бывший одноклассник. — Мы сегодня на квест идем. Хорроровый. Ты что, не знала?

Кира пожала плечами. Скорее всего, не знала. Но могла и просто пропустить мимо ушей.

— Пойдешь? Хочешь? — продолжал Листьев.

— Не хочу, — призналась Кира. Ужасы — не ее стихия. — Но пойду. Сколько стоит?

— Штука с рыла.

Кира вздохнула. Жаба в ужасе приложила лапку к пасти. Если бы Мишель не проявил благородство, у Новиковой против внутренней амфибии не было бы никаких шансов.

— Ок. Кому «отдаваться»? — спросила девушка ровно в тот момент, когда в комнату ввалился Лёха.

— О, а что, можно предложить кандидатуру? — радостно оскалился он.

— Вот ему и отдашься, — сообщил Вано.

Кира вынула из кошелька голубую банкноту, пока она окончательно там не обжилась, и протянула Алексею.

— А чё, за это еще платить будешь? — прифонарел тот.

— Это за «Бункер», болван. — Листьев не поленился подняться и дать коллеге леща.

— Бли-ин, — обиженно хлюпнул эникейщик. — А я-то размечтался…

— О чем пригорюнился, добрый молодец, — ввалился в отдел Димон, но, критически оглядев Лёху, поправился: — Тьфу, то есть, о чем разнылась, красна девица. — И хлопнул в подставленную ладонь Листьева: не то здороваясь, не то отмечая очко в ворота эникейщика.

— Не любите вы меня. Уйду я от вас, — выдал Алексей.

— Базару ноль, — согласился Вано. — Вот заплатишь за квест — и вали на все четыре стороны.

— Ну, уж нетушки. И пропустить, как вас замочит сбрендивший компьютер? Не дождетесь!

— Тебя он, вообще-то вместе с нами будет мочить, — подал голос Дмитрий из своей коморки.

— Ага! Я ему так «Кья!» на Delphi, — Лёха изобразил в лицах, какой он крутой.

— Кодить научись для начала, кибер-каратист, — влез Вано.

В самый разгар разборок появился Денис Борисыч.

— А ну, цыть! — рявкнул он. — Не хватает острых ощущений? Ща Шеф с планерки придет, всем вставит!

Но к моменту пришествия вышеупомянутого Шефа в кабинете остались только Роман и Кира. В руке у Константина Сергеевича был традиционный стаканчик капучино. Следом за ним, из кармана пиджака, на столе появилась плитка Ritter Sport’a. На это раз — белого с грейпфрутом.

— В цвет, — скупо прокомментировал Шеф и ушел в свою стеклянную отгородку.

Цвет фантика действительно шел в тон платью. А вкус — сладкий с горчинкой, — как нельзя лучше соответствовал этому утру.

На обеде Кира сбегала домой. Кошка выразила возмущение громким мявом. Котята поддержали мамку оглушительным писком. В общем, тот еще хор-р-ор домашних животных. Хоть на квест не ходи. Новикова выложила Гермионе еду, убрала лоток и по-быстрому переоделась в то, что не жалко уделать. Кроссовки, старенькие джинсики, темная футболка. Прямо как на дачу. Только без тяпки. Жаль, кстати, что тяпки не было. Какая-никакая, а защита. Кира почитала до обеда про всякие ужасы, которые творятся на подобных аттракционах. Кому-то ухо топором оттяпали, кого-то в машине подпалили… Жаба тихонько нашептывала, что еще не поздно отказаться. Еще чуть-чуть, и денежки тю-тю… Кто же в здравом уме станет платить деньги за то, чтобы его напугали до ужаса, а то и изувечили? Но Новикова упрямо решила идти. В конце концов, там куча мужиков будет. В них мяса больше. Авось, пока монстры будут их рвать, Кира успеет слинять. Ну, там, милицию вызвать, на помощь позвать…

Шефа после обеда Новикова на работе не обнаружила. Зато обнаружила конфеты. Шикарный набор Ferrero Garden в разноцветных золотинках. На коробке лежала открытка со смущенно-виноватым Плюшевым Мишкой. Очень удобно. И извинения, и подпись. Новикова, конечно, не собиралась прощать арт-директора за какую-то, — пусть и офигенно дорогую, — коробку конфет. Но и не выкидывать же. Кира подняла прозрачную крышку и принюхалась к аромату. Вку-усно!

— Парни, кто хочет конфет? — мужественно спросила она у коллег.

— Ты, это… ела бы сама. Тебе можно, — щедро разрешил Леха, но к столу подошел, долго разглядывал фантики и взял кокосовую. — А чего это Шель тебя конфетками балует? — произнес он тоном ревнивого любовника. Не иначе, под впечатлением от утреннего шоу.

— Да я… — Кира подумала-подумала и решила честно признаться. Про эффект «арт-директор + пробка от вина» здесь наверняка только ленивый не знает. — Я вчера Михаила Степановича после выставки домой… проводила…

Вано хрюкнул, а Дима исчез в глубине каморки и вернулся оттуда с пакетиком.

