Глава 13

Антон пришел домой приблизительно минут через двадцать после Нэр. За это время та уже успела более или менее взять себя в руки. По крайней мере, до той степени, чтобы понять — глупо обижаться на человека, который явно плохо понимал, что делает от дикого страха.

Но одно дело понять, а другое принять… В итоге они молчали весь день. Так же молча поужинали и улеглись спать. Каждый на свое ложе — Нэр на высокую мягкую кровать, а Антон в уголок за печью, на пол.

Разбудили Нэр голоса. Один — низкий и хрипловатый — принадлежал Антону, а другой — высокий и мелодичный — явно более молодому человеку или, скорее, женщине.

— Она приходила вновь, Антон. На этот раз не устоял Федор. Он утаил ее приход и ночью уединился с ней в своем доме. Утром родичи попытались его остановить…

— Федор… убил многих? — голос Антона дрогнул.

— Нет. Староста вовремя вмешался. Но подожди. Я рассказала еще не все. Теперь мы знаем, что происходит с теми, кто идет на связь с этими существами. Маленький Александр, сын Анны и Павла, по случайности оказался свидетелем — прятался от отцовского гнева, потому что разбил кувшин со сметаной и вот… Эта девушка, как говорит мальчик, села верхом на Федора… Ну ты понимаешь как. И вдруг превратилась в цветок. Крупный розовый цветок расцвел прямо у Федора в паху, а после этого он перестал быть собой.

— Цветок?

Нэр просто-таки подбросило в кровати. Цветы Драгара! Так вот почему Антон так боялся ее! Боялся, но все же оставил в живых, более того выходил! Господи, ну почему так долго она не могла вспомнить этот приторно-сладкий запах, который нес вчерашний ветер?! Хищные цветы Драгара!

Эти проклятые твари — драгары — всегда избирали самые утонченные формы геноцида. Видно, им было просто приятно следить за медленной агонией целых народов. Правда, Нэру еще ни разу не доводилось слышать о таком способе подсадки управляющего импланта. Обычно цветы подсаживали на тела-носители насильно, а тут…

И ведь не поленились каждый раз шоу устраивать и даже, судя по всему, создать принципиально нового паразита-трансформера… Стоп! Вот оно!

Что если такие вот люди-цветы, выращенные и опробованные здесь, позже будут распространяться по планетам Лиги? Что если в связь с таким вступит — или уже вступил! — кто-то из крупных военачальников или политиков из числа тех, кто решает судьбы сотен людей? Полигон? Экспериментальная база для обкатки новой технологии?

Вполне может быть. Об этом немедленно следовало сообщить… Но все же вряд ли именно это было основной целью Драгара здесь.

На каждой планете, захваченной их цивилизацией в ходе многолетней экспансии, которая словно медленный яд проникала все глубже в жизни и души нескольких народов, объединившихся под эгидой лиги человеческих миров, драгарам всегда было нужно что-то конкретное — редкие минералы, уникальные растения или животные, неповторимые климатические или химико-биологические условия.

Они экспериментировали с формами разумной жизни, словно с подопытными крысами. Никто не видел настоящего драгара, или, по крайней мере, никто не остался после этого в живых, чтобы рассказать…

И что самое страшное, технически цивилизация Драгара намного опережала человечество. В первую очередь это касалось скоростных характеристик и поразительной маневренности их изящных по сравнению с земными бронированными кашалотами кораблей.

Видимо, речь шла о принципиально ином способе передвижения в пространстве, а может, и во времени…

"Стоп, стоп, стоп! — Нэр одернула сама себя. — Сейчас не о том!"

Итак, основной вопрос: что понадобилось Драгару здесь, на этой пустынной и, казалось бы, никому не нужной пограничной планетке? Именно на него она должна была найти ответ, когда была отправлена сюда. И, кажется, получила его в тот же миг, как пришла в сознание на поверхности… Или, вернее, под поверхностью живой планеты…

"Господи, — Нэр обхватила голову руками. — Микеланджело!"

— Мики, малыш! — со страхом и нежностью прошептала она, удивляясь силе собственных чувств.

Тот не ответил, но Нэр окатила мучительная волна его переживаний. Мальчик-планета боялся. Плакал и смертельно боялся. А еще до Нэр долетела слабая надежда, полуоформленная просьба о помощи. К ней…

Она сжала губы и, встав, принялась быстро одеваться, а потому была уже почти готова, когда дверь отворилась, и в дом шагнул Антон Снег, а следом за ним, неуверенно скрываясь за его широкой спиной, молодая девушка лет двадцати или чуть больше.

— Я хочу познакомить тебя, Нэри, с моей младшей сестрой. Ее зовут Екатерина. Катя, если коротко.

Нэр улыбнулась и протянула руку для приветствия. Катя побледнела до синевы, но воспитание не позволило ей пренебречь ответной вежливостью. Нэр стало горько и смешно. Эта уже вполне взрослая девица боялась ее едва ли не до икоты!

— Я не кусаюсь, Катя. И у твоего старшего брата в штанах все еще член, а не клумба.

Нарочитая грубость и прямота подействовали на гостью благотворно. Сначала она бурно покраснела, а потом рассмеялась, испытующе посматривая то на Нэр, то на не меньше ее смущенного брата.

— Ты должен был сообщить о ней, и теперь наверняка будешь наказан.

— За что это? — Нэр нахмурилась.

Катя лишь стрельнула в ее сторону темными, опушенными поразительно длинными и густыми ресницами глазами и вновь обратилась к брату:

— Если мы поедем прямо сейчас, быть может, этого удастся избежать?

Нэр увидела в глазах Антона отчаяние и, подойдя, горячо зашептала, уткнув лицо ему в шею:

— Теперь я знаю, почему ты так боялся меня. Я не из них. Не из тех, что несут в себе цветы смерти!

— Мне кажется, я это знал. С самого начала знал, вот только… — шепнул он в ответ, но Нэр не дала ему закончить, пробормотав примирительно:

— Уже не важно. Главное, что я наконец-то поняла, что тебя все это время мучило. Дурень ты… Почему сразу не поговорил со мной?

И потом продолжила уже громко:

— Раз дорога вновь стала проходимой, мы едем все вместе. Я бы хотела познакомиться с твоими родителями, Антон Снег, если ты не возражаешь. И с другими людьми в селении.