Глава 18, в которой каждый знает свое место. Но предпочитает занимать чужое

Вот же ж!..

На пляже Лехе с трудом удержаться, чтобы не…

…А что бы он сделал, собственно? Наорал бы? Стукнул кулаком по песку? Встряхнул бы девчонку за шкирку и пошипел на нее, как на нашкодившую кошку? Чем он мог ответить на то, что его продинамили? В конце концов, ему ничего не обещали. Более того, сообщили, что это всего лишь медицинский осмотр. Доктор сказал: «Пальпация», значит «Пальпация». А всё остальное — проблемы фантазии, сексуальной неудовлетворенности и самолечения пациента.

С одной стороны, приятно чувствовать, что ты еще не до конца заржавел и порос мхом. И что-то в тебе… отзывается на женскую ласку. И энергия наполняет тебя до краев.

Хорошая штука — свободные шорты. Факт «наполнения» не так бросается в глаза.

Альбина весь оставшийся день, включая вечер, сияла, как елка в гирляндах. И мужчины слетались к ней, как мотыльки на пламя свечи. Даже женоненавистник Зубков изволили-с с нею в компании откушать. Даже нелюдимый Кирилл подсел к ней за послеужинным десертом на веранде что-то обсудить. Что уж говорить о доблестном гиде Золотой Рыбки, больше не выпускавшем Яницкую из поля зрения и шаговой доступности?

Блогерша благосклонно принимала мужское внимание, брошенное к ее ногам. Но всякий раз, когда Алексей напоминал себе, зачем его сюда отправили, — чтобы задушить в душе́ черную змею собственничества, — Аля ловила его взгляд. Сидела, неотрывно смотрела Лехе в глаза и улыбалась. Будто египетский сфинкс, а не кошка.

И новая собственническая волна переворачивала всё у Лёхи внутри.

Разве можно так над людьми издеваться?

После контрастного душа этого вечера Штыку очень хотелось поделиться своей «наполненностью» со сладко спящей за стенкой блогершей. Прижать ее для начала к стене за ручки шаловливые. И ротик ее лживый заткнуть поцелуем. У Штыка от этой идеи фейерверк в голове взрывался. Но, к сожалению, гаденыш Кощей ушел в глубокое подполье и не подавал признаков жизни. А Леха всё же был военным. И привык выполнять, что приказали. Офицер, а тем более — рядовой, не всегда может правильно оценить значение приказа. Кому-то может показаться, что никому не нужна эта высота. На самом деле, она может оказаться узловой точкой. Поэтому раз сказали присматривать — надо присматривать. Пока не поступило новых распоряжений. Не поддаваясь на провокации противника. Даже если он — она.

Леха связался с Доком, но тот тоже не имел ни малейшего понятия о том, куда запропастился приятель. Зато пообещал собрать информацию по «фигурантам», что уже радовало.

Утро добрым не бывает. Особенно, когда просыпаешься ни свет ни заря. И когда ночь наполнена неясными снами, от которых Леха полночи вскакивал в холодном поту. Первый раз он проснулся от вопля Альбины, и только подскочив с кровати понял, что ему всё приснилось. Но беспокойство на душе́ осталось. Глупо же стучаться в час ночи в соседний номер, чтобы узнать, всё ли у нее нормально, только потому что ему привиделась во сне какая-то чушь? Из остальных кошмаров ему запомнился мальчишка-срочник, погибший в Чечне на пятый день после прибытия. Он улыбался и хвастался, что его ждут дома целых три девушки. Фотки показывал. А Штыка дома ждала жена, и он этому пацану морду набил. А на следующий день тот попал под обстрел и от испуга рванул как заяц, не видя берегов.

Так его и накрыли.

Это была первая потеря, глупая, бездарная потеря под командованием Маркелова.

Что к чему? Леха про него уже забыл давно. Полный кавардак в голове. Хотя, казалось бы, ничего не предвещало.

