11. Вскрытая могила

Мы с Анной-Ми переглянулись, стоя в темноте, возле лестницы. – Какая странная просьба, – граф заложил руки за спину и перекатывался с пятки на носок. – Какая необходимость делать это ночью? Подождем утра, так вы все лучше рассмотрите – гробы, останки, могильные камни… – Не паясничайте, месье, – сказал Франко де Неваль, подобравшись, как для боя. – Откройте склеп. Я схватила Анну-Ми за руку, взволнованная до глубины души. Что же произошло, если даже королевские ловчие, верящие лишь науке и пуле, заинтересовались склепом? – Или вам есть, что скрывать? – подозрительно спросил старший де Неваль. Граф пожал плечами и обратился к Пульхерии, которая стояла рядом с ним, как фурия, готовая обрушиться на любого, посмевшего навредить ее хозяину: – Принесите ключ от склепа, дорогая Пульхерия, – сказал он. – Ключ лежит в моей комнате, в правом верхнем ящике стола. Служанка окинула презрительным взглядом господ ловчих и отправилась наверх. Анна-Ми хотела скрыться, но я удержала ее и потянула за собой, и она нехотя подчинилась. – Что происходит? – спросила я, спускаясь по ступеням. – Господа, к чему вам склеп? – Дамам лучше отправиться в свои комнаты, – посоветовал старший де Неваль, воинственно топорща усы. – Вряд ли нам будет безопаснее где-то, как не рядом с вами, – ответила я очень любезно, хотя всё внутри меня так и клокотало.Чудесные капли Анны-Ми уже не помогали, и как я ни пыталась, успокоиться не могла. – Пусть девушки идут с нами, – сказал младший де Неваль отцу. – Им и в самом деле будет безопаснее возле нас. Не так ли, месье граф? Мне показалось, младший ловчий произнес последние слова не просто так. И как-то слишком пристально посмотрел на Лагара. – Людям его величества виднее, как правильно поступить, – ответил граф безо всякого выражения. – Я лишь исполняю вашу волю. – Хотелось бы верить, – пробормотал Франко себе под нос. Вернулась Пульхерия с ключом и огромным фонарем на металлическом кольце. Она рвалась пойти вместе с нами, но граф велел ей остаться дома. – Саломея уже спит, – сказал он служанке, – присмотрите, чтобы ее никто не побеспокоил. – Да, месье Лагар, – проскрипела Пульхерия, глядя на ловчих почти с ненавистью. – Идет дождь, – продолжал граф. – Думаю, дамам надо надеть плащи. Возьмите мой и Саломеи, пожалуйста. Он накинул женский плащ на плечи Анне-Ми, а мне подал свой – широкий, черный, на плотной алой подкладке. – Так вы не промокните, – сказал Лагар, глядя мне прямо в глаза. Я выдержала его взгляд. Сегодня я узнаю правду. Я чувствовала, что это произойдет сегодня. Граф взял у Пульхерии фонарь и ключ и пошел первым. Франко де Неваль жестом приказал мне и Анне-Ми держаться за ним и отцом. – Вы так обходительны с женщинами, – не удержалась от колкости Анна-Ми. – Растрогали меня до слез. Это столь благородно – быть готовым отдать жизнь за нас с Медхен. – Уймитесь уже, – процедил он сквозь зубы. Анна-Ми сладко улыбнулась, отчего бравого охотника так и передернуло. Снаружи и в самом деле лил дождь – почти как в первый день нашего с Анной-Ми приезда в Ардеш. Свет фонаря через стену воды казался тусклым оранжевым пятном. Граф повел нас в обход замка, через липовую аллею, к каменным завалам, оплетенным плющом. Мы подошли ближе, и я поняла, что то, показалось мне нагромождением огромных валунов, на самом деле было грубо сработанной гробницей. Горгульи, вытесанные неизвестным мастером из черного камня, зловеще щерили на нас клыкастые морды. Капли дождя заиграли в их глазницах, отразив свет фонаря, и мне на секунду почудилось, что чудовища подбираются к нам поближе, прикидывая, как поудачнее напасть. – Какое унылое место, – сказала Анна-Ми и зевнула. – Не лучше ли нам вернуться в замок, господа? Что вы надеетесь найти здесь ночью? – Открывайте, Лагар, – велел