ГЛАВЫ 49-52
ГЛАВА 49
Пашка и вправду знал все ходы-выходы. Их только один раз остановили, но потом даже проводили до искомого кабинета.
Руслан ходил по коридору, накрепко сцепив пальцы.
— Не маячь. Всё будет ок! Хочешь выпить, я фляжку коньяка прихватил для себя любимого…
— Сдурел!
— В медицинских целях, — надулся Пашка, — По глоточку…
— Нет.
— Зря! Ты как пружина сжатый. Расслабься, я тебе точно говорю, что всё будет хорошо. О, смска от Ритки!
— Ну!
— Будет через пять минут.
— Всё?
— Всё.
— Чёрт!
Рита пришла быстрее. Молча подошла к двери, чтобы открыть кабинет. Вошла. Мужчины последовали за ней.
— Пьянствуете? — хмуро поинтересовалась, — Повод есть?
— Рит, не томи! Что с Олесей? Как она? Она… беременна? Ребёнок…
— Убила б вас, мужиков!
— Рит-а-а… — жалостливо начал Пашка, — Давай воспитывать будешь позже! Руслан с ума сходит, будь человеком! Ответь ему. Он, кстати, не пил, хотя в медицинских целях…
— Трепло! Чего дома не сиделось? — отмахнулась от брата и повернулась к Руслану, — Нормально всё с девушкой, но пробудет здесь неделю. Не меньше! Она противозачаточные принимает или нет?
— Нет. Ей выписали, но только завтра собиралась…
— Слава Богу, а то и выкидыш спровоцировали б… Повезло вам, что срок маленький, обошлось и с ребёнком. А теперь убирайтесь с глаз моих долой.
— Рит, а что с Олесей было? Почему сознание потеряла? Она никак не приходила в себя…
— Хорошо, что ума хватило «скорую» вызвать и сюда привезти. Сердечко у неё слабое… Видно понервничала или стресс… — пытливо всмотрелась в лицо Руслана, он отвёл глаза, — Питание нужно хорошее, отдых, возможно, придётся класть на сохранение, чтоб выносила ребёнка. Это предварительно. Завтра будет консилиум. Её Эдуард Семёнович ведёт, он мужик серьёзный, а врач от Бога.
— Я могу увидеть Олесю?
— Она под капельницей. Наверное, спит…
— В реанимации?
— Нет, в палате…
— Я могу около неё быть? Пожалуйста! Мне это очень важно и нужно…
— Руслан, Вам бы отдохнуть не помешало. Вы своим видом её напугаете, если вдруг проснётся…
— Рит, не вредничай! — умоляюще сложил ладони Пашка, заглядывая просительно в глаза, — Я его домой отвезу… потом.
— Ага! Пьяным за руль? Нет уж!.. Ты ложись здесь, на диван. Руслан, я Вас отведу. Что-нибудь придумаем, чтоб и вы поспали…
ГЛАВА 50
Палата была одноместная. Полумрак обострял черты Олеси. Руслану показалось, что она не дышит, но приборы, что тянулись к ней своими проводами, равнодушно сообщали, что пациентка спит.
Мужчина замер на пороге.
— Входите. Только тихо. Девушке Вашей покой прописан и отдых. Там стул около стены, рядом со столом.
Руслан присел на стул, подставленный Ритой. Она как-то сразу поняла, что он ничего не слышит из того, что ему говорят. Взгляд прикован к лежащей девушке. Тронула мужчину за плечо.
— Я Вас оставлю, подойду позже… Всё в норме по показателям, не переживайте.
Иголка такая большая воткнута в катетер в вене. Поморщился, словно почувствовал боль. Правда, в лице появились краски. Спит. Спят… Их же двое, а может быть, трое. У Крупицких в роду и двойни бывали. Бережно прикоснулся к руке девушки, боясь потревожить. Его. Родные. Никому не отдаст.
Сидел и мечтал, что его девочка проснётся, откроет глаза, увидит его и улыбнётся. Обрадуется, что он рядом, что он есть. А он расскажет, что с их ребёнком всё хорошо, что они станут мамой и папой.
Надо детскую оборудовать. Коляску, кроватку, люльку купить. Самокат или велосипед? И то, и другое. В двух экземплярах. На всякий случай. С парнями он станет ходить в лес… За городом нужно дом, чтоб воздух был свежим. Дача. Перестроить? Обустроить? Дизайнер. Архитектор. Детская площадка.
