Часть 20

За день Станислав внимательнейшим образом ознакомился и с венозной, и с артериальной, и с пищеварительной, и вообще всеми прочими системами – причем не только человека, но и киборга. Увы, Вениамин оказался прав: различить их без спецтехники было невозможно. Сверхспособности DEX’ов были обусловлены внедренными во все органы наноимплантатами, контролируемыми центральным процессором в мозгу. Если киборг оцарапается или порежется – потечет та же кровь, теплая и красная; ее даже человеку перелить можно и обратно, если группа и резус-фактор позволяют. При боевом ранении процессор скомандует имплантатам перекрыть поврежденный сосуд, но на обычном медицинском обследовании кровь потечет из пальца либо вены, как ей и положено. Сам же процессор надежно экранирован и на томографе не отобразится.

Станислав разочарованно откинулся на спинку кресла, забарабанил пальцами по подлокотнику.

– Что, решил составить мне конкуренцию? – насмешливо поинтересовался Вениамин, проходя мимо с чайником в руке.

– А тебе-то чего не спится? – оглянулся на друга капитан.

– Во рту что-то пересохло. – Доктор открыл кран и подставил под него чайник.

– И мне тогда завари. – Станислав смахнул бесполезные вирт-окна. Действительно, за день освоить анатомию и физиологию до уровня профессионального медика невозможно, проще спросить совета у имеющегося. – Вень, ну должна же быть какая-то зацепка! Эти проклятые имплантаты должны себя выдавать хоть косвенно!

– Должны, – согласился доктор. – Например, можно сломать подозреваемому руку.

– И что?

– Киборгу так просто не сломаешь. У него кости тройной прочности.

– Превосходная идея, – язвительно сказал капитан, представив всю команду с лубками наперевес, – по закону подлости киборгом наверняка окажется последний проверенный. – А чего-нибудь менее радикального нет?

Доктор сморщил нос и долго его чесал, словно пытаясь разгладить обратно, а потом изрек:

– У киборгов, по сравнению с людьми, гораздо больший расход энергии. Им нужна пища не только для клеток, но и для встроенного между ними оборудования. Всего одна минута работы мышечных наноимплантатов «съедает» столько же калорий, сколько четверть часа бега трусцой.

– Так он, получается, должен жрать как не в себя? – изумился капитан.

– Когда использует имплантаты – да. Но, если не ошибаюсь, это происходит только в боевом режиме. Инфракрасное зрение, сканер, подслушку и прочие штучки он тоже вроде бы запускает по потребности. А вот процессор должен работать непрерывно, как и окружающий его мозг. И в качестве топлива для них обоих лучше всего подходят углеводы: глюкоза, фруктоза, сахароза…

– Точно, – вспомнил Станислав, – киборгам же доппайком сахар выдают! Я еще удивлялся: на кой их так балуют, целых триста граммов в день?

Чайник вскипел и отключился, пронзительно пискнув. Друг снял с полки две кружки, обычную и полулитровую, для себя, кинул в них по чайному шарику (Станислав любил крепкий, Вениамин – почти прозрачный), наполнил до краев кипятком и вернулся за столик. Снял крышечку с сахарницы.

Станислав тупо глядел, как в пол-литровой чашке расходятся круги от белых кирпичиков: один бульк… два… три… четыре…

– А скажи-ка мне, Веня, – вкрадчиво начал он, – сколько весит один такой кусочек?

– Ты что?! – возмутился доктор. – Мы же со школы знакомы!

– А как звали девчонку, за которой мы оба ухлестывали в девятом классе?

Веня уронил пятый кусочек сахара и потрясенно уставился на капитана. Тот, опомнившись, тряхнул головой.

– Нет, это бред какой-то! Если мы друг друга подозревать начнем, впору вконец свихнуться.

– Вот-вот, – облегченно подтвердил доктор. – Тем более что я убей не помню никакой девчонки. Лучше скажи, сколько банок сгущенки съедает за день наш навигатор?

– Одну… или две… – наморщил лоб капитан. – Нет, точно две. Я видел, как он после обеда новую открывал.

– Ага! А там, между прочим, половина веса – сахар! – Веня снова подошел к шкафчику, снял с полки одну банку. – Ну почти половина – сорок три с половиной процента. В банке четыреста граммов… Две банки… За день получается триста сорок восемь граммов сахара, даже с избытком!

– Зато он чай несладкий пьет, – вспомнил Станислав. – Литрами, крепкий. Такой только сгущенкой и заедать.

– Но две банки в день?! Нет, Стасик, что-то тут нечисто! – Вениамин зловеще потряс указательным пальцем – похоже, снова вошел в образ параноидального доктора Ватсона.

– Ты ж сам его нанял, – возмутился капитан. – И сам велел ему побольше пить и получше питаться! А теперь меня упрекаешь?! Кстати, киборги разве болеют? Бронхитом, в частности?

