Глава 15 - Титул Первой магической леди

Безотрывно глядя на женщину, кажущуюся удивительно знакомой, я пыталась понять, встречались ли мы раньше. Интуиция настойчиво твердила, что что-то не так — уж больно незнакомка выглядела потрясенной. Она была одета совсем просто, но аккуратно: из-под темного плаща прослеживались корсет и брюки, что ненароком поразило меня. Я была уверена, что все здешние женщины, вне зависимости от происхождения и статуса, носили платья. И, что еще страннее, ее волосы оказались распущенными и длинными, достигающими груди. Ни единой шпильки или заколки. А цвет… яркий медный оттенок волос заставил меня открыть рот. Даже глаза-хамелеоны, уходившие больше в фиолетовый, наводили на подозрения. Аристократичные, мягкие черты лица: высокие скулы, чуть вздернутый нос, острый подбородок. Слишком сильно незнакомка походила на Алисию…

Они родственники?

Слова женщины эхом закружились в голове, пульсируя на нервных окончаниях:

«Дочка?».

Я покосилась на Мэнди и по её реакции догадалась, что они тоже знакомы. Девушка была бледнее мертвеца и смотрела на незнакомку так, словно увидела оживший призрак.

Неужели эта женщина действительно мать Алисии? Она ведь умерла? По крайней мере все считали её умершей, даже родная дочь. И если это она, то мне несдобровать: она может признать во мне иномирянку, ведь мать должна почувствовать, что я не её дочь. Мне хотелось задать вопросы, которые вертелись на кончике языка, но я не могла выдать себя, поэтому просто поджимала губы и молчала.

— За годы разлуки ты так сильно повзрослела и похорошела, — первой нарушила молчание женщина и с теплотой улыбнулась. В глазах, однако, стояла печаль. — Не могу не отметить, что ты в совершенстве познала свою магию, — она кивнула на одурманенного Алистера, — ты научилась управлять великим даром, наследуемым в нашей семье, и раскрыла свои способности куда раньше меня. У тебя большие перспективы, моя девочка! Если ты продолжишь развивать свой талант, то станешь великой! — Шум толпы заставил женщину замолчать и оглядеться. Убедившись, что нам не грозила опасность, Эллисон — если я верно помнила имя матери сосуда — добавила тише: — Нам следует уединиться, чтобы поговорить обо всём в более спокойной обстановке. Я понимаю, что у вас с Мэнди много вопросов, но не могу говорить, когда кругом столько глаз!

Я посмотрела на группу священнослужителей, разговор которых планировала подслушать. Словно проследив за моим взглядом, мать Алисии кивнула:

— Наблюдение за ними не поможет узнать ничего нового! Я расскажу о них всё, что смогла разузнать сама за годы слежки.

Неужели удача улыбнулась мне в преддверии свадьбы? Сердце стало остервенело биться в груди, на лбу проступила испарина. Даже ладони стали влажными. Я нервничала сильнее, чем на любом из экзаменов в университете или собеседовании на работу. Если я всё разузнаю, то проще будет избегать советника и его людей. Важно не выдать себя, не показать, что я ненастоящая, а потом я освобожу это тело и позволю Алисии вернуться. Вот она будет рада узнать, что её мама жива. Хотя для начала, наверное, рухнет в обморок, но всё это мелочи.

Я бы всё отдала за новость, если бы кто-нибудь из моих родителей оказался жив. Родственную связь не отнять — порой так не хватало душевного тепла, той безоговорочной любви, которую дарят родители своим детям.

— Алистер, прикажи своему помощнику оставаться на месте и не следовать за нами! — произнесла я, глядя глаза в глаза охраннику.

Он выполнил моё поручение, а Эллисон с восхищением посмотрела на меня и качнула головой в направлении, куда стоило двигаться, следуя за ней. От моего взгляда не ускользнуло и то, как она оглядела брошку, словно пыталась убедиться, что магия раскрылась полностью. Завернув в переулок, где практически не было людей, мы остановились. Женщина обернулась в мою сторону и выдавила улыбку.

Оказавшись наедине, Эллисон стала серьёзной, от улыбки и радушия не осталось следа. Женщина несколько секунд смотрела на меня в упор, а затем задала вопрос, от которого вся кожа покрылась мурашками:

— Кто ты? Кто скрывается под личиной моей дочери?