Девчушки будут на Олеську похожи. А вдруг сразу сын и дочка родятся? Роды! Олеська такая худенькая, хрупкая… Степановна пусть готовит, хоть ночью, девочке нужно хорошо питаться. Лену гонять, чтоб шевелилась — чистота должна быть стерильной! Дети!
Пальчики Олеси дрогнули. Руслан сполз со стула на корточки и прижался губами к тоненьким, почти прозрачным пальцам.
— Руслан… Игоревич? Что Вы?.. Где я? Что…
— Ш-ш-ш, всё хорошо, Олесенька. Всё хорошо. Ты сознание потеряла…
— На работе? Ой, надо начальнице позвонить…
Она ничего не помнит? Ударилась? Вроде, нет, он её поймал… Или всё-таки…
Олеся вновь уснула.
— Не просыпалась? — поинтересовалась вошедшая в палату Рита.
— Просыпалась. Она не помнит…
— Так бывает, если сильный стресс. Это защитная реакция организма. Ничего память восстановится… Время нужно. Отдохнёт, капельницы, уколы…
— Это не опасно…
Руслан боялся спросить о ребёнке. Олеся была важнее. Сейчас. Родить они могут и позже.
— Нет. Плоду это не повредит. Витамины только на пользу и маме, и плоду.
Плод!
Это их ребёнок, а не какой-то там плод!
Плод? Плод любви? Любви! Конечно, любви, только они этого не понимали… Пока не понимали.
ГЛАВА 51
Мужчина боялся наступающего дня — что он ему принесёт. Светало, а спать Руслан не хотел, чтобы не прозевать счастливой минуты, когда Олеська, его Олеська, проснётся. Капельницу сняли ещё ночью. Теперь его девочке ничто не мешало тихо посапывать на боку, лицом к нему.
Если б он её потерял… Ком подступил к горлу. Нет, не слёзы. Просто ком, который никуда не хотел уходить и не проглатывался. Какой же он глупец! Почему надо было довести Олесю до такого состояния, чтобы понять, что без неё его просто нет.
Пока размышлял, новый день заявил о своём приходе. Посмотрел на часы. Надо было позвонить Ольге Сергеевне и предупредить, что ни Олеси, ни его сегодня не будет в офисе. Она уже на месте, и наверняка думает, судя по всему, что они здорово опаздывают…
Из палаты выходить не хотелось, но боялся разбудить малышку.
— Ольга Сергеевна, добрый день…
— Руслан, где Олеся? Она опаздывает на работу, её до сих пор нет и дозвониться я ей не могу… И где ты? У тебя встреча… Твой отец звонил… Не дозвонился тебе.
— Ольга Сергеевна, Олеся в больнице. Я у неё. Все встречи отменяйте, переносите. Не мне Вам объяснять, как это лучше сделать. Когда буду? Не знаю. Буду ждать консилиума и потом намерен разговаривать с лечащим врачом. Отцу наберите, про Олесю ничего не говорите, придумайте что-нибудь… Я ему позвоню, когда смогу. Всё. Телефон на беззвучном режиме, если что-то срочное, то смску сбросьте.
— Руслан…
— Всё потом.
Руслан отключился. Потёр лоб, вспоминая, что собственно у него сегодня по плану. Хотя это неважно. Вернулся в палату. Олеська не просыпалась. Зашёл в ванную, оценив комфорт нынешних больниц, хотя это же кардиологический центр. Тут другое финансирование. Какие глупости в голову лезут! Умылся.
В зеркале отражалось его встревоженное лицо, воспалённые после бессонной ночи глаза, всклокоченные волосы — хорош! Таким чудищем только Олеськины нервы на прочность испытывать. Подержал руки под ледяной водой, прижал ладони к глазам, чтобы снять припухлость. Как смог причесался. Не шедевр, однако, вполне терпимо.
Девушка, похоже, вот-вот проснётся — дыхание стало менее глубоким, веки слегка трепетали.
Интересно, снилось ли что-то Олесе в эту долгую ночь. Как там: на новом месте приснись жених невесте?..
