Глава 7

Некоторое время в комнате висела настолько напряжённая тишина, что казалось – ещё немного, и она просто начнёт искрить, как оголённый провод. Надо признать, что если я за несколько веков своего существования и проникся к чему-нибудь искренней подсердечной ненавистью, так это к вот таким вот душеспасительным разговорам. Ну вот что я могу ей сказать помимо того, что уже говорил и тогда в Зареченске, и потом? Леночка же молча смотрела на меня полными невыплаканных слёз глазами, и с каждым мгновением я чувствовал себя всё большим мерзавцем. – Леночка… – я откашлялся и мысленно воззвал ко всем покровителям несчастных мужчин, какие только есть, – ты ведь всё прекрасно понимаешь. Я говорил тебе: я некромант, у нас не бывает семьи, жены, детей… Это такая своеобразная плата за наше могущество. Мы слишком близко стоим к смерти, чтобы иметь возможность дарить жизнь. «Красиво сказал, – одобрительно мурлыкнула у меня в голове Госпожа, – но не надо всё валить на меня, Антоний!» «Мало мне одной недовольной женщины, – проворчал я, – так и ты ещё. Давайте, добивайте меня, чего уж там!» Смерть ничего не ответила, но в голове этаким лёгким ледяным ветерком пронёсся её серебристый смех. – Но я… Знаешь, – сейчас она разговаривала со мной не как секретарша, а как женщина, чьи надежды на конкретного мужчину не оправдались, – Софья тоже говорила мне, что связь с тобой ничем не кончится, в смысле – ничем хорошим. Но мне казалось, что я… Она подошла к окну и оперлась изящной ручкой о подоконник, другой стиснув на груди легкомысленный халатик. – Ты много значишь для меня, Леночка, – я понимал, что ситуация предполагает, что я сейчас встану и обниму печально сгорбившуюся у окна девушку. Но я ни за что не стану этого делать, потому что этим поступком дам ей шанс воздействовать на меня старым, как мир, способом и тем самым оставить разговор незавершённым. А зачем мне под боком эта мина замедленного действия? – Это не совсем те слова, которые я хотела бы услышать, – грустно улыбнулась она, глядя на меня через плечо, – но я понимаю, что ни на что большее рассчитывать не могу… Но я всё равно верю, что однажды моя любовь… – Переигрываешь, – совсем негромко сказал я, старательно пряча довольную ухмылку: раз она начала хитрить, значит, всё в порядке, и ведьмина натура взяла верх. Это по-прежнему опасно, но уже хотя бы привычно. – Да? Леночка слегка поморщилась и забралась на диван с ногами. Неожиданно серьёзно посмотрела на меня и негромко спросила: – Значит, у меня вообще нет шансов? – Нет, – честно ответил я, – и не потому что ты какая-то не такая. Ты умница и красавица, способная сделать счастливым любого нормального мужчину. Это я не такой, пойми. По идее, даже те отношения, которые у нас есть, уже перебор для некроманта. Так что можешь вполне заслуженно этим фактом гордиться, и я сейчас абсолютно серьёзен. – И что, ты будешь спокойно смотреть, как я, предположим, встречаюсь с кем-то другим? – Почему спокойно? – я мысленно погладил себя по голове за безупречно сыгранную сцену. – Мне будет трудно и, наверное, даже порой больно, но я с собой справлюсь, потому что твоё счастье для меня важнее, понимаешь? Именно с этим связано то, как я поступил с тобой. Твоя безопасность – превыше всего остального, она для меня в приоритете. И, может быть, в честь того, что мы наконец-то объяснились и поняли друг друга, ты всё же примешь от меня подарок? – Даже не знаю, – девушка накрутила на пальчик смоляной локон, – а что там? – Давай посмотрим? Я подмигнул ей, снова извлек из кармана бархатный футляр и открыл его, специально встав так, чтобы свет лампы как можно выгоднее подчеркнул красоту изумруда. – О! – выдохнула Леночка, восторженно глядя на вспыхнувшую и заигравшую в электрическом свете драгоценность. – Какая красота! Это изумруд? Такой крупный?! – Я же говорил, что мне для тебя ничего не жалко, – я вытащил кулон и бережно надел его на замершую девушку, ловко застегнув особо прочный замочек. Никто кроме меня не заметил, как прозрачная дымка на миг окутала Леночку и словно впиталась в неё. Привязка сработала, и теперь мысль о том, что кулон можно снять, даже не придёт ей в голову. Кроме того, я всегда буду знать, где она находится, так как совершенно осознанно ко всем прочим заклинаниям добавил и простенькую, но безотказную следилку. – Это не только эксклюзивное украшение, – Леночка удивлённо взглянула на меня, на секунду оторвавшись от