Ныло бедро. То ли приближалась обещанная непогода, то ли нервы были на пределе.

Алексей смирился с тем, что заснуть не удастся, надел спортивное и побежал на тренировку. Занимался без воодушевления. Сны не давали покоя. Паранойя? Или, наоборот, беспечность? Немного отпустило Маркелова, только когда в окне второго этажа он увидел знакомый силуэт. Альбина помахала ему рукой. Штык в ответ скорее отмахнулся. По-быстрому приняв душ, он поднялся наверх.

Несмотря на ранее время, на веранде уже был посетитель. Кирилл, как обычно уткнувшись в телефон, прихлебывал голый кофе. У Лехи тоже особого аппетита не было. Он присел к компьютерщику.

Тот молча кивнул сотрапезнику, на секунду оторвавшись от экрана.

— Что нынче дают? — не удержался от вопроса Леха.

— В смысле? — спросил Кирилл, а потом поднял взгляд на собеседника.

— Вы постоянно в телефоне, когда бы я ни посмотрел.

Кирилл пожал плечами:

— Работа.

— Вы же здесь на отдыхе?

— Давай на «ты», если религия позволяет, — предложил Кирилл, глотнув черный кофе из кружки.

— Давай. Так зачем нужно было ехать на море, чтобы пялиться в телефон?

Компьютерщик хмыкнул, выключил телефон и сунул его в нагрудный карман.

— Здесь я иногда пялюсь на море, — возразил он. — И на девушек, что уж совсем из области сказок.

— Порносайты заблокированы, что ли?

— Посмотрел бы я на того, кто попробовал бы что-нибудь от меня заблокировать, — рассмеялся непризнанный гений, коллега Дока. — Но в живую они совсем по-другому выглядят.

— А на работе у тебя девушки не водятся? — полюбопытствовал Штык.

— Разве это девушки… — пожаловался Киря. — Так, недоразумение. Другое дело — Аля Яницкая, да?

Кирилл подмигнул Маркелову.

— Альбина Яницкая — да, — вынужден был признать Леха.

Вряд ли его интерес к блогерше остался незамеченным. Такой жирный интерес не мог пройти даже мимо такого увлеченного работой компьютерщика. Радовало одно: сила этого интереса одновременно обеспечивала Лехе алиби. Потому что нормальный «телохранитель» так на объект не западает.

— Ну и другие девушки ничего, — поспешил добавить Штык. — Удалось ли вчера утешить Евгению?

— Куда там. Она так резво стартанула… Пришлось от Сони отбиваться.

— Удалось?

Кирилл кивнул.

— Но не сразу.

— А что? Девушка приятных форм. — Леха откусил свой бутерброд и подвинул к Кириллу тарелку. Там лежали еще два. В конце концов, всегда можно вернуться к столу и собрать еще хоть дюжину. Компьютерщик угостился, вновь кивнув, на этот раз — благодарственно-одобрительно.

— Я предпочитаю более естественные ландшафты, — поделился он, пережевав.

— Для человека, который видит женщин только на порносайтах, ты слишком привередлив, — подколол Леха.

— Лучше уж никак, вместо как-нибудь, — возразил Кирилл и вгрызся в дареный бутерброд с такой экспрессией, будто двое суток не питался.

— Доброе утро, мальчики! — пропел голосок девушки с искусственными ландшафтами.

Кирилл быстро проглотил откусанное и помахал девушке рукой:

— Привет!

— Доброе утро, — развернулся Штык.

Соня была сегодня в ударе и полной боеготовности к встрече с природой. Правда, она наверное не знала, что природа — это не только романтика, но еще и комары. Это возле моря их сдувает. А в лесу они куда денутся? Оставалось надеяться, что у Софии был репеллент. Ее рваные во всех местах джинсы и футболка с прорехами были просто созданы для удобства кровососов. И осмотра ландшафтов. Чем Кирилл и пользовался, что бы он ни говорил о своих вкусах.

— Прекрасно выглядите, — отметил Алексей. — Присоединяйтесь.

