Часть III. Глеб

Девушка очнулась в тот же момент времени: ровно за неделю до похода в аквапарк. И снова она договорилась с подругой о встрече, заранее зная, что откажется от её предложения. Надо было решить, как выстраивать очередную подаренную жизнь. Но для начала требовалось оправиться от того мощнейшего потрясения, которое она испытала перед возвращением. Наверное, со временем память о событиях поблекнет, но едва ли когда-нибудь исчезнет полностью. А пока ещё ощущения от случившегося слишком уж яркие, слишком свежие и причиняющие душевные страдания, заставляющие содрогаться от испытанного ужаса и заниматься бесконечным самобичеванием. Соломинкой в этом эмоциональном шторме служило лишь понимание, что она смогла взять и исправить то, что при других обстоятельствах навеки раскололо бы жизни нескольких человек на «до» и «после», обернувшись для них огромным горем. А для самой девушки ещё и неподъёмным грузом вины, который просто раздавил бы её, и от которого ей не суждено было бы избавиться до самого конца. Настя горячо благодарила судьбу за эту невероятную возможность. Так как же ею распорядиться? Конечно, она могла бы пройти практически тот же путь: вновь стать женой Стаса, провести иначе день аварии, тем самым предотвратив трагедию. Но, поразмыслив, девушка поняла, что не хочет действовать подобным образом. Да, она, без сомнения, любила этого мужчину, а от их отношений остались исключительно приятные воспоминания. Но та роковая встреча обнажила правду, на которую Настя так долго и упорно закрывала глаза: ни первый муж, ни второй не смогли вытеснить Глеба из её сердца и занять его место. Она всё ещё не готова отпустить его. И, стоя тогда у витрины магазина, девушка наблюдала за собственной ожившей мечтой, исполнившейся, правда, не у неё, а у какой-то незнакомки: иметь возможность просто держаться за руки, смотреть в любимые глаза, выбирать обручальные кольца и с нежностью гладить пока ещё небольшой животик, в котором растёт и развивается их общий ребёнок. А за ширмой внешнего спокойствия сменяли друг друга самые противоречивые эмоции, поднимая внутри настоящую бурю. И если, зная о своих неостывших чувствах к Глебу, она сейчас начнёт целенаправленно двигаться в сторону брака со Стасом, это будет предательством по отношению к себе. Да и к нему, в общем-то, тоже, а ведь он всегда был с ней искренен. Поэтому Настя честно признала, что в ближайшее время абсолютно не готова ни к каким романтическим отношениям. В противном случае они принесут больше страданий, чем радости. Пусть сначала улягутся все воспоминания, утихнет боль, и немного затянутся раны, оставленные последними часами прошлой жизни. *** (Ниже рассказывается краткая история Насти и Глеба, которая началась примерно за пару лет до её знакомства с Ильёй) Настя надавила на дверной звонок. Услышала, как в квартире раздался оглушительный резкий звук, способный не только поставить на уши весь этаж, но, кажется, и мёртвого заставить вскочить. Посочувствовала соседям, которым приходится всё это терпеть. Через минуту ей открыла Анька. – Привет, а я вот решила к тебе забежать, – она подняла повыше любимый тортик подруги и бутылку красного вина, демонстрируя, что явилась не с пустыми руками. – Привет, проходи. А это тоже будет кстати, – улыбнулась Аня, впуская девушку внутрь и забирая у неё алкоголь с десертом. – Ты не одна? Я не вовремя? – разуваясь, Настя уловила доносившиеся из глубины квартиры разговоры. – Понимаешь, купила тут себе новый шкаф и пару тумбочек. Заказала в одном мебельном по рекомендации тёти. Доставку-то быстро дождалась, а вот со сборкой, за которую, между прочим, тоже заплатила, вышла загвоздка. У них там какие-то проблемы возникли, и теперь рабочие смогут приехать не раньше, чем через месяц. А то и через два. Я, разумеется, жутко расстроилась. И вот в курилке разговорилась с одним коллегой, пожаловалась ему на тяжкую долю хрупкой женщины, которой самой не под силу создать хранилище для одежды из груды досок, и не выполняющих вовремя обязательства продавцов. Он великодушно предложил помочь. Поэтому сейчас на пару со своим другом собирает шкаф, ещё и остальную мебель передвинули по моей просьбе, перестановка давно напрашивалась. – И этот самаритянин готов проводить воскресенье с отвёрткой в руке исключительно по доброте душевной, а вовсе не по причине того, что неровно к тебе дышит, – поддела Настя. – Мир не без чутких и отзывчивых людей, – подняв указательный палец вверх, с видом мудрого старца изрекла Аня. – Абсолютно бескорыстных к тому же. Как именно ты с ним рассчитываться собираешься, придумала? Не благодарственную же грамоту выписывать, – понижая голос, заговорщицким шёпотом спросила девушка. – Своей лучезарной улыбкой, очевидно же. – Боюсь, улыбкой тут не отделаешься, – подмигнула Настя. – Без понятия, на что ты там намекаешь, – невинно похлопала глазками подруга. – Шутки шутками, а мужчин покормить надо будет. К слову, товарищ его довольно симпатичный. Некоторым одиноким советую присмотреться повнимательнее. – О, да ты свахой подрабатываешь по выходным. Тебе прекрасно известно, что я совсем недавно рассталась с Петей. До сих пор с содроганием вспоминаю проведённые с ним месяцы. Надо же было оказаться такой слепой, чтобы сразу не заметить его взрывной характер! А эта лютая ревность и непрерывный контроль, брр! Сначала это, может, и воспринимается как проявление высоких чувств, но потом просто выматывает. Сыта по горло. Болтая и перешучиваясь, они приготовили ужин на всех. – Мальчики, вы отлично потрудились. Даже не знаю, что бы без вас делала, – играющая ямочками на щеках Аня была само очарование. – Теперь садитесь за стол. Познакомьтесь, это Вова, мой коллега. Его друг Артём. А также моя дорогая и обожаемая Анастасия, – представила она молодых людей. – Рад, что ты к нам так неожиданно присоединилась, – провожая Настю до остановки, улыбался ей Артём. Аня и Вова продолжили посиделки уже вдвоём. – Согласна, вечер удался. О, а вот и нужный автобус. Спасибо, что проводил. Пока, – она помахала на прощание парню, явно хотевшему сказать ей что-то ещё, но так и не решившемуся. Через несколько дней девушке поступил звонок с неизвестного номера. – Слушаю. – Настя, привет. Это Артём. Помнишь, в воскресенье у Ани познакомились? – А, привет. Да, конечно, помню. – Скажи, как ты смотришь на то, чтобы пройтись со мной завтра по городу? Она задумалась. С одной стороны, он показался ей приятным в общении и довольно милым, произвёл исключительно положительное впечатление. С другой, не хотелось влезать в новые отношения. Она ещё от предыдущих-то толком не отошла. Хотя… об этом ведь и речи не шло. Незачем забегать вперёд. Одна встреча совершенно ни к чему не обязывает. – Да, давай. Правда, освобожусь я только после пяти. – Замечательно, – радостно отозвался парень. Они договорились о точном времени и месте. На следующий день Артём водил её по центру, после чего не объявлялся около недели. Занятая своими делами, девушка не испытывала ни малейшего расстройства от его молчания и практически о нём не вспоминала. Пока он сам не позвонил ей снова. – Привет, Насть, это Артём. Есть минутка? – Привет. Да, конечно. – Я тут звоню по одному вопросу. Поможешь мне? – Насколько это в моих силах. – Сейчас и выясним, – в трубке явно улыбались. – Скажи, какого ты мнения об итальянской кухне? – Ну-у-у… Хорошего. Хотя я конечно не ресторанный критик, поэтому сказать, где готовят лучшую пасту в городе, не могу, – немного удивившись, ответила она. – Тогда, может, вместе проведём оценку кое-какого местечка, куда я давно собирался сходить? – весело отозвался парень. – Например, завтра. Что скажешь? – Хм-м… Ну хорошо. Думаю, завтра подходящий вечер для дегустации, – согласилась девушка. – Отлично! Говори, куда за тобой заехать. И во сколько. – Пришли адрес в сообщении, так будет удобнее. А встретимся уже там. Например, в шесть. – Ладно, сейчас отправлю. Тогда пока, – попрощался он, весьма довольный собой и исходом разговора. – До завтра. Как оказалось, Артём пригласил её в маленькую, но очень уютную пиццерию. Она располагалась далеко не на самом виду, не имела кричащей вывески, но, тем не менее, не страдала от недостатка посетителей. Попавший сюда однажды почти наверняка возвращался снова, да ещё и друзьям-приятелям активно советовал. И, попробовав принесённый заказ, девушка отлично поняла, почему так происходит. Вечер в компании нового знакомого прошёл очень легко и приятно. Но одновременно с этим Настя отметила, что не испытывает к нему особого влечения как к мужчине и не видит в роли потенциального партнёра. Однако тут же решила не придавать этому факту серьёзного значения и не забивать голову лишними мыслями. Не все симпатии возникают подобно вспышке, для некоторых требуется узнать человека ближе. Так же как быстрая и яркая влюблённость, накрывшая лавиной и лишившая покоя и сна, не гарантирует долгоиграющих чувств. Если постараться судить объективно, то Артём заслуживал балл выше среднего. Достойный экземпляр, так сказать. Почти с полной уверенностью можно предположить, что подавляющее большинство женщин будет просто счастливо иметь такого спутника жизни, если вести речь именно о создании семьи, а не о краткосрочном романе, от которого ждёшь острых ощущений и фейерверка эмоций. Поведению парня не были присущи дерзость или развязность, его слова и поступки не содержали в себе никакой недосказанности или двусмысленности. Он не умел флиртовать по всем правилам, не являлся мастером затейливых комплиментов, один лишь его вид не вызывал трепет в сердцах представительниц противоположного пола, словом, отнюдь не «дамский угодник». Однако человек надёжный, прямой и простой, но совсем не простофиля. Всегда держал данное кому-либо слово. Хорошие качества, если задуматься. В таких отношениях ты не получаешь «кота в мешке», всё вполне конкретно и прозрачно. Но натуре девушки требовалось нечто иное. Такое спокойствие и размеренность очень скоро вызвали бы у нее скуку и усталость. Она была из тех, кому как воздух необходимы новые впечатления, калейдоскоп эмоций, для кого однообразие просто губительно. Конечно, всё это не должно быть с пометкой «слишком». В её планы не входили выяснения отношений несколько раз на дню, пропущенные звонки, сообщения без ответа, скандалы с битьём посуды, полная неизвестность относительно будущего, даже ближайшего. Не входила в них также и необходимость наблюдать, как твой кавалер уделяет чрезмерное внимание практически всем особам женского пола, как он постоянно занят общением с кем угодно, кроме тебя, при этом неустанно уверяет в своих самых нежных чувствах. Словом, бабники, закоренелые лгуны и иже с ними вызывали у Насти желание держаться как можно дальше. Чего же она хотела? Говоря кратко: не умереть от скуки, но и не являться вечным участником «американских горок», где разброс чувств от любви до ненависти, страсти накалены до предела, а двое не могут ни быть вместе, ни окончательно расстаться. Артём идеален для неё в роли друга, но не более. Их отношения были обречены на провал, хотя она пока не осознавала этого. А потому легко согласилась на встречу следующим вечером. Ибо в тот самый момент считала это решение абсолютно правильным. Настя сходила еще на несколько свиданий с ним. Все они проходили в том же ключе. После одного из них, прощаясь, парень всё же осмелился поцеловать её. – Ты мне очень нравишься, – сообщил он, явно немного робея. И продолжил: – Я бы хотел предложить тебе быть моей девушкой. – Я согласна, Тём. *** Настя всегда ненавидела жару, а в большом городе такая погода порой просто невыносима. По раскалённому от солнца асфальту шагаешь точно индийский йог по горящим углям, тонкая подошва балеток норовит оплавиться, одежда прилипает к телу, а в воздухе с раннего утра стоит марево. В подобные минуты её воображение рисует нехитрый сюжет: сам сатана выбрался из ада и устроил себе отпуск среди смертных, не преминув предварительно подкрутить термостат, дабы наверняка чувствовать себя как дома. А может это и не отдых вовсе, а плановая командировка, где король преисподней издевается над ныне живущими, чтобы не расслаблялись и его заодно не забывали. Ощущения, признаться, жутко скверные. Мозг же объявляет бойкот, категорически отказываясь соображать и выполнять самую элементарную работу. Остаётся одно-единственное желание: удобно устроиться на диване в комнате с кондиционером, попивая холодный лимонад, и не выходить оттуда до самого вечера, когда удушающий зной хоть ненадолго спадает, давая возможность дышать и даже двигаться. В один из таких июльских дней, сидя в надвигающихся сумерках на скамейке в парке, Артём вдруг сообщил: – Послушай, я подумываю кое-куда уехать на следующие выходные. – Тебе не обязательно меня об этом информировать, – ответила девушка. – И всё же расскажу поподробнее. Наша компания облюбовала одно тихое местечко в лесу, рядом с небольшим озером. Берём с собой палатки и хоть ненадолго покидаем этот пыльный мегаполис, меняем каменные джунгли, шум автомобилей и выхлопные газы на высокие деревья, пение птиц и чистый воздух. Приглашаю тебя присоединиться, если захочешь. Что скажешь? – Звучит очень даже заманчиво. Особенно с учётом по-настоящему адского пекла, которое сведёт меня с ума, если будет держаться и дальше, – призналась девушка. – Конечно, надо всё ещё раз обдумать, но предварительно я согласна. А что по поводу твоих друзей? Как они это воспримут? Мы же ни разу не виделись с ними до этого. – Не беспокойся на их счёт. Никто не станет возражать против твоего присутствия. – Правда, у меня нет опыта проживания в палатках на природе, поэтому