– Чтобы простудить киборга, надо очень потрудиться, – признал доктор. – Иммунитет у него должен быть под стать всему остальному.

На кухню зашла Полина в легкомысленном куцем халатике. При виде полуночных сочаевников она ойкнула и попыталась натянуть материю хотя бы до трети бедер, но оба мужчины смотрели не туда, а на надкусанную шоколадку в руке девушки – двухсотграммовый молочный брусок с орехами.

– Я за чайком, – робко сказала Полина. – Можно?

– Конечно! Как раз недавно вскипел. – Доктор галантно снял с полки еще одну кружку, открыл банку с заваркой. – Любишь шоколад?

– Обожаю, – искренне сказала девушка и укусила шоколадину еще раз. – Я какаоманка, дня без него прожить не могу. Целую коробку с собой взяла, чтобы на весь месяц хватило. Только моим коллегам не говорите, пожалуйста! А то делиться заставят…

Полина прихватила кружку и вышла, соблазнительно виляя откормленной на шоколаде попкой.

– Между прочим, – уныло заметил капитан, – любой из членов экипажа может запросто держать у себя под кроватью хоть ящик сахара и потихоньку его трескать. Дэн хотя бы не скрывается.

– Предлагаешь провести обыск кают? – оживился доктор. – Выманивать их по очереди и…

– И! – передразнил Станислав. – Любовь к сладкому еще не преступление. А вот вторжение в личную жизнь – да! Если меня там кто-нибудь застанет…

– По крайней мере, каюты экипажа ты можешь обыскать капитанским произволом, имеешь право.

– Все равно придется объяснять парням, зачем я это делаю. Иначе они черт-те что вообразят. Что я их ворами считаю, например.

– А ты предпочитаешь считать их киборгами?

Станислав кинул в кружку кусочек сахара и мрачно заболтал ложечкой.

⁂

К исходу второго дня сканирования местности – и пятого часа полета – Роджер на собственной шкуре убедился, что геологоразведка действительно не просто скучное, а очень скучное занятие. Знай сиди да тупо пялься в ползущие по вирт-окну значки.

– Мне остро не хватает сада камней, – пожаловался он сидящему за штурвалом Винни. – И кальяна.

– Э-э-э… – замешкался пилот. – Кэп, я, конечно, не спец в японской культуре, но разве в этих ваших садах курят?

– Вообще-то в них медитируют, – признался Роджер. – Но когда я учился в высшей школе, мы с приятелем ходили туда именно подымить. Родители только радовались приобщению детей к культуре предков, а чтобы самим пойти и посмотреть – ни-ни!

– Лихо вы устроились, – с легкой завистью произнес Винни. – У нас по-простому сигареты смолили, на заднем дворе школы. Там был уголок, который не просматривался в камеры наблюдения, его тайну каждый выпуск передавал, как самое святое.

– И ты, Брут, – улыбнулся Роджер. – Подумать только, этим людям было доверено защищать закон и справедливость в Галактике!

– Ну лично я не курил, хватило ума воздержаться. И вообще, обманывать старших нехорошо, – с иронией отозвался Винни. – Начнешь с курения, а там и до космического пиратства докатишься.

– Да уж, – помрачнел Роджер, не оценив шутки.

Несколько минут в кабине было слышно лишь ровное гудение двигателей да редкое пощелкивание комплекса геологоразведки, сообщающего о находке очередного бесполезного ископаемого.

– Кэп, а можно странный вопрос? Что мы будем делать, когда найдем базу?

– Устроим пир! – не задумываясь, отозвался Роджер. – Каждому по курице, нет, по две!

– Не, я вообще, – поморщился пилот. – Что мы будем делать с базой?

– Уведем ее подальше от этого сектора. Для необитаемой и никому не нужной планеты здесь слишком людно. – Роджер махнул рукой примерно в ту сторону, где находилась база биологов.

– А потом?

– Потом… – Роджер вдруг осознал, что внятного ответа на этот вопрос у него нет. За последние годы жизнь научила или, вернее сказать, разучила его планировать дальше, чем на ход вперед. – Пока не думал, – честно сказал он. – Слишком уж много «если».

– А вот я как раз…

– Кажется, мы ее нашли!!! – Если бы не ремни безопасности, Роджер, наверное, подскочил бы до потолка.

– Э? – Пилот, перегнувшись через подлокотник, заглянул в окно сканера. Овальное пятно по центру не просто светилось, а ярко полыхало разноцветьем значков. Для особо непонятливых геологов сбоку выскочила мигающая табличка, крупными буквами сообщающая о находке рудного месторождения уникальной чистоты, точечно приправленного редкоземельными металлами. Если бы комплекс геологоразведки имел динамики, он бы сейчас трубил в трубу, бил в литавры и просто верещал от радости.