Руслану хотелось бы проникнуть в грёзы, мысли Леськи и во сне, и наяву. Он вдохнул, задержал воздух и медленно выдохнул — и так несколько раз. Эта система дыхания с задержкой после вдоха и после выдоха позволяла прояснить мысли. Йоги же не дураки, поэтому взять разумное на вооружение всегда полезно.
Просыпалась красавица, его головная боль и стальная заноза: не открывая глаза, потянулась, облизнула губы, зевнула, словно раздумывая, а не поспать ли ещё часок-другой.
Олеся открыла глаза, удивлённо осмотрелась, обратила внимание на замершего в дверях мужчину, смешно наморщила лоб, сведя бровки в одну линию.
Руслану хотелось улыбнуться девушке, как улыбаются солнышку после недели проливных дождей. Губы дрогнули и замерли в чуть наметившейся улыбке. А вдруг она всё вспомнила, и пошлёт его куда подальше…
Глаза в глаза, словно ощупывая, мужчина и женщина изучающе неотрывно смотрели друг на друга, боясь моргнуть, чтобы не вспугнуть наметившуюся лёгким пунктиром связь между ними.
ГЛАВА 52
Что-то смутно знакомое, почти родное в этом странном мужчине, что неотрывно смотрит на неё. Так может переживать только очень близкий человек. Кто он ей? Кто она ему? Что их связывает? Очень хороший друг?
Её размышления прервал визит женщины в белом халате.
— Олеся, как Вы себя чувствуете?
— Хорошо. Только спать очень хочется всё время. Это нормально? И я… не могу вспомнить некоторые вещи… ну, события, в смысле…
— Это совершенно нормально в Вашем положении. Это не потеря памяти, это сильное переутомление, стресс на фоне ослабленной иммунной системы. Вот проколем курс витаминов, и организм придёт в норму, что надо, то и вспомнит. Вам очень повезло, у Вас такой заботливый и внимательный муж, сколько времени дежурит около Вашей постели, только позавидовать можно самой «белой» завистью.
— Простите, как Вас зовут?
— Я — Маргарита Игоревна, а Вашего лечащего врача зовут Эдуард Семёнович. Он тоже скоро к Вам заглянет.
— Вы сказали что-то о моём положении…
— Вы ждёте ребёнка и, видимо, переволновались, сообщая эту радостную новость мужу. С малышом всё хорошо, — поспешила успокоить Олесю Маргарита, выразительно поглядывая на Руслана, который в полном недоумении смотрел то на одну девушку, то на другую, не понимая, почему Рита сжалилась над ним и помогает.
А почему она так волновалась? Муж не хотел детей? Олеся задумалась, сконцентрировав своё внимание на муже, словно пыталась понять, что же произошло между ними.
— Лесенька, как ты меня напугала, малышка, — трогательно склонился к ней мужчина, — Слава богу, всё обошлось…И с нашим маленьким, и с тобой…
А он, похоже, искренне переживает и за неё и их ещё не родившегося ребёнка. Вот дура, надумала себе, хорошо, что вслух не успела произнести. Как бы потом она смотрела мужу в глаза?
— Помоги мне сесть…
Руслан вопросительно посмотрел на Риту, та кивнула. Аккуратно, чтобы не задеть иголку, пока приводил себя в порядок, успели поставить новую капельницу, поправил подушку, поставив повыше, подтянул Олесю.
— Так удобнее?
— Да, спасибо. Ты очень устало выглядишь, может, тебе лучше поехать домой, чтобы отдохнуть. Или на работу… надо?.. Прости, у меня в голове какая-то каша…
— Это ерунда, пройдёт. Ты бы лучше поела и поспала. Тебе сил надо набираться.
— А ты?
— Я съезжу на работу, заскочу домой и вернусь. Тебе что-нибудь привезти? Что-то хочешь? Может сок свежевыжатый или пирожки, или огурчики солёные? — вдруг вспомнил о пристрастии беременных Руслан.
— Нет, — улыбнулась Олеська, тронутая его заботой. Большой и сильный мужчина был в плену стереотипов.
Занятые друг другом они не заметили, как Рита тихонько вышла, чтоб не мешать. С чего она выгораживает Руслана? «Девушку жалко!» — сам собой напросился ответ. Есть ничтожный процент, что Олеся не вспомнит того, что произошло, потому что нервная система перестроиться на сохранение и защиту плода. Повезёт кому-то, кто, может, этого и не заслуживает. А там, кто знает…
— Эдуард Семёнович, добрый день! Вы к Олесе?
