Глава 27. Кошкина

— Итак, наши дорогие девушки прошли большой путь, и старожилы, как и дебютантки столичного турнира, показали великолепные результаты. Но… Ого, какие у девушек полотенца!

Мы с Черепашкиной даже не дернулись. Все же разминка нас не на шутку затянула. По ту сторону стояли не абы кто, а очень серьезные соперницы, которые в отсутствие лидеров приняли удар на себя. Ну, то есть чисто теоретически претендовали на победу.

А тут мы. С полотенцами. Теми самыми, которые вчера товарищ брата Черепашкиной вышивал до позднего вечера вне очереди.

— Какой необычный подарок! Не знал, что наши чемпионы так поддерживают подрастающее поколение.

Я все же не выдержала. Скосила глаза в сторону Собакина. Славик был цвета текста на полотенце. Даже Пантелей не улыбался. Точнее… Напарник человека, который портил мне нервы, поперхнулся чем-то, а потом, прищурившись, вчитывался в надпись на нашей маленькой шалости.

— Кошкина, а ну-ка сюда!

Тренер долго не мог понять, в чем дело. Крутил головами по сторонам, не понимая, откуда странные возгласы и прочее. Но потом, после слов комментатора до него дошло. Полотенца быстро сменились на казенные, спонсорами проплаченные.

Я подлетела к нему. Василич с нескольких заходов предпринял попытку высказать мне свое отношение к сложившейся ситуации. Пять раз как минимум начинал, на что я попросилась обратно на площадку. Наконец, немолодой, с редеющими усами от нервов исключительно тренер выдавил:

— Ты! Удачи, говоришь, они вам желают?! Самые лучшие… Да я тебе!

Я не стала дослушивать. Здоровье любимого тренера надо беречь. А то еще удар хватит. Поправлять Василича и раскрывать ему правду, что это не я, это Черепашкина придумала столь искрометную месть, не стала. Я знаю, когда вовремя остановиться.

Тем более, что у меня уши горели, а внутри жег азарт. Хотелось сейчас так отыграть, чтобы говорили только о нас, а не о каких-то там полотенцах. Руки вспотели, и я вытерла их о штаны. Погода была так себе, но на этот раз мы все же имели термобелье.

— Ну с такой поддержкой Кошкина и Черепашкина не пропадут. Тем не менее, свое право играть в финале за главный приз этапа они должны доказать на площадке!

Ах, ты ж… Я умею слушать между строк. Тем не менее, мы с Черепашкиной уже настроились на рабочий лад. Даже Василич начал складывать слова в предложения качественнее, и вот мы уже в середине первой партии.

Это незабываемое чувство! Когда ты ведешь в игре… Когда очки складываются в цифры, а ты ловишь опасную эйфорию. Почему опасную? Потому что в любой момент тебя может так встряхнуть, что костей не соберешь. Каждая партия - это как игра заново!

В пляжном волейболе играют до двух побед и двадцати одного очка в партии. Сказываются условия. Физическая подготовка должна быть на уровне, а в нашу с Черепашкиной пользу в этот раз играл возраст.

На той стороне стояли опытные, но все же женщины. Они местами подуставали, местами тормозили, но в любом случае создавали нам очень тяжелую конкуренцию.

Тем не менее, первая партия была за нами. В такие моменты мне очень хотелось играть лучше всех. Чтобы Собакин смотрел, а я утирала ему нос своими эйсами. Куда уж без них.

— Могу сказать, что Вячеслав Собакин явно не прогадал, когда отдавал свое сердце этой даме. С такими подачами я бы тоже боялся поворачиваться к ней спиной!

Какое еще сердце? Но думать о болтовне ведущего не хотелось. Внутри играл адреналин, и азарт захватил все наше с Черепашкиной естество. Потные, с песком во всех местах мы летали по площадке, как сумасшедшие.

Я больше нападала. В меня летело в этот раз самое большое число подач. Это стандартная тактика – выбирать ту, что поменьше ростом. И хотя по меркам пляжного волейбола я была очень даже ничего, все равно не чета Черепашкиной.

Блокировать меня легче, прыгаю я из-за роста ниже, так что шансы у соперников всегда выше. Стандартный план. Ну, я старалась не подвести свою напарницу.

Черепашкина сегодня была страсть как хороша. То ли ее сумасбродство так подействовало на девушку, то ли она уверовала в надпись. Не каждый день у тебя появляется в арсенале трофейное полотенце от чемпиона.

Там так и было написано крупными буквами: «Черепашкиной от Пантелеймоненко. Самой талантливой блокирующей сезона». Она сама придумывала. Я была чуть скромнее.

«Кошкиной от Собакина. Ты самая лучшая». Все же, какие у нас крутые чемпионы, как они поддерживают начинающих звезд волейбола! Если кто меня спросит, то без зазрения совести заявлю: «Все по любви. Исключительно! Они так хотели нас поддержать, что подарили именные полотенца».

Да, голубые, наверняка спонсорский подарок, какой от сердца оторвали. Пусть радуются, что не радужные! А то мы с напарницей и не такое устроить можем.

Вторая партия тоже пошла за нами. Я выдохнула и относительно расслабилась только в конце. Все же, каждый раз ты словно начинаешь все заново, но наш перевес был значительным.

Тем не менее, победа за нами! Я так радовалась, так радовалась! Когда осознание, что мы идем дальше, до самого конца затопило все мое существо, пришло другое… Надо как можно скорее линять с площадок.

Но не тут-то было. Я буквально всеми частями тела чувствовала, как следит за мной Собакин, жаждущий мести. Но, как оказалось, это еще ничего не значило. Неприятности поджидали там, откуда я их вообще не планировала. Над стадионом разнесся голос комментатора:

— Удивлен, что парни решили так изъявить свои симпатии, но как есть, очень рад, что чемпионы мира и серебряные призеры Олимпиады нашли себе таких очаровательных и перспективных дам сердца…

Чего?! Каких еще дам сердца?! Я не это имела ввиду! Кому вообще в голову придет трактовать наши безобидные подписи так? Но, судя по одобрительному гулу на трибунах, много кому.

Упс!