Глава 19. · Сделай свой выбор

Лея:

– Это не просто браслеты, – говорил мне диор, сидя рядом на берегу волшебного озера. – Когда-то давно один влюблённый маг создал для своей избранницы парные брачные браслеты. Он желал, чтобы жена как можно дольше оставалась рядом с ним, а если суждено будет погибнуть, то они уйдут вместе. С тех пор секрет артефакта утерян, а эти два хранятся в королевской сокровищнице. Я их оттуда позаимствовал на время.

Я присела рядом, внимательно вслушиваясь в его слова. Альтар опустил тёмноволосую голову, прошёлся тонкими длинными пальцами по древней вязи символов и продолжил:

– Сейчас практически никто не пользуется браслетами во время брачного обряда, они больше дань традиции, хранятся в сокровищнице подобно старинной реликвии. Мало кто заключает брак по любви. Для любви существуют любовницы, а жёны – это часть семьи, это матери детей, это хозяйки в доме диора. Эти браслеты устроены так, что надеть их способны только любящие пары, – по-настоящему, искренне любящие, а надев их, они становятся единым целым, неотделимыми друг от друга. После обряда брак считается действительным и законным даже без одобрения короля. Снять браслеты можно, а убрать их магию – нет. Эта магия связывает пару до конца жизни. Даже физически существовать вдали друг от друга становится невыносимо. Если гибнет один – умирает и другой. Если женщина становится парой диора, то он делится с ней своими необычными свойствами: долголетием и возможностью стареть очень медленно. Расторгнуть этот брак никому не удастся. Подумай, Лея: хотела бы ты, чтобы я надел тебе этот браслет? Надев его, ты никогда больше не сможешь передумать.

Я помолчала немного и решилась задать терзавший меня вопрос:

– Альтар, ты уверен? Почему не оставишь запасной вариант, ведь всякое может случиться? Вдруг наступит момент, когда ты решишь, что жизнь без меня была бы лучше?

Мужчина резко повернул голову и пристально посмотрел на меня, сказав:

– Лея, месяц в темнице на хлебе и воде способствует очищению мыслей и пониманию того, что действительно ценно, а что кажется ценным лишь снаружи, будучи пустым внутри. Я не предложил бы тебе замужество, не прими я окончательного решения.

Если честно, меня терзали сомнения. Я не была уверена в его любви, точнее в том, что его любовь ко мне достаточно сильна, чтобы активировать древнюю магию. В себе я точно не сомневалась, но сильно любить должны двое, а он столько раз отрекался от меня, отталкивал. Может, он сейчас всё это говорит на волне эмоций? Просидев в стенах затхлой темницы столько времени и мучаясь угрызениями совести, диор решил, что любит меня. Я вздохнула. С другой стороны, стоит попробовать. Ну не сработают браслеты, ну пойму, что он не любит меня по-настоящему, – что я тогда потеряю? Я ведь стала сильной, смогу пережить и это. Подавив новый вздох, кивнула наблюдавшему за мной Альтару.

Лицо его было очень серьёзно, когда он поднялся и протянул мне руку. Затем попросил снять всю одежду, что я и сделала. Мы вновь вошли в воду, и Альтар поднял браслеты над головой, позволяя золотым лучам солнца вспыхнуть на магической вязи. Он стал произносить слова заклинания на непонятном мне языке, и браслеты загорелись золотисто-зеленоватым светом. Я молча наблюдала за всем, а сердце билось в груди, словно маленькая птичка, пойманная в клетку. Со словами «ти а миэн, Лилея» он протянул мне свой массивный браслет и подал правую руку. Я с дрожью в пальцах застегнула артефакт на сильном аристократическом запястье.

– Повтори мои слова, – шепнул Альтар, беря мою правую ладонь.

– Ти а миэн, Альтар, – проговорила я, глядя, как застёгивается на тонком запястье изящный браслет.