Я впала в ступор, а язык в мгновение прилип к нёбу и категорически отказывался двигаться. Ещё сильнее меня удивило то, что за меня ответ женщине дала Мэнди:

— Душа, занявшая тело Алисии, — иномирянка, госпожа! — произнесла служанка, чуть пряча взгляд. — Её призвал советник Его Величества, надеясь таким образом избавиться от вашего рода. Он рассчитывал, что госпожа Алисия не сможет привлечь внимание Его Высочества, кронпринца Фридриха, ведь вряд ли иномирянке будет доступна магия, принадлежащая телу, а значит, она не сможет занять ни место Первой магической леди, ни место супруги будущего короля.

— А настоящая Алисия? — чуть дрогнувшим голосом поинтересовалась Эллисон.

Она нервно сплела пальцы в замок и замерла в ожидании ответа.

— Простите, но мне ничего не известно о ней, — отрицательно помотала головой Мэнди.

Сказать, что я была в шоке — не сказать ничего. Мэнди знала куда больше правды, чем я сама, но продолжала притворяться дурочкой и вела себя так, словно я на самом деле её госпожа. Несмотря на то, что девушка постоянно поддерживала меня и защищала, я сильно разозлилась на неё. Я чувствовало себя, будто меня предала близкая подруга, — совсем как тогда, когда парень изменил мне с одногруппницей, с которой я его и познакомила!

Эмоции буквально заклокотали в глотке, и место глубочайшего потрясения заняли досада и ярость.

Как Мэнди могла столько времени водить меня за нос? Как? И, главное, почему?!

В голове не укладывалось.

— Как тебя зовут, дитя, и из какого мира ты пришла сюда? — спросила Оливия, посмотрев на меня теперь уже чуточку добродушнее, чем минутой ранее.

Ее тон почему-то тотчас развеял мои эмоции, и я немного расслабилась.

— Меня зовут Алиса, и я не пришла сюда по доброй воле, — поправила я женщину. — Как вам уже сказали: меня призвали, и я хочу вернуться домой. Мой мир не наделён магией и более развит, чем этот. В моём мире никто не плетёт козни друг против друга… Точнее там действуют совершенно иными методами.

С кознями я, конечно, погорячилась, но из-за шока не смогла найти лучшие слова. Меня снова предали, хотя предательством поведение Мэнди нельзя было назвать в полной мере. Возможно, она боялась заводить со мной разговор на эту тему, чтобы никто посторонний не услышал. Я вспомнила, как в башне девушка сказала мне, что и у стен есть уши.

— Несмотря на то, что ты явилась сюда из другой вселенной, где нет магии, тебе прекрасно удалось слиться с телом и освоить дар моей дочери, — улыбнулась Эллисон. — Пыталась ли с тобой связаться сама Алисия?

Я отрицательно помотала головой, понимая, что добавить мне больше нечего. Я рассказала всё, что могла, и теперь должна была получить ответы на вопросы, тревожащие душу. Вот только в это мгновение примешались новые — я подпустила Родриха так близко к своему сердцу, или у нас с Алисией были одни чувства на двоих, и он покорил свою наречённую? Могло ли выйти подобный исход? Тогда моё возвращение домой существенно облегчалось.

Я снова покосилась на Мэнди, стоящую с опущенной головой. Эллисон подбоченилась, с укоризной глядя на меня, и тогда плотину прорвало. Я решила высказать ей всё, что думала на самом деле.

— Ваша дочь считала свою мать мёртвой! Вы не поддержали её и скрывали от неё куда больше, чем следовало! Вы хотя бы понимаете, что ей пришлось пережить? Она находилась под постоянным гнётом своей нерадивой мачехи и горделивой сестрицы. Смерть отца стала для Алисии последней каплей, окончательно разбив её сердце. Или он не погиб и скрывался где-то вместе с вами? — На мой вопрос Эллисон лишь широко распахнула глаза, словно не знала правды. Я заметила, как в её глазах появилась горечь, но она умело скрыла её, став ледяной леди. — Алисия была одна в целом мире, а вы даже не попытались связаться с дочерью! Вы знаете, что ваша дочь была влюблена в идиота, променявшего её светлые чувства на шипящую дешёвку, сводную сестрицу Алисии, ради золота? Вашу дочь продала мачеха, отправив во дворец за хорошее вознаграждение, и если бы я не смогла показать магию, Алисию бы отправили на гильотину. — Я тараторила без умолка, желая вывалить на женщину всё, что думала о ней и её инсценировке смерти. — Алисии стало бы намного легче, если бы хоть кто-то из близких находился рядом в такое сложное время. Возможно, она бы не сдалась, и я не оказалась бы в её теле. Знаете, мне не доставляет удовольствия нахождение в вашем мире, пусть порой наступали проблески, когда я начинала радоваться жизни. И я даже подумывала, что смогла бы освоиться здесь. Вот только всё это были минутные порывы, потому что я тоскую по дому!