несколько туманно представляю себе, каково это на самом деле, а не в фильмах или книгах. – Ничего сверхъестественного, уверяю тебя. Заодно попробуешь что-то новое. – Перспектива с каждой минутой выглядит всё более и более заманчивой. В эту ночь сон упорно отказывался приходить к Насте. Проворочавшись около часа, она всё же не выдержала и выбралась из кровати. Открыла настежь все окна, впуская в комнату чуть более свежий, чем днём, но по-прежнему не несущий желанной прохлады лёгкий ветерок, и в задумчивости уставилась на тёмную пустую улицу, по которой в это время лишь изредка шагал поздний прохожий. Тогда-то девушка окончательно решила принять предложение Артёма поехать к озеру. И вот уже они добрались до места, расположились, разбили палатки, разобрали некоторые вещи. Новые знакомые пребывали в приподнятом настроении, а потом кто-то из присутствующих упомянул, что вскоре к ним присоединится ещё один парень. Спустя пару-тройку часов Настя отправилась за сухими ветками для разведения костра. Возвращаясь, она ещё издалека заметила, что все странно оживились и о чём-то весело переговариваются, сгрудившись в тесную кучку. Положив хворост на землю, девушка выпрямилась, и, подняв голову, встретилась взглядом с ним. С тем самым человеком, появления которого с нетерпением ждала остальная часть компании. И с первых же секунд поняла, что пропала. Подобные случаи любят описывать авторы каких-нибудь дамских романов, а Настя частенько высмеивала эти произведения, приравнивая их к сказкам для маленьких детей. Её всегда забавляли фразы, звучащие как «он моментально утонул в голубых глазах героини», «между ними пробежала молния», «мир замер» и прочие похожие. Но в тот самый момент, она, кажется, готова была поставить свою подпись под каждым таким выражением, неважно насколько оно будет избитым или банальным. Одновременно девушка начала борьбу с самой собой, потому что разум и сердце впервые за всю её жизнь перестали быть заодно. Головой она считала, что всё это глупости, что нельзя что-либо испытывать к тому, с кем не обмолвился ни единым словом, кто для тебя словно не начатая книга, где едва-едва успел мельком прочесть название, не говоря уже об аннотации. Чтобы вести речь о каких-либо чувствах, особенно сильных и серьёзных, требуется хотя бы узнать человека, а это занимает время. Ну а сердце заявило, что плевать хотело на все эти правила, и что такие вещи видно сразу. Так вот, пока «мир замер», эти двое молча смотрели друг на друга, а потом кто-то удосужился их представить: – Настя, это Глеб. – Глеб, это Настя. – Привет, – весело поздоровался он, девушка же ответила не особо дружелюбно, не скрывая раздражения в голосе. – Ух ты, даже меня не знаешь, а уже злишься? Интересно, почему? – она оставила эту реплику без комментариев. Однако Настю тогда посетила странная, пугающе отчётливая мысль сродни мрачному предсказанию, гласившая, что именно из-за него ей впоследствии придётся испытать немало тревог и печалей. Естественно, она отогнала её от себя подальше и, сделав вид, что хочет пить, отправилась налить себе воды. Чуть позже девушка постаралась украдкой разглядеть мужчину, чтобы не ограничиваться лишь первым впечатлением. И вот что увидела: внешность довольно приятная; не выдающаяся, когда человек красив настолько, что дух захватывает, но и не отталкивающая, заставляющая невольно отводить глаза при общении. Не было в нём ничего, что можно назвать особенным, необычным, выделяющим среди остальных. И, тем не менее, ей хотелось смотреть на него не отрываясь, ловить каждое движение, изучать, запоминать. Признаться, он притягивал девушку, точно мощнейший магнит, и это было абсолютно новым ощущением, не испытанным ранее, волнующим, но одновременно с этим – приводящим в ярость, пугающим своей силой. В какой-то миг она поймала на себе его внимательный ответный взгляд, словно он тоже почувствовал нечто похожее. Настя решила про себя, что довольно уже терзаться противоречивыми мыслями, ведь ничего непоправимого, в общем-то, не случилось, Артём – хороший парень, отношения с таким никогда не станут напоминать крутые виражи, а будут довольно ровными и стабильными. И, возможно, именно этого спокойствия и размеренности ей сейчас и надо. Но Глеб маячил перед глазами, отчего девушка влюблялась всё больше, одновременно сильнее этому сопротивляясь. Она утешала себя тем, что по окончании поездки пересекаться с новым знакомым получится весьма редко, а потому все эти вспыхнувшие так некстати чувства почти наверняка быстро остынут. К тому же в городе у неё совсем иные заботы, и думать о нём просто некогда. Вечером в палатке Тёмина рука впервые осмелела настолько, что нырнула Насте под футболку, лаская сначала живот, а потом медленно, словно неуверенно, двинулась выше, легла на грудь. Почувствовав прикосновение сквозь тонкую ткань белья, она немного выгнулась навстречу, поощряя дальнейшие действия. Не прерывая поцелуя, парень аккуратно высвободил её грудь, получив возможность беспрепятственно касаться обнажённой кожи, возбуждая девушку всё больше и больше. И вот она уже голая по пояс, а его губы прокладывают дорожки по телу партнёрши, нежно, словно боясь сделать что-то не так. Но потом он становится чуть смелее, руки, язык – всё включается в эту захватывающую игру, а Настя даже и не старается сдерживать тихих стонов. Вскоре оба избавлены от джинсов, и теперь их почти ничто не разделяет. Артём оказался нежным любовником, но в нём словно отсутствовала некая искра, частичка первобытной, животной дикости, придающая абсолютно другие краски всему процессу. Он был внимателен и осторожен, возможно, чрезмерно, и девушка не знала, вызвано ли это тем, что они только познавали друг друга, или дело тут совсем не в волнении от первой близости, а в характере человека. И что-то подсказывало: причина во втором. И если на сей раз ей хватило нехитрых ласк, поскольку тело изрядно истосковалось по ним, то отклик в будущем вызывал вопросы. Разве что придется самой проявлять некоторую инициативу, привнося больше огня, распаляя, дразня, побуждая к более решительным действиям. Первый, кого Настя увидела утром, выйдя из палатки, был Глеб, весело разводящий костер, чтобы вскипятить воду. – Привет, хочешь чаю? – он улыбался и сиял, пожалуй, ярче самого солнца. – Привет, да, спасибо. Взяв кружку и устроившись на поваленном дереве, словно на скамейке, она желала лишь одного: пусть никто не просыпается подольше. Пусть это мгновение, когда они вдвоём наслаждаются утром, просто смотрят друг другу в глаза, улыбаясь, не испытывая нужды начинать разговор, а сама природа наполнена радостью нового дня, станет бесконечным. Это было то, чего жаждали её сердце и душа в тот самый момент. Но всё хорошее когда-нибудь, как известно, приходит к завершению. Мало-помалу все начали вылезать из палаток, зевая, потягиваясь, постепенно становясь бодрее и активнее. Самым последним появился Артём, заспанный, но довольный, подошёл к ней и, обняв, поцеловал в макушку. А девушка впервые испытала лёгкое раздражение от его присутствия и прикосновений. Но постаралась как можно быстрее избавиться от этого ощущения, не придавать значения такой, вроде бы, мелочи. *** Как оказалось, компания Артёма собиралась вместе относительно часто, и притом почти неизменно в полном составе. А сам он по возможности старался участвовать во всех шумных дружеских посиделках, что автоматически означало для Насти, которую парень каждый раз звал туда с собой, повышенную вероятность встреч с Глебом. Конечно, она всегда следила за тем, чтобы держать себя как можно более непринуждённо и ничем не выдать зашкаливающих эмоций, завладевавших ею в такие моменты. Ведь девушка не хотела, чтобы у ближайшего окружения её молодого человека сложилось впечатление о ней как о ветреной барышне, проявляющий подозрительный интерес к его приятелям. Слава вертихвостки – крайне сомнительное достижение. К тому же она не планировала пока разрывать отношения с Тёмой, особенно ради того, чтобы попытать счастья с кем-то другим, пусть и не загадывала сильно наперёд. А едва ли речь пойдёт об общем будущем, если он заподозрит её в непостоянстве, легкодоступности и способности кинуться в объятия любого мало-мальски привлекательного мужчины, попавшего в поле зрения. Что же касается чувств к Глебу, то, во-первых, не было твёрдой уверенности, что они взаимны. Во-вторых, останавливала мысль о том, насколько некрасивым в глазах общих знакомых будет выглядеть метание от одного их товарища к другому. Словом, в данном случае девушку заботило мнение отдельно взятой узкой группы лиц, поскольку она убедилась, что оба парня к нему прислушиваются. В-третьих, Артём ей нравился, хотя Настя всё больше начинала осознавать, что никогда не испытает к нему всепоглощающей страсти, воспетой в трудах писателей и поэтов, а секс с ним становится всё более обыденным и пресным даже при условии, что они живут порознь. Но, как показывает опыт многих пар, высочайшая совместимость в постели не служит гарантом мира и согласия за её пределами. Яркий оргазм – не самая главная в семье вещь. Так она рассуждала. Однажды кто-то из компании внёс предложение посетить концерт. Остальные на удивление единодушно его поддержали, загоревшись этой идеей. Настя, правда, предпочла бы отказаться, но Тёме в конечном итоге удалось её уговорить. В небольшом полутёмном зале выступала малоизвестная группа. По сравнению с шоу какой-нибудь мировой рок-звезды количество слушателей было более чем скромным, но удовольствия все они получали не меньше. Настя же очень быстро предпочла занять стул у дальней стены, предоставив остальным спокойно веселиться. – Потанцуем? – вопрос вывел её из задумчивости, перекрыв звучавшую из динамиков музыку. – Что? – девушке показалось, что из-за шума она неправильно расслышала. – Ты явно загрустила. Давай, пошли танцевать. Я приглашаю, – Глеб сидел перед ней на корточках, всем своим видом демонстрируя, что ждёт ответа. Интересно, давно он тут? – Нет уж, спасибо, лучше воздержусь, – с кислой миной произнесла Настя. – Может, хочешь выбраться на воздух? – Пожалуй, это было бы превосходно, – она согласно кивнула. – Тогда пошли, – мужчина взял её за руку и уверенно повёл к выходу, минуя толпу. Вскоре они оказались на улице. Девушка была рада ощутить вечернюю свежесть и прохладу, а заодно дать отдохнуть ушам от громких звуков. Настоящее блаженство. – Ну что, так лучше? – спросил Глеб через несколько минут. – О да, гораздо, спасибо. – Почему раньше этого не сделала? – Не знаю, – честно ответила она, пожав плечами. – Не против немного прогуляться? Поверь, остальным и без нас там весело. Так что они ничего и не заметят. – А ты сам не желаешь вернуться в зал? – Нет. – Хорошо, тогда давай пройдёмся. Мне уж точно не повредит, – повеселела Настя. Они направились вперёд, по дороге обсуждая концерт. Потом разговор плавно перетёк на другие вещи. – Кажется, нам пора обратно, – спустя некоторое время сообщил Глеб. – Ты прав, – она предпочла бы остаться тут, наедине с этим человеком, чем возвращаться в то место, где ей совсем не понравилось и терпеливо дожидаться окончания выступления. Вариант уехать без Артёма не рассматривался. Он вдруг резко остановился, повернулся к ней и сказал: – И всё же ты задолжала мне танец. – Я считаю иначе, – прищурившись, ответила девушка. – Однако так и есть. Внезапно мужчина обнял её, глянул вопросительно. Сначала замерев от неожиданности и поколебавшись лишь мгновение, Настя сделала глубокий вдох, а затем аккуратно положила руки ему на плечи. Медленно кружась в танце без музыки посреди пустой улицы, молодые люди улыбались друг другу. Девушка теснее прижалась к Глебу, и он, прекратив движение, обнял её ещё крепче. Так они и стояли молча посреди тротуара, не решаясь пошевелиться, словно боясь спугнуть момент. Им не было дела до остального мира, до его правил и условностей. Всё это на время утратило своё значение. Настя думала, что многое готова отдать, лишь бы эти секунды никогда не заканчивались. Глеб размышлял о том же. Обратно они возвращались в полной тишине. Мужчина оказался прав: никто не заметил их отсутствия. В ту ночь девушка не ложилась, без устали пытаясь разобраться в себе, понять, что делать дальше. Но, так и ничего толком не решив, почла за лучшее оставить пока всё как есть. *** Спустя несколько дней её разбудил сигнал телефона. На часах десять утра, воскресенье. Она мысленно отправила по известному адресу того, кто посмел её потревожить, но на всякий случай решила прочитать сообщение. Мало ли что могло случиться. «В наличии два билета в кино. Составишь компанию? Глеб», – гласило оно. Сонливость улетучилась в тот же миг, сердце принялось неистово колотиться. Она торопливо, словно опасаясь, что срок действия предложения ограничен несколькими минутами, отправила короткий ответ: «С удовольствием». «Где тебе удобнее пересечься?» «Давай прямо на месте. Во сколько?» Глеб написал название кинотеатра и время начала сеанса. «И откуда у него мой номер?» – размышляла девушка, заваривая себе кофе. – «А самое главное, какого лешего меня дёрнуло согласиться? Если бы Тёма узнал, как бы отреагировал? Понятно, что ровным счётом ничего непристойного не произойдёт, и внешних отличий от встречи с лучшим другом не обнаружится. Всё дело в моих внутренних ощущениях и эмоциях. Я-то точно знаю, что лично для меня это гораздо больше, чем рядовой просмотр фильма. Хорошая ли идея бередить себе душу и ещё сильнее запутываться в собственных желаниях?» Несколько раз рука тянулась к телефону, чтобы отказаться, сославшись, например, на срочные дела или планы, про которые не вспомнила сразу. Или, вообще ничего