– Ух ты… – Винни резко накренил катер и закрутил нисходящую спираль, выровнявшись почти у самой земли. – Где?!

– Туда! – сориентировавшись, Роджер указал на холм слева по курсу. – Аномалия прямо под ним.

Отстегнув ремни, Роджер еще на лету распахнул люк, спрыгнул, едва катер завис над вершиной холма, и принялся оглядываться по сторонам. Ничего примечательного он там не обнаружил. Ни ворот, ни люка, ни указателя «Копать здесь!» со стрелкой вниз – все те же плесневые деревья да болотные проплешины на севере. Оптимизм внушала только идеально круглая форма холма.

– Мне садиться или за остальными лететь? – высунувшись из катера, крикнул Винни.

– Лети! – махнул рукой Роджер. – И проследи, чтобы Фрэнк на радостях коды не забыл.

Пилот кивнул и захлопнул люк. Катер, обиженно взвыв двигателем, свечой ушел в небо и почти моментально скрылся из виду. Через пару секунд издалека донесся протяжный грохот перехода на сверхзвуковую.

– Ишь, камикадзе, – проворчал капитан, протирая глаза и стряхивая с головы поднятый воздушной волной мусор. – Подвеску же сорвет…

Но когда пять минут спустя Винни вернулся, гроздья приборов были на месте. Едва катер приземлился, как из него выскочила Мисс Отвертка и с воплем: «Капитан, я вас обожаю!» – повисла у Роджера на шее. Не успел капитан от нее отбиться, как Винни схватил в охапку их обоих, поднял и принялся кружить, не обращая внимания на визг Джилл и хрипы капитана: «Отпусти, болван, ребра переломаешь!» Рядом прыгал Фрэнк, снимая сцену ликования на комм и не забывая тараторить пояснения на итальянском. Вернуть экипаж к реальности, напомнив, что их находка пока что представляет собой нечто закопанное в землю, Роджеру удалось лишь минут через пять.

– Ну, Фрэнк, – торжественно произнес он, – открывай наш сундук с сокровищами!

Навигатор зачем-то прокашлялся, словно готовился произнести длинную приветственную речь, и, зажмурившись, ткнул пальцем в сенс-панель комма. Никакого видимого эффекта это действие не произвело. Подождав пару секунд, хакер открыл глаза, убедился, что нажал правильную кнопку, и, нахмурившись, принялся вычерчивать серию команд.

– Кэп, я не могу связаться с базой, – виновато доложил он десятью минутами позже.

– Коды не подходят?

– Вообще не отвечает. Как будто к пустому месту обращаюсь!

– Может, проще докопаться и постучать? – ехидно предложил наблюдавший за хакерскими стараниями Винни.

– Хорошая идея, – оживился капитан. – Только как это сделать? У тебя в кармане, случаем, не завалялась раскладная лопата?

Пилот скрылся в катере и через пару секунд вылез в обнимку с тяжелым плазмометом «Горыныч».

– Эта милашка, – заявил он, ласково поглаживая цевье, – роет ямы лучше экскаватора.

– А в самой базе она дыру не пророет? – забеспокоился Роджер.

– Я буду осторожно, по чуть-чуть, – пообещал Винни. – От коротких импульсов ничего расплавиться не успеет.

Роджер заколебался. Способ действительно был самым быстрым, а добраться до базы Роджеру хотелось ничуть не меньше остальных.

– Ну ладно, – сдался он. – Давай.

– Можно попробовать здесь. – Джилл, успевшая обойти холм с каким-то приборчиком, указала на ощенившийся шипами куст. – Судя по показаниям рентгеноскопа, прямо за ним что-то вроде прохода в стене.

– Понял. – Пилот зачернил визор и, встав напротив куста, вскинул плазмомет. Злосчастная флора, почуяв неладное, начала выдергивать из почвы корни, но отползти не успела – огненный поток пробуравил ее и вгрызся в холм.

– «Осторожно, по чуть-чуть»?! – передразнил капитан пилота, изумленно уставившегося на почти двухметровый тоннель. – Это, по-твоему, был короткий импульс?

– Я нажал и сразу отпустил, – озадаченно пробормотал пилот. – Наверное, гашетка залипает.

– Или чьи-то мозги, – проворчал Роджер, подходя к выжженной норе. Оказалось, что Винни не так уж виноват: плазма сожгла лишь слой почвы, обнажив скрытый под ней коридор. Судя по волне затхлого воздуха, перебившего даже запах гари, здесь давненько никто не хаживал.

– Капитан, а можно я первая?! – тут же запрыгала Джилл.

– Нет, – осадил ее капитан. – Там может оказаться система охраны. Поэтому вперед мы пустим Фрэнка с кодами, уж внутри-то его точно должны услышать.

