Глава 15

Маша спустилась к завтраку, откровенно зевая: вчера ночью они с Егором очень долго бродили по поселку, а кот важно шествовал рядом с ними на поводке. Виконту понравилось так далеко гулять, и Маша опасалась, как бы он не решил повторить прогулку в одиночестве. Нужно будет глядеть за ним в оба! Однако кот занимал далеко не самое важное место в этой прогулке… и в ее мыслях. После того как планы на воскресенье были утверждены, оказалось, что спать совсем расхотелось. А хочется другого: болтать с человеком, который тебя понимает, обо всем, что приходит в голову!

Маша слушала Егора и сама что-то постоянно рассказывала взахлеб…

Она не раз замечала, что ночью люди более откровенны, как будто дневной свет заставляет стыдиться себя самой, а вот темнота – о, она милосердна, она всем позволяет сбросить маски! Днем ты, может, и не расскажешь едва знакомому человеку, что любила в детстве открывать волшебные страны на холмах неподалеку от дома, как лет до десяти всерьез верила в цветочных фей (и в Деда Мороза!), как написала на спор «Завуч дура» на школьном заборе, а ее спалили и долго песочили в учительской. Чуть родителей не вызвали, но, к счастью, обошлось, больно уж Маша ревела…

Поэтому легла Маша поздно, и вставать ей категорически не хотелось, однако пришлось.

Она знала, что Егора с утра не будет, и следовало показаться на общем завтраке, дабы не вызывать особых подозрений.

Кот теперь не отходил от нее ни на шаг, словно чувствовал что-то. А может, действительно запомнил неприятный опыт пребывания в сарае. С вечера Маша устроила мейн-куну выговор, хотя и чувствовала себя немножечко глупо, когда, вернувшись с ночной прогулки, посадила перед собой животное и отчитала его за неподобающее поведение. Однако ее не покидало чувство, что он все понял и выволочка подействовала. Виконт с утра не убежал в свой лоток и подождал, пока Маша встанет и выйдет из комнаты, и только тогда потрусил к общей ванной, сделал свои кошачьи дела, тщательно загреб их и посмотрел на свою няньку с великим возмущением. Ну что, как бы говорили янтарные глаза, дождалась?! Теперь мною владеешь полностью?

Ладно, я понимяяяууу, что это необходимо…

К завтраку собрались не все.

Егора не было, не было и Тараса, который почему-то к десяти часам утра не вышел из своей комнаты. Впрочем, Алена сказала, что она стучалась к нему и Тарас сонным голосом ответил ей, чтобы о нем не беспокоились и если он захочет поесть, то он самостоятельный и взрослый мальчик: спустится, найдет, поест.

– Опять небось бухал всю ночь, – неприязненно обронил Вениамин, потягивая черный кофе.

– С кем он здесь пил бы? – возразила Алена. – Вы вчера такие скучные расползлись. Я бы, может, текилы выпила, но никто не хотел. Где он, ваш хваленый отрыв и отдых на природе? Короче: я с Тарасом вчера не пила, а ты?

Вениамин молча покачал головой.

Он был вялый. Впрочем, Маша уже заметила, что по утрам он вообще не проявляет особой активности. Да что там – и в середине дня, и вечером тоже. Он походил на снулую рыбу, которая размышляет, сдохнуть или пошевелить еще немного хвостом, но ради чего?..

– Не трогайте Тараса, – вдруг попросила Фаина. – Вокруг него кружатся черные тени, ему сейчас нелегко.

– Черные тени, – повторила Алена с непередаваемым выражением. – Черные тени, нет, вы только послушайте, дамы и господа! Черный ворон, что ж ты вьешься?! Вихри враждебные веют над нами!

– А откуда вы взяли про тени, Фаина? – осторожно осведомилась Маша.

Она по-прежнему не понимала, что эта девушка забыла в компании таких людей, как Алена, Тарас и Вениамин. Ну хорошо, с Аленой они всерьез ни разу не пикировались и даже выглядели как подружки, которые обе со странностями. Маша даже, кажется, видела, как они беседовали в саду вчера. Алена наверняка за время работы на телевидении навидалась людей, еще более странных, чем Фаина.