не объясняя, просто сообщить: «Извини, не могу». Но тяга увидеть мужчину и побыть вдвоём, а не в окружении кучи знакомых, как это обычно случалось, вынудила отмести все страхи и сомнения. Настя потратила немало времени, крутясь перед зеркалом, и перерыла весь гардероб, выбирая наряд. Ни один вариант не мог её вполне удовлетворить в это утро, в любом из них выявлялся недостаток. Наконец, разозлившись и подумав, что прикладывает слишком много усилий к созданию образа, она приняла решение надеть чёрные джинсы и синий пуловер. Из косметики нанесла только блеск для губ. Глеб ждал у входа: – Ну что, ты готова? – Конечно. Они заняли свои места. Свет погас, сеанс начался. Сосредоточиться на сюжете было не так уж просто: близость мужчины отвлекала её. А он как будто полностью погрузился в происходящее на экране и абсолютно забыл о Настином присутствии. Позже молодые люди шли по улице, обсуждая фильм, который только что посмотрели. По воле случая пальцы их соприкоснулись, после чего Глеб просто взял руку девушки в свою и больше уже не отпускал. Ей очень нравилось так идти, это ощущалось логичным и правильным. Разговор продолжался, но служил словно фоном, не имеющим особого значения. Оба, кажется, готовы были касаться каких угодно тем, кроме самой главной. Они хотели и одновременно боялись поднять непростой вопрос, затрагивающий то, что волновало каждого из них. Настя для себя решила, что инициатива должна исходить от мужчины. Девушка украдкой поглядывала на него и понимала, что навсегда запомнит этот день, до мельчайших подробностей, и это воспоминание станет одним из самых ценных среди прочих, независимо от того, как сложится дальнейший жизненный путь. Ей бы хотелось выяснить, о чём в данный момент думает он сам, однако она предпочла не спрашивать об этом. День закончился совместным ужином в кафе, а потом Глеб проводил её до дома. – Настя, сегодня мне было очень хорошо рядом с тобой, – сказал он. – Мне тоже, – она не ждала такого признания. – Я всё пытался думать, насколько корректно и красиво поступаю. И так рассуждал, и этак. Конечно же, мы живые люди и не можем полностью контролировать то, что чувствуем. К сожалению, не всегда удаётся взять власть над эмоциями, например, вызываемыми близостью какого-то человека или мыслями о нём. Однако не стоит забывать, что своими действиями мы рискуем ранить кого-то другого или разрушить чужие отношения, на что вряд ли имеем право. Я не стану сейчас оценивать, что хорошо, а что плохо. Но у меня есть границы, принципы, которые постараюсь не нарушать. – Я тебя поняла, – тихо ответила девушка. – В любом случае, я рад, что сегодняшний день прошел для нас именно так, а не иначе. – Я тоже очень рада, – она запнулась,– спасибо за приглашение. – Спасибо за то, что приняла его, – к мужчине уже вернулась обычная весёлость. – Ну что ж, я пойду. Пока, – слегка неуверенно произнесла Настя. – Пока, – он просто развернулся и зашагал прочь. И пусть это было не совсем то, чего девушка втайне ожидала, но пришлось со вздохом признать, что такова реальность. Она направилась к подъезду, на ходу доставая ключи. *** Часть друзей Артёма, словно сговорившись, указала в графике отпусков один и тот же временной интервал. Никто подобного даже не предполагал, а открылся сей факт абсолютно случайно примерно за пару недель до наступления тех самых летних трудовых каникул. И вот, вдохновившись потрясающим совпадением и, как ни странно, отсутствием чётких планов у каждого из них, они затеяли объединиться, снять домик у моря на всех и пожить там какое-то время. Конечно, обычно изучать предложения по аренде, договариваться с хозяевами и покупать билеты полагается сильно заранее, но им несказанно повезло: неожиданно нашёлся и отличный вариант, и свободные места в поезде. Тёме идея пришлась по душе, ему удалось получить разрешение начальства и, уладив все формальности, перенести свой законный отдых почти на месяц, чтобы тоже присоединиться к товарищам. Настя похожий фокус провернуть не могла, зато обещала навестить их в выходные, возможно, взяв дополнительно день-другой отгула за свой счёт. Последние недели у девушки выдались на редкость загруженными. Свалилось одновременно несколько дел, требующих решения в кратчайший срок, в связи с чем не оставалось практически ни минуты свободного времени, и даже вечера порой приходилось проводить за работой. А тут еще Артём стал обижаться и сетовать на то, что они уже довольно долгое время не виделись. Он предлагал заехать к ней, побыть хоть немного вместе, говорил, что сильно скучает, но Настя была настолько измотана, что не хотела абсолютно ничьих визитов. Сил хватало только, чтобы добраться до кровати, да и это простое действие не всегда удавалось. Однажды она заснула прямо за столом, читая документы. Словом, о свиданиях сейчас совсем думалось. Было только одно желание: поскорей разобраться с делами. А потом уже можно и о личной жизни вспомнить. На эти выходные у девушки было запланировано путешествие, как раз туда, где сейчас пребывали Артём и его друзья. Относительно длительное существование в режиме, близком к авральному, не прошло бесследно: в Насте скопилось столько усталости и раздражения, что к пятнице появилась готовность всех искромсать на тысячи кусочков. Она едва сдерживалась, чтобы на ком-нибудь не сорваться, хотя внешне и выглядела довольно уравновешенной, собранной и спокойной. Зато внутри всё в буквальном смысле кипело, рискуя выплеснуться наружу в любую минуту, и немалых усилий стоило контролировать агрессивные порывы. И вот уже самолёт уносит её от суетливого душного города. Девушка надеялась, что смена обстановки, морской климат и отличная компания дадут возможность расслабиться после непростого периода, поэтому с удовольствием предвкушала предстоящие пару дней. Да и Артём наконец-то перестанет упрекать её в пренебрежительном отношении. Мелькнула мысль, что он мог бы с большим пониманием отнестись к сложившейся ситуации, а не портить ей жизнь своим поведением и странными капризами. Можно подумать, сам никогда не бывает завален делами! Она одёрнула себя, чувствуя, что начинает закипать. Сейчас не время для подобного рода размышлений, поскольку есть более неотложные вопросы на данный момент. И снова с головой нырнула в бумаги, которые взяла, чтобы изучить пока летит. Прибыв на место, Настя вышла из такси и, оглядевшись по сторонам, отметила, что здесь очень красиво и что, видимо, не зря проделала такой путь. К ней навстречу сразу поспешили несколько человек, радостно приветствуя. Как оказалось, Артём с двумя парнями поехал за покупками. Да он и не ждал её появления тут, ведь девушка решила устроить ему сюрприз. – Давай я проведу мини-экскурсию, – предложила Фаина. – С удовольствием! Мне здесь всё очень нравится, – сообщила Настя, обходя дом. – Я и сама в полном восторге, – поддержала Фаина. – А ещё море не так далеко. Кстати, мы планируем завтра организовать пикник в одном живописном местечке, которое порекомендовала соседка. Эта милая дама иногда снабжает нас домашней выпечкой, и буквально вчера поведала по секрету про тихий укромный уголок, где нет толп туристов. Что думаешь? – Я? Думаю, что идея замечательная! – и она действительно так считала. – А вот и ваша комната, – Фаина открыла очередную дверь. – Ух ты, какая большая! Спасибо, что всё показала. – Устраивайся, а потом присоединяйся к нам внизу. Тёма тоже скоро вернётся. – Обязательно, – улыбнулась девушка. Фаина удалилась, оставив её одну. Появилась возможность немного перевести дух с дороги, осмотреться получше, распаковать привезённые с собой вещи. Она, конечно, рассчитывала на то, что увидится с Артёмом сразу, но факт его отсутствия не вызвал огорчения, скорее даже наоборот. Настя раскрыла чемодан, извлекла содержимое, не торопясь разложила всё по местам. В комнате было очень просторно и чисто, к тому же здесь явно недавно сделали ремонт. К огромной радости девушки, в ней имелась и своя душевая кабина. Она с удовольствием встала под воду, представляя, что тёплые струи смывают не только пыль, но и накопившуюся за долгое время усталость. После этого самочувствие действительно слегка улучшилось. Одевшись, девушка подумала, что теперь готова спуститься к остальным. И в этот момент зашёл Артём. – Настя, я так соскучился! – он сжал её в объятиях и принялся зацеловывать. – Вот захотела тебя приятно удивить и прилетела. Заодно проверю, как ты тут развлекаешься, вдруг уже новую пассию нашёл, – пошутила она. – Не говори ерунды, – парень увлёк её на кровать, начав стаскивать с себя футболку. – Артём, не сейчас. Потерпи немного, – девушка мягко отстранилась от очередной порции поцелуев, заодно пресекая более смелые поползновения. – Почему? – он явно не собирался сдаваться, сражаясь с непослушными пуговицами, мешавшими получить полный доступ к женскому телу. – Потому что не хочу, чтобы остальные сразу догадались, чем мы тут занимаемся. – Более глупой отговорки придумать не могла? Будто для кого-то это тайна за семью печатями. – Просто давай отложим на пару часиков, ладно? Мне после поездки в такси нехорошо стало, мутит до сих пор. – Сразу бы так и сказала, – обиженно проворчал Артём, оправляя на себе одежду. – Спускайся уже вниз, нас вообще-то ждут, – и он первым покинул помещение. Все оживленно что-то обсуждали. Однако ей совсем не хотелось участвовать в беседе. Поэтому девушка сделала себе чай и поуютнее устроилась в стоявшем в углу кресле. Сейчас её вполне устраивала роль невидимки, когда никто не пристает с вопросами, и можно тихонько наблюдать за происходящим, одновременно думая о чём-то постороннем. Через короткое время, почувствовав непреодолимое желание лечь в постель, она отправилась к себе. И хотя ощущалась лёгкая неловкость за столь раннее исчезновение, но тишина и покой ей были просто жизненно необходимы. *** После сна, получившегося довольно продолжительным, появились даже силы и желание приобщиться к подготовке к пикнику. Заглянув на кухню, Настя встретила там Фаину, которая, видимо, была на ногах уже довольно давно. Остальные, как оказалось, ещё не вставали. Стол был завален продуктами, контейнерами, пакетами для упаковки еды, банками, специями и прочими нужными вещами. – Я вижу, у тебя работа кипит. Давай помогу. – Всё под контролем. Есть хочешь? Может кофе? – поинтересовалась Фаина. – Я просто решила постепенно начать всё собирать. Но неизвестно ещё, во сколько народ подтянется. Так что торопиться нет необходимости. – В таком случае чашечка кофе – это именно то, что нужно. – Ты вчера рано ушла. Всё в порядке? – Да. Просто сильно устала и решила не портить вам вечер своим страдальческим видом, – улыбнулась девушка. – А как сейчас себя чувствуешь? – Гораздо лучше. Спала как младенец. – Отрадно слышать. Значит, не будешь клевать носом и сможешь полноценно насладиться отдыхом. Они провели около получаса за кофе и разговором, попутно обсудив планы на день. Потом вдвоём принялись за дело: мыли, чистили, нарезали, складывали, упаковывали. В скором времени, один за другим, на кухне стали появляться остальные. Они здоровались, готовили себе напиток, и постепенно втягивались в общую дискуссию. Настя не видела Артёма со вчерашнего вечера. Когда парень, наконец, поднялся в комнату, то обнаружил её мирно сопящей, а утром она не решилась его будить. Теперь же он кидал на Настю весьма недовольные взгляды и явно пребывал не в самом лучшем расположении духа. Стараясь этого не замечать, девушка попыталась проявить инициативу и наладить общение, однако затея не увенчалась успехом. Парень отвечал с большой неохотой, односложно, а потом и вовсе отвернулся, обращаясь к кому-то и ясно давая понять, что не имеет желания продолжать беседу. Она тихонько вздохнула, предвидя, что трудности только начались. И не ошиблась. Когда приготовления были полностью завершены, компания бодро направилась к месту пикника. Природа здесь и впрямь оказалась шикарной, достойной кисти художника. Все участники маленькой вылазки находились в приподнятом настроении, шутили и переговаривались, исключение составлял один лишь Артём. Каждый занимался каким-то делом, и в это время он, стоя рядом с Настей поодаль от других, решил выразить недовольство событиями последних нескольких недель: – Почему ты так рано ушла вчера? А потом в постели валялось бесчувственное тело, которое бесполезно было даже пробовать растормошить. Не такого окончания дня я ожидал. – Сильно хотела спать. Решила, что так будет лучше. – Но ты не обмолвилась ни с кем и парой слов. В том числе со мной. Забилась в угол и торчала там как отшельник. – Уверена, никто и не подумал расстраиваться. Тут все взрослые люди и вполне способны понять, что человек может серьёзно утомиться. – А ведь я так обрадовался возможности провести выходные вместе! Уже и забыл, каково это. А в итоге моя девушка просто не обращала на меня ни малейшего внимания. Ни вечером, ни ночью. – Вот я здесь, с тобой. И у нас впереди достаточно много времени. Вряд ли стоит так сердиться из-за нескольких упущенных часов, наверстаем, – она постаралась сгладить острые углы, хотя резонно было бы уточнить, почему, собственно, он сам предпочёл общение с друзьями её компании и даже не приблизился ни разу к тому самому креслу и не сел рядом. – Да, но я уже больше месяца тебя не видел! Все мои предложения о встрече ты отклоняла, даже толком не рассмотрев. Знаешь, это не слишком-то приятно. – Слышал выражение «завалена работой»? Именно это со мной происходило. Представь себе, не было ни секунды свободной, как и сил на что-то помимо разгребания кучи дел. – Уж секунду точно можно было выкроить… – Не стоит раздувать из мухи слона, Артём. – То