Глава 36

Ядвига. В это самое время в доме Елены Я громко отхлебнула чай, стараясь не смотреть на ошарашенные лица Царевны и бабули. Звук получился протяжным и слишком медленным в наступившей тишине. – …вот так вот всё и получилось, – подытожила я. – Кощей меня в лес отправил, Маша пропала, ну а я, наслушавшись о своей магической исключительности, решила проверить. – Отец у тебя умным был, мать вроде бы не дура, – бабуля покачала головой, – да и ты до последнего времени тоже умненькой казалась. Неужели в «Костях» весь мозг отшибло, или напрочь отсутствует чувство самосохранения, Яд? – Да не верила я! – выпалила зло. – Ясно?! В лабуду всю эту вашу сказочную. Думала, поищу её недалеко от клуба, с каким-то ухажёром небось отошла, и вернёмся. – Это в усадьбе-то не заметили, что кто-то в лес пошёл? Ты сама Горынева видела, – настаивала ба – Там всем несколько не до слежки и правил было. – Даже слышать не хочу! У бабушки как-то странно зашевелились волосы и потемнело вокруг глаз. – Ладомила Всеславовна, – квакуха мягко накрыла её ладонь своею, – держите себя в руках, чай не девочка уже, давление подскочит, голова болеть начнёт. У вас вон, – кивнула на лоб, активно жестикулируя глазами, – даже волосы шевелиться стали. К тому же, уж простите, не смогу удержаться и промолчать, но ваша вина тоже во всём этом есть! – Моя? – опешила ба. – Да я их всю жизнь от этого дерьма скрывала! Уберечь хотела. Тёмный ритуал провела, чтобы её мать или её, дуру, к Навьему лесу не привязали, богам в услужение чтобы не пошла. Жизнь свою человеческую чтобы прожила: влюблялась в кого хочет, путешествовала, училась, работы меняла… – Ну так если Кощей её сюда заманил, так уже б стоило с первого дня и рассказать, – Царевна не сдавала позиции. – -Да не думала, что молодняк на неё вообще внимание обратит! Один порталами носится, всё свет ищет между ног у половины страны! – Ба в гневе сплюнула на пол. – Когда в его дурью башку дойдёт, что не там искать надо. Второй – вообще на себе повёрнут, всё о себе да о трёх головах своих. Я ж ей амулет охранный сделала, Лена! Где он, бля? – Бабушка впервые на моей памяти выругалась. Про амулет я забыла. Даже ни разу не надела. – Дома, – буркнула, опустив голову. – Прости. Бабуля выдохнула, разом постарев будто, зажмурившись, прошептала: – Нет пути назад теперь… И как только она произнесла это, комнату окатило чернильной тьмой. Погасли свечи, перестали тикать часы, даже воздух, и тот перестал ощущаться в пространстве. Я как будто разом оглохла, ослепла и онемела. А затем чуть действительно не лишилась зрения от яркого, ослепительного света: вся утварь и предметы декора поднялись в воздух, будто не были подвластны гравитации, как и наши волосы – их подняло вверх и распушило. «Что за чертовщина?» Прямо из потолка начала образовываться светлая воронка, ровно под ней, из пола росла тёмная. – Пришли, – едва ворочая губами, с ужасом прошептала Елена. – За мной. – Ба вскинула голову, порывисто потянулась через стол, хватая меня за руки. – Яда, прошу, не делай глупостей! Не ищи эту Машу свою, Ленкины светляки тебя домой доведут, или останься здесь, молю тебя! Дождись меня, а потом… Порывистым ветром её начало затягивать в образовавшийся между воронками портал. – Ба! – в ужасе крикнула я, хватаясь за её ладони. – Не пущу, – прошептала вслед. – По долгу рода, по закону крови, – прогремело на весь царевнин терем, и мы все оглохли от его силы. Голос как будто был везде – и снаружи, и в наших головах, леденил душу и останавливал слишком спешащее сердце. – Суд богов готов слушать дело. Бабушку вырвало из моих рук, замотало волчком вокруг своей оси, ухнув разом в схлопывающийся портал, откуда прилетело уже мне: – По закону