Оба они всё ещё горели зеленоватым светом, а потом оттенок начал меняться, свечение стало исходить ослепительными волнами, играя всеми цветами радуги. Драгоценные реликвии как будто вибрировали. Но внезапно всё прекратилось. Альтар, нахмурившись, смотрел на древний артефакт и уже было протянул к нему руку, как вдруг шумно выдохнул сквозь зубы, я же негромко вскрикнула. Браслеты раскалились на руках, посылая волну жара в самое сердце, голова закружилась, и оба мы рухнули в прохладную воду озера. Всё прекратилось так же быстро, как началось. Вынырнув, я увидела, что браслет сам расстегнулся и теперь лежит на дне. Взглянув на Альтара, не нашла артефакта и на его руке.

– Мы прошли обряд? – спросила я.

– Не знаю, – ответил мужчина, – я не много знаю о том, как должен вести себя артефакт. Помню лишь слова древней клятвы, которой нас учат с детства, а вот сам обряд описывают только в общих чертах, с давних времён многое забылось. Кажется, на коже должны были появиться какие-то символы.

Я взглянула на чистую гладкую кожу и прикусила губу почти до крови, отгоняя боль, эту постоянную спутницу моих несбыточных надежд. А я уже почти поверила в сказку. Слишком сильно хотела, чтобы его любовь ко мне оказалась правдой. Верно говорила когда-то Селеста: нельзя слишком сильно желать чего-то. Стоит быть честной хотя бы с самой собой: Альтар лишь ощущает свою вину и оттого решил, что любит меня. Я знала, чувствовала, что его отношение ко мне изменилось, но приняла это всё за пробуждение чувств. Пора бы перестать верить собственным фантазиям, выдавая их за правду. Нельзя принимать обычное раскаяние благородного человека за настоящую любовь, как нельзя было принимать и его предложение.

Вот так мы и сидели в воде, мокрые, ошеломлённые, боясь сказать друг другу хоть слово или просто сдвинуться с места.

– Ладно, думаю, нам пора идти, – сказал наконец мужчина, поднимаясь и протягивая мне руку.

Я вложила тонкую кисть в сильную ладонь, сжавшую мои пальцы, и встала над прозрачной водой. Как же зла я была сейчас, – зла и очень обижена. Отвернувшись от диора, я направилась в сторону берега и уже собиралась выйти из воды, но Альтар нежно придержал меня за плечи и мягко произнёс:

– Лея, я сказал тебе правду. Кому, как не мне, знать о собственных чувствах?

– Ты просто принял раскаяние за чувства, вот и всё, Альтар.

– Лея, я и правда никогда никого не любил раньше, но отличить это чувство от раскаяния я всё же в состоянии.

– Хватит уже, Альтар! Ничего не получилось, понятно? Просто оставь теперь меня в покое.

– Если ты так просишь, Лея, я оставлю, но, может, позволишь поцеловать тебя на прощание?

Я вздохнула и повернулась к нему. Альтар наклонился и очень легко и нежно коснулся моих губ своими, и в этот самый миг всё тело пронзило словно молнией, и я вскрикнула от боли. Много-много колючих разрядов прошло от макушки до кончиков пальцев, стремительно распространяясь всё ниже и ниже. Зелёные и золотые магические нити закружились вокруг нас, обвивая, притягивая наши тела друг к другу. Там, где соприкасалась кожа, вспыхивала золотым сиянием вязь древних символов, столь отчётливо заметная на обнажённых телах. Она стремительно оплетала руки, ноги и грудь, наподобие лианы, в точности повторяя высеченные на браслетах слова. Потом знаки ярко засветились и постепенно угасли. Я всё ещё изумлённо рассматривала себя, когда услышала счастливый смех Альтара. Муж нежно обхватил ладонями моё лицо и прошептал: «Теперь точно прошли. Не против закрепить результат?»

Когда мы наконец-то оторвались друг от друга, солнце стояло довольно высоко. Я вспомнила про своего возницу и отправилась его предупредить, Альтар держался на расстоянии, не выпуская меня из виду. Возница лишь кивнул в ответ на мои слова, взял деньги в качестве компенсации и укатил. Я вернулась к диору, который сейчас казался очень серьёзным.

– Теперь нам пора во дворец.

– Почему?

– Королевский приказ. Я должен был явиться перед повелителем, как только меня освободят, но нарушил указание, направившись сперва к тебе. До меня дошли слухи, что тебя король тоже приказал отыскать.