есть на мои чувства тебе наплевать, так? – Я не это сказала. А лишь заметила, что бывают разные ситуации, и ничего страшного нет в том, что мы пожили вот так. Я же не в клубах с подружками пропадала, а в офисе с компьютером! – Откуда мне знать, где ты и с кем? Может, только прикрываешься делами, а сама с чужими мужиками коктейли попиваешь, флиртуешь с ними напропалую. – Хочешь меня в чем-то обвинить? Считаешь, я тебя обманываю?! – Я этого не исключаю. Она пришла в бешенство от его слов. Ну что за глупые подозрения, упрёки, какие-то прямо детские обиды?! И это взрослый мужчина?! И вдруг раздражение, копившееся в последнее время, взяло верх. Если долго не обращать внимания на бурлящие внутри эмоции, заглушать их и игнорировать, рано или поздно они сами отыщут выход, иногда совсем не такой, как нам хотелось бы. В порыве ярости люди способны совершить поступки, о которых придется ещё долго сожалеть, даже причинить боль самым родным и близким, хотя и не намеренно. Отсюда вызывающие недоумение, а порой и ужас, случаи, когда человек предстает в абсолютно новом, совершенно неприглядном свете, полностью переворачивает сложившееся у окружающих представление о нём. Но это зачастую лишь результат прорыва заблокированного ранее «негатива», запираемого им внутри себя по тем или иным причинам. Именно так и произошло с Настей в тот момент. В руке у неё был шампур, на который девушка нанизывала мясо для шашлыка, и она, выругавшись и давая волю гневу, со злости швырнула его в сторону. Даже не посмотрев, куда. – Да пошёл ты! – рявкнула, глядя Артёму в лицо. Через несколько секунд Настя поняла, что вокруг воцарилась тишина. Ей стало стыдно за свой поступок. – Простите, – она развернулась и быстро, почти бегом, направилась к пляжу. По щекам текли слёзы, а разум просто не способен был справиться с таким количеством охвативших её чувств. Пройдя довольно существенное расстояние, девушка нашла валявшееся на песке бревно и села на него, чтобы привести мысли в порядок, отдышаться и немного успокоиться. Через некоторое время кто-то присоединился к ней. Насте казалось, что это должен быть Артём. Но, повернув голову, она поняла, что ошибалась в предположениях: рядом находился Глеб. Смотреть на него сейчас было просто невыносимо, и слёзы полились ещё сильнее. – Можно побуду с тобой? – спросил он. Она кивнула, устремив взгляд вниз. Волны набегали на берег, практически достигая её ног. Сначала они просто сидели, наблюдая за движением воды. Мужчина заговорил первым: – Что стряслось, моя ты неуравновешенная? – голос звучал мягко, в нём даже чувствовалась лёгкая улыбка. Вместо ответа она, всхлипывая, закрыла лицо руками. – Иди-ка сюда, – Глеб обнял девушку, и та, уже не стесняясь, рыдала у него на плече. А он нежно гладил, утешая и давая время оплакать все свои горести. Наконец она стала постепенно успокаиваться в его объятиях. – Так что же всё-таки произошло? – повторил он вопрос. – Знаешь, столько всего сразу навалилось за последнее время, и не перечислить. Вот и не сдержалась. А теперь после моей выходки как-то неловко появляться перед ребятами. В их глазах я, наверное, не лучше дикарки. – Пустяки, просто забудь и живи дальше. Никто не осудит. И чем быстрее перестанешь забивать себе этим голову, тем лучше. Впереди целый день, неужели ты хочешь провести его, сидя на этом дереве? – Да, но… – Никаких но. Готова вернуться? – Не уверена, – честно призналась она. – Всё в порядке, Настя. – Правда? – Абсолютно точно, – с полной уверенностью ответил он. А потом взял её за руку, помог подняться и повёл туда, где их ждали остальные. Никто больше не вспоминал о случившемся. Веселье продолжалось. – Ты как? – спросил Артём. Он явно чувствовал себя виноватым, но почему-то предпочёл даже не идти за ней. – Гораздо лучше. Собираешься продолжить разговор, который мы не закончили? – Ну уж нет. Вместо этого хотел бы извиниться перед тобой за то, насколько глупо вёл себя. Не знаю, что на меня нашло, сам такого не ожидал. Прости за все эти нелепые обиды и обвинения. Конечно, я вовсе не считаю, что ты меня обманываешь. Просто сорвалось с языка. – Всякое случается. Как видишь, раздражение может выходить абсолютно неожиданным способом. Мне жаль, что наш диалог принял такой оборот. Я тоже, надо признать, поступила весьма некрасиво, и мне стыдно за свои действия. Впредь постараюсь быть более сдержанной. – Возможно, будет лучше не пытаться обсуждать наши отношения в таком состоянии. – Возможно. – Ну, тогда напрашивается вывод, что никто никого не хотел обидеть. Просто мы оба нуждаемся в отдыхе, безусловно, совместном. – Так и есть, – она уже полностью успокоилась. – Всё хорошо? – он подошел и поцеловал её. – Конечно, – улыбнулась девушка. Но на самом деле всё было несколько иначе. …. Реакции и действия парня, как и брошенные им фразы всё же натолкнули Настю на определённые размышления. И перед тем, как улететь обратно, она попросила Артёма не провожать её и сообщила, что расстаётся с ним. *** «Соскучился по тебе». Всего пару простых слов. Последовательность чёрных символов на экране телефона, складывающаяся в такую важную для неё фразу. И вот уже девушка не в силах думать о чём-то помимо них: мысли, эмоции, всё внимание целиком сосредоточены на этих буквах. Сколько раз она уже перечитала сообщение? Если бы только кто-то вёл подсчёт… «Не вижу препятствий для встречи», – быстро набрав ответ, она уверенно нажала кнопку «отправить». «Когда ты освободишься?» – пиликнул телефон. « Ровно через четыре часа». «Я приеду». С тех пор, как она получила это короткое послание, работа отодвинулась. Не на второй план, и даже не на третий. То есть попытки её продолжить, конечно, предпринимались, но ни одна из них не увенчалась успехом. Даром что на дворе пятница. Настя повернулась к окну. И вдруг ощутила, как же невыносимо сейчас сидеть тут, во внезапно опостылевшем до тошноты офисе, заниматься рутиной, внимательно вчитываться в документы, составлять длинные отчёты. Почему в такой чудный осенний день, выдавшийся на удивление тёплым и солнечным, словно лето вернулось ненадолго, чтобы уже окончательно попрощаться на следующие несколько месяцев, она торчит на работе? Скажите, где справедливость? И тут мысли потекли абсолютно в ином направлении, непроизвольно вызывая на лице мечтательную счастливую улыбку. Ведь скоро эти, кажущиеся сегодня бесконечными, тягучие трудовые часы закончатся, и девушка проведёт вечер с ним. Глеб, как всегда, написал спонтанно. Хотя, наверное, тем лучше, поскольку она ненавидела ожидание. Потому что, когда чего-то слишком сильно хочешь и нервно считаешь минуты до наступления заветного события, это весьма выматывает. А с ним и вовсе не получалось загадывать наперёд. Мужчина просто иногда возникал на пороге её жизни, и, погостив в ней недолго, снова исчезал со всех радаров на неопределённый срок. Поскольку молодых людей не связывали никакие обещания и обязательства, да и вообще, по сути, ничего, кроме довольно редкого общения, Настя не вправе была предъявлять ему претензий, чего-то просить и уж тем более требовать. И пусть это не было тем взаимодействием, которого ей реально хотелось бы, она радовалась и такому, ведь отказаться от возможности видеть его хоть иногда пока не могла. Поэтому просто научилась не ждать звонка, где-то глубоко внутри зная, что рано или поздно тот всё равно раздастся. – Привет! – не в силах заставить себя не улыбаться так широко, девушка направлялась к нему. – Привет, – Глеб, казалось, не разделял переполнявшей её радости. Настин энтузиазм от этого слегка поубавился. Начали закрадываться сомнения: не зря ли согласилась на встречу? Может, стоило запланировать на вечер что-то другое? Но она тут же напомнила себе, что именно он первый написал. В конце концов, для чего тогда было сообщать о том, что скучаешь? Мог бы при себе держать. – Итак, куда направляемся? – спросила, пытаясь совладать с нахлынувшим как всегда не вовремя потоком мыслей. – Есть одна идея, – ответил мужчина. И загадочно улыбнулся. – Озвучишь? – Мой очень хороший знакомый собирает в эти выходные у себя в загородном доме небольшую компанию. Так что приглашаю тебя отдохнуть на лоне природы. Сам он прибудет завтра, как и часть людей. Остальные должны оказаться на месте уже сегодня. Ключи от терема боярского доверены мне. Что скажешь? – Ты действительно считаешь, что моё появление будет уместным? Как-то не горю желанием навязываться и быть незваной гостьей. – Не переживай, там все исключительно дружелюбные и адекватные личности. И им нет совершенно никакого дела до того, кого я привезу с собой, а значит, с неудобными вопросами не полезут и косо не посмотрят. Настя промолчала о том, что ответы на парочку каверзных вопросов она и сама не прочь получить. Только сказала после некоторой паузы: – Хорошо. Погода, и правда, шикарная. Было бы просто преступлением упустить шанс насладиться последними в этом году тёплыми деньками и взять от них по максимуму. А лучше места для этой цели, чем загородный дом, и вообразить сложно. Давай заедем ко мне, прихвачу кое-какие вещи. – Конечно, время позволяет. – Забавно, фыркнул Глеб, получив через пару часов сразу несколько сообщений. Они уже преодолели больше половины пути. – Что случилось? – забеспокоилась девушка. – Ничего особенного, просто вся честная компания прибудет завтра ближе к полудню. Так что придётся нам заночевать вдвоём. Надеюсь, тебя это не пугает? – А что, должно? – усмехнулась Настя. – Разумеется, нет, – мужчина ослепительно ей улыбнулся и переключил внимание на дорогу. Дом был в два этажа, не считая подвала, уютный, оснащённый системой отопления и водоснабжения. На просторной сияющей чистотой кухне, укомплектованной современнейшей техникой, имелось всё необходимое, и даже больше. Настоящий рай для любителей стоять у плиты: при желании легко можно воплотить самые различные кулинарные замыслы. Вот только её собственные фантазии в этот вечер были далеко за пределами поварского искусства. К удивлению девушки в большой комнате обнаружился настоящий камин. Рядом в специальной подставке лежала стопка дров. – Ну как тебе? – голос за спиной вывел Настю из задумчивости. – Отлично. Мне здесь нравится. – Хочешь, затопим его? – Не стану возражать. – Тогда займусь этим чуть позже. А пока приготовлю что-нибудь. Лично я с утра почти ничего не ел. – Помощь нужна? – Справлюсь. Можешь, посмотреть фильм или выйти подышать воздухом. Словом, не стесняйся и не скучай. – Я лучше кофе выпью. Заодно помучаю тебя разговорами, – засмеялась она. – Ты меня не мучаешь, – серьёзно ответил Глеб. – Вот и узнаем. Она поудобнее устроилась на стуле, наблюдая за тем, как мужчина деловито что-то нарезает, помешивает, обжаривает, пробует на вкус. Зрелище оказалось на удивление приятным и даже умиротворяющим. Девушке нравилось, что он взял все хлопоты на себя, дав ей возможность просто расслабиться. «Так и привыкнуть недолго», – мысленно усмехнулась она. И тут же добавила, отвечая самой себе: «Не обольщайся, подруга». За этот вечер они перебрали множество тем. Настя с удивлением обнаружила, что ей крайне комфортно, легко и весело рядом с этим человеком, нет внутреннего напряжения или скованности, а ещё, что он во многом разделяет её взгляды. Конечно, они и раньше общались, но совсем иначе: почему-то между ними постоянно ощущалась натянутость, настороженность, недоговорённость. Сегодня от всего этого не осталось и следа, и каждому удалось открыться для другого с новой стороны. Хотя девушка подсознательно ожидала от Глеба попыток поцелуя, или даже чего-то более смелого, ничего подобного не произошло. Мужчина всё время сидел на некотором расстоянии, словно намеренно соблюдая дистанцию, которую ни разу так и не нарушил. Спали же они в разных комнатах. *** Утро преподнесло ей приятный сюрприз в виде стопки умопомрачительно пахнущих свежеиспечённых блинчиков, сочетать которые можно было на выбор с мёдом, сгущёнкой или клубничным вареньем, спелых фруктов и чашки капучино. – Давненько меня так не баловали. – Надеюсь, госпожа всем довольна, – с шутливым поклоном отозвался мужчина. – Весьма, благодарю, – Настя напустила на себя важный вид, и оба прыснули со смеху. После завтрака девушка принялась мыть посуду. И вдруг почувствовала, что руки Глеба оказались у неё под кофтой, а губы целуют в шею. Она замерла, потом резко повернулась. Безумно хотелось ответить на его ласки, но сначала требовалось незамедлительно поговорить. Иначе всё выйдет из-под контроля, а последствия могут быть плачевными в первую очередь для неё. Не убирая рук, мужчина посмотрел ей прямо в глаза. Настя сделала глубокий вдох. – Что это значит? – спросила девушка. – А на что, по-твоему, похоже? – усмехнулся он. – Я не об этом. – Тогда о чём? – Что между нами? – Ты хочешь поговорить? Прямо сейчас? – уточнил Глеб. – Да. – А я вот совсем не на разговоры настроен, – он наклонился, намереваясь поцеловать её, но Настя ловко увернулась, что стоило ей немалого самообладания. – Перестань, – голова закружилась, она пыталась не думать о мужских руках, всё ещё находящихся у неё под кофтой. Кстати, почему они до сих пор там? – Вот как, – он был явно не рад такому повороту событий. – Да. Так. Пожалуйста, отпусти меня и ответь уже на вопрос. И знаешь, его давно пора было задать. – Я не знаю на него ответа. Не могу разобраться в том, что испытываю к тебе. Ты меня притягиваешь и отталкиваешь одновременно. Хотел бы я больше никогда о тебе не вспоминать и не думать, но так не получается. Через какое-то время вдали от тебя начинаешь сходить с ума. А когда мы вместе, возникает мысль поскорее сбежать. Именно поэтому не хочу начинать с тобой отношений. Я