Но сама-то Фаина?

Фаина Орлан выглядела как малолетний гот, хотя с первого взгляда было ясно, что лет ей уже не пятнадцать. Она повсюду таскалась с вышитой бисером сумочкой, в которой хранила колоду карт Таро и от которой Виконт шарахался как от привидения – так оттуда разило индийскими благовониями. Но склонности к депрессиям у Фаины явно не наблюдалось. Ее меланхоличное настроение было скорее свойством характера, а не мрачным взглядом на мир. Маша все больше склонялась к мысли, что этот взгляд приписывали Фаине окружающие, которые повелись на внешние атрибуты: черная одежда, гадания, вегетарианство и разговоры о реинкарнации. Возможно, девушка нарочно поддерживает этот образ, который является способом защититься от пристальных взглядов… Фаина живет словно в скорлупе, и никто не может ее всерьез задеть, потому что бьют не туда – бьют по картонной Фаине, а настоящая стоит неподалеку и тихо улыбается.

Гениальная тактика для интроверта.

– Карты мне рассказали, – серьезно произнесла Фаина. – Я делала вчера расклад, вот карты и поведали мне все.

– Какая хорошая вещь эти карты, – вздохнула Алена. – Спросишь – на все ответы дают! Фаин, а может, они мне расскажут, где мне мужика хорошего найти? Чтоб, значит, не продюсер, не гей, не трудоголик, а нормальный такой, работящий, семью любящий, детей…

– Ален, ты серьезно сейчас? – даже слегка оживился Вениамин. – Серьезно про семью, детей? Если бы тебе попался честный работяга с завода, то ты бы взяла и вышла за него замуж?

– Нет, Веня, с работягой с завода общего у меня мало, – засмеялась Алена. – А вот если бы какой-нибудь офисный хомячок, но не без огонька, чтоб зарабатывал нормально, денежку в дом приносил, хотя бы в Турцию меня возил на отдых, тогда бы – возможно, возможно…

Вениамин покрутил головой:

– Ни-ког-да не подозревал тебя в подобных желаниях! Мне казалось, что если ты захочешь с каким-то мужиком спутаться, то это будет какой-нибудь артист или аферист из попсовой тусовки…

– Ты знаешь, как они надоедают через некоторое время… – вздохнула Алена. – Все эти звезды – понасмотришься на них в гриме, без грима, в гневе, без гнева, а потом ночами спать не можешь от тоски…

После завтрака Маша ушла с Виконтом в сад.

Виконт не стал охотиться за кузнечиками, по своему обыкновению, и к кротам не приставал, на сей раз он просто гулял по тропинкам туда-сюда, иногда даже сильно натягивая поводок, и стремился вдаль, пытаясь что-то исследовать. Его заинтересовала крупная бабочка, опустившаяся на цветок, однако ловить ее Виконт не стал. Бабочка была ленивая, разомлевшая от майского солнца, и потому тоже не улетала, а кот очень осторожно, издалека, нюхал ее, поворачивал голову, любовался на трепещущие крылышки и всем своим видом показывал, что ему тоже не чужда любовь к природе и наслаждение прекрасным…

Маша бродила следом за Виконтом по тропинкам – и вдруг на скамейке, укрывшейся среди розовых кустов, обнаружила Фаину.

Девушка уютно устроилась на краешке деревянной скамьи и возилась со своей колодой карт. При появлении Маши Фаина подняла голову и рассеянно ей улыбнулась, а потом с той же мягкой улыбкой посмотрела на Виконта. Кот задумчиво уселся на землю и почесал задней лапой за ухом.

– Мы вам мешаем? – спросила Маша. – Если да, то мы сейчас уйдем, просто он гуляет, как хочет, а я за ним.

– Нет, кажется, вы совсем не мешаете, – ответила Фаина, словно прислушиваясь к чему-то в себе. – Правда не мешаете… и это странно. Зачем вы пришли?

– Я же говорю, мы просто гуляем, – недоумевающе повторила Маша, но Фаину этот ответ не устроил.

– Нет, все в мире происходит по какой-то причине, и если вы сюда пришли, то так нужно.

– Кому нужно?

