Глава 16

Обратный путь до дома Тася проделала как в сладком тумане. Воспоминания о тепле Владимира, о его руках, о той странной, выворачивающей душу наизнанку близости согревали изнутри лучше утреннего солнца.

Она шла через общую калитку на участках. Володя остался стоять на крыльце, провожая ее на этот раз только взглядом.

Достаточно было и этого.

Про то, что она шла в мужской футболке, Тася тактично умолчала. А что? Неугомонный сосед ее потом еще раз раздел, уже на кухне.

Тело сладко ныло. Кто-то точно решил стребовать с нее компенсацию за пропущенную ночь.

Сумасшедший…

И лишь подойдя к дому, Тася затормозила. Точнее, она продолжила идти, замедлясь.

Взгляд упал на входную дверь. Она вчера выбежала из дома и забыла ее запереть. Да и как заперла бы, если внутри находился Влад.

Ледяная волна поползла от пяток к макушке. Она не опасалась воров. Это же деревня. Три дома, две дороги. Конечно же, Тася преувеличивала. Поселок был большим и добротным.

Она про другое. Ей отчаянно не хотелось заходить в бабушкин дом. Бывает же такое.

Тася боролась с искушением обернуться и посмотреть, стоит ли Володя на крыльце. Видит ли ее заминку. А если даже и видит, то что дальше? Да ничего.

Дальше пришло еще одно осознание.

Ключи! У Влада не должно было быть ключей от бабушкиного дома! Он априори не мог войти в дом. Но вошел.

Вопрос — как. Через окно проник? Сомнительно. Значит, все-таки у него есть дубликат ключей, и он вошел через дверь, которую она сто процентов каждый день запирала на ночь.

Тася сглотнула ком тошноты. Чертов ублюдок. Надо теперь менять замки.

Она вошла в гостиную, и по спине пробежали мурашки. В глаза сразу бросились буроватые засохшие капли и мазки. Кровь…

Перед внутренним взором тотчас нарисовалась картина, как он, шатаясь и упираясь рукой в стену, шел по коридору. Или нет… Или его тащил Володя? Щеки обожгло огнем.

Она прошла дальше. В спальне царил хаос. Опрокинутый табурет, скомканное одеяло, валяющееся на полу, осколки… Тася грустно улыбнулась. Да-а… Весело она жила последнее время, ничего не скажешь.

Она уже наклонилась, чтобы собрать первые осколки, когда резкий, настойчивый звонок в дверь заставил ее вздрогнуть и выпрямиться. Сердце прыгнуло в горло. И кто к ней мог пожаловать?

Снова…

На крыльце стояла баба Люба. Ее лицо, изборожденное морщинами, как картой всех деревенских передряг, пылало нездоровым возбуждением.

— Ну наконец-то, черт побери…

Что особенно умиляло Тасю в этой женщине, так это ее крепкие словечки. Не стеснялась она в выражениях. Вот и сейчас складывалось впечатление, что она готова была припечатать посильнее. Повыразительнее, так сказать.

— Ты где была, спрашивается? Я тут глаз, понимаешь, не сомкнула!

Уголки губ Таси самопроизвольно дрогнули в улыбку.

— И вам здравствуйте, бабка Люба.

— Ты мне тут давай зубы не заговаривай! — Соседка сделала шаг вперед, и Тася почувствовала запах свежего хлеба и дегтярного мыла. — Сначала ночью шум в доме, грохот! Потом этот… Володя, — она с особым смаком протянула мужское имя, — мелькает под окнами… Тенью такой! Ну, думаю, все, щас погром будет! Машину твоего муженька-то я сразу приметила. А потом смотрю — и он сам пожаловал… Шатается, еле идет, но идет, гад! Че, на разборки приезжал, да?

Вопрос повис в воздухе. Тася взглянула в ее маленькие, пронзительные глазки-буравчики и увидела там не просто любопытство. Увидела тревогу. Старую, уставшую, но живую тревогу.

— Чай будете, баб Люба? — внезапно предложила Тася.

Соседка прищурилась, оценивающе осмотрела ее с головы до ног.

Ну да, в футболке. Мужской…

— А вот и буду! — не без вызова отозвалась баба Люба, старательно пряча улыбку.

— Тогда проходите…

Баба Люба направила на нее указательный палец.

— Я-то пройду. Но не думай, дорогая, что от меня так просто можно отмахнуться! Я, между прочим, ночью, как шум утих, в щеколду палку вставила! Хозяйственную, крепкую. Чтобы люди знали, что никого нет дома, если что.