– А как ты меня нашёл?

– Узнал от девочки-целительницы, куда ты уехала.

Меня кольнуло нехорошее предчувствие.

– Альтар, может, не стоит перемещаться?

– Может, не стоит, но либо мы делаем это сейчас, либо прячемся потом всю жизнь.

Я скрепя сердце протянула свою руку и ощутила его ободряющее пожатие, а в следующий миг мы уже стояли перед королевским кабинетом. Получив разрешение войти, прошли в широкие двери и остановились на пороге. В комнате находилось несколько магов и человек семь стражников.

– Ваше Всесветлейшество, – поклонившись, промолвили мы.

Король смерил нас тяжёлым взглядом.

– Альтар, подойди.

Альтар, подав мне знак не отходить от него далеко, направился к королю.

– Протяни руки.

Диор повиновался, и король быстрым движением сомкнул на его запястьях металлические браслеты, очень похожие на кандалы.

– Это браслеты, изготовленные с каплей моей крови, чтобы ты не смог сбежать, переместившись в другое место. А теперь давай поговорим начистоту. Господа, можете выйти. Ульрик, останься, – кивнул он стражнику в форме сержанта королевской гвардии.

– Итак, я виделся со своей дочерью. Ты знаешь о наказании, определённом для неё? Пять лет абсолютного подчинения мужу! Пять лет! Каково, Альтар? Думаю, ты понимаешь, что я не слишком доволен принятыми мерами. А ещё Веридика рассказала мне про эту… девушку. У меня сложилось впечатление, Альтар, что ты совершил большую ошибку, и я намерен оградить тебя от её последствий.

Правитель едва заметно кивнул, и капитан гвардейцев в ту же секунду оказался рядом со мной, приставив к моему горлу нож. Муж стремительно обернулся, но король произнёс:

– Твоё сопротивление ей не поможет. Это эльфийский клинок, после него даже лучший маг-целитель не вернёт её с того света. Думаю, самым превосходным решением будет убрать лишнее звено, тогда всё встанет на свои места и пойдёт по заведённому порядку.

Ещё один кивок – и нож сильнее прижимается к моему горлу, прокалывая кожу и пуская тонкую струйку крови. Я стояла, боясь вдохнуть, Альтар же молча выпрямился и только выше поднял подбородок. И вот тогда я увидела, как побледнел король, как взметнулась вверх его рука, прижимаясь к собственному горлу. А по совершенно невредимой шее диора бежал тонкий ручеёк крови.

– Убери! – прохрипел Августин сержанту, мгновенно спрятавшему клинок и отошедшему от меня на приличное расстояние, и добавил: – Выйди вон!

Когда мы остались одни, король устало опустился на стул за своим огромным письменным столом и проговорил:

– Как ты мог, Альтар? Что ты наделал?! Ты и правда предал меня, как утверждала Веридика? Предал из-за неё? Из-за безродной девчонки, слабой магички?

Дальше я не берусь пересказывать оскорбления Его Всесветлейшества, потому что они скорее пристали какому-нибудь уличному попрошайке. Скажу только, что ни до, ни после в своей жизни не видела человека в подобной ярости. Если бы он мог, то придушил бы нас на месте с огромным удовольствием. Альтар молча слушал ранящие слова своего правителя, а на лице его не отражалось ни единой эмоции. Мы оба понимали, что это лишь начало бури.

– Думаю, ты сам давно осознал, что это деяние не останется безнаказанным, – произнёс король в конце своей гневной тирады. – Ответь мне на один вопрос, Альтар: почему среди всех диорских детей я выбрал именно тебя и сделал своим воспитанником? Почему столь многому научил? Да всё оттого, Альтар, что ты уникален, у тебя особенный, неповторимый по своей силе дар, редкий даже для наследника королевской крови. Сами святые небеса наделили тебя им. Я всю жизнь лелеял мечту вырастить из тебя достойного помощника, мою правую руку, человека, на которого всегда смогу опереться. Я гордился тобой и тем, каким ты вырос. Посмотри на себя, посмотри, как достойно я тебя воспитал! Как тонко ты всё продумал в этот раз. Смог перехитрить своего учителя, Альтар, заключив брак, который даже мне не под силу расторгнуть! Вот только ты сам загнал себя в ловушку. Чтобы спасти ей жизнь, достаточно было просто оставить девушку в покое и никогда с ней не видеться, я бы её не тронул, она заслужила от меня эту милость, когда спасла тебя и Веридику, но ты пошёл по иному пути. Ты сегодня вонзил мне нож в спину, Альтар. Ты должен был беречь свой дар, передать его своим потомкам, детям наследницы диорской крови. А ты взял и женился на ней! Ты умён, красив, знатен, ты мог получить любую женщину, а выбрал её! Почему? Зачем один из сильнейших магов королевства одним махом сам разрушил свою жизнь?

