Глава 31

Антон смотрел с таким глубоким недоверием, что стало не по себе.

— То, что ты рассказываешь, страшно, Нэр де О. Я не могу даже представить…

— И тем не менее она не солгала ни разу, человек. Во всяком случае, за последние полчаса. Хотя ложь рождалась в устах этой женщины большее число раз, чем ты открывал свой хорошенький ротик для того, чтобы поздороваться с мамой, — Рой Гроу вызывающе усмехнулся.

Антон вздохнул и поднялся. Нэр метнула напряженный взгляд на Аарха, но тот лишь едва заметно пожал плечами. Что и говорить, она сама не хуже кота знала, что сейчас по всем неписаным законам Антон должен был сам разобраться с обидчиком.

Любое вмешательство, любая попытка защитить лишь превратят его в предмет насмешек уже для всей команды. Рой тоже вскочил, радостно скалясь.

Однако дальнейшее развитие событий в очередной раз убедило Нэр в том, что в гостях у Микеланджело ничто не идет так, как того ждешь.

Едва Рой двинулся к выходу, потому что в палатке драться было тесновато, как прелестная Айрис невозмутимо вытянула в проход лапу и сделала собакоголовому классическую подножку, в результате чего тот растянулся во весь рост — ноги остались в палатке, а голова и верхняя часть туловища оказались на улице в снегу, которого в глубине леса все еще было предостаточно.

После чего кошка, по-прежнему спокойная, словно на чаепитии, обратилась к хмурому Каю:

— Все мы понимаем, почему и с какой целью твой младший брат нанес свое оскорбление… Грампс, держи его! — это относилось к разъяренному Рою, и здоровяк-арктурец мгновенно скрутил собакоголового, лишив его какой-либо возможности отомстить за свое унизительное падение в снег.

Только спустя мгновение на его широкой физиономии отразилось изумление — видимо, он стал соображать, по какой такой причине ему стала приказывать эта кошка, а главное, как получилось так, что он ее безоговорочно послушался.

Однако, что бы он на эту тему ни надумал, хватки арктурец не ослабил, и, окончательно убедившись в этом, Айрис вновь заговорила:

— Спасибо, теперь главное не давай ему кусаться. Так вот. Ты, Кай, умница и прекрасно понимаешь, чем все это может кончится. Твой брат, скорее всего, сумеет избить и унизить своего противника, хотя бы потому, что тот ослаблен болезнью, — примирительный жест в сторону буркнувшего что-то Антона. — Нэр де О с очевидностью не оставит это без ответа, и Рой, вполне возможно, умрет. Ты сам, Кай, захочешь мстить, Аарх будет вынужден вмешаться… Каков итог? — Айрис обвела всех взглядом.

— Отпусти меня, — проворчал Рой, — я обещаю держать себя в руках.

Грампс разжал руки, предварительно посоветовавшись взглядом с кошкой, и собакоголовый, встряхнувшись, занял место рядом с братом. Все молчали, словно ждали чего-то, и, еще немного повозившись, Рой заговорил вновь:

— Я приношу тебе свои извинения, Антон Снег. Это было… несвоевременно.

— Я готов подождать, — отозвался Антон, но голос его при этом звучал так задумчиво и отстраненно, что Нэр, все это время оценивающе рассматривавшая юную Айрис, удивленно вскинула глаза к его лицу.

Однако больше Антон ничего не произнес. Минуту спустя он уже улегся в свой уголок, занятый им с самого начала, и отвернулся к стене.

Ах, если бы они были одни! Рассказать, объяснить… Нэр со вздохом подобрала свое меховое пончо, встряхнула его, расправляя, и демонстративно улеглась рядом с Антоном, набросив на них обоих теплый мех. Рядом шевельнулся Аарх:

— До рассвета еще три часа. Предлагаю всем остальным тоже отдохнуть, — кот со вздохом свернулся в клубок, однако потом вновь приподнял голову. — Грампс, ты остаешься на часах. Присмотри, чтобы ничто нас не побеспокоило.

