Часть 3 Семь раз отмерь

Какая-то полоумная птица начала орать у меня под окном, и я проснулась. По голосу было понятно, что у нас либо пожар, либо она, не иначе как делит награбленное.

Перед глазами встал смешной момент из любимого фильма бабули «Свадьба в Малиновке», где Попандопуло делит награбленное. Вот и птица за окном орала дурным голосом «это мне, и это мне».

Я сползла с чёрного белья и пошлёпала босыми ногами в сторону окна, занавешенного плотной занавеской чёрного цвета. Через маленькую щель пробивался свет и косой полоской расчёркивал стену.

«Рань-то какая! Прибью адскую сойку» - шевельнулась где-то генетическая память тела ведьмы.

И я проснулась окончательно.

Птица сидела на ветке напротив окна и трещала без умолку.

Увидев меня в окне, она посчитала свою миссию выполненной, и я даже окно открыть не успела, как та порхнула в заросли и будто её и не было.

— Вот же зараза, — не дала поспать, во сколько хоть ложилась? – я топала вниз в красных панталонах и в скатерти приятного канареечного цвета с шикарной вышивкой и бахромой. Я ей так обрадовалась в царстве чёрного в шкафу ведьмы, что тут же завязала узлом подмышками и возомнила себя королевой.

Это ничего, что эффект пляжного парео у неё был не ахти какой, но сам факт, а также перспективы сшить из неё пару, а может и не пару вещей радовал бесконечно.

Внизу на столе я обнаружила Миху, сладко похрапывающего среди кучи литературы.

И где он это все нашёл, шельмец.

Я протянула руку, чтобы столкнуть его на пол и застыла, вчитавшись в информацию, на которой его свалил сон.

«Использование отрицательного потока перераспределяет контур, заряжая накопители. Минимально необходимое недельное количество – десять воздействий с отрицательным сальдо. Для недопущения истончения грани рекомендуется не опускать значение ниже шестидесяти».

Я была умненькой, и несмотря на непонимание общей картины, смогла сложить два плюс два. Ведьма перестраховалась, уходя на Землю, она зарядила шкалу на максимум, или она по жизни была отличницей и перфекционистом? На карте слева мерцала красная линия, которая сверху опустилась на четыре пункта. Значит она две ночи кутила, прежде чем меня в ресторане встретила. Я поморщилась, нет, прежде чем я к ней с разговорами полезла.

Один день – один пункт. Тридцать шесть дней, чтобы решится на использование зла во вред другим.

Я вспомнила про вчерашних запуганных зверушек и принялась листать книгу. Точно, если наказывать это полу разумное животное, то это считается отрицательным воздействием.

Я осознала взгляд вулкулака, когда он увидел полное ведро воды. Это же он решил, что я выбрала его для экзекуции. Запоить до потери сознания?

Ага, точно, теперь понятно почему он так обрадовался, когда я забрала у него ведро.

- Живодёрка, — погрозила кулаком в сторону карты, — они же зависимые, у них здесь дом, и детки, чуть не зашмыгала носом от представившейся картины.

- Хозяйка! – заорал кто-то с улицы.

Я подпрыгнула от неожиданности, а Миха таки свалился со стола, извернувшись и приземлившись на лапы.

Он удивлённо рассматривал мой карнавальный костюм, сползая взглядом на панталончики.

- Сама знаю, — ткнула указательным пальцем в сторону его бесстыжих глаз, — слышишь, зовут, быстренько спрошу, чего нужно и назад, из-за двери спрошу, — добавила, когда кот округлившимися глазами опять по моем парео прошёлся.

Отворив дверь из сеней на улицу, я высунулась в солнечное утро, которое начиналось аккурат от начала деревянного помоста с фонарями. Только сейчас я рассмотрела, что сама избушка, как и деревянный помост, прятались под лапами исполинских елей.

- Хороший тенёчек, наверное, здесь и летом не жарко, — стоящий на коленях перед помостом мужчина сбил мои мысли с созерцания окрестностей.

- Ей, любезный, чего вам? – я не придумала ничего лучшего, как использовать нейтральную форму обращения к другому человеку.

Но кажется просчиталась, потому что мужчина крякнул и завалился набок.