любования собой в большом зеркале, – камень заговорён на защиту от ментального вмешательства. Я знаю, что Софья учит тебя закрываться, но, пока ты учишься, так всем будет спокойнее. Мне обязательно нужно было сказать Леночке о том, что на кулоне есть заклинания, так как та же Годунова может ей на это намекнуть, а зачем мне очередные разборки из серии: почему не сказал, что за тотальный контроль! А так я сам предупредил её о том, что кулон «с начинкой». Ну а что не рассказал, с какой именно, – это уже совершенно другой вопрос. Зачем девочке знать, что теперь рядом с ней постоянно будет находиться бывший криминальный авторитет? Ни к чему ей такие знания, от них морщинки появляются… – Обследуй здесь всё до самого последнего угла на предмет любых следилок, – велел я Карасю, воспользовавшись тем, что Леночка ненадолго вышла, – и держи это под контролем ежедневно, понял? – Понял, сделаю, – прошелестел Карась, – вечером являться с докладом? – Только если что-то обнаружишь, – подумав, решил я, – не стоит её надолго оставлять одну. – Выполню, – донеслось на пределе слышимости. Попрощавшись с Леночкой и заверив её в неизменности своих нежных чувств, я отправился домой, пытаясь разобраться в причинах не покидающей меня тревоги. Она не была связана именно с Леночкой или с кем-то достаточно близким, а носила, если можно так выразиться, общий характер. Чувство приближающихся проблем усиливалось с каждым часом, и я не видел причин не доверять своему предчувствию. Вернувшись к себе, я закрылся в кабинете и велел не беспокоить меня до того момента, пока я сам не выйду, так сказать, «в люди». Мне нужно было проанализировать свои мысли, ощущения и догадки, чтобы выстроить план дальнейших действий. И коллективный мозговой штурм мне для этого был совершенно не нужен. Отвлекающий момент в виде Леночки я нейтрализовал: в Карасе я был уверен, он слишком сильно хочет получить обещанную награду, поэтому охранять девушку будет не за страх, а за совесть. Заодно вспомнит, что это такое – ему будет полезно, однозначно. Итак, сейчас моя основная проблема – Мари, и, что бы я ни говорил Саве и Алексею, она по-настоящему сильный и серьёзный противник. То, что она достаточно легко отступила во время нашей последней встречи, ни в коем случае не говорит о её слабости. Наоборот, это свидетельствует о том, что у неё уже есть план, и пришла она исключительно для того, чтобы освободиться от предыдущих обязательств. Ей нужно, чтобы у неё были развязаны руки – это шито белыми нитками. И возникает вопрос – для чего? Что эта змеюка подколодная задумала? То, что она ни при каком раскладе не откажется от своей идеи вернуть из-за Кромки тех, кого собиралась, – это понятно. Но для этого ей нужен Егор с его талантом и гибридным даром. А Егор исчез, значит, Мари сделает всё возможное и невозможное для того, чтобы его найти, и я почти не сомневаюсь, что ей это удастся. Как бы ни путал Топлев следы, в какую бы глушь ни забирался, она сможет отыскать их, если захочет. Не быстро, скорее всего, но отыщет. И здесь мне нужно понять, какую позицию я займу: буду ждать, наблюдая и ничего не предпринимая, или займусь тем, что создам для бывшего ученика и его нынешнего наставника убежище. А то и для себя, так как , получив старую силу, Мари сделает то, что подскажет ей ведьмовская натура: она начнёт мстить. И в том, что я войду в «чёрный список» наряду с Годуновой и некоторыми другими, можно даже не сомневаться. Значит, вывод напрашивается сам собой: нужно заниматься созданием убежища – это раз, и было бы хорошо обзавестись собственной небольшой армией – это два. Вот не было печали… Но, если быть честным хотя бы с самим собой, мне сложившаяся ситуация даже нравится. Как говорил когда-то один мой приятель, жизнь настоящего мужчины скучна и бессмысленна, если в ней нет верных друзей и сильных врагов. Я довольно улыбнулся: ну что же, будет что вспомнить лет через сто или двести, когда я таки соберусь на покой, насколько это в моей ситуации вообще реально. Взяв телефон, я быстро пролистал список контактов, нажал на нужный и, услышав ответ, улыбнулся: – Валера, привет ещё раз. – Антон, добрый вечер, – в голосе старшего Лозовского было искреннее удивление, – не ожидал услышать тебя так скоро. Но рад, что обстоятельства заставили тебя вновь вспомнить мою скромную персону. – С твоего позволения, я сразу перейду к делу, – зная характер нашего зареченского приятеля, я не стал