Глава 30

Антон повел плечами — не болит! Словно и не было ничего. И даже ноги вроде бы не беспокоят! И коленка гнется! Сон, как есть сон! Искоса глянув, чтобы выяснить, не смотрит ли на него кто-то из пришельцев, Антон пребольно ущипнул сам себя за руку. Не помогло.

— Начинаешь приходить в себя? — Антон вскинул голову — рядом, устроившись по-кошачьи аккуратно, сидел огромный черный зверь. Аарх, так называла его Нэри. Когда он вернулся, и почему сам Антон не уловил при этом ни звука? Кот, словно услышав его мысли, улыбнулся в усы и продолжил: — То ли еще будет, когда в твоей голове утрясется все. Но это потом, а сейчас дай-ка мне руку.

Антон безропотно повиновался. Аарх, предварительно засучив ему рукав когтистой лапой, отцепил от пояса своего костюма и приложил к запястью, туда, где бился пульс, маленького металлического… паука?

— Будет немного больно, — невозмутимо предупредил кот, и в ту же минуту Антон невольно зашипел сквозь зубы — словно тысячи иголочек одновременно впились ему в руку.

Он взглянул на запястье — паук шевелился, двигая лапками, неяркие огоньки перемигивались на его выпуклой спинке.

— Кто это? Зачем…

И словно эхом:

— Зачем ты это делаешь, Архи? — все еще пребывавшая в задумчивости Нэр только сейчас обратила внимание на действия кота и тоже придвинулась ближе.

В ее голосе было только любопытство, и Антон немного успокоился.

— Мы могли притащить на себе кучу микробов, Нэри, от которых почти наверняка нет иммунитета ни у твоего друга, ни, что вполне вероятно, у тебя самой в… гм… нынешней ипостаси. Так что ширнись-ка тоже, подружка.

Нэр улыбнулась по очереди коту и человеку и, пошарив в ближайшем рюкзаке, выудила из него еще одного паука.

— Будем здоровы! — она со смехом стукнула спинкой приборчика по пауку на руке Антона и тоже приложила своего к руке.

Тот тут же выпустил лапки и охватил ей запястье. Антон, вскинув брови, наблюдал за ним:

— Сейчас укусит?

— Он не живой, Антон. Это машина, сделанная людьми. Благодаря лекарствам, которые заключены в ней, и которые вводятся через тоненькие иглы прямо тебе в кровь, она может лечить кое-какие болезни, помогает заживать ранам…

— Это с ее помощью ты вылечила мне спину и, кажется, ноги? Они не болят! И колено теперь свободно сгибается. Я ничего не помню, Нэри, но совершенно очевидно…

— Давай поговорим об этом позже, Антон.

Нэр занервничала. Она не хотела врать, но и по-прежнему не могла позволить себе говорить о Микеланджело. Как быть?

Антон пока что слишком поглощен происходящим вокруг него, однако долго это продолжаться не может. И все же секретничать с ним или с Аархом, тем самым ставя их в особое положение по отношению к остальным членам команды, было бы неразумно.

— Что там поделывают драгары, Аарх?

Чем не перемена темы? И к тому же более чем логичная.

— Им бы в детских утренниках участвовать на этой их птичке! Никогда бы не подумал, что ДРАГАРЫ способны на такие ужимки и прыжки. И ради чего?

— Впечатлился? Представляешь, что испытала я, когда впервые увидела это чучело, в которое они превратили бедный флаер, да еще при свете дня? В какие игры в очередной раз играют эти мерзавцы? Они, по крайней мере, убрались восвояси?

— Частично. На этот раз оставили засаду. Четверо "букетиков" теперь сидят и ждут хозяина дома… Видно, парень им нужен позарез, — внезапно Аарх встретился с вопрошающим взглядом Антона и торопливо отвел глаза.

— Мне тоже, — Нэр насупилась и, уткнув лицо в сложенные на коленях руки, глубоко задумалась.

Настолько, что даже не сразу восприняла обращенный к ней вопрос.

— Прости, я отдаю себе отчет, что многого не знаю и не понимаю, — поняв, что его не слышат, Антон прикоснулся к плечу Нэр, и она вскинула голову с внезапно накатившим раздражением, — но мне казалось, что это не относится к жизни здесь, дома. О ком вы говорите? Кто такие драгары? И… И "букетики"? Зачем я им? Вы ведь говорили обо мне, когда… — он запнулся.

А Нэр стало безумно стыдно за свое глупое раздражение. Подумаешь — помешали ей размышлять! Она даже и представить-то себе не может, что сейчас чувствует Антон. Что вообще можно чувствовать, когда все рушится вокруг тебя, превращаются в пыль все твои прежние представления и вера, стираются в песок угловые камни мироздания?!

Захотелось обнять его, прижав к груди русую голову, укачать, убаюкать, успокоить, как испуганного ребенка…

Но Нэр сдержалась, с ранее недоступной ей деликатностью понимая, как важно Антону сейчас по-прежнему оставаться хотя бы в чужих глазах мужчиной, защитником. Сильным и достойным уважения.

Вздохнув, она придвинулась поближе, боком прижавшись к бедру Антона:

— Эта история будет длинной.

— Мы куда-нибудь торопимся?

— Пока нет.

— Тогда я хочу услышать ее с начала и до конца.

И Нэр начала, оттолкнувшись от Эллирии, ведь она для нее была первой. Да и не только для нее. Именно с родной планеты Нэр драгары начали свою медленную экспансию на человеческие миры, и с той поры ни одна другая раса галактики не страдала от них больше людей…

В итоге, начав подобным образом, Нэр едва ли осознавала, что рассказывает в тишине походной палатки свою собственную биографию… Да и могло ли быть иначе? Ведь она говорила о войне, а война как раз и была все эти годы ее жизнью.

_________________

30-я глава 30-го числа! Я, честно, не загадывала. Само так вышло.:)))

Следующая появится на сайте только после НГ, думаю, числа 3-го. До того ваш аффтор будет отсыпаться, похмеляться, выгуливать себя и все такое.

С Новым годом, друзья! Он уже совсем близко. Главное теперь хотя бы на бреющем, низенько-низенько, но дотянуть до него в надежде, что следующий, 2025, будет счастливее.

Здоровья вам, денежек побольше, мирного неба над головой и, конечно, любви!