Он показал рукой на кресло рядом.

Сонечка радостно заулыбалась и, капнув в пиалочку йогурта с мюсли, подсела к  программисту. Тот приосанился.

Вблизи было заметно, что Сонечка и правда выглядела хорошо. Свеженько. Наверное, потому что не накрасилась.

— Удалось ли вам вчера утешить Евгению? — продолжил Маркелов опрос свидетелей. Чисто для сбора статистики.

— Конечно, — подтвердила Зубкова и на поднятую бровь Кирилла пояснила: — Она здесь, на веранде оказалась. Я ее потом, позже нашла.

— Что же заставило ее покинуть нас? — спросил Леха.

— Ой, это женское, — кокетливо отмахнулась Соня. — А у вас, говорят, там ужасы какие-то творились? Дух монаха преследовал несчастную Альбину, — в голосе Сони слышалось дальнее эхо «Так ей и надо!» — Это так ужасно. Как думаете, он может продолжить ее преследовать в других местах? — с тайной надеждой, как показалось Штыку, поинтересовалась она.

— О чем спор? — Женя появилась за столом, как дух обсуждаемого монаха, столь же неожиданно и бесшумно. И с тем же ошеломительным эффектом.

Она села к столику, будто не бегала вчера от публики, как лиса от свары борзых. Утро вечера мудренее. Особенно, когда это завтрашнее утро.

— Алексей рассказывает про злого духа, — описала свое видение ситуации Соня.

— …доброго монаха, — продолжил ее мысль Кирилл.

София глянула на него обиженно.

— И вы прямо видели этого духа? — сделала Евгения большие глаза, помешивая чай в чашке.

— Нет, конечно, — разочаровал ее Алексей. — Я даже не видел самого нападения.

Он взял салфетку вытереть пальцы. Девушки следили за ним в четыре глаза, будто он бы народным героем, спасшим бедную девушку. К несчастью.

— Очень жаль, — вздохнула Соня. — В смысле, интересно же узнать, как нападают привидения, — быстро поправилась она. — Я никогда не видела.

— Я тоже, — признался Штык. — Вам об этом лучше у Альбины спросить.

Девушки обменялись понимающими взглядами. Похоже, Леха был не одинок в стане сторонников версии, что все нападения были креативным ходом блогерши. Хотя теперь, после тревожной ночи, Маркелов так точно не считал. Но и логичного объяснения им не находил.

— Какая тут теплая компания подобралась! — раздался зычный баритон Зубкова. — Дорогая, ты так быстро ускакала, моя белочка, что я тебя насилу нагнал, — обратился он к супруге.

Кирилл переключил внимание на бутерброд. Евгения же, напротив, с интересом наблюдала за семейной парой.

На лице Софии скривленными губками мелькнуло раздражение.

— Я просто очень хотела есть! — заявила она.

— Как, ты всё еще голодна? — усмехнулся Зубков. Козел он, этот Сава.

Соня потупилась. Кирилл бросил на нее сочувствующий взгляд.

— Доброго всем утра! Приятного всем аппетита! — неся поднос с завтраком и килотонну позитива, к столу присоединился Бурундук Вова. — Сонечка, вы чем-то расстроены?

Зубкова посмотрела куда-то в сторону и вверх, будто гася слезы. А может, и вправду гася. С этими девушками так всё непросто.

— О, все в сборе!

Леха обернулся. На веранду вышел Валентин. Он покровительственно похлопывал по ладошке Али у себя на предплечье. Альбина не сияла счастьем. Так что вряд ли они провели ночь вместе. Да и неслышно было ничего за стеной. Но Штык всё же напрягся.

— Готовы ли вы к покорению вершин и горных перевалов? — бодро поинтересовался он.

В ответ раздался неясный гомон.

— Я не слышу, — посетовал гостям менеджер. — Готовы?

— Готовы! — раздался более слаженный ответ.

С целым букетом противоречивых эмоций.