– Высшим силам. Не хотите присесть?

С Фаиной Маша еще не общалась близко, они даже едва обменялись парой фраз во время общих разговоров. Упускать такой шанс не следовало, все-таки она – девушка со странностями, неразгаданная загадка, шкатулка с секретами.

Маша села на другой конец скамейки и обратила заинтересованный взгляд к картам Таро.

– Какая красивая колода…

– Вы когда-нибудь интересовались раскладами? – спросила Фаина, перебирая в пальцах блестящие карты с яркими рисунками. Карты скользили, кружились, вертелись, их движение завораживало.

– Нет, но пару раз читала что-то по теме, кое-кто из подружек увлекается… А вы, я вижу, серьезно к этому подходите?

– К картам Таро невозможно подходить несерьезно, – спокойно сообщила Фаина. – Это мощный инструмент в руках того, кто рискнет его взять. И для того, чтобы решиться на этот риск, нужно обладать немалым мужеством.

– Это вы так себя сейчас похвалили? – не удержалась Маша.

– Может быть, – легко согласилась Фаина, ничуть не обидевшись. – Я долго думала, прежде чем смогла прийти к пониманию Таро, и только еще через год купила свою первую колоду.

– Слушайте, Фаина, – сказала Маша, – вы меня простите, но вы ведь… в простой фирме какой-то работаете, и Егор говорил, что вы тусуетесь в компаниях… ну… – Она немножко запуталась, не зная, как сформулировать. Вежливо не получалось.

– В компаниях таких же сумасшедших, как я, – радостно помогла ей Фаина. – Егор многого обо мне не знает, хотя знает и много такого, что неизвестно другим. Он ведь вам нравится? – спросила она.

– Да, – созналась Маша: врать не имело смысла.

– Вот. Вы к нему присмотритесь и тоже увидите. Он немного не такой, каким хочет казаться. Карты говорят, он опасается чего-то и на что-то нынче сильно надеется… И вы связаны с этой надеждой. – Она повела плечом. – А я… Ну что я? Мне не нужно общества. Карты со мной разговаривают.

– И они поведали вам, что вокруг Тараса кружатся черные тени, – вспомнила Маша разговор за завтраком.

– Давайте об этом не будем, – твердо отрезала Фаина, – карты много открывают такого, о чем не следует говорить вслух. Я была не права, что проговорилась, как бы беды от этого не было. Поэтому давайте, может быть, поговорим о вас?

– Обо мне? – удивилась Маша. – А о чем именно?

– Например, если вы хотите…

Фаина вдруг запнулась и замерла, как будто пытаясь различить голоса вдалеке. Карты шуршали у нее в руках, и Маша вдруг осознала, что Фаина прислушивается именно к этому звуку…

«Батюшки-светы, да она с предметами разговаривает, – подумала Маша, – впрочем, чем я лучше? Разговариваю с котом, сама с собой, а еще иногда с упрямым краном, когда оттуда плохо течет вода. М-да! Действительно, кто бы говорил».

– Они не против, – обронила наконец Фаина.

– Не против, чтобы я что-то у них спросила?

– Да. Я сделаю простой расклад, но он сработает, только если вопрос конкретный. Пожалуйста, не торопитесь, подумайте.

Маша помолчала.

Вопрос у нее был очень конкретный: кто преступник?

Однако вряд ли на картах написаны имя, фамилия и номер ИНН. Поэтому Маша попыталась сформулировать запрос иносказательно: как мне узнать того, кто хочет навредить, прежде чем он навредит?

– Вам не обязательно говорить что-то вслух, – сказала Фаина, наблюдая за Машиным лицом, – вы просто должны четко сформулировать вопрос про себя, мысленно, только тогда карты смогут помочь вам.

– Я сформулировала, давайте начнем.

– Вы не торопитесь, – легко улыбнулась Фаина, – сделаем так: расслабьтесь, подумайте еще раз о том, что вы хотите узнать, и после этого достаньте из колоды четыре карты.

Она перетасовала колоду и протянула ее Маше.

Маша кивнула и сняла четыре верхние.

Зачем усложнять? В конце концов, если судьба хочет ей что-то подсказать, значит, эта подсказка уже сформулирована.