старший де Неваль, проигнорировав Анну-Ми. – Подержите фонарь, будьте добры, – попросил граф вежливо, протягивая фонарь Франко. Тот помедлил, и я выступила вперед. – Давайте, подержу, – я схватила металлическое кольцо, и наши с графом руки соприкоснулись. Пальцы его были горячими, и чуть дрогнули. Он боится? Нет, графу Лагару не подходит слово «боюсь». Но что-то его тревожит. Что мы узнаем правду? Граф открыл заржавелый замок и толкнул тяжелую, обитую металлическими пластинами, дверь. Он вошел первым, исчезнув в темноте, и я смело шагнула следом. Если Лагарам есть, что скрывать, сегодня от их тайн ничего не останется. Склеп не был расписан изнутри. Глубокие борозды проходили по стенам – следы сколов, когда пробивали пещеру. Я посветила назад, чтобы ловчие и Анна-Ми увидели дорогу. – Прошу, господа, – раздалось из темноты, и я по голосу догадалась, что граф усмехается. – Ищите, что хотели. Золото, драгоценности, вампиров… – Ну и шутки у вас, – проворчал старший де Неваль. Франко тем временем взял у меня фонарь и начал рассматривать надписи на могильных плитах. Я не знала, что он искал, но он продвигался от одной могилы к другой, удаляясь от входа, и все мы тянулись за ним – молча, оглядываясь на грубо отесанные стены. Граф держался немного в стороне, не ступая в круг света, но я чувствовала тяжелый взгляд – Лагар смотрел на меня. Смотрел – или я сошла с ума. – Долго еще? – промурлыкала Анна-Ми и зевнула, как кошечка. – Вы бы хоть объяснили, что мы ищем, дорогой королевский ловчий. – Могилу первого Лагара, – ответил Франко де Неваль глухо. – Вот она. Он поднял фонарь повыше, и я вздрогнула – плита на одной из могил была сдвинута. Как раз настолько, чтобы в щель мог пролезть человек. Или выбраться из могилы. – Как получилось, что могила вскрыта? – спросил старший ловчий. Мы обернулись к графу, невидимому за границей света. – Кто открывал могилу Дирка Лагара? – повторил де Неваль уже с угрозой. Граф молчал, и Франко де Неваль произнес звонко и зло: – Отвечайте! Немедленно отвечайте! Я тоже ждала ответа графа. Ждала с бешено бьющимся сердцем. Дирк Лагар воскрес… и начал свою жатву… Анна-Ми подавила зевок. Похоже, её ничуть не удивила вскрытая могила. Она оперлась о соседнюю могильную плиту и следила за ловчими и графом скучающим взглядом. – Что вы хотите услышать? – спросил граф с легким презрением. – Мы воевали с тобой, Франко, я даже как-то жизнь тебе спас. Хочешь сейчас арестовать меня из-за каких-то бабкиных сказок? Тебе лучше меня известно, что все в этом городке помешаны на дьявольщине. Но ты и правда считаешь, что я как-то с этим связан? – В городе болтают, что Дирк Лагар восстал из могилы… – Франко старался держаться храбро, но голос его подвел. – Посмотри внутрь и увидишь там кости и клочья савана, – произнес граф невозмутимо. – Если он восстал, то позабыл пару костей и череп в придачу. Вместе с зубами. Де Невали осмотрели могилу и насупились. Я тоже подошла посмотреть и убедилась, что граф сказал правду. Внутри лежал череп, и зубы у него были на месте – обыкновенные, человеческие зубы. – Но что произошло? – спросил младший ловчий уже другим тоном. – Ничего особенного, – граф сделал шаг вперед и оказался в круге света. Лагар не превратился в чудовище, и глаза у него не полыхнули красным огнем – обычный мужчина, улыбающийся углом рта, насмешливый… – А могила… – Кто-то открыл могилу проклятого первого Лагара, только и всего, – граф скрестил на груди руки. – Когда это произошло? – продолжал расспрашивать Франко. – Я обнаружил в августе прошлого года. Замок был сбит, могила разорена. – Нападения волка начались в июне, – ловчий поднял фонарь, чтобы осветить лицо графа. – Когда вы последний раз видели склеп закрытым? – спросил старший ловчий. – В мае. – Почему вы скрыли этот факт? – А