Прими же теперь своё наказание, дар Астелло! Ни ты, ни она больше не смеете приближаться ко дворцу и даже к столице. Я лишаю тебя всех титулов, владений и накопленных богатств, лишаю права видеться с семьёй. Становись отныне таким же безродным, как она! Я не казню вас лишь по той причине, что, в отличие от тебя, чту традиции, а они не позволяют уничтожать носителей королевской крови. Всем, кто осмелится на свидание с вами, грозит суровая кара. Теперь вы оба будете изгоями! А самой страшной карой для тебя, Альтар, станет невозможность иметь собственных детей! Я не верю, что ты сможешь подарить этой плебейке ребёнка: закон крови тебе не перехитрить. У неё нестабильный дар, Альтар. Ты ведь слишком умён, чтобы не понимать, что это значит. Диорки, обладательницы сильнейших магических способностей, едва могут родить одного ребёнка, потому что слишком много сил отнимает такое дитя! А у неё нет этих сил! Ты знаешь, Альтар, что только в одном случае часть способностей переходит по наследству: когда диор и его избранница абсолютно совместимы. У вас нет этой совместимости, вы ни в чём не похожи друг на друга, ни в малейшей степени! Ты никогда не станешь отцом, Альтар, гордо взирающим на свою плоть и кровь, унаследовавшую твою уникальную магическую силу, не передашь детям свои знания и опыт, не сможешь наблюдать с любовью, как они растут, превращаясь во взрослых сильных магов. И самое плохое во всём этом, Альтар, что ты это знал, – знал и сознательно сделал свой выбор.

А теперь убирайся прочь с глаз моих, убирайтесь отсюда оба, выметайтесь вон! – крикнул король.

Альтар молча приблизился к повелителю, протянув закованные руки и, освободившись от наручников, поклонился, а после, ни слова не говоря, взял меня за руку и повёл к двери.

Когда мы вновь перенеслись к нашему волшебному озеру, муж отпустил меня и ушёл один к самой кромке воды. Он сел на каменистый берег, устало склонил голову. Я не смела мешать ему. Я стояла и смотрела на любимого человека, теперь совершенно отчётливо понимая, что он совершил ради меня! Он не просто предложил мне брак, но дал свою защиту. Он уберёг меня от позорной казни – там, в кабинете короля, уберёг ценой собственной порушенной жизни. Как легко было понять ему, опытному придворному, что король быстро решит избавиться от досадной помехи. Как же эгоистична была я в глупом заблуждении о силе собственной любви. Мне нечего было терять, кроме разве что жизни, а вот у него было всё: семья, богатство, положение, уважение глубоко почитаемого им короля. Насколько же он непостижимый человек, мой диор! Полюбив однажды, не разменивался по мелочам, отдавая всё самое ценное во имя этой любви. И вот теперь гордый сильный мужчина, в одно мгновение лишившийся всего, сидит на берегу серебряного озера, опустив широкие плечи, а я стою позади, обняв руками тонкий ствол дерева, и по щекам текут горячие слёзы. Что же я натворила!

Мы с Альтаром поселились на южной границе, неподалёку от волшебного озера, ведь жить в глуши король нам не запрещал. Куда ещё было податься изгоям, которых нигде не примут? Просить мужа переехать в другое королевство я никогда бы не стала: во-первых, там нас тоже никто не ждал, а во-вторых, не могла я требовать от него уехать навсегда из страны, оставив здесь своих родных. Сейчас существовала пусть и малая, но всё-таки вероятность тайной встречи, если, конечно, его близкие решатся на столь отчаянный шаг.