плести ненужные словесные кружева, – помнишь, я просил тебя присмотреть для меня домик? – Ты внезапно решил перебраться в Зареченск? – изумился Валерий. – Не навсегда, – я засмеялся, – у вас, конечно, очень мило, но не настолько, чтобы я рискнул переехать к вам жить. Но дом мне нужен, причём желательно в ближайшее время. – Слушаю тебя, – в трубке что-то зашуршало, видимо, Лозовский приготовился записывать мои требования к будущему жилью. – Это должен быть дом в относительно спокойном месте, в идеале – неподалёку от известного нам с тобой погоста, – тут Валерий многозначительно хмыкнул, но ничего не сказал. – По самому дому пожеланий не так чтобы много, но они есть. Первое и главное – большой и сухой подвал, такой, чтобы я мог выпрямиться в полный рост. Второе – очень желательно, но не обязательно – высокий глухой забор. Если нет – поставим, это, к счастью, сейчас не проблема. И третье – он должен быть уже пригоден к проживанию пяти-шести человек. – Вполне адекватные пожелания, – подумав, ответил Лозовский, – ты хочешь его купить или надолго снять? – Купить, – решительно заявил я, – но, разумеется, не на своё имя. И хорошо бы, чтобы никто не знал, что его купил я, найди какое-нибудь подставное лицо и организуй видимость переезда. Да что я тебе объясняю, тут, как говорится, умного учить – только портить. Да, и было бы хорошо, если бы соседей было по минимуму. Ни к чему они мне, сам понимаешь. По цене смотри сам: чтобы было адекватно. Но за хороший вариант я готов заплатить хорошие деньги. Ну и свои пять процентов комиссионных не забудь. – Обижаешь, Антон, какие комиссионные, ты о чём вообще? – как мне показалось, искренне возмутился Лозовский. – Насколько быстро тебе это нужно? – Не скажу, что вот прямо сегодня, но и не послезавтра, – подумав, ответил я, – желательно в течение нескольких дней. Реально? – Не буду обещать, что завтра, но, думаю, в течение недели сделаем, – помолчав и что-то прикинув, определился Валера, – есть у меня кого подключить. Кстати, на днях Игорь возвращается из Испании, может, пересечёмся втроём? Или в компании с твоими парнями? – Подумаю, – не стал отказываться я, так как младший Лозовский находился под моим негласным патронатом, ведь именно я заметил в нём в своё время пока совершенно не развитый дар. – Тогда как только будут варианты, я с тобой свяжусь, – Валера снова зашуршал какими-то бумагами и, попрощавшись, отключился. Я довольно потянулся, чувствуя, как внутри разгорается азарт, не тревога или опасение, а желание ринуться в самую гущу опасных событий. Раньше я за собой подобного не замечал, наоборот, я всегда ратовал за спокойное и неспешное существование. А теперь я всё время спешу, пью жизнь огромными жадными глотками, получая от этого истинное наслаждение. Выйдя из кабинета, я застал всю свою команду сидящей в гостиной: Сава старательно делал вид, что изучает что-то в смартфоне, Лёха листал толстый журнал, держа его вверх ногами, а Фред сосредоточенно вылизывал заднюю лапу. – Ну что, орлы? – я обвёл насторожившихся помощников подчёркнуто суровым взглядом. – Готовы к грядущим испытаниям? – Да мы-то всегда готовы, – осторожно ответил Сава, – а чего делать-то надо? – В ближайшее время мы с вами переходим на военное положение. Сава, что ты решил с бизнесом? – У меня есть человек, готовый купить его хоть завтра, – подумав, ответил Савелий, – это более чем приличные деньги, но я предпочёл бы их вложить в какой-нибудь перспективный проект. Сбережения у меня, разумеется, есть, и на несколько лет абсолютно безбедной жизни их хватит, но потом мне нужен будет источник постоянного дохода. – Организуем, – согласился я, – по этому поводу можешь не волноваться. Безработный пограничник – это такая же редкость, как честная ведьма. Кстати, я думаю, тебе вполне уже можно заняться продажей квартиры. Инна Викторовна что-то говорила про то, что сосед, который живёт напротив нас, собирается переезжать на ПМЖ в какую-то страну у тёплого моря и подыскивает покупателя. У него квартирка, конечно, поменьше, чем эта, но, думаю, тебе хватит. – Было бы неплохо, – Сава поднялся из кресла, – пойду-ка к нему загляну, перетру тему, пока ещё не слишком поздно. – Босс, а мне что делать? – спросил Лёха, тоже выбираясь из уютных объятий кресла. – А мы с тобой едем в лабораторию, – сказал я, но продолжить не успел, так как левую щёку обожгло холодом, а в голове прозвучал голос Карася: «Есть срочная информация».