имею в виду на данный конкретный момент. Усложняет ситуацию ещё и тот факт, что ты не так давно была с Артёмом. – Зачем тогда привёз меня в этот дом? – спросила она, оглушённая его словами, пока ещё не до конца осознавая, что они значат. – Потому что соскучился, я же писал. Мне хотелось тебя увидеть. Хотелось провести вместе время. – Вызову такси. – Не надо. – Это ещё почему? – Мы приехали сюда отдохнуть, ты сама хотела побыть на природе. Вот и не порть себе выходные. Скоро соберутся остальные, пообщаешься, развеешься. Моего присутствия практически не заметишь. Стоит ли из-за недопонимания лишаться такой отличной возможности? – Глеб, это глупая затея. Лучше уж я отправлюсь восвояси, пока ещё никто не успел увидеть меня здесь. – Настя, посмотри в окно. Погода великолепная. Оставайся и получай удовольствие. Серьёзно. – Ладно, уговорил, – после долгого раздумья согласилась девушка. – Увидишь, что я был прав. Весь остаток дня она старательно избегала находиться поблизости от этого мужчины. А знакомство с новыми людьми и увлекательные беседы облегчили выполнение этой задачи, перетянув всё внимание на себя. …Было уже довольно поздно, но веселье по-прежнему шло полным ходом, когда, услышав, что на кухне потребовалась помощь, Настя с радостью предложила свою. В какой-то момент, в одиночестве нарезая салат, девушка полностью погрузилась в размышления. И даже не заметила, что здесь есть кто-то ещё. Покрутив головой в поисках солонки, она тут же забыла, что собиралась найти. Потому что Глеб стоял и пристально смотрел на неё, прислонившись к дверному косяку. Их зрительный контакт был прерван ворвавшимся парнем. – Там спрашивают про какой-то салат. Что им передать? – Почти готов, осталось посолить. Сейчас этим займусь. Настя не сразу обнаружила, что солонку держит Глеб. Протянула руку и смутилась, поймав на себе его странный взгляд. Стараясь не коснуться мужчины, она выхватила приправу, машинально пробормотав «спасибо». – Вот и всё! – нарочито весело прозвучало через несколько минут. *** Одним пятничным утром неспешный, а скорее даже ленивый, ход рабочего процесса, ещё не успевшего толком набрать нужный темп, нарушил телефонный звонок. Номер оказался незнакомым. – Привет, Настя, это Фаина, ну та, которая из компании Артёма. Помнишь меня? – раздалось в трубке. – Привет, конечно, рада слышать. Как поживаешь? – Отлично. У меня к тебе предложение, возможно, слегка неожиданное. Пойдём сегодня с нами в ночной клуб? – Если честно, Фаин, я такие заведения, как правило, не посещаю. Да и, наверное, это не лучшая идея в моём случае. – Если ты переживаешь по поводу Артёма, то его не там точно будет. Я в курсе, что вы расстались, поэтому не стала бы создавать неловкую ситуацию. Поверь, Насть, я не сводница. – Да я так и не думала. Знаешь, что? А давай! – приняла решение девушка. – Скажи название клуба и время встречи. – Приезжай лучше ко мне после работы, вместе и отправимся. – Но я же одета совершенно неподходяще для такого мероприятия, – растерянно возразила Настя. – Мы с тобой примерно одной комплекции, позаимствуешь что-нибудь из моих вещей, у меня этого добра навалом. На любой вкус и цвет. Ну что? – Даже и не знаю, – замялась девушка. – Ладно, сделаем по-твоему, – поколебавшись, согласилась она. – Вот и славно. Пиши адрес, – и Фаина принялась диктовать. – Получается, ты живёшь практически рядом с моим офисом. – Видишь, как удобно вышло. Тогда жду тебя, – и собеседница повесила трубку. Дома у Фаины всё оказалось завалено одеждой, которую та к моменту появления гостьи повытаскивала из шкафов, и теперь на кровати, диване, креслах и стульях выросли цветные горы из кофточек, платьев, юбок, джинсов и прочих предметов гардероба. У Насти в глазах зарябило от такого многообразия, ведь сама она не часто развлекалась шопингом и покупкой обновок. А у хозяйки квартиры это, по всей видимости, было одним из любимых способов времяпрепровождения. – Ты голодная? Сейчас перекусим немного, а после подберём тебе что-нибудь. – Боюсь, тут примерка грозит растянуться на месяц-другой, – засмеялась девушка. – Не дрейфь, подруга, сделаем из тебя сногсшибательную красотку, – подмигнула Фаина. – Может, лучше не надо? – предприняла Настя слабую попытку переубедить эту заядлую модницу, вознамерившуюся, судя по настрою, переплюнуть фею-крёстную с её подготовкой Золушки к королевскому балу. И, исходя из того, с каким рвением она взялась за дело, явно решившую подойти к созданию имиджа своей подопечной очень и очень ответственно. – Надо, дорогая, надо, – уверенно кивнула та. После долгих переборов различных комбинаций из вещей и бесконечных споров был найден вариант, удовлетворивший обеих. Джинсы глубокого синего цвета в сочетании с блестящим серебристым топом и обувью в тон ему на высоком каблуке одержали победу в гонке за право стать нарядом Насти на этот вечер. Дополнили их распущенные волосы, макияж и предложенные Фаиной украшения. – Конфетка, – улыбнулась результатам своих стараний зачинщица всего этого безобразия, на что девушка, утомившаяся играть роль куклы, которую неугомонная хозяйка переодевает туда-сюда, лишь фыркнула. – Уф, – она плюхнулась на диванчик напротив Глеба, раскрасневшаяся, чуть растрёпанная, но явно довольная. Тот же, наоборот, был на вид мрачнее тучи и практически всё время сидел на одном месте. – Натанцевалась, – заявила, отдышавшись. – Вот, держи, – он протянул ей воду. – Спасибо, как раз то, что нужно, – девушка взяла её, звякнув браслетами, и залпом выпила. – Что-то ты не в восторге от сегодняшнего вечера, – пристально посмотрев на мужчину, заметила она. – Зато о тебе можно сказать прямо противоположное. А также о том не в меру активном парне, который в последний час из кожи вон лез, норовя прижаться к тебе как можно теснее. А ты в свою очередь, по-моему, всячески его поощряла. – Неужели ревнуешь? – усмехнулась Настя. – Имею полное право танцевать так, как хочу, и с тем, с кем хочу. Кроме того, ты явно преувеличил степень близости наших с ним тел. – Ну разумеется. А отбиваться потом от мутных типов – не что иное, как часть культурно-развлекательной программы. – Слушай, не порть людям настроение, будь любезен. Занудствуй себе на здоровье где-нибудь в другом месте. Например, читай свои скучные душеспасительные проповеди вон той особе за соседним столиком, которая давно глаз с тебя не сводит и уже извелась вся, бедняжка. Поведай ей подробно о последствиях посещения общественных заведений в убойном декольте, натянутом на столь пышный бюст. Держу пари, на дамочку такой нестандартный подход произведёт неизгладимое впечатление. Кстати, а она очень даже ничего, советую присмотреться. Вдруг это та самая, кто составит твоё личное счастье, а ты тут сидишь со мной и с кислой миной. Я же пока выпью чего-нибудь покрепче воды, – и девушка, закончив тираду, направилась к барной стойке. – Мне позволят угостить прекрасную незнакомку коктейлем? – раздался голос слева от Насти. Он принадлежал симпатичному молодому человеку, взирающему на неё в ожидании ответа. – Её уже угощаю я, – возникший рядом Глеб всем своим видом давал понять, что парню тут ловить нечего. Тот, поразмыслив несколько секунд, кивнул и удалился. – Ну и что это сейчас было? – раздражённо спросила девушка. – Вознамерился от меня всех потенциальных кандидатов в мужья отгонять? Имей в виду, я выросла из того возраста, когда родители запрещают гулять с мальчиками наедине. Может, я прямо сейчас упустила парня своей мечты по твоей, между прочим, вине. – Разве что пределом твоих фантазий является бокал алкоголя и посредственный секс на одну ночь – тот максимум, который этот недоделанный принц в состоянии предложить. А утром убежит, сверкая пятками. – Интересно, на каком основании сделаны выводы о его постельных навыках? Вдруг он невероятно хорош? – Желаешь проверить – есть возможность догнать, недалеко ушёл. Настя промолчала, буравя Глеба взглядом. – Что будешь заказывать? – уточнил он. – Лонг-Айленд, пожалуйста, раз уж ты у нас сегодня такой щедрый. – Давай уйдём отсюда? – предложил мужчина, едва она расправилась с напитком. – Всё, бокал алкоголя был? Теперь по плану посредственный секс? – съязвила девушка. – Настя, не нарывайся на конфликт. Я просто хочу провести вместе время вне этого клуба и заодно поговорить. – И что теперь? Мне нужно всё бросить и исполнять твои желания? – Прости меня, – он взял её за руку и посмотрел в глаза. – Я знаю, что ты злишься за прошлый раз. И вправе меня послать. Но, может, всё же согласишься быть со мной? Девушка молча смотрела на него примерно в течение минуты, а потом вырвала свою руку и, повернувшись к бармену, заказала новый напиток. За ним последовал ещё один, и вскоре она уже почувствовала, что пьянеет, но останавливаться не собиралась. – Уважаемый, всё за счёт этого угрюмого господина, – кивая на Глеба, который продолжал сидеть рядом и пристально наблюдать за ней, хихикнула Настя. – По-моему, с тебя уже более чем достаточно, – мрачно ответил тот. – Что, неужели устал быть щедрым, котик? Пожалел средств на девушку? – Скорее, забочусь о твоём здоровье. Завтра сама же будешь страдать от похмелья. – Ты что, мой папочка, чтобы учить меня, как надо себя вести? – фыркнула она. – Был бы я твоим папочкой, ты бы сейчас тут не сидела, – парировал мужчина. – Ну надо же! Может, отшлёпать меня хочешь, прямо тут? Исключительно в воспитательных целях, – рассмеялась Настя, заказывая новую порцию алкоголя. – Похоже, кое-кому явно пора домой. – О, поверь, у меня большие планы на этот вечер. И ты, милый, в них не входишь, – допив, она с грохотом поставила стакан на стойку. – Но мне, и правда, тут уже поднадоело, так что пока, Глеб. Не провожай, – девушка встала, схватила со стула сумочку и, помахав на прощание, нетвёрдым шагом направилась к выходу. На это заявление он лишь покачал головой. Настроение было безнадёжно подпорчено, и, расплатившись, а заодно оставив щедрые чаевые, мужчина поспешил вслед за ней. На улице перед зданием оказалось абсолютно пусто, что поначалу слегка озадачило. Глеб задумался, куда могла так быстро исчезнуть та, что лишь совсем недавно покинула бар и вряд ли способна далеко уйти в подобном состоянии. Почти сразу же он услышал раздавшийся где-то неподалёку резкий вскрик и уверенно направился в ту сторону, откуда донёсся звук. Настя сидела прямо на голом асфальте, один каблук был сломан и валялся рядом, немногочисленные вещи высыпались из сумочки при падении, на штанине появилась внушительная дыра, а рыдания перемешивались с матом. – Ты в порядке? – уточнил мужчина, наблюдая представшую его глазам картину. – Нет. Да. Отстань от меня. Иди своей дорогой. Ты же так к этому стремился. – Давай помогу, – протягивая руку, предложил он. – Спасибо, не надо, – девушка попыталась демонстративно подняться, но закончилось тем, что «сильная и независимая» незамедлительно снова оказалась на асфальте. – Вот ведь дерьмо, – сквозь слёзы выругалась несостоявшаяся амазонка. Мужчина вздохнул, молча собрал разбросанные вещи, включая отломанный каблук, легко подхватил её на руки и понёс в сторону припаркованного поблизости такси. Охнув от неожиданности, Настя грубо и решительно потребовала: – Ну-ка немедленно отцепись от меня, чёртов идиот. Мне от тебя никакой помощи не надо, ясно? Поэтому убери свои руки и верни девушку на землю. – Довезу до дома, – невозмутимо сообщил тот, игнорируя оскорбления. – Своим ходом прекрасно доберусь. – Со сломанной шеей тебе это вряд ли удастся. – Не твои заботы, – зашипела она в ответ. – Знаешь что, милая? Прикуси-ка язык, а то брошу прямо тут. Как думаешь, хорошая перспектива для тебя в таком состоянии? – ему начинало надоедать происходящее. – А вдруг ты воспользуешься моей слабостью? – нелогично предположила Настя. – Вот и узнаешь, – засмеялся Глеб. Подождав, пока его нетрезвая спутница заберётся на заднее сиденье, мужчина сел рядом с ней и захлопнул дверцу. Недолго думая, он продиктовал водителю свой адрес, рассудив, что оставлять её одну сейчас крайне неразумно, мало ли что. Спустя пятнадцать минут девушка уже крепко спала, положив голову ему на плечо. Ночь выдалась на редкость неспокойной: Настю буквально выворачивало наизнанку. Хорошо, что у них обоих не было запланировано ничего важного на следующий день. – Я постирал твою одежду, – первое, что она услышала, зайдя утром на кухню. – Спасибо. И, поверь, мне ужасно неловко за всё случившееся. – Кофе хочешь? – спросил мужчина, переставая хмуриться. – Не переживай ты так, все мы, чего греха таить, перебирали хотя бы раз. Я ведь тоже не святой. – Ты и сам прекрасно знаешь, что это вообще-то не в моем стиле. Просто я была слишком зла на тебя, вот и надралась. От кофе не откажусь. – Ах вот оно что. Ну, зато есть, кого обвинить в случившемся, – усмехнулся он, подавая ей напиток и ставя на стол тарелку с горячим завтраком, который успел приготовить. Таблетка от головной боли требуется? – Нет, спасибо, – она сделала глоток. – Но если честно, то так и тянет съязвить, что моей головной болью являешься именно ты. – Настя, если нужно, я могу извиниться ещё раз, и даже неоднократно попросить прощения. И все слова о том, что ты мне глубоко небезразлична, – чистейшая правда. – Глеб, мне очень не хотелось бы разочаровываться снова, – вздыхая, призналась девушка. – Поверишь тебе сейчас, а потом горько пожалеешь. – Я очень постараюсь, чтобы этого не случилось. Не отталкивай меня. Пожалуйста. – Ладно, – подумав, согласилась она. – Так что там с моей, а точнее даже не моей, одеждой, говоришь? – решив выяснить масштаб случившегося, спросила чуть позже. – Кажется, она теперь годится только на выброс. – Эх, надеюсь, Фаина