Жизнь потекла неспешно. Я, чувствуя собственную вину, стремилась во всём угождать мужу и не прекословить ему ни словом, ни взглядом, пока наконец диор не разозлился и не высказал всё, что думает о моём поведении:

– Лея, прекрати всё это! Ты принимаешь меня за изнеженного аристократа? Почему ты относишься ко мне как к хрупкому фарфору? Кажется, даже дышать боишься в моём присутствии. Веди себя нормально! Я сделал осознанный выбор, я искренне полюбил тебя, и успешный магический обряд служит тому подтверждением. Я заранее знал, чего лишусь, поэтому не вини себя больше и не усложняй нашу жизнь!

Я всё поняла и с тех пор снова стала сама собой. Альтар понемногу расслабился и наконец-то стал улыбаться, а больше всего на свете я ценила улыбку, которую он дарил лишь мне одной.

Мы жили в небольшом домике недалеко от деревни, возле нашего волшебного озера, связавшего две жизни воедино. На верхнем этаже была только спальня, а внизу – гостиная и небольшая кухня, ну ещё умывальня, отдельная, даже не за занавеской. В спальне, кроме кровати, стоял шкаф и зеркало со стулом, а в гостиной из предметов интерьера был лишь небольшой камин, диван и кресло. Стол, за которым мы обычно обедали, стоял у окна. Я пыталась создать уют в нашем маленьком домике: на простом деревянном полу лежал симпатичный коврик, на каминной полке расположились статуэтки (купленные мною ещё во времена учёбы, в период жёсткой экономии, просто потому, что они были очень красивыми), рядом стояли подсвечники с разноцветными восковыми свечами, хотя для освещения мы чаще пользовались магическими шарами.

С жителями деревни особо не встречались, так, только продуктов каких купить или вещи. Деньги были: от моей награды остался ещё довольно большой запас. Пока предпочитала улаживать вопросы покупок самостоятельно, не обращаясь с подобными мелочами к мужу: я искренне опасалась, что если попрошу, то мне принесут всю королевскую сокровищницу. Альтар тоже решал одному ему известные дела, про которые ничего мне не рассказывал. Иногда диор исчезал на некоторое время, однако надолго он меня одну не оставлял. По вечерам в кресле у камина часто просматривал какие-то бумаги, не позволяя мне заглянуть через плечо и удовлетворить своё любопытство. Я ничего не выпытывала, ожидая, что всё узнаю в своё время. Просто я была абсолютно счастлива от одного его присутствия рядом, и всё остальное не играло в моей жизни большой роли. Я каждый день засыпала и просыпалась с любимым мужчиной. Я так долго этого ждала! Я знала, что нужна ему. Он так смотрел на меня, прикасался, разговаривал… эти ощущения просто невозможно описать словами! Именно поэтому я каждый день благодарила святые небеса за дар, что они мне послали.

Однажды, когда я развешивала в нашем дворе только что постиранное бельё, мой взгляд скользнул по деревьям, росшим по ту сторону забора. В тот же миг прямо на моих глазах из портала возле могучего дуба на землю ступили две закутанные в плащи фигуры. Я медленно выпрямилась, сжав ладони и призывая собственную силу. Фигуры замерли неподалёку, и хотя я не видела лиц, но чувствовала на себе их колючие внимательные взгляды. Непрошеные гости были разного роста. Одна фигура мне показалась женской, а вторая – мужской. Я сложила руки на груди, готовясь создать щит, и в этот момент почувствовала присутствие мужа. Подняв голову, я увидела его окаменевшее лицо и плотно сжатые губы. Он накрыл мои руки ладонью, опуская их вниз, а после, проведя кончиками пальцев по щеке, неспешно направился к калитке, отделяющей нас от незваных посетителей.