— Тогда тебе мясо есть нужно, — сказал Дима и протянул мешочек, в котором лежал расстегай. — На конфетах мышцУ не нарастишь, — подмигнул он, и стащил зеленый шарик фисташковой Ферреры.

— Слышь, мне захвати, — подал голос Ванька.

— А тебе вредно! — ответил его тощий, как жердь, приятель. — Ты скоро в дверь проходить не будешь.

— А я бочком, бочком. Кинь конфеткой, жадина.

Дима прицельно пульнул в Листьева то, что под руку попалось (миндальная, между прочим), но однокурсник продемонстрировал потрясающие способности к квиддичу. Гарри Поттер рядом с ним чувствовал бы себя китайской подделкой.

Кира налила чаю и с удовольствием сначала сточила расстегай, а потом съела пару конфет. Работать уже не хотелось, хотелось спать, но Новикова взяла себя в руки и принялась за последний файл из задания Шефа. В процессе она уговорила еще три конфетки. Между делом. В общем, к концу рабочего дня, когда у Димы зазвонил телефон, и он сообщил, что «Сергеич подъехал, ждет внизу», коробка опустела наполовину.

Дениса Борисовича на месте не было. Алексей, Ванька и Димон засуетились, сохраняясь и закрываясь, и только Роман продолжал пялиться в экран.

— А ты что, не идешь? — спросила Кира, которую выскочившие за дверь парни попросили поторопиться.

— Не-а. Чего я там забыл? — заявил Роман.

Он встал, потянулся и подошел к столу Новиковой.

— На самом деле, у меня подработка нарисовалась, — сообщил он, вынимая из коробки целых две конфеты. Потянулся за третьей, но передумал. — Не смог отказать жабе.

— А я смогла, — грустно ответила Кира.

— Соболезную, — хмыкнул сисадмин.

И Новикова, захватив конфетку для Шефа (клубничную, их всего две было в коробке!), поскакала к выходу.

Ребята оставили Новиковой переднее пассажирское (добровольно, принудительно или по привычке — кто же теперь разберет). Кира села и положила на приборную доску перед Костей розовую конфетку.

— Это за что? — спросил он, поворачивая ключ в замке.

— Алаверды, — ответила Кира.

— Мне не в цвет, — возразил Шеф и с улыбкой посмотрел на Новикову.

— Ладно, тогда я дома переоденусь в розовое и съем сама, — легко согласилась Кира и потянулась за ферреркой, но Костя оказался быстрее. — Вспомнили, что у вас дома есть фуксиевая блузочка с жабо? — обиженно поинтересовалась Новикова.

Позади раздался смешок кто-то из парней, и она прикусила язык. Конечно, в последнее время технический директор вел себя не как голубой. Даже наоборот. Но а вдруг?..

— Он будет ее есть, и представлять, как ты переодеваешься в розовое, — фыркнул за спиной Леха, за что, судя по звуку, схлопотал подзатыльник от кого-то из старших товарищей.

Костя невозмутимо глянул в зеркало заднего вида и плавно тронул машину с места, будто речь шла не о нем, и не о ней, и не он только что вел себя, как последний школьник.

Квест проходил в офисной многоэтажке. В холле фирмы было прохладно от кондиционера. На чайном столике, рядом с кулером, стояла тарелочка с крекерами-крендельками. Удобные диванчики для ожидания приглашали прикорнуть напоследок. Ждать пришлось недолго. Крепкий улыбчивый парень-оператор вышел к ним и стал рассказывать правила: ничего не бить, не ломать, актеров не обижать, друг друга не мутузить, если будет нужна подсказка, сложить предплечья крестом.

— Сейчас вы на лифте спуститесь в бункер. Он находится глубоко под землей. ИскИн, который им управляет, сошел с ума, и представляет опасность. Ваша задача — добраться до командного пункта, запустить автономную систему самоуничтожения бункера и вернуться назад в полном составе. Всё понятно?

— А нас там бить не будут? — набралась смелости Кира.

— Нет, — рассмеялся оператор. — Это же не перфоманс. И вообще вы «лайт» заказывали.

Лайт — это хорошо, думала Новикова. Лайт — это именно то, что нужно ее трусливой натуре.

Оператор нажал на кнопку, и открылись двери лифта. Ребята вошли в обычную кабинку, и Кира поспешила за ними.

— Вам — на самый низ, — произнес парень и нажал на нижнюю кнопку, на которой было написано «-5».

— А что, бывает минус пятый этаж? — удивилась Кира, глядя, как сменяют друг друга номера этажей.

— Чушь, — возразил Вано. — Это просто иллюзия. Техническая примочка. На самом деле мы этажа на четыре опускаемся, а из-за этого табло создается впечатление, будто все пятнадцать проехали.

В этот момент лифт остановился. Свет погас. И женский голос очень тихим шепотом произнес: «Вы все умрете».