- Чтоб тебя, — я закуталась в скатерть и помчалась к упавшему.

Миха выскочил из сеней и в два прыжка перегнал меня, первым приложив нос к бессознательному телу.

Я присела и пару раз огрела его по щекам.

Он порозовел и открыл глаза.

- Фух, чего надобно? – я решила ускорить общение, так как не понимала, что именно повергло в обморок нежданного посетителя. Не моя красота же.

- Хозяйка, — он заискивающе улыбнулся, и отполз из-под нависающей над ним груди, в ярко-жёлтом прикиде.

Тут же опять встал на колени и опустил взгляд в пол. Правда у меня закралось подозрение, что туда и мои голые колени попали, поэтому я встала и покрепче полы скатерти в кулак сжала.

- Говори уже, с чем пожаловал?

- Так моя жена сказала, что бросает меня! – вздохнул мужчина в самом расцвете лет.

Ну, лысина слегка просвечивает, но руки сильные, плечи – только сорванцов на себе катать.

- А сколько у вас детей? – мужчина слегка дёрнулся, — дочь на выданье.

- Так это твоей жене делать нечего, — брякнула, представив женщину, которая видит свет в конце туннеля и бросается во все тяжкие.

- А я чем могу помочь? – я уже поняла, что кроме лесника у меня имеются ещё какие-то функции, не хобби же у неё зелья варить?

- Так можешь дать какую микстуру?

Я закашлялась, это же каким циничным существом нужно быть, чтобы «Озлобин» и иже с ним микстурой называть.

- Сиди здесь, велела я коту и просителю, — пойду посмотрю, чем тебе помочь, и развернувшись отправилась в закрома ведьмы.

Красиво так шла, с тянущимся шлейфом, правда босая, ну так нечего так рано на аудиенцию приходить.

Один из четырёх – это двадцать пять процентов.

Какой из четырёх флаконов на верхней полке подойдёт просителю?

Я стояла и кусала губу, боясь ошибиться.

Я слишком мало понимала в отношениях. Если взрослая женщина охладела, то мирить, скорее всего бесполезно. Радовать? Ну здесь с какой стороны посмотреть, может и сработает, как в том анекдоте, про способ избавиться от жены порадовав до смерти.

Освежитель, с моей точки зрения, совершенно не подходил, разве что его жена целоваться любила, а у него изо рта неприятный запах или он чеснок и днем и ночью ест.

Так, ладно, возьму оба. Связала бахрому, оставив разрез чуть выше колена, чтоб освободить руки и пошла уточнять анамнез у больного, чтобы сделать окончательный выбор.

Про чеснок он удивился. Сказал, что это жена у него фанатка этой приправы и суёт её от злых духов безмерно в любую еду. В компот не кладёт, потому что он ругался сильно в молодости, и даже пару раз поколотил.

- Она у меня с той стороны, на ярмарке познакомились, еле уговорил здесь обосноваться. У меня и дом был, а на той стороне у сироты ничего за душой не было. Работала продавщицей, поэтому её и отправил хозяин на ежегодную ярмарку, а сам с той стороны остался. Не знаю, что им там про нас рассказывают, но именно тогда она мне холодного квасу подала с чесноком. А я что, выпил, решил, что это она так заигрывает.

Я фыркнула, представив испуг девушки, которой рассказывали о демонах в соседнем государстве и народном способе их отпугивания.

Мой фырк на мужчину подействовал, как ушат ледяной воды, и он тут же заткнулся.

Я в каком-то наитии сунула ему в руку «Освежитель» и даже глазом не успела моргнуть, как он откупорил его и перевернул в рот, зажмурившись.

Я во все глаза смотрела на первого пациента, надеясь по внешним проявлениям определить реальные свойства и действие этой микстуры.

Он поплямкал губами, распахнул свои зелёные глаза, и я тут же вспомнила своего Миху.

- Вкусно, — несколько опешившим голосом сообщил он, — только я теперь свою Анфису ещё больше люблю, — точно, в голосе сквозило огорчение.

Не правильные какие-то последствия.