— Добрый, рад Вас видеть, Рита Игоревна, — как всегда по-своему изменив имя девушки, довольно улыбнулся, — К Олесе. Вы у неё были уже?
— Да, заглянула. Вроде ничего… Муж от неё не отходит.
— Да, этот самый муж нам нервы ещё потреплет, поверьте мне. Хотя понять его можно, так трясётся над женой и будущим малышом, что только порадоваться можно за такую семью. Нынче чаще иначе жена на сохранение, муж в загул холостяцкий…
— Это Вы о чём, Эдуард Семёнович?
— Так ворчу, наверное, старею. Вы что-то узнать хотели?
— Да, муж Олеси переживает по поводу ребёнка…
— Напрасно, к счастью плоду ничего не угрожает, состояние будущей мамочки волнует меня куда больше. Сердечко слабенькое, но это бы ничего. Папа будущий весьма крупный мужчина, значит, велика вероятность, что и плод будет по шкале тоже немаленьким. Выносить сложно, рожать тоже… Ну да, будем оптимистами! Если исходить из наших страхов, то на свет вообще никто б не появлялся из-за нашей перестраховки. Риточка Игоревна, думаю, справимся, — обнадёжил Эдуард Семёнович, спрятав свою тревогу за многообещающей улыбкой, — Только Вы будущих родителей не пугайте зря, они из Вас, уж поверьте, постараются выудить всё, а выводы сделают, скорее всего, не те…
Эдуард Семёнович направился в палату, Рита пошла звонить брату, потом-то её ждут пациенты, так что времени не будет.
— Здравствуйте, молодые люди… Олеся, как Вы себя чувствуете, румянец на щёчках — это хорошо. Давайте- ка я Вас послушаю.
Олеся засмущалась, хотя это муж, чего краснеть…
— Ну-у, хорошо-хорошо…
— Доктор, если какие-то лекарства нужны, Вы только скажите, — от переживаний и томительного ожидания, Руслан заёрзал, почему-то было не по себе.
— Да не нужны нам лекарства, Руслан…
— …Игоревич.
— А Вы не брат нашей Риты Игоревны случайно? Похожи чем-то…
— Нет, она сестра моего друга, — отмахнулся от ненужного в данной ситуации вопроса, — Так что с лекарствами?
— У Олеси Владимировны, — подсмотрел отчество в карточке, — всё приходит в норму. Отпустить я её пока не могу, лучше ей побыть в стационаре, да и Вам спокойнее будет. Дежурить около неё денно и нощно ни к чему. Вам, будущий папа, надо делами заниматься, а нашей мамочке отдыхать и не пугаться Вашего утомлённого вида. Значит так, Олеся Владимировна под моей ответственностью, а Вы марш домой отсыпаться, потом делами заниматься. Мы Вас ждём не раньше завтрашнего вечера. Да, Олесенька Владимировна? Нам вторую кровать здесь ставить негде, да и будете упрямиться, в другую положу, Руслан Игоревич, — строго заявил врач, не давая себе возразить, — Домой, молодой человек, домой! Олесенька Владимировна отдохнёт, и сама Вам позвонит.
У Руслана закралось сомнение, что дела у Олеси плохи, врач не хочет просто при ней это обсуждать, и он вышел, чтоб разузнать все подробности вне стен палаты.
— Что? Так плохо? — набросился на Эдуарда Семёновича, едва тот переступил порог палаты Олеси, — Может, в платное отделение? За границу?
— Так, я сказал, чтоб Вы отправлялись домой отдыхать…
— Эдуард Семёнович, я понимаю, что Вы не хотели при Олесе…
— С чего Вы это взяли? — рассердился доктор, — Всё у неё идёт хорошо, поэтому хотите в платное отделение, пожалуйста, хотите за границу, пожалуйста, если Вам деньги некуда девать, только там ей назначат тоже самое. Займитесь чем-нибудь, чтоб не волновать жену своим взъерошенным видом. Ей нужны положительные эмоции, а не лекарства, молодой человек, да и будущему ребёнку тоже.
Пока Руслан стоял, задумавшись, чтобы такое сделать для Олеси приятной, Эдуард Семёнович успел скрыться в другой палате.