Глава 5

Мой папа сейчас, наверно, на грани сердечного приступа. Больно осознавать, что второе видео со мной его достаточно испугало.

— Через сколько обмен? — спросила я неживым голосом. Лобовое стекло покрылось тонким слоем снежной вуали.

— Через трое суток.

Не совсем скоро. У меня лекарств осталось на дня четыре, точно не помню. Лишь бы ничего не сорвалось.

— Рада, что вы наконец-то договорились. Но вы ведь не собираетесь продавать меня на самом деле в бордель, если вдруг обмен сорвется? — Я покосилась в сторону Льва.

— Посмотрим. Если и это в итоге не сработает, ты мне будешь больше не нужна.

Остолбенев от шока, я медленно повернула к нему лицо. Даже не буду спрашивать, не шутит ли он. От его слов внутри растекалась ядовитая отрава.

— Так что в твоих интересах, чтобы обмен прошел нормально. Никаких сюрпризов или неприятностей от тебя, Светлана.

— Можете быть спокойны.

Больше спрашивать у него ничего не хотелось. Я отвернулась к боковому окну и сползла по креслу, устраиваясь поудобнее. Только сейчас вспомнила, что за день ничего не ела.

— Стоит тебя похвалить за то, что пока не предпринимала глупых попыток побега.

— После того как вы начали угрожать борделем, очень хочется дать деру.

Салон погрузился в тишину. Я невидящим взглядом смотрела в окно и думала, как так получилось, что вместе с радостью от обмена через три дня примешалась капля грусти.

Наверно, потому, что предстоит тяжелый разговор с отцом.

— Ты создаешь впечатление скромной и невинной девушки, — заговорил мягким голосом Лев, будто бархатом коснулся кожи.

В мои щеки плеснуло жаром. Я поерзала в кресле.

— Да, актриса из меня хоть куда. На самом деле я каждую ночь подрабатываю в стрип-клубе.

— Вполне возможно, ты даже в обычном клубе не была.

Не нравилось мне, куда заходит этот разговор.

— Я хочу есть. Вы сегодня свою пленницу целый день морите голодом.

Лев забрал куртку и ключи и вышел из машины. Зима играла ему на руку — летом я, может, рискнула бы выскочить и кинуться в лес. А сейчас, даже оставь он ключи, я не решусь вырулить и помчаться сквозь метель.

Он принес упаковку сосисок, нарезанный батон и сок.

— Извини, но наш повар пока занят ремонтом. Похоже, он единственный, кто лучше всех разбирается в электрике.

— А можно я что-то приготовлю? — загорелась я. — На кухне ведь газовая плита?

Голубые глаза задумчиво сощурились. А я сделала умоляющий взгляд и растянула губы в милую улыбку. Ну пожалуйста…

— Пошли.

По дороге к зданию я в голове прикидывала, что приготовить на десять мужчин. И не сдохнуть от усталости. Лев выгрузил из багажника продукты — я попросила мясо, овощи и спагетти.

Кухня в детском лагере оказалась огромной. То, что нужно. Длинные железные столы, большие кастрюли и сковородки. Наконец-то появилось развлечение. Я сразу включила газовую плиту, чтобы нагрелся воздух, и засучила рукава. Лев поставил несколько мощных фонарей, и они неплохо разогнали темноту.

Будет спагетти с мясным соусом.

— Тебе помочь? — вдруг спросил он.

И я ему сунула в руки пакет с луком.

— Чистите. Потом порежьте кубиками.

Смотреть, как мужчина мучится, сдирая с лука шелуху, то еще удовольствие. Готовить он не привык. Я бы так сидела и смотрела, но меня ждали помидоры, мясо и куча всего.

Когда почистил лук, он стал так беспощадно его рубить, что пришлось ему показать, как это делается. На волнах хорошего настроения я ему все объяснила и резво принялась резать остальные овощи и грибы, поглядывая, как Лев мужественно смахивает тыльной стороной ладони дорожки слез. При этом даже не морщась.

Это ему маленькая месть за то, что пугал меня борделем. Дальше я скинула ему морковку — чистить и тереть. Мы вдвоем хорошо справлялись. Идея накормить всех воплощалась в реальность.

— Попробуйте, вкусно? — я протянула Льву в ложке горячий мясной соус. Сама не проверяла на вкус, ибо готовила его сотни раз.

Он взял ложку, подул и с сосредоточенным видом съел.

— Как в ресторане.

Довольная, я широко улыбнулась ему. Его мрачный взгляд застыл на мне, окуная в неловкость. Испачкалась? Почему он так пристально смотрит? Буквально гипнотизирует, буравит взглядом.