Я наблюдала за всем не шевелясь и затаив дыхание. Альтар вышел за калитку и прошёл немного по дороге, направляясь к дубу. Одна из фигур, что была пониже ростом, стремительно шагнула вперёд – и вот уже она бежит к шагающему навстречу диору. Они встретились где-то на середине пути и замерли друг напротив друга. Женщина протянула руки и, резко схватив ладони диора, наклонила голову, прижавшись к ним лицом, а из-под капюшона выскользнула чёрная прядь – совсем такого же оттенка, как у моего любимого Альтара. Муж крепко обхватил руками закутанную фигурку, прижимая к себе, и до меня донёсся приглушённый звук женских рыданий. Я перевела взгляд на мужчину возле дуба: он напряжённо стоял, опустив голову и не делая попыток сдвинуться с места. Альтар в этот момент отпустил женщину и что-то сказал ей, разворачивая и подталкивая по направлению к её спутнику. Посетительница медленно отвернулась, подошла к мужчине, и оба исчезли столь же внезапно, как и появились.

Альтар вернулся ко мне, обнял и зарылся лицом в волосы.

– Твои родители? – спросила я.

Муж утвердительно кивнул, не разжимая объятий.

Следующими неожиданными гостями стали Эрик с Маргаритой. Честно говоря, столько всего произошло за это время, что старая обида на друзей поутихла и благополучно забылась. Я была счастлива их видеть, и они оба искренне радовались встрече со мной. Потом они ещё долго винились, что, едва получив службу во дворце, совсем не находили времени проведать меня. Маргарита говорила, что с головой окунулась в подготовку к свадьбе и что, когда пошла меня навестить, я уже уехала. Эрик рассказал про свои учения и про то, как искал меня по всей столице. После этого оба подробно описали грандиозный скандал, разразившийся во дворце после женитьбы Альтара, а также о том, как король приказал запереть браслеты в неизвестном месте, откуда их будет крайне сложно достать.

Я слушала и кивала в ответ на их замечания, улыбаясь и радуясь встрече с теми, кто не оставил нас даже в этот трудный период. Друзья поздравили со свадьбой, я же выразила свою искреннюю радость за подругу, которая тоже стала женой. Она очень сожалела о моём отсутствии на бракосочетании, но с этим мы обе ничего не могли поделать. Меня волновало то, что друзья могут пострадать за нарушение приказа короля, ведь они подвергались очень большой опасности, добравшись до нас сегодня. Однако придворные маги беспечно отмахнулись, объяснив, что надёжно замели следы и их никто не заподозрит.

Я сидела и с удовольствием слушала рассказ о пышной брачной церемонии подруги, о том, как их с женихом доставили на белых лошадях к Храму Небес, а после заставили разуться и пройти по выложенной белоснежными камушками дорожке к висящему в воздухе алтарю.

– Мы надели белые одежды, – рассказывала Маргарита, – мои волосы были распущены и ниспадали локонами на шёлковое длинное платье со шлейфом. Антуан сказал потом, что я напоминала ему богиню, которая спустилась с гор, окружающих храм, чтобы увести его в волшебное место на небесах. Когда мы приблизились к алтарю, сам воздух вокруг завибрировал. Там, в центре, стояла жемчужно-белая каменная чаша, которая вдруг стала наполняться прозрачной водой, и вода эта, проливаясь через края, стекала на землю и омывала наши ступни, а воздушные потоки обхватывали нас со всех сторон, соединяя и благословляя. Это было так восхитительно, Лея! Мне казалось, что я не стою на земле, а парю в облаках вместе с любимым.

Я слушала повествование Маргариты, затаив дыхание и широко раскрыв от восторга глаза. Потом подруга потребовала от меня подробного рассказа о нашем брачном обряде, и я как могла расписала всё в красках, опуская лишь особо пикантные моменты. Мы были абсолютно счастливы, делясь друг с другом подробностями собственных брачных церемоний, как вдруг раздался голос Эрика:

– Слушай, Лея, у меня тут новая теория появилась.

При этих словах Альтар непроизвольно положил руку мне на талию, притягивая поближе к себе.

– Какая?

– Сперва послушай про браслеты.

– Ты сказал, что король их спрятал.

– Верно, но рисунки сохранились. Я потратил много времени на разбор древних символов. Среди них есть один непонятный, его значение крайне сложно определить; я так понял, что оно сродни слову «стабильность». Я уверен, что теперь твой дар всегда в присутствии Альтара будет оставаться стабильным.