А ещё я с удивлением наблюдала, как чуб у него возвращает насыщенный цвет и завивается естественной волной, как радужка из светло-зелёной и выцветшей, наполняется цветом молодой листвы, а и без того широкие плечи, обрастают мускулами.

- Но все равно кланяюсь, — опустил лоб мне на босые стопы, — вот тебе за труды, — и из-за стойки вытянул неподъёмную корзину, — побегу, а то неровен час, она вещи собирает, — и стартанул, что спринтер.

- Что это было? - спросила я у Михи, который вывалился из куста.

- Мьясо? – прокомментировал он.

Я еле приподняла корзину.

- Наверное и мясо тоже, согласилась с ним. И поволокла первый заработок в сторону входа.

Завтрак у нас был королевским. Я погладила ладонью скатерть, на которую у меня были поистине королевские планы. Пришлось все же облачиться в корсет для того, чтобы нажарить сырников.

Я заварила чай, полила сырники сметаной, которая, как и творог с молоком, и головкой сыра нашлась в подношении селянина, и с удовольствием откусила первый кусочек. Миха чавкал рядом, самозабвенно уничтожая мою стряпню. Хорошо, хоть он всеядный, — подумала я и подняла взгляд на шкалу. Надеюсь, что я не обрушила мерило злых дел, своим самоуправством.

Сырники были хороши, кот пророкотал своё «мало», — когда миска опустела. Я же тут же про мышей ему напомнила, про птичек, но потом погладила и почесала за ушами.

- Не ешь птичек, — я думаю, что та вредная сойка о посетителе предупреждала, а я с тобой едой буду делиться.

Пока я с ним разговаривала, мой взгляд блуждал по карте и совсем неожиданно, застыл на контурах деревеньки, которая находилась ближе всего от моей избушки. Контур будто увеличился, мигнул зелёной искрой на краю деревни, и я увидела, как давешний посетитель заваливает на сеновал женщину в пёстром сарафане, а та хохочет и отбивается от него мокрой тряпкой. Но он не перестаёт её целовать, и вот она уже обмякнет в его объятиях, и самозабвенно обвивает его руками за шею.

Картинка меркнет, возвращая первоначальный размер деревни, а в правом углу карты вспыхивает контур ещё одной шкалы, проступая сквозь эфемерную паутину и в самом низу этой шкалы зажигается зелёная искра.

- Надеюсь, что нас не убьют, — собираю остатки сметаны с тарелки последним кусочком сырника и жертвую его коту, — да и добрых дел у нас всего на три раза осталось.

Кот проглатывает подношение и тянет когтем из стопки, лежащей на столе, тонкую тетрадку.

«Светлые снадобья и лекарственная магия», — читаю я вслух.

- Ты хочешь сказать, что стоит попробовать?

Кот кивает, облизываясь, и размазывая вкусный завтрак лапой по усам и за ушами.

- Но ведь тысяча, а не десять!

- Надоест, бросишь, — урчит кот, или это мне только кажется, что я понимаю его урчание?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сюрприз получаю сразу, как только нахожу информацию о применённом снадобье. «Освежитель» оказывается средством для давно и прочно находящихся в браке. Способ освежить отношения, избавить от рутины, открыть второе дыхание.

Даже не ожидала, что все так идеально получится. Но может это интуиция, подтолкнула мою руку?

Надо будет сделать его побольше! Я вижу, что ближние шесть сёл имеют точно такой же знак, как и у меня на избушке, а значит и находятся под моим протекторатом. Или как у них тут покровительство дипломированной ведьмы называется?

А ещё, в процессе чтения конспекта мне на глаза попадается отбеливающее зелье, и я представляю, что можно сделать с этой штукой и гардеробом ведьмы. Не зря же я учусь на дизайнера одежды, а варёнки и художественно отбелённые футболки, это самый простой способ получить высокую оценку на практических занятиях.

И это самое простое, слегка изменить депрессивный чёрный цвет. А также на создании отбеливателя можно потренироваться в уже слегка подзабытом умении юного химика.

Сначала я раскладываю в кухне на столешнице требуемые ингредиенты и дохожу до белой глины.

Так, справочник ведьмы, — ла-ла-ла, — хранятся в подвале.