Но навигатора оказанная ему честь не обрадовала.

– Там темно, – традиционно заныл он, – а я визор на корабле оставил.

– Странно, что ты голову на корабле не оставил! – фыркнул Винни.

– Ты же сам торопил: «Быстрее, быстрее»! – огрызнулся хакер. – Вот и я выскочил с одним коммом. И вообще, у тебя-то визор есть, вот ты и иди.

– Обойдемся без визора. – Роджер наклонился и осторожно поднял одну из оставшихся от куста веток. Факел из нее был так себе, ветка больше тлела, чем полыхала. – Я иду впереди, Фрэнк за мной, остальные ждут нашего сигнала.

– Кэп, а давай лучше… – начал Винни, но Роджер поднял над головой ветку, вытащил из кобуры бластер и решительно шагнул навстречу неизвестности.

Неизвестность выглядела странно: овальная труба, то сужавшаяся, то расширявшаяся, с красно-синими прожилками в облицовке. На дело рук человеческих она походила весьма отдаленно, скорее – на кишку громадного зверя. Сходство дополнялось чавканьем под ногами и запахом – уже не затхлости, а откровенного гнилья.

– Что-то мне здесь не нравится, – пискнул из-за капитанской спины навигатор. – Какое-то оно все… – Хакер замялся, пытаясь облечь впечатление в слова. – …Чужое. Может, лучше запихнем сюда робота с камерой?

– Фрэнк, это просто какая-то техническая труба, – попытался успокоить его Роджер. – Раз ты не смог открыть нормальный ход, надо идти хотя бы по этому.

– А если мы свалимся в биореактор или мусоросжигатель?

– А ты смотри под ноги! – Роджер глянул на догорающий факел и ускорил шаг, но почти сразу уперся в развилку. «Кишка» растраивалась, причем в вертикальной плоскости и без малейшего намека на лестницу.

– Капитан, давайте все-таки вернемся, пока не поздно! – вновь заныл навигатор.

– Замолкни! – цыкнул капитан и замер, вслушиваясь в покатившееся по нижнему тоннелю эхо. Отзвук показался Роджеру перспективным, к тому же в глубине как будто виднелось слабое сияние.

Эта «труба» оказалась еще хуже предыдущей, то и дело сужаясь так, что разведчики сгибались в три погибели. Вдобавок она вела то вверх, то вниз, и тогда приходилось упираться в стены, чтобы не поскользнуться на хлюпающей жиже, местами доходящей до щиколотки.

Но все когда-нибудь заканчивается[49], и пираты вывалились в большой зал, напоминающий корабельную рубку из кошмара импрессиониста. Расположенные вдоль стен пульты были круглыми, овальными, изгибающимися – словно дизайнеру под страхом смерти запретили использовать прямые линии. И все это было давно и безнадежно заброшено. Сияние, привлекшее внимание Роджера, источали разросшиеся на потолке грибные колонии. На пультах и креслах пушились игольчатые кустики, пол затянуло мхом, под которым что-то активно шебуршало.

– Куда это мы попали? – брезгливо огляделся Фрэнк.

– Уж точно не на базу Альянса. – Роджеру зверски хотелось разрядить по пультоклумбе батарею бластера или хотя бы вволю попинать ее ногами. Слишком уж резким оказался переход от радости к разочарованию. – Это всего лишь корабль каких-то инопланетян. Должно быть, разбился здесь давным-давно.

– Так, может, он больших денег стоит? – оживился навигатор. – Историческая реликвия и все такое.

– Эта развалина?! – Роджер топнул, вызвав всплеск подмхового шебуршания. – Фрэнк, на галактических свалках полным-полно древних кораблей, найденных в космосе и потому сохранившихся куда лучше. А этот даже на металлолом нет смысла тащить, не окупится.

– Жаль, – вздохнул Фрэнк, успевший вообразить себя великим космическим археологом. – Кэп, а может, все-таки пошарим по нему? Вдруг найдется что интересное? Сувенирчик для Джилл какой-нибудь…

– Хочешь – иди, помародерствуй, – безразлично бросил капитан, направляясь к выходу. – А у меня есть дела поважнее, чем копаться в столетнем гнилье.

Как он и думал, решимости Фрэнку хватило всего на полминуты – насупившийся итальянец догнал капитана на полпути к выходу.

– Ну что ж, бывает, ошибочка вышла! – выслушав их рассказ, подытожил Винни, не выказывая, как он тоже разочарован. – Ищем дальше?

– Да, – кивнул Роджер, стараясь не смотреть на несчастное личико Джилл. – Отвези ребят обратно на корабль и возвращайся. Ничего, рано или поздно мы найдем эту чертову базу!

«Если она здесь вообще есть», – мысленно закончил он.

⁂