Я вспомнила свой поцелуй с Родрихом и покраснела. Эллисон сделала шаг вперёд и обняла меня, хотя и знала, что я не её дочь. Возможно, она рассчитывала, что Алисия почувствует её присутствие и даст знак, что она жива, но я не ощутила ничего необычного.

— Тогда я не могла поступить иначе. Я должна была притвориться мёртвой, чтобы защитить не только свою семью, но и весь королевский род, который мог прерваться в тот же день, когда я якобы умерла. Я была вынуждена довериться своей дочери в надежде на то, что она справится со всем самостоятельно. О втором браке своего мужа, я ничего не знала. Как бы больно ни было, я пыталась держаться в стороне от своей семьи, чтобы не навлечь на них беду. Конечно, я была готова к такому повороту, но новости о мачехе и сестре крайне неожиданны для меня, как и весть о том, что мой супруг мёртв. Я была вынуждена отказаться от всего ради светлого будущего нашей страны… Ради того, чтобы остановить священнослужителей. Читала ли ты мой дневник?

Эллисон отстранилась и внимательно посмотрела на меня, но я поняла, что она общалась со мной так, как говорила бы в это мгновение с дочерью: она не желала мне зла, ее губы подрагивали, выдавая истинные эмоции, но голос, что удивительно, звучал ровно. Немного расслабившись, я пожала плечами.

— Мне дались не все страницы… Я прочла только самое начало, где вы писали о своих подозрениях, о покушении на кронпринца Родриха, и слова о том, что если я читаю эти строки, то вас уже нет в живых.

Я вдруг испугалась, что Эллисон отчитает меня за то, что не просто заняла тело её дочери, но и полезла в самую душу: начала читать дневник её матери. Однако эта женщина была единственным шансом на спасение. Она знала слишком много из того, что могло бы пойти мне на пользу. А ещё она имела когда-то титул Первой магической леди, сильнейшей наследницей магии… Если кто-то и обладал возможностью вернуть меня домой, так только она.

— Что же, значит, тебе известно далеко не всё, — тяжело вздохнула Эллисон и опасливо посмотрела по сторонам. — Попытаюсь быть краткой. Орден священнослужителей заполучил огромный вес среди жителей страны пару десятков лет назад, а его основатель хитрым путем подобрался к королю, став его советником. В ночь коронации они чуть не убили кронпринца Родриха. Мне удалось узнать об их планах, и я была вынуждена незамедлительно действовать. Чтобы защитить наследника, я обратила его в дракона, могущественное священное животное, ведь все в мире опасаются драконов, пусть и пытаются охотиться на них, что порой получается успешно. Драконье мясо стоит больших денег, а кому не хочется заработать? Наверное, в вашем мире люди поступают точно так же?

Я вспомнила сводки из новостей об убийстве дельфинов и китов, и сердце облилось кровью. Чего только люди не сделают ради денег… Для многих нет ничего святого, никаких ценностей.

— Мне удалось свести все ниточки и найти доказательства, что церковь шла против короны. У меня есть неопровержимые факты, но следует выждать наиболее подходящий момент, чтобы разоблачить их. Алиса, мне нужна твоя помощь изнутри. Если советник так сильно сосредоточен на тебе, ты могла бы держать его на мушке. Важно проконтролировать, чтобы он не успел натворить дел до того, как я пойму, что настала пора. Мэнди будет продолжать поддерживать и оберегать тебя. Как только мы покончим с ними, я непременно отыщу способ, чтобы вернуть тебя домой, в комфортное для тебя время.

Я ненароком вспомнила о Родрихе, и сердце пропустило удар. Вернувшись домой, я упущу шанс снова встретиться с ним. Мы забудем друг о друге? Что случится со мной, когда я вернусь в своё тело? Буду ли я помнить то, что случилось здесь? Однако мне не следовало думать о принце, предназначенном для Алисии, пусть она и не берегла себя для него, пусть собиралась выйти замуж за лорда Каррингтона, а я всё равно не имела права отнимать у неё настоящего жениха. Не могла рассчитывать, что между мной и Родрихом может быть что-то серьёзное. Он не должен оставаться моим якорем здесь. Тем более он влюбился не в меня, а в свою наречённую, в Алисию Лондгрейдс. Эта мысль подействовала, как смачная пощёчина, отрезвляя сознание.

