ГЛАВЫ 46-48

ГЛАВА 46

«Лекарство» прибыло, но не действовало! Девок Пашка пригласил как на подбор. Учёл его вкусы. Откуда же ему было знать, что одна стервозная зараза въелась в мозг Руслана, изменив всё. И вкусы. И настроение. И желания. И… его самого.

Руслан пил и не пьянел. Трахал приехавших баб и ничего не чувствовал. Только злился. Понять бы, на что или на кого. На себя? На эту дуру Олесю?

Возомнила из себя! Ни гроша за душой, а туда же…

Он уже понял, что ошибся насчёт её и своего отца, но признать это был не готов. Признать это, значит, признать, что он идиот и насильник, ведь в первый раз Олеся отдаваться ему не собиралась… Но потом же…

А что потом? Хотела ли она продолжения потом?

Очередная девка зашлась в крике от нахлынувшего оргазма. Отшвырнул от себя и пошёл к другой, которую натягивал Пашка.

— Не против, — по-деловому поинтересовался у друга.

Пашка странно на него посмотрел, и возражать не стал. Руслан пристроился сзади и начал механически вдалбливаться в податливое тело. Девка верещала и насаживалась, подмахивая обоим мужчинам.

Руслану было пофиг. Кончить бы… Не мог. А говорят физиология. И представлять её пробовал, но ничего не получается, потому что НЕ ОНА!

Плюнул и пошёл в ванную, смыть с себя чужие мерзкие запахи, запахи продажности, дешёвки…

Стоял под душем. Сколько? А кто ж его знает…

Мысли никак не прояснялись, было противно самого себя. Ничему жизнь не научила. Мог бы сделать выводы, не доводя до абсурда. Не сделал. Сломал хорошей девушке жизнь из-за своей дури. Возомнил себя судьёй и решил править суд. Олеся ему говорила, а он не слышал, не хотел слышать, не слушал.

Искал оправдание. Не находил.

— Руслан, ты что там застрял? — постучал в дверь встревоженный Пашка, — Руслан? Плохо что ли? Рус! — всерьёз начал долбиться, — Сейчас вышибу эту дверь нафиг! Рус!

— Выхожу, — под нос прошуршал сухими губами, потом понял, что друг его не слышит и повторил громче, — Выхожу! Успокойся, оставь дверь в покое. Ремонт оплачивать не буду.

— Ну, наконец-то. Хоть голос подал! Сломал бы, так и оплатил бы, не сомневайся! — успокаиваясь, обрадовал Пашка.

— Баб разогнал? — устало вздыхает мужчина.

— Вернуть? Мне показалось или я ошибаюсь, тогда поправь, что они сегодня не в жилу? — внимательно следя за реакцией друга, поинтересовался Паша, склонив голову к одному плечу и вопросительно приподняв бровь.

— Не в жилу, — признал Руслан, — И выпивка не в жилу. Чёрт!

— Так, ещё раз предлагаю обсудить то, что с тобой происходит…

— Нечего обсуждать. Дров наломал. Через этот бурелом теперь пробираюсь, а ему конца и края не видно.

— Может, его расчистить?

— Ага, — грустно улыбнувшись, протянул, — Сдвинуть в сторону и ждать, когда завалы за спиной рухнут. Нет. Не выход. Бли-ин!

— А с отцом или Ольгой Сергеевной пообщаться на эту тему, раз со мной не хочешь, слабо?

— Тогда можно делать харакири сразу…

— Понятно. Наворотил дел, теперь накручиваешь себя. Остановись, подумай. Может лучше побыть в одиночестве, чтоб найти решение. Без баб, бутылки…

— Наверное.

— Хочешь, поезжай ко мне на дачу. Проветришь мозги.

— А работа? Нет, этот вариант не подойдёт.

— Тогда спать! Утро вечера мудренее.

— Я домой. Прости, друг, и спасибо.

— За что спасибо-то?

— Ты старался, но ничего не получилось. Дело во мне.

Ну да, дело в тебе. Отпусти себя, может, полегчает?

Руслан только покачал головой.