– Каким образом?

– Я понял причину, почему именно рядом с ним твой дар резко усиливался. Ты ведь давно его любишь?

При словах друга я смутилась, а Альтар крепче сжал руки на моей талии.

– Я понял это, когда проанализировал твоё поведение. Без Альтара ты всегда вела себя более разумно и сдержанно.

Муж хмыкнул, а я захотела стукнуть Эрика. Друг между тем продолжил:

– Любовь – самая сильная из эмоций, поэтому цвет менялся и сила росла. В его присутствии ты всегда становилась сильнее. Когда вы провели этот обряд с браслетами, Альтар поделился с тобой такими своими способностями, как медленное старение, долголетие и тому подобное. Вот только не это главное, намного важнее действие упомянутого мной символа. Он зафиксировал ваши чувства во времени и пространстве. Поскольку дар твой в тот момент был на пике своей активности, то вполне возможно, что и он зафиксировался. Теперь эмоции вряд ли смогут на него повлиять, когда рядом будет твой муж.

Я в волнении прижала руки к сердцу, боясь спугнуть воспрянувшую надежду.

– Эрик, – обратилась я к другу, – это значит, что я… что мы… я смогу родить ребёнка?

Друг грустно склонил голову и вздохнул:

– Понимаешь, Лея, когда его нет рядом, дар твой возвращается к своей изначальной форме, а чтобы не только забеременеть, но и выносить ребёнка, тебе нужен абсолютно стабильный дар на все те месяцы, пока дитя будет расти и формироваться. Муж же не сможет находиться рядом с тобой каждую секунду.

И снова надежде не суждено было воспарить над суровой реальностью. Я покрепче сжала ладони и попыталась перевести тему:

– Что значит «ваши чувства зафиксировались во времени и пространстве»?

– Это сложно объяснить на словах. Но в целом действие браслетов таково: во-первых, супруги погибают одновременно, это широко известный факт, во-вторых, им очень тяжело подолгу находиться на расстоянии друг от друга. Помимо перечисленного, то, что вы ощущали в момент обряда, останется с вами навсегда, а именно: ваша любовь, физическое влечение, духовная близость. Если обряд проходил на пике эмоций, то теперь вы просто обречены испытывать постоянную потребность друг в друге, в прикосновениях, разговорах и прочем. Причём данное желание существует, в общем-то, неосознанно. У вас даже со временем чувства не ослабеют.

– Вот это да! – воскликнула Маргарита. – Лея, какая же ты счастливая!

– В чём тут счастье? – возразил Эрик. – Это же ужасно, полнейшая зависимость друг от друга!

– Эрик, какие глупости! Ты видишь, чтобы они вели себя как привязанные друг к другу собачонки?

– А я говорю не о внешнем проявлении, а только о тех ощущениях, которые они не в состоянии контролировать. Они ведь сильные люди, вполне могут совладать со своими эмоциями или подавить их силой воли. Но только, несмотря на это, чувства будут присутствовать всегда – вроде сильнейшего наваждения, от которого невозможно избавиться. Даже если внешне они будут вести себя как обычно, желание никуда не исчезнет.

Да, ничего нового Эрик не сказал. Я и раньше не могла от этого наваждения избавиться, а теперь оно ещё и закреплено магически.

– Зато они всегда будут любить друг друга и медленно состарятся вместе.

– Ну да, а если навредить одному, то пострадает и другой.

– Ты сам не знаешь, о чём говоришь. Сам пока ни разу не влюблялся.

– И не собираюсь. Это дикость какая-то, ваши чувства. Два абсолютно здравомыслящих человека совершили подобное безумие! И ладно Лея (девушки – они более эмоциональны), но Альтар!

Желая поскорее заставить замолчать разошедшегося друга, я предложила Эрику провести эксперимент: как бы он повёл себя сам, доведись ему влюбиться.

– Ну уж нет, Лея. Я давно решил следовать в этом плане традициям. Женюсь на избраннице моих родителей, соблюду все законы. У меня ведь уже есть самая большая страсть в жизни – любовь к науке. Не хочу становиться сумасшедшим вроде вас.