смилостивится и оставит меня в живых. Надо ей позвонить. *** Вот уже несколько месяцев Настя с Глебом считались парой. Девушка без преувеличения светилась от счастья и с каждым днём чувствовала, что всё сильней прикипает сердцем к этому человеку, позволяя ему занять там главное место. Жили они пока ещё раздельно, но частенько оставались на две-три ночи подряд друг у друга, предварительно договорившись об этом. Мужчина ни разу не заикнулся о том, чтобы начать устраивать совместный быт, пусть даже и не в статусе законных супругов, а сама она полагала, что предложение о таком довольно серьёзном шаге должно исходить именно от него, поэтому просто наблюдала, как будут развиваться события. И даже зубную щётку и запасную одежду возила каждый раз с собой, не желая, чтобы её вещи без спросу обосновались на полке в его квартире, что могло бы быть расценено как наглое вторжение в личное пространство и посягательство на драгоценную свободу. Не собираясь врать самой себе, Настя признавала, что в последнее время их отношения можно охарактеризовать как натянутые, будто Глеб сам не понимает, чего именно от них хочет. У неё складывалось впечатление, что мужчина не решается ни расстаться, ни продвинуться вперёд, топчется на одном месте, нервничает и молча мучается, не в силах разобраться с какими-то внутренними противоречиями. Сама она никого не подгоняла, давая возможность спокойно всё обдумать, но ситуация, говоря напрямик, не радовала. И хотя девушка не планировала торопить события или придумывать уловки, чтобы затащить любимого под венец, так или иначе невольно задавалась вопросом, к чему же всё у них идёт. Аня, с которой она делилась своими невесёлыми мыслями, предлагала поговорить с мужчиной начистоту, чтобы как-то сдвинуть дело с наметившейся мёртвой точки. Настя же сомневалась в том, следует ли поступать подобным образом, поскольку, на её взгляд, это больше похоже на давление и навязывание с её стороны. А дама не должна упрашивать кавалера позвать её замуж или осведомляться, пусть даже деликатно и завуалированно, о том, не хочет ли он, часом, пожить под одной крышей. Она была убеждена, что это эти беседы не только не помогут, но лишь выставят её в неприглядном свете. Подруга же отвечала, что можно бесконечно сидеть и ждать у моря погоды, а потом остаться в прямом смысле старухой у разбитого корыта. А седовласый принц, у которого внезапно обнаружится толкающий на любовные подвиги бес вовсе не в ребре, а в одном известном месте, при упоминании о коем приличные люди краснеют, со всей прытью ускачет к какой-нибудь молодухе, и женится на той в первые же полгода. Проще, мол, разорвать отношения, если они бесперспективные, распушить перья и стать птицей семейного счастья для того, кто быстрее оценит её по достоинству. Настя уверяла, что расставание она не переживёт, на что Аня демонстративно фыркала. Но, надо отдать должное: подруга поддерживала её как могла. Развязка случилась неожиданно. Близкий друг Глеба, придя как-то к нему в гости, объявил, что приглашает их двоих на свою свадьбу. Где-то в глубине души девушка надеялась, что пример окрылённых чувствами знакомых, решивших связать друг с другом свои судьбы, благоприятно скажется на их собственных отношениях. Вдруг это заставит мужчину поразмыслить о совместном будущем, взглянуть на неё, наконец, как на спутницу жизни, с которой он будет готов шагать рука об руку, что бы ни случилось. Видимо, ожидания оправдались, и новость, в самом деле, навела Глеба на некие раздумья. Однако выводы оказались явно не теми, на которые она втайне рассчитывала: через несколько дней после того, как приглашение на свадьбу было получено, он заявил, что им надо сейчас же расстаться. – Но я не понимаю… – сквозь подступающие слёзы и вставший в горле ком произнесла девушка. – Ты что, нашёл другую? – Нет, вовсе нет. И поверь, я все ещё люблю тебя. Так же сильно, как и раньше. – Тогда почему? – Так будет лучше. – Лучше для кого? Я не хочу тебя терять, – с лёгкими нотками зарождающейся истерики в голосе увещевала она. – Я не слепой и прекрасно вижу, что ты желала бы гораздо более серьёзных отношений, чем есть сейчас. Пускай даже не сразу, но в перспективе. Быть уверенной, что у нас с тобой существует будущее, где мы – одна семья. Но… Я ясно понимаю, что не могу и не хочу давать надежду на такое. Поверь, сколько бы я ни пытался, никак не выходит вообразить тебя в роли жены, постоянно возникает сильнейшее внутреннее сопротивление и отторжение. Не знаю, чем именно это объясняется, причину пока выявить не смог, просто такой вот странный факт. Как бы жестоко это ни звучало, но я не хочу связывать свою жизнь с тобой, во всяком случае, на данный момент. И вряд ли что-то изменится. А поскольку я очень сильно люблю тебя, сильнее, чем порой показываю, то понимаю, что будет честнее и правильнее прервать всё здесь и сейчас. А не водить тебя за нос, заставляя питать ложные иллюзии и вселяя необоснованную надежду. Прости, милая. Это ради нас обоих. От всего услышанного её будто ударило, и она, не стесняясь, зарыдала. – Не собираюсь я и наступать себе на горло, сделав когда-нибудь тебе далеко не искреннее предложение лишь оттого, что ты его долго ждала. Это явится тем самым случаем, когда благими намерениями будет вымощена дорожка в самый настоящий семейный ад. И почти наверняка, промучившись несколько лет, каждый из нас согласится, что развод неминуем. Поэтому, как по мне, самое верное решение – разойтись в разные стороны. Как бы сложно оно мне ни далось. – Боже мой… – только и смогла, всхлипывая, произнести несчастная девушка. – Прости, – точно заклинание, повторил Глеб. Как будто словами можно было хоть сколько-нибудь уменьшить нанесённую рану. Он даже подумал было обнять её и утешить, но вовремя сообразил, что от этого станет лишь хуже, и подобный жест только продлит агонию. Вспомнил выражение, что заканчивать отношения надо так, будто срываешь пластырь: быстро и резко. – Вызову тебе такси, – негромко произнёс он. – Может, ещё раз хорошенько всё обсудим? – хватаясь за последнюю соломинку, прошептала Настя. – Прости, милая, тут больше не о чем говорить. Я всё неоднократно обдумал, – решительно и жёстко ответил он, набирая номер, чтобы отправить девушку к ней домой, поставив тем самым точку в их истории. Через несколько минут мужчина уже закрыл за ней дверь, осев на пол прямо в прихожей, ощущая одновременно сильное облегчение и невероятную боль, разрывавшую сердце на части. Одна его половина хотела немедленно всё исправить, позвонить любимой и вернуть её назад, помириться, утешить, просить прощения, избавить от страданий, но другая его часть ликовала, и твёрдо верила, что лишь такое решение было единственно возможным и правильным для них. А Настя, с трудом заставив себя доехать до дома, не проронив ни слезинки, поскольку не желала делать этого перед водителем такси, повернув ключ в замке и едва переступив порог, набрала номер Ани. – Да, – прозвучало в трубке. – Он … – только и смогла выдавить из себя убитая горем девушка, прежде, чем её сотрясли рыдания. – Еду, – сообщила подруга, поняв ситуацию без лишних слов. А через час, сидя на кухне, уже выслушивала сбивчивый рассказ. *** Настя безумно сильно тосковала по Глебу. Шли дни, а ей всё никак не удавалось избавиться, получив облегчение хотя бы на несколько часов, от мыслей о нём, преследовавших её буквально везде: на работе и дома, в дороге, на прогулке, и за каким угодно делом. Но самыми сложными были, разумеется, ночи. Лёжа одна в холодной постели, она тут же переносилась в воображении в те невероятные мгновения, которые провела, сгорая от страсти, изучая каждый изгиб мужского тела, открывая новые и новые чувствительные местечки у себя и у партнёра. Тогда весь мир словно переставал существовать, и становилось абсолютно неважно, что происходило снаружи, ведь они были поглощены исключительно друг другом, и только это имело значение. Бессонница стала её обычной спутницей. Словно кадры из фильма, который смотришь не в первый раз и уже знаешь наизусть, перед глазами вставали не блекнущие со временем картинки: вот Глеб с юмором рассказывает ей что-то о своей работе; вот они, смеясь и держась за руки, бродят по улицам; а вот с энтузиазмом пытаются приготовить яблочный пирог по какому-то необычному рецепту, расхваливаемому коллегой, но блюдо безнадёжно подгорает, поскольку, увлёкшись друг другом и переместившись в спальню, умудрились забыть обо всём на свете, а когда, наконец, спохватились об оставленной в духовке выпечке, было уже поздно, но никто не расстроился. От всех этих воспоминаний девушке вдруг нестерпимо захотелось посетить какое-либо из мест, где она когда-то была так счастлива, возможно, просто из желания ещё раз прочувствовать некоторые моменты. Безусловно, Настя понимала, что есть огромная разница между тем, чтобы отправиться туда одной, и эмоциями, испытываемых от их совместных походов. Ведь благодаря присутствию рядом Глеба всё приобретало совершенно иной смысл и окраску. Однако, даже отдавая себе полный отчёт в невозможности прожить то же самое заново, она всё же решительно поднялась и направилась к шкафу. Повинуясь сильному внутреннему порыву, девушка тут же сняла с плечиков то платье, в котором он любил её видеть больше всего. Глеб утверждал, что оно прекрасно подчеркивает её восхитительные формы, точно магнитом притягивает взгляды окружающих мужчин и вызывает чувство зависти у женщин. Заявлял с самым серьёзным видом, что в этом наряде она способна затмить красотой олимпийских богинь, не говоря уже о простых смертных. Настя, в свою очередь, всегда смеялась и отвечала, что он просто склонен преувеличивать действительность, умело находя правильные слова, приятные для девичьих ушей, словно заправский дамский угодник. И, тем не менее, ей было лестно слышать комплименты в свой адрес, особенно из уст горячо любимого мужчины. От них она, и в самом деле, ощущала себя практически королевской особой. Нанеся лёгкий макияж, обувшись и прихватив сумочку, девушка вышла из дома. Она намеревалась отправиться в одно маленькое кафе в центре города, где в сумме они провели, пожалуй, десятки часов. Добравшись, девушка вошла внутрь полупустого помещения и, сразу же заметив свободный столик у окна, заняла его. Сделав заказ, она принялась разглядывать прохожих, размышляя о том, что мир не рухнул и планета по-прежнему вертится, несмотря на её личную жизненную трагедию. Настя не знала, сколько времени уже сидела тут, погружённая в созерцание улицы и свои мысли, поэтому неожиданно прозвучавший вопрос застал её врасплох. – Могу ли я присоединиться к вам? – с дружелюбной улыбкой уточнил незнакомец. – Что? – встрепенулась девушка. – Простите, но это вряд ли, – почувствовав себя почему-то неловко, она нервно теребила салфетку, смущённо отведя взгляд, понимая, что вид у неё, надо полагать, сейчас довольно глупый и нелепый. – Может, всё же позволите угостить вас чашечкой кофе? – не сдавался он. – Нет, – довольно резко отреагировала Настя, при этом слегка покраснев, ведь она не любила выглядеть в глазах окружающих грубой. Но мужчина, казалось, ничего не заметил. Или просто сделал вид. – Тогда давайте для начала просто познакомимся. Коля, – вдруг представился он. – Простите, Николай, но мне как раз пора, – вставая, сообщила девушка, удивляясь настойчивости нежеланного собеседника. Общение с новым мужчиной, в любом виде, не входило в её планы на ближайшее время. – Могу я проводить вас? – не унимался он. – Спасибо, не надо. Меня ждут, – прозрачно попыталась намекнуть она на то, что продолжения не предвидится. – Ну что же, тогда всего хорошего, – слегка усмехнулся он, видимо, правильно всё поняв и отступая. Пробормотав «до свидания», девушка быстрым шагом, не оборачиваясь, направилась к выходу. А Николай устремил ей вслед задумчивый взгляд. Временами ей очень хотелось взять и разрушить эту стену отчуждения, написав или позвонив Глебу. Но Настя каждый раз останавливала себя, повторяя, словно мантру, что первый шаг должен сделать именно он. Она не могла растоптать последние остатки гордости, навязываясь человеку, который, по сути, просто избавился от неё и даже не предпринимает попыток, одумавшись, выйти на контакт. Не хотела унижаться, выпрашивать, получать отговорки, отказы или, того хуже, ледяное молчание. Ведь он прекрасно знал, что его сообщению или звонку будут рады в любой момент. Знал и то, что она ни на миг не перестаёт любить и ждать, что каждая минута без него подобна адской пытке и тянется, без преувеличения, целую вечность. Знал, как сильно девушка переживает, мечется по дому, не находя себе места, льёт нескончаемые потоки слёз, смотрит с ненавистью на часы, которые будто издеваются, двигаясь невыносимо медленно. Он всё это знал. Но предпочитал продолжать держаться как можно дальше, во всех смыслах. А она готова была выть от терзавшей тоски. И изо всех сил старалась не написать и не позвонить первой. Постепенно жизнь стала входить в колею, хотя боль так до конца и не исчезла. (далее описываются события, происходящие уже спустя некоторое время после того, как девушка, попав в ДТП, повторно вернулась в прошлое) *** Настю давно раздражал её чайник. Он был относительно старым и самым что ни на есть обычным, металлическим, который полагалось ставить на конфорку. На закипание воды уходило довольно много времени, что девушке, само собой, не нравилось, в особенности по утрам, когда буквально каждая минута на счету. До некоторых пор она старалась не придавать этому значения, потому что настолько, казалось бы, несущественная, деталь – явно не самая большая проблема в жизни человека. Ну