Отпусти… Себя-то он отпустит, а чем это кончится? Олеся уйдёт. Она в любом случае уйдёт! Не нужен он ей. Сдерживает её исключительно приставленная охрана, но она не из тех, кто сдаётся. А что делать ему, если она его бросит? Его никогда и никто не бросал! Такое решение всегда принимал он сам. Доигрался? Богатый. Симпатичный. Желанный холостяк. НЕ НУЖЕН. Одной единственной и не нужен… Отпустить самому? Сдохнет. Он. Сдохнет. Чтобы между ними ни было, как бы не начиналось, Олеся врастает в кожу, становится его болезненной зависимостью, как от неё добровольно отказаться. От колючки в заднице, неожиданной улыбки, удивлённых глаз, честного отношения… Окружить себя снова фальшью и упиваться этим? Жил же он так до этой встречи. Жил. Жил? Что врать-то?

ГЛАВА 47

Руслан ехал на такси домой. Не мог уснуть в квартире Пашки, хотя соблазн остаться был. Он хотел чувствовать, что Олеся рядом, знать, что эта изворотливая и сообразительная засранка не придумала какой-то супер план и не сбежала, облапошив всех.

Тишина напугала и насторожила. Опоздал?

В его спальне Олеси не было. На кухне, в гостиной тоже. В своей комнате или ушла?

Она стояла около окна, никак не отреагировав на открывшуюся дверь комнаты. В конце концов, Руслан хозяин квартиры.

— Не спишь? Меня ждала? Олеся? — подошёл вплотную и прошептал, уткнувшись в макушку. Взял в кольцо своих рук, судорожно вдыхая её запах. Как ему этого не хватало! — Лесь?

Пугало отсутствие какой-либо реакции на его слова, прикосновения. Страх медленно заползал в душу, холодя, нет, вымораживая.

— Леся, — позвал вновь, пытаясь повернуть к себе лицом застывшую девушку, — Что-то случилось?

От Руслана пахло иначе. Она уловила разницу. Что-то услужливо подсказывало, что он был с женщиной, с женщинами… Ей наплевать. Почему же так больно? Что ещё может болеть, если всё умерло?

— Леська, Леська, — легонько покачивая девушку, шептал Руслан, — Как же мне плохо без тебя. Что с этим делать? Если и захочу тебя отпустить, то подпишу себе смертный приговор… Ты стала моим воздухом, наваждением. Почему ты? Как тебе удалось это?

Слова Крутицкого были похожи на бред. Он одержим ею. А она? Стоит Руслану к ней прикоснуться, как что-то отзывается внутри неё помимо её воли, тянется к нему. Наверное, бред это у неё.

Олесе было больно, хотя, казалось, что внутри всё выгорело и умерло. Видно, так быстро это не проходит и не отпускает. Если б они с Русланом встретились при других обстоятельствах… Да он и внимания б на Серенькую не обратил, не его поля ягодка.

Девушка поморщилась. Какой смысл мечтать о несбыточном, о том, чего никогда не будет, а то, что произошло, уже произошло. Есть данность.

— Отпусти меня… Я устала…

— Леська, что ты говоришь? — зацеловывая её, замер Руслан, — Всё будет иначе. Обещаю.

Девушка повела плечами, освобождаясь от объятий, которые душили её, лишая воли. Её тело предавало, потому что требовало тепла.

— Ты найдёшь другую, которая с радостью примет тебя. С ней у вас будет всё иначе. Не со мной.

— Мне не нужна другая… — попытался удержать за кисти рук ускользающую от него Олесю.

Он прежде хотел видеть её сломленной, безвольной куклой, что станет удовлетворять его похоть, его жажду мести. Вот перед ним результат. Он счастлив? Он доволен?

Ему паршиво, будто проехались трактором и потом ещё потоптались для верности, что не поднимется. Его месть давно потеряла смысл, а он и не заметил. Руслану нужно было тепло человека, который будет ему верен, который примет его и прогонит кошмары. Этой девочке ничего не надо было от него, а она была ему необходима, чтобы выжить и жить.

— Леся… прости меня… не уходи… пожалуйста, — через силу выпихивал из себя слова, задыхаясь от своей слабости и её силы.