Я пихаю в бок сыто прикорнувшего кота и предлагаю составить компанию в походе в нижнее царство.

Он спросонья округляет свои глазищи и пытается отговорить меня от скоропалительного решения.

Я тыкаю ноготком в рисунок подвала, и он облегчённо тянет а-а-а!

Вход в подвал обнаруживается под лестницей.

Я одним щелчком пальцев отправляю перед собой зелёный фонарик и начинаю спускаться в прохладу погреба, вспоминая, какие вкусные закатки хранятся в погребе у нас на даче.

Больше всего, с какого-то перепуга мне хочется кислой, хрустящей капустки, с брусникой, у меня даже рот наполняется слюной, и я ускоряюсь, в надежде обнаружить бочонок вожделенного лакомства.

В подвале бедненько. На стеллаже, вдоль дальней стены, лежат несколько разноцветных булыжников, стоит бутылка, отдалённо похожая на ту, из которой лакала своё зелёное питье ведьма в ресторане, и лежат ещё несколько бутылок.

- Капустка, — облизывается сознание, когда мой взгляд зацепляется за бочку, стоящую в углу подвала.

Я подскакиваю к ней и сдёргиваю деревянную крышку.

Над чёрным нутром бочки зависает мой фонарик, и я, наклоняясь над ней, чуть не освобождаю желудок тому, кто поднимает на меня взгляд со дна бочки.

Огромная, темно-зелёная пупырчатая жаба выстреливает длинным языком в сторону светлячка и на подвал опускается полная темнота.

- Сво… – тяну я, слегка отклоняясь, и тут же прикусываю язык, — щёлкаю пальцами, зажигается фонарик.

- Тебя что, не кормят, — спрашиваю затворницу, — так как первая брезгливость сыто улеглась сырниками на дно желудка. Откуда-то приходит знание, что хозяйка тела нечасто балует его вкусностями и домашней едой. Да уж, учитывая, что телу минимум сорок пять, а оно ещё тонкое и звонкое, держат его, как и волкулаков, на строгой диете. Грудь правда хороша, я опять по привычке, взвешиваю в ладонях аппетитные округлости и замираю.

Но мелькнувшую мысль не даёт додумать жаба, которая громко квакает.

Информативно так квакает, с указанием последнего раза, когда дырявая голова ведьмы, в последний раз выносила её тушку на ночной променад.

- Сво… — опять вырывается из меня, совершенно непроизвольно, — я понимаю, что жаба квакушка, животное ночное, точнее её нельзя днем тащить на улицу, так как её экзотические свойства накроются медным тазом.

— Вот зуб даю, — наверное, странно вести диалог с жабой, но я говорю ей это: “ты посиди здесь до вечера, а я потом тебя на свежий воздух вынесу”.

Земноводное медленно разворачивается задом, и в моем мозгу отпечатывается картинка куда она меня посылает, намекая на забывчивость, и что поверить ведьме все равно что саму себя обмануть.

В расстроенных чувствах я нахожу кусок белой глины в жестяном корыте, практически у входа на лестницу и поднимаюсь, все так же в сопровождении безмолвствующего кота.

- Ну нельзя быть на свете стервозной такой, — говорю, пытаясь пропустить через себя мотивы поступков ведьмы.

Кот вздыхает, а я обращаю свой взгляд на полный список ингредиентов в тетради и на столешнице.

- Ну что, Александра, — где наша не пропадала, подбадриваю себя, поджигая конфорку под пустым ведьмовским котлом.

Миха кивает, я делаю огонь минимальным, и опускаю глину на дно.

«Растопить белую глину на медленном огне» — поехали, Саша, отбеливатель, это не высшие зелья, и я, думаю, что с ним справлюсь.

Как рисовать отбеливателем? Нужно подложить внутрь одежды картонку, обернутую пищевой плёнкой, чтобы рисунок не перешёл на обратную сторону и не испортил вещь. Мне повезло, я обнаружила не плёнку, а рулон фольги для запекания, в самом неожиданном месте.

В духовке, которую ведьма использовала, как хранилище для всякого хлама. Для меня же она стала сокровищницей. Кроме фольги, я обнаружила металлический ковшик, деко для запекания, гусятницу, две лопатки, венчик, передник в яблоках, черпак, и коробку, на которой был нарисован отдалённо узнаваемый кухонный комбайн.