почему я должен был его обнародовать? – последовал насмешливый ответ. – Я никогда не питал особого почтения к своему предку-убийце, в округе его ненавидели и ненавидят до сих пор – так зачем беспокоить людей и власти? Тем более, я не верю во всю эту чушь – оборотни, восставшие мертвецы и прочее. Я слушала мужчин, не вмешиваясь, впитывая каждое слово. Что-то не ладилось, что-то совсем не ладилось… – Вернемся, – взмолилась Анна-Ми. – Я устала и просто падаю с ног. Почему бы нам не продолжить разговор под крышей, в тепле, а не в могильном склепе? – Поддерживаю, – граф коротко поклонился Анне-Ми. – Может, я предложу вам по рюмочке шерри, чтобы согреться? Старший де Неваль покосился на раскрытую могилу и признал: – Думаю, мы можем продолжить разговор в другом месте. Здесь вряд ли есть резон оставаться. – Вот и я так думаю, – спокойно сказал граф. – Позвольте фонарь, мадемуазель, – он протянул руку, чтобы забрать у меня фонарь. – Закутайтесь в плащ, дождь ещё не кончился. Мы пошли обратно к замку – гуськом, растянувшись по узкой тропинке между деревьями сада. Граф шел впереди, а я – перед Франко де Невалем, который замыкал наш маленький отряд Молодой ловчий надвинул широкополую шляпу на лицо, чтобы уберечься от дождя, и был необыкновенно мрачен. Я тронула его за руку, и он поднял голову. – Чего вам? – спросил он раздраженно. – Почему вы так обеспокоены останками первого графа Лагара? – спросила я тихо. – Вы были убеждены, что в Ардеше свирепствует волк. Что изменилось? – Как удивительно! – произнес Франко де Неваль с насмешкой. – Что именно, месье? – чтобы лучше его слышать, я сняла капюшон, и волосы тут же намокли от дождя. Мы остановились, и граф, державший фонарь, ушел вперед, уводя за собой Анну-Ми и де Неваля-старшего. Теперь мы могли говорить, не боясь быть услышанными. – Я удивлён, – сказал ловчий раздельно, – что шапероны прибыли охотиться на нечисть, не удосужившись разузнать о местных дьявольских преданиях. А ведь все они, как ни странно, связаны с семейством Лагар. Да я и сам не прочь кое-что узнать о дорогом Рауле, хотя он и спас мне жизнь! – Объяснитесь, – потребовала я. Но тут из пелены дождя вынырнул граф. Фонаря при нем не было, мокрые волосы прилипли к его щекам и лбу, но даже в темноте было видно, как сверкают в улыбке белые зубы. – Вы нарочно решили уединиться? – спросил он. – Не слишком романтичное место для любовных признаний. – А мы вовсе не о любви говорим, – отрезал де Неваль, оттолкнул графа плечом с дороги и пошел к замку. Лагар даже не оглянулся на него и сделал шаг по направлению ко мне. – Вы говорили не о любви? Тогда о чём же? – спросил он живо. – О чём, мадемуазель MJV? – Почему такое любопытство? – ответила я вопросом на вопрос. – Может, я ревную, – предположил он. – Де Неваля? – ответила я, как можно презрительнее. – Вы меня разочаровали. А какая трагедия для местных дам! Предмет их воздыханий – содомит! – Откуда юным барышням известны такие мерзости? – не остался в долгу граф, преграждая мне путь. – Хотите докажу, что вы ошибаетесь? Мы одновременно смахнули прилипшие волосы со лба, но уходить никто не собирался. Дождь поливал все сильнее, и над Ардешем блеснула молния, а потом до нас докатился глухой раскат грома. – Приберегите доказательства, – отрезала я, – будете предъявлять их жене. – Вы колючка, знайте это. – Не забывайте вы. – Так о чем вы болтали тут с де Невалем? – вернул разговор в прежнее русло граф. – Мы говорили о покойниках, – ответила я. – До оскомины скучная тема. Не желаю её продолжать. – А что показалось бы вам интересным? – спросил он. – Постойте, дайте поразмыслить, – я приставила палец к носу, изобразив глубокое раздумье. – Сгораю от нетерпения услышать, что вам интересно, – произнес граф и попытался взять меня за руку, но я проворно