подумаешь, чайник. Проснулся чуточку пораньше, раз уж на то пошло, не критично ведь. Было бы из-за чего переживать. Но в последнее время по непонятной причине девушка стала буквально ненавидеть как сам этот предмет, так и его наличие на своей кухне. Видимо, накипело. А начинать день с плохого настроения, как известно, не самое лучшее решение. Именно это и подтолкнуло Настю отправиться сегодня в магазин бытовой техники. Она намеревалась заменить своего старичка на более современного электрического собрата, который гораздо быстрее выполняет нужную функцию, а, следовательно, будет вызывать исключительно приятные эмоции. Ей также требовалось заехать по работе в пару мест в разных районах города. Так девушка оказалась в торговом центре, расположенном достаточно далеко от дома. … Мужчина шёл по улице и ругался про себя. Ему хотелось послушать любимую музыку, отдохнуть от этого сумасшедшего дня, отстраниться от целого мира. Но, как назло, наушники сломались в самый неподходящий момент. Уже третьи за короткий срок. Сплошное невезенье. На пути встретилась вывеска, мигающая яркими огоньками и намекающая, что в этом здании ты можешь выпить кофе с сэндвичем, сделать маникюр или причёску, приобрести книжную новинку, стать обладателем туфель или сумочки из последней коллекции, найти развлечение для всей семьи. Ну и, конечно же, выбрать очередные наушники. Она увлечённо изучала ассортимент, когда… – Настя? – этот удивлённый голос просто невозможно спутать с чьим-либо ещё, даже спустя столько лет, сложенных из кусков двух предыдущих жизней. – Здравствуй, Глеб, – ответила, не поворачивая головы. Сердце её принялось бешено колотиться от одной лишь мысли о том, что он сейчас находится прямо у неё за спиной. – А я только вчера о тебе вспоминал, представляешь? – Да ну? И в каком же, интересно, контексте? – Настя, наконец, посмотрела в такие знакомые глаза, снившиеся ей едва ли не каждую ночь на протяжении последних недель. – Например, понял, что мы давно не виделись. Осознал, как соскучился, – негромко проговорил мужчина. – Потрясающе. Ну, вот она, я. Посмотрел? А теперь извини, мне пора, – девушка резко развернулась, направившись к выходу. – Подожди, – он поспешил за ней. – Настя, да стой же ты! – Что ты от меня хочешь, Глеб? – скрывая дрожь от волнения в голосе, спросила она. – Мы можем поговорить? Я… мне бы… прости… За всё. За то, как повёл себя. За то, что исчез. Я так часто думаю о тебе, Настенька! – выпалил он. – Допустим, твои извинения приняты. Живи себе дальше спокойно, ни о чём не переживай. Радуйся жизни и забудь о том, что когда-то было между нами. Прошлое в прошлом. Я давно не злюсь, не обижаюсь и ничего не жду от тебя. – А если я не желаю ничего забывать? Если, напротив, хочу вернуть всё как раньше? Если понял, каким глупцом был, когда ушёл? Если ты мне нужна? – Как раньше уже не получится. Так не бывает. Что-то за всё это время ты ни разу не позвонил, не написал, не сделал попытки увидеться или поговорить. Знаешь, обычно это свидетельствует о безразличии к человеку и о том, что его отсутствие не является проблемой. Уверена, если бы не сегодняшняя случайная встреча, я бы о тебе так и не услышала. Да и что тут обсуждать? – Мне было по-настоящему стыдно и плохо. Я многое осознал, но на это потребовался не один день. В какой-то момент будто очнулся и ощутил, как сильно хочу быть рядом с тобой. Как много потерял из-за собственного упрямства и абсолютно идиотских установок в голове. Просто я тогда запутался. А поговорить предлагаю о нас. – Нет никаких нас, Глеб. И это, между прочим, твой выбор. Который я приняла. Действительно считаешь, что фраза «я виноват» или «мне так плохо без тебя» заставит меня тут же кинуться в твои объятия? Забыть всё, что происходило до настоящего мгновения? Закричать «любимый, я целиком и полностью твоя, делай со мной, что только заблагорассудится»? – Настя, я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что ты имеешь полное право послать меня куда подальше. Не выслушивать никаких объяснений. Не давать второго шанса. Но, прошу, подумай о том, чтобы согласиться хотя бы на одну-единственную встречу. – Зачем? Чтобы ты лил мне в уши сладкие речи, обещал, как нам будет хорошо вместе? Или чтобы испытать прилив жалости к бедному-несчастному Глебушке, которому так серо и уныло без солнышка-Настеньки? И который до этого даже пальцем не пошевелил, чтобы что-нибудь исправить. К тому же, представь себе, я могу оказаться несвободна. – У тебя кто-то есть? – Нет. Но в данном случае от этого ничего не меняется. – Давай я тебе позвоню через денёк-другой? Ты остынешь и, возможно, посмотришь на мои сегодняшние слова иначе. – Никто не гарантирует, что я вообще возьму трубку. – А я всё же попытаюсь. – Пока, Глеб, – и девушка ушла. Настю трясло после такого неожиданного столкновения. Она не очень понимала, как реагировать на только что произошедшее. Чувства к бывшему парню никуда не делись. Но разумно ли с её стороны поддаться им и вновь поверить этому человеку? Мужчина, и правда, принялся звонить. Сначала девушка упорно игнорировала это. Но попытки продолжались. Потом она всё же ответила, сообщив, что занята и не может с ним увидеться. Так повторялось несколько раз. В итоге, не выдержав, она всё же согласилась на встречу. Кстати, а чайник всё-таки был заменён на новый. *** – Знаешь, это кажется бесполезной затеей, – уныло сказала Настя. – Твоё присутствие только вызывает ненужные эмоции. – Неужели у тебя ко мне совсем ничего не осталось? – упавшим голосом спросил Глеб. – В том-то и проблема, что любовь, вопреки всем приложенным усилиям от неё избавиться, по-прежнему жива. Прорастает, точно нахальный сорняк, у которого срубить удаётся лишь верхушку, а корень глубоко ушёл в землю, давая шанс молодым побегам вылезти и заполонить собой весь участок. И следовало бы благоразумно молчать об этом в тряпочку, для собственного же спокойствия. Все твои прошлые поступки буквально вопят: «Держись от него подальше». Один раз ты уже нанёс мне огромную сердечную рану, которая до сих пор до конца не затягивается. И, маяча перед моими глазами, тем самым расковыриваешь её. Не могу я тебя впустить в свою жизнь, понимаешь? Слишком сильно тогда обожглась. Проще уж считать, что расстались навек, и со временем смириться с этой мыслью, чем воскресить надежду на счастливый финал и вновь остаться у разбитого корыта. Вторично такого я просто не вынесу. – Я изменился и могу это доказать, – мужчина выглядел гораздо более воодушевлённым после этой исповеди, уверовав в то, что ещё не всё потеряно. – Не хочу рисковать, – девушка явно не желала уступать его уговорам. – Мы не будем торопиться. Просто посмотришь и сделаешь выводы. – Вот уж спасибо, обойдусь как-нибудь. Ладно, Глеб, я домой, – она начала спешно собираться, стремясь как можно быстрее покинуть кафе, в котором они сидели. – Побудь со мной ещё немного, а? – Перестань. Зря я вообще пришла, – она хмурила брови и выглядела крайне недовольной. – Спасибо, что всё же согласилась. Я рад был провести этот вечер вместе. – К сожалению, не могу ответить взаимностью, – ей хотелось уколоть его побольнее, заставить прекратить попытки её вернуть. В противном случае слишком уж велик соблазн поддаться желанию снова начать с ним отношения. – Удачи, – Настя пулей выскочила на улицу и поймала такси. Продиктовав адрес, принялась прокручивать в голове сегодняшнюю встречу с Глебом. И кто её за язык тянул? С чего бы вдруг так разоткровенничалась? В чувствах призналась, надо же. Чем вообще думала? По сути, дала ему рычаги воздействия. Ну уж нет! Она просто больше не будет отвечать ни на один из его звонков, пусть даже телефон разрывается каждую минуту. Всегда есть вариант сменить номер, но это уже крайняя мера. И девушка изо всех сил старалась придерживаться принятой позиции. *** Примерно через две недели позвонила Аня: – Привет, подруга. Как ты там? – Привет. Как обычно: лучше всех, – на это заявление в трубке тихонько хмыкнули, очевидно, выражая сомнение в правдивости услышанной информации. – А ты? – Отлично. Я, собственно, чего хотела-то. Пойдём с нами на каток завтра? Крытый, разумеется. – Ань, я на коньки в последний раз вставала лет семь назад, если не больше. Уже и не помню, как это делают. К тому же с вами, это конкретно с кем? – Я, Антон и несколько парней и девушек из его компании. Повеселимся, решайся. – Ага, Настя будет позориться, изображая тётушку-гусыню на льду, а окружающим будет очень весело над ней потешаться. Клоунесса к вашим услугам, господа. Нет уж, покорнейше благодарю. – Ой, да ладно тебе! Можно подумать, остальные – сплошь чемпионы по фигурному катанию. Взяла привычку ворчать, похлеще старухи с зубной болью. – У них нечему болеть, челюсть вставная. – Ну ты и зануда, дорогая моя. Прямо вылитая древняя бабка какая-то. Песочек ещё не сыпется? – Если и так, то мне там точно не место. Того и гляди, весь лёд испорчу, лезвия скользить перестанут. Лишу людей развлечения. – Ничего не хочу знать, завтра собираемся у моего дома и дружной толпой отправляемся на каток. Коньки напрокат возьмёшь, если своих нет. Пора стряхнуть с себя пыль и тряхнуть стариной. Ну, или чем там получится. И чтоб в пять была как штык. Иначе мы сделаем крюк и шумной гурьбой завалимся к тебе в гости. Я серьёзно, Насть. – Не стыдно шантажировать? – Стыдно себя заживо в квартире похоронить в полном расцвете сил и красоты. Я же считаю своим долгом спасти любимую подругу от превращения в мумию. Так что вынуждена действовать наверняка. Долой пустые угрозы! Даёшь вечер в тёплой компании! – На холодной ледовой арене, ага. – Шуточки свои придержи для парней, там будут молодые – холостые. Вот их и сражай наповал отменным чувством юмора. – Вот ещё. Слишком много чести. Ладно, уговорила. Присоединюсь к вам. – Правильно. Тогда до завтра. – Пока. Следующим вечером Настя с новыми знакомыми, среди которых оказался и Илья, прибыла на каток. Поначалу всё шло действительно великолепно, как вдруг за спиной раздался голос: – Настя? Какое совпадение! – Здравствуй, Глеб. Ты что, следишь за мной? – угрюмо спросила девушка. – Приехал с коллегами. Начальство решило сплотить команду. Почему-то именно посредством визита сюда. – Ну вот и не отбивайся от них, я не из твоей организации, – сказав это, она прибавила скорость, а уже через минуту раздался её крик. – Ты в порядке? – Глеб тут же оказался рядом с упавшей на лёд девушкой, помогая ей подняться. – Не знаю. Нога, – она скорчилась от боли. – Подруга, ты чего? – Аня тоже подоспела. – Глеб? – удивлённо вытаращившись на мужчину, она на время даже забыла о Насте. – Привет, Ань. Жалуется на боль в ноге. Сейчас доберёмся до скамеек и посмотрим, что дальше. Усадив Настю, мужчина аккуратно снял с неё конёк и начал бережно ощупывать голеностоп. – Судя по всему, придётся посетить травмпункт. Не исключено, что всё довольно серьёзно, хоть я и не профессионал, – резюмировал он. – Предпочла бы без этого. Потерплю. – Настя, не будь, как маленькая. Сейчас вызову такси и поедем с тобой к врачу. – Сама справлюсь. Тебя ждёт коллектив. – Уверен, что помощь любимой девушке, у которой, вероятно, перелом, – довольно веская причина покинуть сослуживцев. – Не преувеличивай, почти наверняка кости целы. А отправиться со мной при необходимости и Анька может. Так что займись своими делами. – Именно ими я и занят. А носить тебя на руках тоже она будет? Подруга, прищурившись, с возрастающим интересом наблюдала за перепалкой двух бывших влюблённых. И чем дольше, тем больше убеждалась, что искра между ними не то, что не погасла, но с каждой секундой разгорается всё ярче. Поэтому, поразмыслив, почла за лучшее не вмешиваться. Пусть сами разбираются в своих запутанных отношениях. – Я так понимаю, ты под надёжным присмотром. Поэтому с чистой совестью оставляю тебя на попечение этого мужчины. Если вдруг понадоблюсь, звони. И не забудь сообщить мне, что там доктор скажет. Удачи, ребята, – и Аня упорхнула на лёд, покинув растерянную и злую Настю и встревоженного травмой, но всё же довольного тем, что хоть на короткое время окажется с ней рядом, Глеба. – Повреждение связок. От двух до трёх недель на больничном. Плюс пропишу лечение, – констатировал врач. Девушка была явно не в восторге. *** Мужчина довёз её до дома, и они вместе поднялись на нужный этаж. – Зайди, хоть чаем напою, – пригласила она. – Не буду отказываться. Кроме того, тебе не помешает помощь. По настоянию Глеба Настя просто спокойно сидела, пока он возился с ужином. Весь остаток вечера они почти не разговаривали. Девушка чувствовала себя неважно, поэтому легла сразу после того, как проводила гостя. А на следующее утро её разбудил звонок в дверь. – Кого принесло в такую рань, да ещё в выходной? – ворчала она, пытаясь подняться с кровати. Как оказалось, уже почти полдень. – Ничего себе, поспала! С трудом доковыляв до прихожей, девушка посмотрела в глазок. На лестничной клетке стоял Глеб. Вздохнув, Настя открыла дверь, впуская нежданного визитёра. С собой у него был букет, пакет с продуктами и… – Костыль?! Это ещё зачем? – в пижаме, непричёсанная, с отёкшим после ночи лицом, она абсолютно не стеснялась своего «непрезентабельного» внешнего вида. Даже, напротив, испытывала удовлетворение от того, что предстала перед бывшим именно такой. Пусть любуется, глядишь, быстрее сбежит и переключит своё внимание на какой-нибудь более подходящий объект. От последней мысли, правда, внутри у девушки почему-то зашевелилась ревность. Но она не позволила ей поднять голову. – Очевидно, затем, что тебе неудобно скакать по квартире на одной ноге, – невозмутимо ответил мужчина. – Где у тебя ваза? Когда цветы были