– Хорошо, – сказала Фаина, – итак, этот расклад называется «Малый крест» – всего четыре карты. Давайте я сначала разложу.

Четыре карты крестом легли на скамейку.

Маша с любопытством посмотрела на них.

Вот во что только люди не верят?! Разве в этих прямоугольничках и впрямь могут быть зашифрованы ответы на самые сокровенные вопросы? Разве карты могут раскрыть тайны, до которых иногда и полиция не докапывается, не говоря уж о самозваных сельских детективах?

А ведь так хочется получить ответ сразу…

– Хорошо, – сказала Фаина, – кажется, все правильно. Так вот, Маша, первая карта – это вы в данной ситуации, то, как вы на нее реагируете, какое имеете к ней отношение. И учтите, что ваше личное настроение может не соответствовать реальному состоянию дел. – Она немного помедлила и перевернула карту, после чего задумчиво произнесла: –  Шут.

– Красивый, – одобрила Маша усыпанный яркими звездами наряд Шута, – и что он означает?

– Если карта прямая, а здесь она прямая, а не перевернутая, это значит новые начинания, новые преимущества. Вообще это хорошая карта для вашей ситуации, – оживилась Фаина. Казалось, она действительно радуется благоприятным ответам на тот вопрос, которого даже не знает. – Но это также и очень сложная карта. Знаете, говорят «святая простота»? Шут – он такой. Он сочетает в себе добро и зло, правду и ложь, причем вы можете обманывать сами себя. Вы себе всегда честно во всем признаетесь?

– Да, – спокойно ответила Маша, – стараюсь.

– Хм, тогда… обманывают вас. Впрочем, самое главное – в этой карте есть энергия, оптимизм, счастье и сила, поэтому вы просто ждите неожиданных обстоятельств, которые могут внезапно повернуть ситуацию с пользой для вас. И еще, – она провела пальцем по карте, словно погладила Шута, – вы должны принять важное решение. Это сделаете вы, и только вы, больше никто не может. Понимаете?

– Да, наверное, понимаю.

Маша пожала плечами и покосилась на Виконта. Кот пока больше никуда не стремился, просто улегся на дорожку и наблюдал за полетом бабочки.

– Хорошо, тогда пойдем дальше. Второй аркан в кресте означает не вас, а других людей, которые заняты в вашей ситуации, и может рассказать, препятствуют они вам, действуют или бездействуют.

Фаина снова помедлила, открыла карту и слегка помрачнела:

– Висельник, и он перевернут.

– А что это означает?

Маша поймала себя на том, что против своей воли втянулась в процесс. Вот так и попадаются на удочку всяким цыганкам и гадалкам уличным…

– Честно говоря, ничего хорошего от этих людей ждать не приходится, – сказала Фаина.

Она задумчиво разглядывала карту.

– Хм, если бы он был вверх головой, я бы что-то понимала. Знаете, обычно Повешенный в таком вот виде – предостережение. Предупреждение, что не нужно стремиться к чисто материальной или эгоистической цели в ущерб духовности. Он говорит о застое, о недостатке роста, о том, что у людей нет высоких целей в жизни, и от этого они глубоко несчастны. Понимаете?

– Очень хорошо понимаю, – отозвалась Маша.

«Описание преступника, – подумала она, – фактически его психологический портрет. Проблема в том, что у нас несколько человек подходит под этот портрет, поди разберись».

– Вам нужно… вернее, им нужно пересмотреть приоритеты. Но, к сожалению, обычно ничем хорошим это не заканчивается. В общем, все они бегут за недостижимой мечтой, и что самое интересное – это не происки судьбы. Это выбор, понимаете, Мария? Выбор.

– Да, я понимаю.

– Хорошо. Я очень надеюсь, что вам удастся со всем этим справиться.

Фаина подумала.

– Вы… действительно хотите открыть следующую карту?

– А чем мне это может грозить? – стараясь казаться веселой, осведомилась Маша.

– Понимаете, эта карта расскажет, как ситуация будет развиваться. Третий аркан Таро. Вы хотите знать?