Что-то шевельнулось. Но разве Руслану нужна жалость? Ему нужна любовь. Для этого он должен полюбить сам…

Страх совершить ошибку нарастал, ломал Олесю. Сил не было, был комок боли и безысходности, что увеличивался и увеличивался, грозя раздавить.

Организм умнее…Тьма окутала сознание, утягивая Олесю за собой.

Руслан успел подхватить девушку почти у самого пола. В его руках была лишь оболочка той, которую он видел и не замечал. Не чувствовал.

Впервые за много лет что-то дрогнуло, сжало сердце.

Руслан положил Олесь на кровать, попробовал привести в чувства. Лицо без кровинки, ледяные руки, еле заметное дыхание, чуть слышное биение сердца. Усилия мужчины были тщетны.

Она уходит даже ценой своей жизни…

Телефон! «Скорая»! Врач! Хоть кто-нибудь!

— Девочка моя, я сейчас… потерпи… Я сейчас, малышка… Господи!!! Обморок. Это просто обморок!!!

«Скорая»! Что ж она так долго?

Руслан метнулся, чтобы открыть дверь, и вернулся к Олесе. Растирал ей руки, целовал… По щекам его давно текли слёзы, но он не замечал этого.

— Так, где больная? — кто-то закрывал дверь, войдя в квартиру, — Хозяева?

Руслан оторвался от девушки, чтобы встретить врача. Квартира показалась за эти несколько шагов огромной…

— Сюда. Здесь.

В комнату Олеси вошли врачи «скорой».

— Рассказывайте, что случилось?

— Олеся неожиданно упала в обморок и никак не приходит в себя…

— Отойдите!

Приехавшие совершали какие-то свои манипуляции, но Руслан видел это всё как в тумане.

— Наташ, нашатырь мужу, а то он тоже в обморок падать собрался…

Противный запах чего-то резкого раздражал. Что происходит? В сознание врывались чужие голоса…

— Пришли в себя. Вот и славненько! Ваша жена может быть беременна?

— Что?

— Ну, в положении Ваша жена может быть? Ждёте пополнения?

Олеська беременна? Его девочка носит ребёнка? Его ребёнка!

Оглушили вопросы доктора.

— Не знаю… Может…

— Какими хроническими заболеваниями страдает?

— Я не знаю…

— Пф, современные мужчины! — не выдержала та, которую назвали Наташей, — Алексей Дмитриевич, кажется, девушка приходит в сознание…

— Хорошо. Но в больницу забираем. Наташа, связывайся, узнавай, куда везём…

— С каким диагнозом?

— Кардиология. Диагноз под вопросом. Муж, вещи собирайте, жену Вашу в больницу повезём.

— В какую? — тупо уставился на врача, который, похоже, решал здесь всё.

— В кардиологию, а номер сейчас узнаем. Вы вещи жены соберите пока. С нами поедете?

— Да. А что надо собрать?

— Наташ, помоги. Видишь, муж-ж-ж совсем растерялся.

— Да-а-а, — протянула фельдшер Наташа, когда Руслан распахнул шкаф с вещами Олеси, — Для светской вечеринки или приёма подойдёт. Так, берём пижаму, остальное привезёте завтра.

— А что привозить?

Так на Руслана ещё никогда не смотрели. Как на недоумка!

— Я список напишу, пока ехать будем. Вы с нами поедете, надеюсь?

— Да, да, конечно.

Олеська на носилках. Чуть порозовела, даже несколько раз приоткрывала глаза… Только бы с ней всё было хорошо!

ГЛАВА 48

Он держал её еле теплеющую руку, пытаясь передать свои жизненные силы, уверить, что он рядом, что Олеся нужна ему…

Почему-то всплыли картины смерти мамы… Нет. Это не должно произойти с его девочкой. Его любимой малышкой.