— Возможно, моя дочь находится сейчас в твоём мире, и она тоже напугана. Я буду стараться найти способ поменять вас местами как можно быстрее.

Я в ужасе распахнула глаза, подумав, что если это так, то Алисия могла наворотить таких дел, что меня уже давно выгнали с работы. Там ведь сроки горели, а сотрудников нужно постоянно держать в ежовых рукавицах! Следовало как можно быстрее вернуть всё на круги своя и попытаться исправить ситуацию. Или начать искать новую работу, а ведь та неплохо оплачивалась…

— Вам на самом деле стоит поторопиться, потому что принц Фридрих твёрдо намерен жениться на Алисии. Лучше было бы расстроить свадьбу, чтобы ваша дочь смогла найти своё счастье, когда вернется в тело… Не думаю, что ей будет приятно узнать, что она стала женой чужого ей человека.

«И мне тоже не хочется проводить с ним время», — мысленно дополнила я.

— Я постараюсь действовать быстрее… Сколько времени у меня есть? — Эллисон нервно пожевала губами.

— Сутки… Остались сутки до того, как мы с ним пойдём под алтарь.

— Я сделаю всё возможное, — Женщина немного помолчала, что-то напряженно обдумывая, и дополнила: — И невозможное тоже.

Ненадолго я позавидовала Алисии, потому что у неё была такая чудесная мама. Пусть эта женщина и пожертвовала семьёй для того, чтобы защитить страну, пусть должна была оставить родных и притвориться мёртвой, но она делала это всё ради мира. С какой-то стороны даже ради того, чтобы защитить свою дочь, ведь никому неизвестно, что сотворили бы священнослужители, если бы смогли добраться до престола.

— Наверное, ты ничего не знаешь о магии и её зарождении в нашем мире… Я расскажу тебе самую суть, потому что у нас мало времени. Это важно, чтобы ты могла понимать, насколько нечисты священнослужители на самом деле. — Я-то это осознавал, но послушать рассказ Эллисон было совсем не лишним. — Богиня Далинии — богиня смерти — и богиня Селения — богиня луны и света — были сёстрами. Они полюбили одного и того же человека, однако мужчина не разделял их чувств и избрал себе в жёны смертную женщину. Он отказался от даров, которые предложили ему Далиния и Селения несмотря на то, что они сулили ему безбедное будущее. Далиния была готова даровать ему вечную жизнь, если он выберет с ней, а Селения — могущественную магию, способную сделать его великим правителем. Однако он не принял ни одну сторону, отвергнув влюблённых в него богинь, а спустя время он жестоко поступил со своей избранницей. Богини увидели это и решили благословить слабых и беззащитных женщин. Далиния даровала женщинам магию, которая делала их сильными и независимыми, чтобы они были способны защитить себя и своих детей. Селения одарила лишь два избранных рода, — Эллисон взяла небольшую паузу и посмотрела сначала на Мэнди, а потом на меня. — Магия рода Лонгрейдс дарована нам не Далинией, а Селенией, именно по этой причине она так поздно созревает и раскрывается впоследствии сразу, а не маленькими толчками. Магия, дарованная Селенией, — внутренняя и несёт в себе великую мощь, позволяя управлять людьми, — Оливия качнула головой в сторону охранника, глядящего в одну точку перед собой пустым взором. — Эта легенда известна далеко не всем, принято считать, что именно Далиния даровала всем магию, но это не так важно. Советник и его люди завладели силой обманным путём. Они не благословлены богинями, они используют силу пропавшей наследницы, способной даровать предметам магические свойства… Они затуманили королю разум, убедили его и многих жителей в том, что они благословенны, но на деле всё совсем не так. И если они найдут способ прийти к большей власти, то подчинят себе всех одаренных, будут использовать их отнюдь не во благо. Я могла бы многое рассказать, но теперь ты знаешь суть. Мне нужно идти, у нас совсем не остается времени, но я обещаю, что постараюсь поспеть вовремя и не позволить браку моей дочери с принцем Фридрихом случиться.