отступила. – Интересным мне сейчас показался бы таз с горячей водой, – сказала я ледяным тоном, – сухая рубашка и теплая постель. Идёмте в замок, у вас гости, а вы о них позабыли. – Почему же? – он все-таки пошел к замку – медленно, оглядываясь через шаг – иду ли я за ним. – Де Невали – взрослые мальчики, а вы – тоже моя гостья. Или позабыли? Кстати, насчет теплой постели… Осмелюсь предложить вам свою. Она теплая, и мягкая, и я готов охранять вас всю ночь. – О чём вы, вообще? – я потеряла терпение. – Что вы за человек, если говорите подобные бесстыдства девушке? – Это – показатель гостеприимства, – запротестовал Лагар. – Вы – паяц, а не граф, – огрызнулась я. Мы вошли в замок, и Пульхерия заперла за нами двери, объявив, что де Невали не пожелали остаться и уехали. – В такую погоду, – граф покачал головой. – Настоящие безумцы. – Пусть катятся отсюда подальше, – буркнула служанка, покосившись на меня. – Никто не обидится. Без сомнения, мне и Анне-Ми она желала того же. – Где моя госпожа? – спохватилась я. – Поднялась в свою комнату, – ответила Пульхерия с оскорбительным высокомерием. – Сказала, что страшно устала и отправляется спать. – Мне надо причесать её на ночь и взбить перину, – ответила я, как и полагается примерной компаньонке, коротко поклонилась графу и поспешила к лестнице, пока Лагару не вздумалось снова проявлять свое оригинальное «гостеприимство». На верхней ступени лестницы я посмотрела вниз. Граф стоял, положив руку на перила, и смотрел мне вслед. Я фыркнула, изображая негодование, и поспешила к Анне-Ми. Моя подруга уже лежала в постели, и как я ни пыталась растормошить её, разговаривать о склепе Лагаров и волках отказалась. – Только не этой ночью, – она перевернулась на другой бок. – И тебе советую лечь. Чтобы выполнить миссию успешно, надо выспаться. – Но послушай… – я села на край кровати и потянула с подруги одеяло. – Не стану ничего слушать, – отрезала она. – Я сплю, и пусть мне приснится граф. И если он решит меня похитить, я даже не стану сопротивляться. Потому что у меня нет ни сил, ни желания это делать. Она и в самом деле заснула почти сразу же, к огромной моей досаде. Я походила по комнате, хотела высушить волосы, но сразу же забыла об этом. Граф не запер склеп. Небрежность? Или умысел?.. Сказал ли он правду о разорении могилы? Я ни разу не встречала вампиров, но наставник был уверен, что они существуют. Может, мы ищем оборотня, а виновник все это время прятался в фамильном графском склепе? По легендам, вампиры питаются кровью, но где кровь – там и плоть. Что если Лагар и в самом деле восстал из могилы?.. – Анна-Ми, – затрясла я подругу, но она только недовольно промычала что-то в ответ и вяло отмахнулась. Лучше было бы дождаться дня и еще раз осмотреть склеп, но я не могла усидеть на месте. Что-то толкало меня, тревожило, заставляло дрожать сердце. Я набросила свой старенький красный плащ, тихонько открыла двери спальни и прислушалась. В замке было тихо, как в могиле. И так же темно. Я на цыпочках пробежала коридор, сжимая трость во вспотевшей ладони, спустилась по лестнице, открыла засов на входной двери и выскользнула из замка. Дождь немного утих, но гроза еще бушевала вдалеке. Я хорошо запомнила дорогу, и безошибочно нашла дорогу до склепа Лагаров. Замок не был заперт, и я толкнула тяжелую дверь. Если первый Лагар – вампир, он вернется сюда на рассвете. Вампиры не переносят дневного света. И серебра. Оборотни тоже не терпят серебра. Серебро – это чистота, оно убивает любую нечисть. На ощупь добравшись до могилы первого Лагара, я встала у стены, приготовившись караулить до рассвета. Пусть мои подозрения глупы, но я узнаю все наверняка. Я приготовилась ждать до рассвета, но прошло минут десять, не больше, когда скрипнула дверь, и кто-то крадучись зашел в склеп.