И стрельнув недобрым взглядом в сторону Роя Гроу, Аарх устроился поудобнее и прикрыл глаза.

Однако сон к нему не шел. Команда, отобранная им, как казалось, из самых низкосортных представителей клана вольнонаемный убийц, преподносила сюрприз за сюрпризом.

Сначала собакоголовые братья, теперь Айрис… Дальновидно и мудро. Разве такими словами привычно характеризуют поступки молоденьких девушек?

Однако кошка поступила именно так. Дальновидно и мудро. Но подобная мудрость и дальновидность обычно приходят с годами, с опытом… Откуда же они у нее? А то, как она сумела заставить повиноваться себе Грампса?! Парень даже не сразу сообразил, что же, собственно, делает. Аарх невольно взмуркнул, вспомнив выражение его лица.

Нэр тоже не спалось. Некоторое время она неуверенно буравила взглядом затылок Антона, а затем приподнялась на локте, чтобы увидеть его лицо:

— Антон…

— Что за роль ты отвела для меня, Нэр де О? Я не ребенок и ни в какие игры играть не хочу, — сколько горечи было в его сердитом шепоте, что Нэр стало не по себе.

Она вздохнула и снова улеглась, на сей раз крепко обняв его. Антон вздрогнул и беспокойно задвигался, высвобождаясь, потом внезапно повернулся к ней:

— Ну что ты молчишь?! Скажи хоть что-нибудь! Или мне надо закрыть «мой хорошенький ротик» и не приставать со своими глупостями?

— Это был выпад против меня, Антон. Ты стал лишь орудием…

— Вот именно. Так я себя и чувствую — безмозглым, ничего не понимающим, никчемным орудием, Нэри!

— Ты все узнаешь и поймешь. Поверь, многое только кажется сложным, на самом же деле… — Нэр запнулась, а потом тихонько рассмеялась. — Я же научилась управляться с твоей лошадью, хоть и по-прежнему боюсь ее до полусмерти!

В красноватом свете "ночника" она увидела, что и Антон невольно улыбнулся ей в ответ. Нэр не удержалась — так хотелось дотронуться до его губ. Хотя бы кончиками пальцев.

Антон поймал их и сжал, останавливая, но странная девочка, которую он подобрал, как брошенного котенка, а после выходил, постепенно влюбляясь в ее невероятную красоту, необычность и внутреннюю силу, хотела быть настойчивой, и в какой-то момент Антон решил, что у нее не две руки, а значительно больше, потому что они были буквально везде, как он ни старался задержать их…

Великий боже! Юркие как мышки ладони как-то удивительно ловко скользнули ему под одежду, огладили грудь и живот, заставляя поджиматься мышцы пресса…

А после пропутешествовали ниже, уже в штаны, охватывая и теребя мгновенно отозвавшийся на ласку член и яички. Антон ловил одну ладонь и отпихивал ее от себя, но ее место тут же занимала другая, а в темных глазах Нэр, что были как раз напротив, при этом горело веселье и пробудившееся желание…

— Я хочу тебя, Антон Снег, — жарко шепнула Нэр и прижалась еще плотнее, одновременно запуская сразу обе ладони Антону в штаны уже сзади и притягивая его к себе…

Смущенный донельзя Антон, кожей чувствуя на себе взгляды чужаков, что соседствовали с ними в палатке, решительно выкрутился из объятий Нэр и буквально отшвырнул ее вездесущие руки от себя.

Нэр взглянула обиженно, и уже было открыла рот, чтобы что-то спросить, но тут Аарх завозился, демонстративно громко заурчал, а его задние лапы при этом словно бы случайно, но более чем основательно толкнули ее пониже спины.

Нэр отпрянула от Антона, чувствуя себя подростком, которого родители застукали за "взрослыми" делами.

Столь бурная реакция Антона на ее практически бесшумные и не видные под мехом пончо шалости казалась излишней. Вот чего он теперь возмущенно сопит и отодвинулся от Нэр так далеко, как только позволило не такое уж большое расстояние до стенки палатки? Что его переклинило-то?

Или… Или он и на самом деле невинен?!