– Послушайте, Фаина, я… может быть, следовало сказать это сразу, но я не очень-то в это верю. Конечно, я уважаю ваше увлечение и все такое…

– Вам не обязательно верить, – отрезала Фаина, – нужно просто решиться выслушать.

– Я решаюсь, – немного нетерпеливо сказала Маша.

– Хорошо.

И девушка перевернула третью карту.

– Ох, Дьявол!

– Дьявол – это по определению не означает ничего хорошего, – буркнула Маша.

Дьявол на карте был абсолютно несимпатичный, с красными глазами.

Фаина заговорила глухим голосом:

– Да. Дьявол, да еще и перевернутый – это катастрофа. Мария, я не знаю, во что вы ввязались, но вас ждет сильное расстройство, дурное влияние, происки врагов, нехватка сил… Целый букет неприятностей! Я, честно говоря, никогда не видела ситуации, которые бы хорошо заканчивались, когда в раскладе присутствует Дьявол.

У Маши холодок пробежал по спине, несмотря на то что день был очень теплый.

Она сказала Фаине правду: она не особо-то верила во все эти гадания и хотя когда-то ждала подарков от Деда Мороза, те времена давно прошли. К тому же даже в детстве она где-то в глубине души осознавала, что Дед Мороз – это просто придуманная мамой и папой сказка. Но она выбрала для себя верить в эту сказку, и сказка была рядом с ней.

А вот это вот… берешь кусочки картона и по ним пытаешься предсказать судьбу. Судьба сама себя так предскажет!

– А… послушайте, Фаина. Ну, хорошо, Дьявол. Разве с этой ситуацией нельзя справиться?

Маша решила сыграть по чужим правилам.

– Можно, – ответила Фаина, – все можно, все решает последняя карта. Четвертый аркан. Итог. Реальный итог, к которому все может прийти.

– О’кей, давайте ее откроем.

Фаина кивнула, перевернула последнюю карту и едва заметно улыбнулась:

– Жрица. Как странно…

– А в чем странность? – поинтересовалась Маша.

– Это то, что дает шааа-анс, – протянула Фаина, – да, это дает шанс!

Она резко оживилась:

– Я не знаю, какой вопрос вы задали, но вы можете выбраться из этой истории и даже ничего не потерять, а наоборот – приобрести! Эта карта свидетельствует о том, что у вас есть знания и умения для решения всех вопросов, которые вы задаете. Конечно, ответы лежат не на поверхности, и нужно проявить настойчивость, чтобы до них добраться. Но у вас имеются все шансы добраться! Не болтайте лишнего, внимательно смотрите по сторонам и сохраняйте спокойствие. Терпение и предусмотрительность, понимаете?

– Да, – сказала немного ошарашенная Маша.

– Если бы она была перевернута, – продолжила Фаина, – то все пошло бы прахом! Слушайте, вы хороший человек, карты говорят с вами.

– Нет, Фаина, – засмеялась Маша, – это вы хороший человек, и они говорят с вами. А мне… мне они просто показали свои яркие рубашки.

– Вы просто не понимаете, насколько все связано в мире…

– А, это из «Звездных войн», – сказала Маша, – там учитель Йода рассказывал Люку Скайуокеру о том, как связаны вода и камень, лед и пламень… нет, это уже из какого-то другого произведения.

Она забормотала:

– «Они сошлись – вода и камень, стихи и проза, лед и пламень…» Пушкин!

На Пушкина Фаина внимания не обратила, она продолжала гнуть свою линию:

– Вы просто пока этого не осознали – насколько вам подчиняется судьба…

Маша вдруг поняла, что Фаина на самом деле мягкий, беззащитный человек, скрывающий за своей маской нечто теплое, нежное и высокое.

Виконт заметил что-то в кустах, поднялся и потянул Машу вдоль дорожки. Ей пришлось встать.

– Спасибо, Фаина, – поблагодарила она. – Извините, я с котом вот…

– Нет-нет, все правильно, вам пора идти, – согласилась Фаина и собрала разложенные карты.

Маша в последний раз бросила взгляд на Жрицу, которая улыбалась ей с кусочка картона.

Просто раскрашенное лицо, но, может быть, не зря в ее улыбке почудилась надежда.