Тася уступила дорогу соседке. Ну да, палка в дверном засове — это мощно, конечно же!

Они посидели, попили чай. Баба Люба еще немного потрещала, походила вокруг да около.

Потом махнула рукой.

— Молчишь, как партизанка!

— А о чем говорить? — Тася мягко улыбнулась.

Баба Люба фыркнула и поднялась.

— Ладно, пойду я. Слушай… Но мне понравилось, как твой твоего… — Она не договорила, рассмеялась. — Твой твоего, вот это я сказанула. Эх, молодость… Мы тоже чудили. Бывало…

Тася проводила бабу Любу, потом приступила к уборке. Хватит прохлаждаться.

Она убиралась, а неприятный червячок подгрызал ее изнутри.

Она почти не удивилась, когда телефон зазвонил. Влад… Объявился… Сейчас на нее весь яд сольет.

Она не то чтобы была готова к его звонку. Просто знала, что ответит.

Но звонил не он. Номер был незнакомый. Последние три четверки… А их она уже где-то видела!

Тася, поспешно отложив в сторону тряпку, нажала на «принять».

— Слушаю.

— Таисия Александровна, добрый день. Вас беспокоит Бертяшова Наталья Васильевна, ведущий юрист «Теко». Вам удобно говорить?

Боже.

У Таси подкосились ноги. Она слышала про «Теко»! Это же такие акулы, что мама не горюй… Она на днях смотрела видосик про них, попался в ленте. Надо же, как интересно получалось…

Тася опустилась на край дивана. Лучше не рисковать.

— Конечно, Наталья Васильевна.

— Прекрасно.

Она продолжила говорить. Сказала, что ее профиль — это как раз бракоразводный процесс, и она готова заняться ее делом. Тася слушала не перебивая.

В голове лишь звучал один вопрос: каким образом Володя вышел на «Теко»?

Нет, Тася соврала. Было два вопроса, второй: а чем она будет рассчитываться за услуги Натальи Васильевны?

— Предлагаю встретиться и обсудить дальнейший план действий лично.

— Наталья Васильевна. — Тася набрала в легкие побольше воздуха. — Извините, что вас побеспокоили. Попросили мне позвонить… Я скажу как есть. Мне нечем платить за ваши услугу.

Женщина мягко рассмеялась.

— Вам и не придется. Для вас мои услуги абсолютно бесплатны.

Пульс ударил в виски.

— Но…

— Таисия Александровна, не горячитесь. Я все-таки предлагаю завтра встретиться. Вам комфортно будет подъехать на встречу?

Будет ли ей удобно пообщаться с одним из самых крутых юристов по бракоразводным процессам?!

— Конечно.

— Замечательно. Я пришлю вам координаты кафе, где буду завтра вас ждать.

Тася некоторое время молча смотрела на телефон. Потом прижала ладони к щекам. Остановите эту землю, она сойдет.

На этом история с телефоном не закончилась.

Пришло сообщение о поступлении денег на карту.

Та же сумма.

Черт. Вот зачем он так?

Тася провела рукой по лицу, словно пытаясь стереть проступившее вдруг жгучее чувство унижения. В горле запершило.

Вова, ну какого хрена, а?

Вот честно.

Это неправильно! Она против, чтобы Володя ей платил... Это для нее воспринималось именно, как «платил». Не помощь, не подарок, а четкий, бездушный расчет. Плата за услугу. Словно она удобный сервис, а не живой человек.

Она помнила, что он сказал. Что для него материальная база — это повод снять с себя лишние хлопоты о женщине. Так она и ничего не просила!

Он сам давал… И она сейчас не про деньги.

Для него происходящее — это секс без обязательств. Она помнила. Ок, лично у нее не было никаких претензий к Володе.

Но именно сейчас его щедрость обжигала.

А что с ней?..

Да и тут все просто.

Влипла она. Со своей любовью и всеми вытекающими... С надеждами, желанием близости не только тел, но и мыслей. С глупой, наивной мечтой, что для него она тоже стала чем-то большим, нежели приятным эпизодом.

Боже.

Глаза предательски защипало. Она зажмурилась, откинув голову назад. на спинку кресла.

Не вывозила она что-то...

Ее будто разрывало изнутри.

Гнев на него за этот перевод боролся со стыдом за саму себя. За то, что позволила чувствам взять верх, за то, что теперь так больно.