В солнечном сплетении защекотал трепет. Красивые у него глаза, хоть и на их дне плещется печаль.

— Хорошо готовишь. — Он вернул мне ложку. — Поищу тарелки.

Я заморгала. Меня словно только что пушистое облако держало в невесомости, а теперь резко опустило на землю. Я спохватилась и выключила газ — хватит соусу кипеть.

Загорелись лампы, свет ударил по глазам. Ура! Я зажмурилась, но станцевала короткий победный танец. Пару движений руками и вильнула попой. Когда распахнула веки, увидела, что Лев в недоумении смотрит на меня, держа посуду.

Что такое? У меня просто хорошее настроение. Умеет же он своим суровым взглядом ошпарить меня с головы до ног. Пора варить спагетти.

На кухню вошел охранник. По-моему, он среди них самый главный.

— Чем тут так пахнет? — расплылся мужчина в улыбке.

— Со светом порядок? — Лев поставил посуду на стол и подошел к нему.

— Да, ребята съездили за деталями, мы все починили. Но есть проблема.

— Какая?

— Если мы снова включим столько обогревателей, будет то же самое. Как вариант, обогревать только несколько комнат.

Я вся обратилась в слух, засыпая спагетти в кипящую воду.

— Предлагаешь спать по нескольку человек в одной комнате?

— Да, другого выбора нет.

Спрятаться в детском летнем лагере — идеальный вариант, сюда никто не ринется искать. Но минусов хватает. И Лев раздраженно потер шею, вздыхая.

— Поставьте в комнату Светланы еще одну кровать. Сами вы рассредоточьтесь, как вам удобно.

— Хорошо, будет сделано.

Куда там еще одна кровать влезет? Впритык? Обреченно я положила упаковку спагетти на стол и оперлась о него руками. Придется ночевать в тесной комнатушке с малознакомым мужчиной. Но это, конечно, лучше, чем мерзнуть.

Когда охранник удалился, Лев махнул мне рукой.

— Бросай готовку, повар закончит. Отведу тебя в комнату. Мне нужно перенести к тебе свои вещи.

Земля ушла из-под ног. Хорошо, что я опиралась о стол.

— Вы со мной спать будете?

— Я.

Что я спросила? “Вы со мной спать будете?” Выскочило. Без подтекста. Но едва слова сорвались с губ, я уловила, как это многозначительно прозвучало.

Надо было сказать: “Вы делить со мной комнату будете?”

Лев, похоже, нормально воспринял мой вопрос. Взмахивая рукой, быстрее подгонял уйти с кухни. Это я сама нашла из-за чего смутиться и теперь, понурив голову, прошла мимо него.

Щеки пылали. Мы не в одной кровати будем! На разных! Но я в принципе никогда не спала с мужчиной в одной комнате.

С кухни я прихватила бутылку воды и, когда Лев закрыл меня в комнате с решетками, ушел, тут же приняла таблетки. Не хочу лишних вопросов.

Куда здесь ставить кровать? Если к противоположной стене, то проход останется меньше метра. А по-другому никак.

Я вздохнула и присела на постель. Нервы гудели мелкой дрожью. Почему я волнуюсь? Лев просто ляжет на соседнюю кровать и будет спать. Ничего не произойдет такого, отчего можно было бы так трястись.

Вся проблема в том, что я до сих пор ни с кем не встречалась, не спала. И с каждым годом, чувствую, становлюсь только более зажатой и стеснительной. Никто еще не рискнул помочь мне с этим справиться. А я сама всегда откладываю, находятся дела поважнее, чем пытаться устраивать личную жизнь.

Лев вкатил в комнату чемодан с кодовым замком. За ним стояли охранники — уже притащили вторую кровать.

— Я пока схожу в душ! Здесь же есть душ?

— Костя, проведи ее сначала на кухню, пусть поужинает, — приказал Лев. — Потом в ванную комнату.

Вот, отлично. Не буду наблюдать, как он тут располагается. Приду с душа и нырну сразу под одеяло, повернусь лицом к стенке. Нет, спиной к стенке, так спокойнее.

На кухне охрана обсуждала мой мясной соус. Повар, который доварил спагетти, указал на меня рукой.

— Света, может, ты нам каждый день готовить будешь? — хохотнул светловолосый охранник. Очень смешно, я тогда на кухне пропишусь.

— Буду, если ты будешь мыть всю посуду.

— Да не вопрос, — ответил он и получил тычок от повара.

Я поужинала за дальним столом и под конвоем отправилась в душ. Оказывается, молчаливого охранника зовут Костя. Все же его немногословность не так плоха, как я думала. Зато он ко мне не лезет.