- Ура, живём, — сообщила я коту, и поцеловала его в нос.

Кот прореагировал так, будто его огрели по башке веником. Прижал уши и зажмурился.

Мне пришлось просить его пожертвовать часть шерсти на кисточку. Миха морщился, ворчал, и я чувствовала себя вымогательницей.

Я объяснила ему, что идеальна была бы беличья шерсть, но я же не пойду ловить белок. Зато кот тут же спрыгнул, и помчался прочь.

- Ну-ну, тоже мне ловец хвостатых, — но я не стала останавливать его желание спасти роскошный хвост от моих поползновений и открыла двери, выпуская на волю.

Я знала, что из чёрного отбеливателем можно достичь исключительно рыжего и оранжевого оттенков и поэтому тут же нарисовала у себя в голове леопардовый и тигриный гардероб.

Чёрных водолазок и кофточек с глубоким вырезом у ведьмы было в избытке, как и платьев до колена. И все вещи были натуральные, что радовало.

Ещё я нашла шкатулку для рукоделия в дальнем углу шкафа, и обрадовалась ей, почти так же, как и пакету с тесьмой разного цвета.

- Мамочки, да это же богатство, — прыгала на кровати, прижимая к себе найденное.

- Мав, — раздалось громоподобно с улицы, — ага, вернулся! Слишком быстро сдался!

Если я шла с предвкушением, что сейчас посмеюсь над нерадивым охотником, то на входе испытала приятный шок.

На перила сидело три белки, и переругивались с Михой.

Матёрый взрослый самец, с роскошным хвостом, самка и детеныш подросток.

Мои красные шорты вызвали фурор, мама белка закрыла лапой глаза подростку и развернула того лицом в лес, ткнув мне под нос оба хвоста, свой и сына.

Стрекотание самца утратило агрессивные ноты и он, явно начал жаловаться или сочувствовать Михе.

Я пару раз щёлкнула ножницами, и самочка с подростком взлетели в длинных прыжках в сторону стволов елей, под которыми пряталась избушка.

- Спасибо, — крикнула я им в след, и благодарность, как-то уж слишком приложила оставшуюся белку по голове. Она схватила свой роскошный хвост и глядя мне в глаза чёрными бусинками, сунула под нос, — отрезай на, лишай статуса.

- Я немножко, — тут же попыталась сгладить собственный эгоизм, — в разных местах, чтоб не было заметно!

Кажется, ласковые нотки в моем голосе действовали на белку как снотворное, он скашивал взгляд на свой нос, и ещё немного свалился бы с перил.

Поэтому, я чиркнула несколько раз, прикинув, что из его шерсти сделаю широкую и плоскую.

И принялась благодарить и обещать орешков или ещё каких угощений.

Белка был не дурак, тут же протянул лапу, и мне пришлось уйти в дом, в поисках угощения.

Мне повезло, я обнаружила мешочек с семечками, горохом и сушенными ягодами.

Мешочек заставил белку раскрыть рот. Он заглянул в него, всплеснул лапами и сунул хвост мне под нос. Режь, не жалко, — весь его вид говорил о том, что происшествие он считает чем-то из разряда невероятного, и за подарок готов остаться крысой.

- Нет, — я помотала головой, — мне хватит, это вам, за беспокойство, — и протянула весь мешочек, предварительно показав, как затягиваю шнурок.

Белка потянула лапу к узлу, и потянула со стороны, которая затянула зев.

- Правильно, — кивнула, показав, что ослабление этого узла позволит добраться до содержимого, и только и успела проводить взглядом рыжую молнию. И услышала стрекотание где-то высоко над нами.

- Спасибо, Миха, ты настоящий друг, — похвалила и погладила кота. – Чтобы я без тебя делала?

И поняла, что какое сокровище есть у ведьмы. Помощник, защитник, и воплотитель идей.

- Заберу тебя с собой, — не достойна она такого фамильяра, — решила для себя и тут же забыла, потому что кисточки сами себя не сделают, а вещи не распишутся.