Глава 33. Кейт

— Я поведу.

Плечи обоих каменеют, и на мне останавливаются две пары удивленных глаз. Вовремя я спустилась на кухню. Стоя возле кофейного аппарата, мои по-утреннему хмурые мужчины как раз обсуждали детали поездки. Черные глаза глядят с искоркой веселья, а вот в синих по-прежнему только напряжение.

— Ты? — удивленно переспрашивает Ворон.

— Я умею водить.

— Не сомневаюсь. Но дело не в этом. Если за нами будет погоня…

— Или засада, — добавляет Медведь. — То ты не справишься с управлением в такой экстремальной ситуации. К тому же в городе.

Прекрасно понимаю их беспокойство. С ними наверняка будет оружие, а они невысокого мнения о моем умении водить, так что даже самый безобидный дорожный патруль может стать началом крупных неприятностей. К тому же сесть на пассажирское сидения для босса — означает полную утрату контроля, если только они не доверяют водителю на все сто процентов. Как Церберу, который оба раза, что я видела, возил Медведя. Но Ворон, например, предпочитает держать ситуацию под контролем и передвигается только на байке.

А я все еще не уверена в том, что доверие между нами вообще существует.

— Мы не поедем в город, — отвечаю.

— Вот как? — Ворон забирает свою чашку с кофе и делает глоток. — Куда же мы в таком случае отправимся?

До сих пор думают, что моя семья просто переехала. Такое незнание не сыграешь, и если бы они были причастны к тому, что произошло той ночью в одном из районов Саут-Сайда, они бы уже так или иначе себя выдали.

— Именно поэтому я и должна сесть за руль. Я знаю дорогу, вы — нет.

Даже для обычного мужчины это подвиг пустить женщину за руль. Для боссов же все в разы сложнее.

Если ни один из них мне совершенно не доверяет, то сейчас самое время сказать об этом. Ведь заперев в машине, я могу привезти их куда угодно. Вплоть до полицейского участка или западни Белласты. И если хоть один заподозрит что-то неладное, единственным выходом, чтобы выбрать или остановить движение машины, будет пустить мне пулю в лоб.

Вижу отголоски своих безрадостных мыслей в прозрачно-синих глазах Ворона. И в том, как плотно сжимает челюсть Медведь. Опуская наше мимолетное знакомство семь лет назад, по сути, мы почти ничего не знаем друг о друге. И это я отринула все свои предубеждения, а они, возможно, даже не собирались делать этого.

— Ты можешь просто сказать нам, куда мы едем, — говорит Медведь. — Мы вобьем адрес в навигаторе. Необязательно садиться самой за руль.

И испортить такой сюрприз? Вот уж нет.

— Я не была там семь лет. Не выйдет. Я не помню точного адреса, а ориентиры могли измениться.

Медведь хмурится, как и Ворон. Оба моментально посчитали, сколько лет мне было на тот момент. Их озадаченные лица только добавляют мне уверенности, так что я окончательно наглею. Подхожу к Ворону и забираю чашку с кофе из его рук себе.

— И кстати, я пью чистый черный кофе без сливок и сахара, — добавляю, сделав большой глоток. — Так что не надо готовить мне ту сладкую бурду, которой вы поили меня в прошлый раз.

Для меня разговоры о кофе — выход на иной уровень отношений, пусть они и не знают об этом. Теперь они — те мужчины, которым я могу рассказать о своих вкусах.

Многое изменилось с того момента, когда я впервые проснулась в этом доме. И еще больше с того мига, когда я впервые вступила на второй этаж борделя Мадам Лу в роли полуголой шлюхи.

Мое сердце пропускает удар.

Внезапно вспоминаю, как на этой же кухне отправила смс-ку Майе, пока в то первое утро в этом доме парни возились с кофе. Тогда еще я надеялась на помощь, а теперь понимаю, что сама же взвела бомбу замедленного действия.

Не понимаю, почему пытаясь избавиться от секретов между нами, я каким-то образом только постоянно создаю новые.

А еще, получается, сегодняшняя проверка на доверие совершенно бесполезна. Ведь ни один из них не проверил историю браузера, раз я до сих пор жива и на свободе. У меня не было достаточно времени, чтобы стереть данные, а если бы хоть один из них заподозрил неладное, то сразу нашли бы сайт мобильного оператора. И получается… Уже тогда они утратили рядом со мной бдительность, которая не раз спасала им жизни, раз ни один из них так и не знает о том сообщении.

Сегодняшняя проверка на доверие абсолютно бесполезна. Они уже впустили меня в свою жизнь, хотя и делают вид, что это не так.

Медведь неожиданно притягивает меня к себе и целует в губы, подтверждая мои мысли. Закрываю на миг глаза, растворяясь в его крепких объятиях.

Если бы только все могло быть совсем иначе… И не было ни кланов, ни ФБР, ни федерального розыска.

— А тебе палец в рот не клади, Кейт, — после поцелуя произносит Медведь. — Ладно, ты сядешь за руль, но сначала я довезу нас как можно дальше от дома, а потом уже ты, хорошо? Чем дальше мы будем от дома, когда ты поведешь, тем лучше будет для всех нас.

— Спасибо, — отзываюсь почти неслышно.

— Считай это моей благодарностью за вчерашнее, — отвечает он с лукавой улыбкой.

— Ну, блин, Медведь! — закатывает глаза Ворон, но при этом его губы легко изгибаются в неком подобии улыбки.

— Что поделать, уговорить меня несложно, — отзывается со смехом Медведь. — А Кейт определенно умеет это делать.

— Вообще-то все, что я умею, научил меня именно ты, — напоминаю я, приподняв одну бровь.

— Так, завязывай с разговорами, а то мы сейчас никуда не поедем, а снова займемся твоими знаниями, — произносит он с улыбкой.

Фотографии не способны передать всё волшебство момента, я поняла это еще, когда просматривала семейные альбомы. Может быть, я была слишком мала на тех снимках и поэтому не помнила половину запечатленных там событий, но с тех пор каждый миг, который делает меня хоть сколько-нибудь счастливой, я стараюсь впитать в себя, как губка. Таких событий в моей воображаемой шкатулке, в которой я храню важные и необычные воспоминания, не так много. Но только что я бережно добавляю туда еще одно.

Сегодняшнее утро, когда они оба улыбаются, а мои щеки пылают от воспоминаний.