Вернуться бы в комнату и застать Льва спящим. Тогда я бы спокойно уснула. Но мне не повезло — он сидел в футболке на своей кровати с ноутбуком на коленях. Я скользнула взглядом по его мощным мускулистым рукам, по веткам набухших вен и остановилась на цепочке, что свисала с шеи. На ней обручальное кольцо.

Он снял его с пальца, но носил с собой. Юстина еще в его раненом сердце. Когда Лев ее потерял? Может, совсем недавно.

Я поникла, чувствуя, как мне на плечи опускается тяжесть, и подошла к своей кровати. На одеяле лежал черный свитер. Мужской.

— Это тебе, — сказал Лев. — Нечего ходить в рваной одежде. Я бы купил тебе новый. И женский. Но ближайший магазин очень далеко.

— Он ваш? — ошарашенно спросила я и обернулась к нему. Кошмар, между кроватями точно меньше метра.

— Да.

— Спасибо, но…

— Он чистый. Я его еще не надевал после стирки.

Лев сложил ноутбук и поднялся. У меня перехватило дыхание. Между нами сантиметров двадцать-тридцать. Его тепло коснулось моего лица. Я уставилась прямо перед собой, на его крепкую грудь.

— Я в душ, — бросил он и вышел.

Можно выдохнуть.

Черный свитер безумно приятный на ощупь. И теплый. Огромный. Будет мне как туника. Мужчины обычно быстро ходят в душ, поэтому нечего стоять и мять его, нюхать и прикладывать его к груди, проверяя, где заканчивается край.

В чем я буду спать? В одежде! Комната прогрелась, и ночью я могу раскрыться. Буду спать в свитере и джинсах. Бред, конечно. Но сверкать шрамом на груди или своей попой в трусиках я не хочу.

Свитер Льва надену завтра. Я забралась под одеяло и взяла в руки электронную книгу. Сна ни в одном глазу. Но чтение должно расслабить.

Когда дверь хлопнула, сердце подскочило и в спешке заметалось. Боковое зрение ловило, как Лев выключил свет, убавил мощность обогревателя и подошел к кровати. Я упорно старалась смотреть в книгу, но читала одну строчку уже пятый раз, тут же забывая, о чем речь.

Тусклое свечение шло снаружи, от пелены снега. Лев задернул шторы. Но подсветка с гаджета в моих руках отгоняла темноту. И когда мужчина снял футболку, мой взгляд невольно убежал к его обнаженному торсу. В полумраке были видны крупные мускулы, и тени только подчеркивали рельеф. Я судорожно сглотнула.

Он собирается в трусах спать? Собирается. Лев снял штаны, и тут я уже прикрыла пунцовое лицо электронной книгой. Пульс громыхал в висках. Что-то горячее ухнуло в низ живота.

Шестой раз я пыталась прочитать строчку, но перед глазами застыл полуобнаженный мужчина. Нужно открыть другую книгу. Нужно отвлечься.

— Спокойной ночи, Светлана.

— Спокойной ночи, — ответила я и прикусила губу. Мой голос еле слышный и дрожащий.

Наконец-то Лев забрался под одеяло, положил руку под голову, повернувшись к стене спиной. Глаза закрыты. Мне тоже стоит постараться заснуть.

Лишь спустя час веки начали слипаться. Я отложила гаджет и уплыла в сон.

Голубоглазый мальчик снова смотрел на меня так, что сердце разрывалось. Он стоял в метре от меня, нерешительно поднял руку, будто пытался дотянуться.

— Мама… Мамочка, пожалуйста… Не уходи…

Он шмыгнул носом, но изо всех сил старался не заплакать. Адская тоска жгла в моей груди. Невыносимо его оставлять. О нем позаботятся? Как он тут будет без меня?

Его лицо стало расплываться. Ручка тянулась ко мне. Хотелось броситься к нему, обнять, сказать, что никуда не уйду. Но я отдалялась, и от душевной боли рвался наружу крик.

Меня вытолкнуло из сна, и я резко села в постели, переводя дыхание. Майка под свитером стала влажной. Жарко. По щекам текли слезы.

— Что такое? В чем дело? — Лев откинул одеяло и за пару секунд оказался рядом.

— Мне снова ваш сын снился… — бормотала я, вытирая слезы. — Один и тот же сон. Почти каждую ночь. Это так больно видеть, что он один-одинешенек…

Он не спрашивал, что снилось. Не махнул рукой. Он подсел ближе и обнял меня, положив мою голову себе на плечо.

У меня враз слезы высохли. Я задеревенела от шока. Его пальцы нежно поглаживали меня по голове.

— Все, все, не плачь.