Даже его страшный зверь, что привык вылезать вовремя и не вовремя, тихо скулил… Не утрата жертвы пугала его, а утекающий в никуда ручеёк жизни. Он признавал свою вину! Но был не готов смириться с потерей той, что не испугалась его, почувствовав, прикоснувшись… Демон страха, разрушения, мести жаждал… чуда. Хотел, чтобы серенькая мышка жила, даже если ему придётся умереть для этого, ради этого…

До Руслана только дошло, что Олеську везут в обычную районную больницу. Может быть, там замечательные врачи, но возможности в кардиологическом центре не сравнятся.

— Мы везём мою…жену в кардиологический центр, — твёрдо произнёс мужчина.

— Смотрите-ка голос прорезался, очнулся… У нас наряд.

— Я решу все проблемы, но мы едем в центр! — Руслан нервно набирал номер телефона Пашки, у которого там работала двоюродная сестра. У него там тоже были знакомые, но почему-то никак не мог найти нужные номера. — Паша, извини, если разбудил. Срочно свяжись с Ритой, я еду в кардиологический центр.

— Сердце прихватило? Говорил же, оставайся… — волновался друг.

— Подробности потом. «Скорая» будет там через… — Руслан вопросительно посмотрел на врача, и скорее прочёл по губам, чем услышал ответ, — … через… пятнадцать минут. Ставь всех на уши! Наберу из приёмных покоев, пусть встречают! Реанимацию!

— Ну и боевой муж нам попался! Одно слово — генерал! Серёж, включай сирену и гони!

— Олесе хуже? — испугался.

— Нет. Но чем быстрее доедим, тем лучше. Если беременна, то как бы Вы, папаша, без наследника не остались. Срок-то вероятно маленький…

Теперь Руслан переживал за двоих — Олесю и возможного ребёнка. До него дошли слова врача…

Он готов отпустить Олесю! Нет!!! Если она беременна, то как она будет жить без поддержки. Он их не бросит, но… Он не хочет, чтобы они уходили из его жизни!

Машина взлетела на пандус перед приёмными покоями — их уже ждали. Удача! Ритка сегодня дежурила.

С укором посмотрела на Руслана и посоветовала не мешаться под ногами. Олеську увозили по длинному коридору…маленькую наивную мышку, в чью жизнь он ворвался, начав с обвинений и унижений.

Ему хотелось выть и кататься по полу от отчаяния, от ужаса.

Руслан вцепился себе в волосы и медленно сполз по стене.

— Вам плохо?

— Нет… Да…

— Вы не переживайте, спасут Вашу жену. Обязательно спасут! Отчаяние — грех! Верить надо людям, в людей!

Руслан поднял глаза. Перед ним стояла, видимо нянечка или уборщица. Милая старушка с добрым лицом и ласковым взглядом.

— Пойдём, милок, присядешь. Сейчас врачи разберутся, и кто-нибудь выйдет или завтра приходи…

«Божий одуванчик» легонько потянула мужчину за рукав. Он не спорил, не сопротивлялся. Сел на какой-то стул, чтобы ждать… Уйти он не мог. Уйти, значит, оставить Олесю, предать… её и возможного ребёнка.

— Ты тут? — запыхавшийся Пашка был совсем не похож на лощёного руководителя крупной фирмы, он и на себя, каким его знал Руслан, не был похож. — Ритка встретила? Или не спускалась? Где врачи, чёрт побери? Что ты здесь один сидишь?

— Не кричи. Рита спустилась и Олесю забрали…

— Какую Олесю? — недоумённо воззрился на друга.

— Мою Олесю, Паша, мою!

— Я что-то пропустил? Ты же сегодня, то есть вчера…

— Забудь, — отмахнулся, — Я дурак, Пашка, какой же я дурак! Если они умрут…

— Кто они, вроде ты говорил только о какой-то Олесе… — не понимающе произнёс Павел.

— Олеська может быть беременна. Срок маленький…

— От кого?

— От меня!!! Не тупи!

— Кровотечение что ли? Так это в другое отделение, даже больницу…

— Знаток! Она сознание потеряла. Кровотечения, вроде не было… Не помню! Не знаю!

— Так, пошли я тебя проведу, и будем ждать Ритку у неё в кабинете.

— А если она сюда спуститься?

— Я ей смску кину. Пошли!