крови, по долгу рода, принимай Навий лес, как он принял тебя. Вновь всё стихло, а затем на пол посыпалось всё то, что подняло в воздух. Но мы с Еленой так и не пошевелились. – Ну, – замогильным голосом известила она. – Пришла расплата за самоуправство. – Кар-р-р! – гулко, злобно разносилось по округе. – Ау-у-у! – затягивал в унисон Дурашка. Поёжившись, отступила от окна. Жутко стало. Не то от воя призрачной гончей, не то от вороньего крика. От всего разом. – Не убьют они её, – по-своему успокоила Царевна, но легче не становилось. Хотелось куда-то нестись, что-то делать, кого-то известить! Но только кого, если забрали именно те, к кому в принципе и стоило бежать! – Только покалечат? – усмехнулась зло. – Та тьху-тьху-тьху на тебя три раза. – Мелкими плевками, через левое плечо, Елена сплюнула и постучала по столу. – Рабочей силой так у нас не разбрасываются, тем более такими ценными кадрами, как Ладомила Всеславовна. Выяснят всё: как укрывала дочь, тебя, что делала, какой ритуал использовала. А вот потом, в зависимости, какие законы нарушила – назначат наказание. – И что же это может быть? – Да хоть бы что, – вздохнула квакуха, раскладывая на диванчике чистую пару джинс, тёмное худи и чёрную майку. – В служение могут забрать вечное, работу чёрную и непотребную для них делать. Ладомила Всеславовна у нас же добрая по своей сути, обережница… накажут делать дела тёмные, чтобы душу ей выворачивало каждый раз. Тут уж кто во что горазд будет и с каким настроением. – А я? – А что ты? Тебя к Нави привязали, – квакуха покосилась на дверь, – думали, что к долгу родовому призвали. Откуда ж им знать, что ещё не инициированная? Лес-то тебя принял, значит, свою учуял даже без вхождения в силу! Это, на самом деле, очень хорошо, Ягушка. Пусть лучше пока не знают и думают, что Ладомила тебя в курс дела как раз вводила… и это… – она смущённо смяла край собственной футболки, – тебе с инициацией поспешить-то надо. Как прознают Навьи, что Яга у нас без пары, красна девица, охоту начнут. От перспективы быстрого секса и абы с кем нехорошо повеяло проблемами. Замерла столбом, в задумчивости глядя на Елену. Не верилось, что всё легко и просто решится перепихом. Ведь дело не в самом процессе, не просто же это называется «инициация». Раз боги пока не знали и есть время скрыть этот для многих пренеприятнейший факт, предпочла бы воспользоваться отсрочкой. Всё слишком запутано и непонятно, и нигде логического конца не видать. Более того, мало верилось в жизнерадостные уверения квакухи, счастливого окончания истории я не видела. Но и причин для дороги назад не видела тоже. Буду двигаться вперед… и буду надеяться. А разве мне остаётся что-то другое? Сидеть на болоте или дома? Что я скажу Сири? А в «Костях»? Что маме говорить?! Они ведь скоро должны вернуться из отпуска. – Елена, помоги, пожалуйста. Домой не вернусь, нет пути назад. Но без тебя мне не дойти, ни дороги, ни мира этого я не знаю. – Голос всё же предательски дрогнул. – Мне Машу позарез найти надо! Не могла она далеко уйти. – Совершенно пустая затея, – прошептала она. – Тем более Ладомила другое наказывала. А вдруг не сама ушла, а действительно украли? Ты знаешь, сколько здесь опасных персонажей живёт? Не просто так сказки писались-то… – Понимаешь, не смогу я дома просто так сидеть и ждать. Да и матери что скажу? – А я Ладомиле, если с тобой что случится? «Сказать ей о руне Горынева? О тайной метке знает только он сам и Кир…» При мысли о Кощееве стало не по себе. Если вернусь без Машки, то вообще не представляю, что будет, он же меня загрызёт! Сперва за то, что потеряла Машку, потом за то, что пошла в лес, а потом – что вернулась с пустыми руками! Царевна изучающе уставилась на меня. – Не