Эллисон, опасливо озираясь по сторонам, накинула капюшон и быстрым шагом скрылась за поворотом, а мы с Мэнди переглянулись. Я чувствовала, как девушке неуютно со мной. Возможно, она винила себя, но я больше не злилась. В конце концов, кто я такая, чтобы контролировать жизнь Алисии и её отношения. Важно, что Мэнди не желала нам обеим зла.

— Расслабься, всё в порядке. Просто еще один сложный день, — произнесла я с улыбкой.

Девушка тоже улыбнулась — едва заметно, одними уголками губ, — но я понимала, каково ей сейчас. Нам тоже следовало вернуться во дворец, пока Фридрих не начал бить тревогу, поэтому я пристально посмотрела на Алистера, призывая магию, и приказала ему прийти в себя, сообщив, что мы должны вернуться во дворец.

Время не ждет!

***

До замка мы добрались до заката, как и поручил принц. Наверное, он потешил своё эго, узнав, что его невеста выполнила его приказ. Мы с Мэнди вошли в комнату, и мне захотелось поговорить с ней, обсудить всё и спросить, почему она не открылась мне, не сказала, что знает правду, но я не решалась начать разговор первой. Всё было как-то слишком сложно.

В дверь постучали как раз в тот момент, когда я собиралась раскрыть рот.

— Войдите!

Думая, что служанки пришли, чтобы помочь мне переодеться после прогулки, я готовилась отправить их восвояси, но это была незнакомая девушка, которая принесла еду.

— Госпожа, принц приказал передать вам ужин, — произнесла она.

Однако у меня не было ни капли аппетита из-за новостей, ударивших по голове, как гром средь ясного неба. Я позволила оставить еду в комнате, и когда девушка ушла, обратилась к Мэнди.

— Поужинаешь? У меня совсем нет аппетита, — тяжело вздохнула я, покосившись на еду, вид которой вызывал отвращение.

Мэнди охотно согласилась, наверное, тоже не знавшая, как вести себя со мной теперь, когда истина обрушилась грузом.

— Возможно, вы тоже решите разделить ужин со мной? — забеспокоилась девушка.

— Нет, спасибо, я правда не голодна… — Я отрицательно помотала головой, не зная, как следовало начать разговор, чтобы не запутать друга еще больше.

— Я с самого начала знала, что вы не Алисия, — начала Мэнди, и я, потрясенная, повернулась в её сторону. — Ещё в момент нашего первого столкновения я почувствовала, что вы ведёте себя как-то иначе, не так, как повела бы себя госпожа Алисия. Однако я должна была защищать её тело любой ценой и не смела рассказывать правду, которая открылась мне самой. Первая магическая леди поручила мне оберегать её дочь, что я и делала всё это время. Я пыталась оградить вас от дворцовых интриг, но, к сожалению, не углядела за верховным советником и его людьми, когда вас бросили в башню. Я корила себя, что не справилась с поручением, боялась, что с вами случилось что-то, ведь вы были так добры ко мне…

— Почему ты стала служанкой, если обладаешь сильным магическим даром? Одним из редчайших даров, судя по всему… Сколько я видела слуг, но ни одна из них не использовала и толику магии…

— Госпожа…

— Алиса! Называй меня просто Алиса.

Меня раздражало, что даже Мэнди, зная, что я не являлась Алисией, называла меня госпожой.

— Хорошо… Всё дело в том, Алиса, что Эллисон Лондгрейдс приютила меня и дала кров после того, как в моей семье случилось несчастье. Если бы не она, то, скорее всего, меня отправили бы к священнослужителям… А быть может, я уже умерла бы…

— Какой магией ты обладаешь, Мэнди? — повторила я.

Мне показалось, что, возможно, она могла хоть как-то помочь мне в разборках с советником. Вот только ответить мне девушка не успела. Она схватилась за горло, подскочила на ноги и с какой-то агонией взглянула на меня, после чего ринулась к двери. Кашляя и задыхаясь, девушка рухнула на пол, закатила глаза и затряслась, словно ее охватил приступ эпилепсии.

Я оцепенела от этого устрашающего вида.

Господи, неужели еда была отравлена?

Я будто бы своими руками подписала Мэнди приговор!

Нет-нет-нет! Её должны спасти, просто обязаны!

— Помогите! — заверещала я изо всех сил, царапая горло громким звучанием собственного голоса, и бросилась к Мэнди, чтобы хоть чем-то помочь, пока на мой крик не пришёл хотя бы кто-нибудь.