Хотела спокойно отдохнуть, подышать свежим воздухом, отвлечься от городской суеты? А что получила?

Между вопросом и ответом возникла пауза, густая и звенящая, как туман в ушах.

Много что она получила на самом деле.

Всплеск страсти, который перевернул все с ног на голову. Мгновения настоящей дикой радости, когда мир сузился до его прикосновений.

Разве этого мало? Нет, серьезно?

— Привет.

Услышав мужской голос, Тася вздрогнула и резко повернулась, сердце дико заколотившись где-то в висках.

В дверном проеме стоял Володя, прислонившись плечом к косяку. Он смотрел на нее внимательно, чуть прищурившись в характерной своей манере.

Она не слышала, когда он вошел. В ушах застучало от волнения.

И так символично вышло...

Деньги переводил уже на крыльце? Прямо перед тем как переступить порог? По телу пробежала дрожь обиды. Она сильнее сжала телефон в ладони.

— Ты… — начала она, но голос сорвался. Она сглотнула и продолжила: — Ты зачем это сделал?

Он медленно вошел в комнату, и пространство вокруг нее словно сжалось, наполнилось его присутствием, запахом свежего ветра и кожи.

— Сделал что? — спросил он, но в глубине глаз, кажется, мелькнуло понимание.

Он знал, о чем она.

— То! Точнее, это!

Она подняла телефон на уровне их глаз.

— Перевел мне деньги! — уточнила Тася, не замечая, как повысила голос.

Во взгляде Владимира мелькнуло раздражение.

— Мы это уже обговаривали.

Да, они обговаривали!

Точнее, нет. Не так.

— Говорил ты, — напомнила Тася тише.

Нельзя повышать голос на чужого человека…

Тем более, который вот так… С «обговаривали» пришел.

Внезапно на девушку навалилась усталость.

Может, пора, чтобы ее все оставили в покое?

Владимир не спешил с ответом. Он сунул руки в карманы и качнулся на каблуках.

От него исходило тепло. То самое, к которому она так привыкла за эти недели. Которое стало для нее синонимом безопасности и какой-то смутной, невысказанной близости.

И поэтому деньги воспринимались особенно остро. Как пощечина, как ледяная струя в этом тепле.

Неправильно…

Если бы они были бумажными, она бы сказала, что они жгли ей карман!

— Что случилось? — внезапно спросил Володя, сканируя ее лицо.

— В смысле? — Она развела руками в беспомощном жесте.

— В прямом. Мы обозначили позиции в отношениях.

Ах, вот что...

— Позиции, значит.

Она могла сказать вслух, что не была содержанкой и не будет! Но имело ли это значение?

И еще… Влад бы ей напомнил, что она как раз только и была содержанкой. Жена — лишь штамп в паспорте, не больше.

Тася смело посмотрела в глаза Владимира. Они ничего не выражали. Абсолютно. Лишь тотальное спокойствие.

Но она, черт побери, не верила ему! Вот прямо сейчас не верила… Почему? А фиг его знает.

Слишком спокойным он был. Точно надел броню. Ему так было удобно.

Что ж… Она не могла его в чем-то обвинить. Или упрекнуть.

Да-а, все, что происходило укладывалось в рамки «обговоренных позиций».

Он никогда ее не обманывал и ничего не обещал. Все было честно, как на бирже. Он давал хороший секс, защиту, помощь. Деньги… Да-а… А она? Что она давала взамен?

Себя.

И этого ему было достаточно.

— Володь, не надо больше денег, хорошо? — выдохнула она, выдерживая его взгляд.

А он у него все тяжелел.

И это, наверное, хорошо. Ей удалось пробиться через его брешь, и она этому радовалась.

Владимиру не нравился этот разговор.

— Тебе звонила Бертяшова?

Он перевел разговор, будто предыдущие минуты были техническим сбоем.

— Да. мы договорились о встрече.

— Хорошо. Когда?

— Завтра.

— В городе?

— Да.

Он кивнул.

— Вместе поедем.

Всего два слова. И градус настроения Таси резко, против ее воли, повысился. В ушах застучало, забарабанило, кровь ударила в виски.

Что он творит? Разве так можно?

Она его не понимала. Совсем.

В его логике был сбой. Где пролегла граница между личной территорией и тем, куда они оба, казалось, не готовы ступить? Или он уже переступил ее, даже не заметив?

Она кивнула.

— Спасибо.

В конце концов, зачем отказываться?

Они просто соседи.

Просто попутчики…