смогу я тебе всю дорогу помогать, Ягушка, сама знаешь, к болоту привязана. Лишь до дома Заряны доведу с помощниками, и то насколько смогу, а там… как выйдет. Она дальше поможет, я наперёд, что идёшь, весточку пошлю. Костюмчик свой оставила у Елены, благодарно приняв то, что предложили: джинсы, майку, худи и чёрные эластичные митенки (Митенки (фр. mitaines) – перчатки без пальцев, удерживающиеся на руке с помощью перемычек между пальцами или за счёт пластических свойств материала, из которого они сделаны. – Прим. авт.). В смешной рюкзачок с поняшками из детского мультика, и где она только его раздобыла, квахуха сложила еду, спички, влажные салфетки, целый арсенал маленьких бутыльков со странными подписями: «Отвал башки, больше не боли», «Мертвецкий сон», «Заживёт как на собаке», «Обжорству – бой, выпей и не ной»… – На все случаи жизни, – ловко складывая всё по кармашкам, поясняла она. – До дома Заряны путь не слишком долгий. Главное с тропы не сходи, за светляками смотри. А если потеряешься, вот. – Она достала деревянный ларец. – Яга как-то Василисе подарок сделала, да-а-авно это было. Потом та мне передарила, за ненадобностью, а мне на болотах часто пригождалось, пока я в силу входила. Открыв маленький замочек, квакуха достала самый настоящий человеческий череп. – Это что? – тупо спросила я, хотя и так ясно было что. – Если потемнеет так, что хоть глаз выколи, или чертовщина какая твориться будет, достанешь его и скажешь: «Засветитесь всевидящие глаза, пусть станет светло, как среди белого дня». Я поёжилась. Елена аккуратно завернула черепушку в бархатную тряпицу и запихнула туда же, в розово-поняшный рюкзачок. – Ну, – квакуха оглядела комнату, в которой проходили сборы, – присядем на дорожку. Я примостилась на стуле, уставившись на свои ногти. – Не передумаешь? – с надеждой в голосе спросила Царевна. – Мы же можем Ладомилу вместе подождать. Я ночью за домом приглядывать буду, ты днём. Научу тебя в эти дни всякому, пусть и простому, но полезному. – Прости, Лена. – Качнула головой. – Может, и дурочка я своенравная, может, зря собираюсь дальше искать, ну не могу я сидеть здесь, не могу. Если сама на погибель человечку привела, я за неё и в ответе. – Эх, ладно, может, и я бы так поступила. Держись намеченного пути, с тропы не сходи. Раз боги сказали, что лес тебя принял, то и вредить, путать не должен, но вот жители его всякие быть могут. Никому не говори, кто ты. Разве что Заряне можешь. От меня к ней день пути. К вечеру должна прийти, но если ночь вдруг в пути застигнет, найди самую высокую ель, взберись на неё и выпей отводное зелье «хоть глаз выколи, ничего не увидят». Для любого зла будешь невидима. А путь продолжишь уже с петухами. Как белого всадника на белом коне, одетого во всё белое, увидишь, так и ступай дальше. Всё поняла? – Жаль, телефоны у вас не работают. – Кивнула, принимая её наставления. – Это да. Я как в «Кости» наведываюсь, так сразу в интернет и лезу. А ещё сериалы смотрю. Кому там веселье, а я номере, до самого утра, киномарафоны устраиваю. А как светать начинает, домой бегу, спотыкаюсь. Зато и прикупить чего могу с доставкой, и что в мире происходит, знаю. Мы обе тяжело вздохнули. – Ну, – она первая встала, – пора тебе. Нечего зря время просиживать. Буду от Заряны весточку ждать. У ворот мы распрощались, крепко обнявшись. – Дурашку по твоему следу пущу, следы замести. На большее он пока не способен, с виду грозный, а мал совсем. Как владения мои закончатся, Хухлика попрошу. Но ты всё равно будь осторожна, не то Яга нам обеим головы оторвёт и вместо черепков на плетень посадит. – Да ну, ба не такая. Елена неопределённо фыркнула. – Ну давай, – осенив меня странным знамением, отпустила, – беги уже.