Вот всегда знала, что учёные – самые здравомыслящие люди на свете. После слов Эрика я многое поняла. И то, почему меня постоянно тянет прикоснуться к Альтару, и почему моя страсть остаётся столь же пронзительной, как в самом начале. Поняла даже, что никогда теперь мне не избавиться от этой неодолимой тяги, не изменить ничего, хотя Альтар предупреждал об этом заранее. Вот только не скажу, что меня это не устраивало. Я ведь так долго добивалась его любви! Казалось, и жизни мало, чтобы сполна насладиться каждым мгновением, проведённым вместе. Если бы ещё я могла подарить ему ребёнка! Неосуществимое желание постепенно превращалось в навязчивую идею. Может, тогда король помилует моего мужа и разрешит ему видеться с семьёй? И пусть я не чувствовала его душевной боли, но прекрасно о ней догадывалась, слишком хорошо зная, каково это – терять близких.

За размышлениями я едва не пропустила момент, когда друзья засобирались в обратный путь.

– Я надеюсь, – поднялась Маргарита, – что наступит время, когда мы сможем видеться и не делать из этого тайны.

– Я тоже надеюсь, – вздохнула я.

Эрик наклонился, обнял меня за плечи и пожелал удачи.

Альтар подошёл к моим друзьям, протянул обоим руки, и все трое исчезли. Я счастливо улыбнулась, чувствуя огромную радость, оттого что они оба посетили нас, невзирая на опасность. Это уже после я горько пожалела об этом визите, но то было потом, а пока… пока я наслаждалась жизнью.

Альтар:

Лея была невероятно счастлива увидеть своих друзей, и это грело мне сердце. Несмотря на запрет короля и попытки придворных магов блокировать мои перемещения во дворец, в огромном замке ещё оставались тайные места, где моя магия пока действовала. Благо, я давно позаботился об их создании, заранее зная, что в жизни нужно быть готовым к любым ситуациям, а пути к отступлению просто необходимо иметь. Подобные известные только мне потайные уголки были и в столице, там я мог появиться и не быть пойманным королевскими соглядатаями. Не зря я столько лет служил Его Всесветлейшеству, исполняя самые разнообразные поручения, сейчас эти знания сыграли мне на руку. Именно благодаря этому я и смог связаться с друзьями Леи, а также прямо спросить их, согласны ли они на свидание с ней. Оба не колебались ни минуты, и это лучше всяких слов уверило меня в том, что Эрику с Маргаритой можно довериться. Редко доводилось мне встречать в своей жизни по-настоящему преданных людей, но в случае с Леей нечему было удивляться. Хорошие люди чувствовали её благородство и словно магнитом притягивались к ней.

Когда Маргарита и Эрик простились с женой, я быстро перенёс их в одно из тайных мест во дворце. Пусть на мою комнату был наложен магический полог и я не мог забрать свои личные вещи, пусть король распорядился блокировать любую попытку с моей стороны открыть портал к собственному поместью, но ведь далеко не всё известно повелителю, а я в каких только кругах не вращался благодаря его приказам. Теперь настала пора применить собственные знания не на благо короны, а на благо собственной семьи.

Итак, мне необходимы союзники. В первую очередь, конечно, Ольган. Друг мне поможет, в его преданности сомневаться не приходилось. Мы часто спасали друг друга в, казалось бы, безвыходных ситуациях. Теперь дело за вторым сообщником.

Пока я размышлял, Маргарита быстро накинула на голову капюшон и тайными коридорами поспешила пройти в главный холл, чтобы оттуда уже смело и не таясь прошествовать в комнаты, выделенные им с мужем во дворце. Эрик кивнул мне и намеревался последовать за ней, но я удержал его за плечо:

– Эрик, мне понадобится твоя помощь в одном важном деле.

– Чем я могу помочь?

– Мне нужно изобрести кое-что, один невиданный доселе препарат.

Глаза Эрика загорелись интересом.

– Что за препарат?

– Встретимся с тобой вечером в подворотне недалеко от кондитерской, где на вас с Леей было совершено покушение. У меня будет к тебе одно предложение.

– Хорошо, – кивнул эльтар.

И правда, хорошо. Теперь осталось найти Ауруса и напомнить ему о долге жизни.