обрезаны и поставлены в воду, Глеб отправил её в душ, а сам принялся готовить завтрак. – Какие цели ты преследуешь, заявившись ко мне? – напрямую спросила Настя, делая глоток сваренного мужчиной кофе. – Оказать помощь с различными домашними делами, в первую очередь. В частности, с уборкой, готовкой, могу сделать специальный массаж, который назначил доктор. – Спасибо, конечно, но как-нибудь разберусь. Нет необходимости в том, чтобы ты тут торчал. Я, кажется, уже выражала своё мнение насчёт нашего с тобой взаимодействия. Напомню: не желаю его ни под каким соусом. Дружить мы не сможем, а остальное вообще без комментариев. – А я хочу облегчить жизнь любимой девушке, повредившей ногу. И ничего не ожидаю взамен. Просто предлагаю свои услуги до выздоровления, бескорыстно. – Вот только не надо заводить шарманку о нежных чувствах. Я не Станиславский, но скажу то же самое, даже по слогам: не ве-рю! Заливаться соловьём тут бессмысленно и контрпродуктивно. – Я способен делать всё молча, если тебе так будет приятнее. Настя, я на самом деле лишь стараюсь помочь. – Глеб, я устала объяснять. Оставь меня в покое, пожалуйста. Мужчина поднялся, собрался без единого слова и уже через пять минут шагал по улице. Девушка с облегчением выдохнула, глядя из окна на его удаляющийся силуэт. Она была практически уверена, что после состоявшегося диалога этот человек снова исчезнет из её окружения, теперь уже навсегда. Однако на следующий вечер в дверь начали упорно звонить. – Опять ты? Серьёзно? – Настя не собиралась пускать его на порог, но мужчина, аккуратно отодвинув её с дороги, вошёл в дом, как ни в чём не бывало. – И как прикажешь понимать сию наглость? – она в возмущении упёрла руки в боки. – Перестань сопротивляться. Я не собираюсь тебя к чему-то склонять или в чём-либо убеждать. Как только нога заживёт, ты меня больше не увидишь, если таково будет твоё решение. – Безумие полнейшее. – Всё, что от тебя требуется, это расслабиться. В конце концов, девушка решила махнуть рукой на происходящее. Зачем пытаться переспорить этого твердолобого непрошибаемого упрямца, впустую трепать нервы и тратить энергию, если можно просто игнорировать? Чем меньше уделяешь внимания его действиям, тем быстрее ему самому наскучит этот цирк. Да и не станет же он ежедневно таскаться сюда после работы только для того, чтобы продемонстрировать заботу и участие. Поэтому девушка приняла решение заниматься своими делами, будто Глеба и нет рядом. Однако, вопреки её рассуждениям, наведывался мужчина практически каждый вечер. У них даже сформировался своеобразный ритуал: сначала он выполняет всё необходимое, включая мелкий ремонт, который требовался, например, подтекающему крану, а потом они вместе ужинают в тишине. После чего гость так же молча одевается и уходит. Минуло около трёх недель к тому моменту, как врач разрешил Насте вернуться к обычному ритму. – Ну, вот и всё. Теперь ты избавлена от моего присутствия, – сказал он, отпуская такси, доставившее их к её дому после приёма в клинике. – Спасибо тебе. Ты, и правда, очень меня выручил в этот период. – Пока, Настя, – мужчина развернулся и зашагал прочь. – Глеб, – окликнула она буквально через несколько секунд. Он остановился и обернулся, вопросительно посмотрев на девушку. – А давай немного пройдёмся? – предложение прозвучало неожиданно даже для неё самой и заставило покрыться лёгким румянцем. – Буду рад. Впервые за долгое время они смогли нормально пообщаться, без ощущения неловкости или воспоминаний о событиях прошлого, невидимой стеной встававших между ними. Проводив Настю до подъезда, мужчина развернул её к себе и нежно поцеловал. Поколебавшись лишь мгновение, девушка ответила на этот жест. – Значит ли это, что ты даёшь нашим отношениям ещё один шанс? – спросил он, на что получил утвердительный кивок. … Спустя несколько месяцев Глеб пришёл к ней, держа в руках небольшой горшочек с кактусом: – Вот, возьми, это тебе, – и протянул растение девушке. – Оригинально. Придумал способ сэкономить на букетах? – поддела его Настя. – Нет, просто он напомнил мне тебя некоторое время назад, – улыбнулся мужчина. – Да, милый, романтик из тебя никудышный, – притворно вздохнула она. И тут девушка обнаружила, что к горшочку привязан небольшой бархатный мешочек. Она вопросительно посмотрела на Глеба, и тот жестом предложил открыть его. Развязав тесёмки, Настя вытряхнула содержимое на ладонь. Это оказалось золотое колечко, украшенное несколькими некрупными камнями. – Выйдешь за меня? – спросил мужчина, глядя, как она примеряет подарок. – По-моему, ответ очевиден, – фыркнула Настя и крепко обняла любимого. Довольно скоро они сыграли свадьбу, но ей почему-то иногда казалось, что их семейная жизнь – всего лишь счастливый сон, от которого она в любой момент может очнуться. Поэтому каждый день, с нежностью глядя на мужа, девушка от всей души желала, чтобы их прекрасная сказка никогда не заканчивалась. *** У Глеба имелся родной старший брат, Кирилл. Конечно, Настя была с ним знакома, но между ними никогда не было тесного общения. Так, перебросились несколькими дежурными фразами, даже ничего ни разу толком и не обсудили. Девушка редко слышала упоминания о нём и мало что знала о жизни этого человека, который теперь вроде как являлся и её родственником тоже. И вот однажды, придя с работы, Глеб выглядел невероятно задумчивым и рассеянным, будто сам не свой. Сердце у Насти ёкнуло, а в голову сразу полезли самые мрачные и тревожные мысли. Стараясь гнать их от себя и намереваясь выяснить, в чём дело, она спросила мужа: – Глеб, что с тобой? Что случилось? Проблемы на работе? – Нет. То есть да. То есть проблемы есть, но не у меня. В общем, слушай… И он рассказал о том, что около часа назад ему позвонил брат. У Кирилла был свой бизнес, который довольно долго процветал и приносил хороший стабильный доход. Ничто не предвещало беды, пока не стало слишком поздно. Имелся также и партнёр, оказавшийся нечистым на руку. Как выяснилось, он вёл двойную игру, проворачивал за спиной ничего не подозревающего брата Глеба какие-то аферы, реализовывал некие схемы, а потом попросту исчез. В итоге фирма теперь в огромных долгах, их деятельностью заинтересовались специальные службы, ведётся расследование, а сам Кирилл, вынужденный в результате вышеупомянутых событий в срочном порядке продать квартиру, остался буквально на улице. Звучит, как сценарий из криминального фильма, но, увы, такова суровая реальность. Какое-то время помогали ближайшие друзья, но пользоваться их добротой и дальше слишком неловко. В итоге брат просил Глеба дать ему в долг, чтобы можно было снять на время хоть какую-то комнату и продолжить разбираться со сложившейся ситуацией. – И тогда я предложил ему пожить у нас столько, сколько потребуется. Есть ведь свободная спальня, которую можно занять. Очень надеюсь, что ты поймёшь и поддержишь моё желание пригласить Кирилла сюда, – закончил повествование мужчина. – Конечно, поддержу! История звучит просто кошмарно, после такого теряешь веру в людей. А почему он раньше к тебе не обратился? – Не знаю, Насть… Видимо, гордость не позволяла признаться младшему брату в том, что его, такого успешного, обвели вокруг пальца, и теперь приходится просить о помощи, – вздохнул Глеб. – Грустно всё это… Когда он приедет? – Сегодня вечером, точнее уже ближе к полуночи. Я его дождусь и встречу, так что спать пойду позже, а ты ложись, завтра ведь рано на работу вставать. – Хорошо, тогда подготовлю комнату. – Спасибо тебе, ты у меня самая лучшая и добрая, – с нежностью сказал мужчина. – Не преувеличивай. Думаю, любая на моём месте согласилась бы с твоим решением. Порой судьба совершает невероятно крутой поворот, и не всегда он кажется счастливым. С каждым может случиться трагедия, и в такие минуты как никогда важна своевременная поддержка. Особенно, если её оказывает близкий человек. – Философ ты мой, – улыбнулся Глеб, а потом поднялся, подошёл к жене и крепко обнял её, уткнувшись носом в макушку. – И откуда только такая мудрая? – А ты поживи с моё, – прижимаясь к мужу ещё сильнее, пробормотала девушка. Кирилл приехал в первом часу ночи, и они с братом ещё долго о чём-то негромко беседовали на кухне. Насте не спалось, но она не стала им мешать, дав возможность вволю наговориться и обсудить насущные проблемы. *** Тот факт, что у них в доме поселился ещё один человек, мало сказался на привычном укладе вещей. Присутствие Кирилла было практически незаметным: нередко он исчезал куда-то на целый день, в остальное же время преимущественно находился в своей комнате, видимо, стараясь никого не беспокоить и не мелькать лишний раз перед глазами. Питался мужчина бутербродами и пельменями, поэтому вся его нехитрая провизия – скромно приютившиеся на боковой полке кусок сыра и колбасы, составлявшая им компанию упаковка соуса, пачка полуфабрикатов в морозилке и половина батона в хлебнице – занимала минимум места. Его завтраки обычно бывали очень ранними, у супругов к тому часу ещё даже не успевал прозвонить будильник, а ужины поздними, когда те уже легли. Причём он умудрялся всё делать настолько тихо, что ни разу не нарушил чей-либо сон. Однажды мужчина вернулся раньше обычного. Вид у него был крайне усталый. – Кирилл, – позвала Настя. – Садись, поужинай с нами. Мы как раз только-только начали. Мой руки и присоединяйся. – Спасибо, Настя. Но мне как-то неудобно, не хочу вам мешать, – тихо проговорил он. – А ты и не помешаешь. Давай, пока всё горячее и свежее. Наверняка ведь голодный. – Ну хорошо. Только переоденусь и приду. Это был первый раз, когда они втроём собрались за одним столом. Глеб поинтересовался у брата, как обстоят дела с фирмой и партнёром. Тот объяснил, что потихоньку всё распутывается. Кроме того, Кирилл сейчас занят ещё и поиском путей для продвижения и реализации одной интересной идеи, иными словами, сложа руки не сидит. В этот вечер общались преимущественно мужчины, Настя же ела практически молча, глубоко погружённая в свои собственные мысли. В следующие пару дней возвращение Кирилла по времени также совпало с их ужином, и девушка каждый раз приглашала его к столу. А после он по собственной инициативе мыл всю грязную посуду. – Кирилл, – обратилась к мужчине Настя, когда тот появился на кухне, намереваясь заварить себе чашку чёрного чая. Сегодня брат Глеба, как и обычно, исчез с самого раннего утра, а вот домой пришёл вскоре после неё. – Да? – он повернулся к девушке, выражая готовность внимательно слушать. – Будешь есть сегодня вместе с нами? Я как раз собиралась опробовать новый рецепт. Наткнулась на него в одном журнале. Должно получиться нечто вкусное, если судить по описанию. – Спасибо за предложение, но не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством. Вы меня мало того, что пожить впустили, так в последнее время ещё и угощаете. По-моему, это уже перебор. Чувствую себя немного неловко. – Не говори глупости, – отмахнулась девушка. – Думаешь, нам для тебя еды жалко? Не чужие люди всё-таки. А то ты на своих пельменях и бутербродах гастрит заработаешь. Это в лучшем случае. Так что не бери в голову и соглашайся. – Давай я тогда хоть помогу. Внесу свой вклад. – Да я, в общем-то, справляюсь, – пожала она плечами, доставая из холодильника ингредиенты для будущих блюд. – Настя, если уж зовёшь меня составить вам компанию за ужином, то позволь поучаствовать в готовке. Ты после работы, устала. А вдвоём мы уложимся быстрее, да и тебе самой придётся меньше всего делать. – Ладно, если так хочется. Тогда почисть пока овощи. С этого дня Настя и Кирилл нередко готовили вместе. Кроме того, мужчина сопровождал её во время походов за продуктами, возил тележку и нёс до дома тяжёлые пакеты с покупками, которые они оплачивали по очереди. Разумеется, в процессе завязывались беседы, порой оказывавшиеся довольно продолжительными. Совместное времяпрепровождение сблизило их, и очень скоро обоим начало казаться, будто они общаются друг с другом уже не первый год. Настя и сама не заметила, как начала советоваться с ним по различным вопросам, прислушиваясь к мнению этого мужчины. Кроме того, она узнавала неожиданные факты и о жизни собственного мужа из рассказов его брата. Глеб же всё чаще пропадал на работе, задерживался допоздна, а после и вовсе последовала череда его командировок. Словом, супруги виделись всё реже, что не могло не огорчать девушку. *** Проснувшись однажды утром, Настя поняла, что чувствует себя крайне плохо. Всё тело ломило, у неё явно была высокая температура, голова невыносимо болела, нос оказался заложен, а в горле першило. Стало очевидно, что девушка умудрилась подхватить какой-то вирус. Сегодня среда, а отправиться с подобными симптомами на работу она вряд ли сможет, да и заражать других не хочется. Глеб ещё вчера отбыл в командировку и будет дома только в понедельник. Решив, что позвонит и предупредит начальство о своей болезни чуть позже, Настя собралась подняться и пойти утолить мучившую её жажду. С трудом встав с постели, в ту же секунду испытала головокружение. Но пить всё-таки хотелось, поэтому на ватных ногах она направилась в сторону кухни. Однако ещё в коридоре неожиданно ощутила огромную слабость, пошатнулась и, прислонившись к стене, сползла по ней на пол. В это время Кирилл вышел из ванной и, заметив неладное, тут же поспешил на помощь. – Насть, что случилось? Да ты просто кипяток! – дотронувшись ладонью до лба девушки, мужчина быстро определил наличие сильного жара. А потом подхватил её на руки и отнес в спальню. Вызвал врача на дом, выслушал указания и рекомендации касательно лечения. – Кирилл, ты абсолютно не обязан нянчиться со мной. Это не твоя забота. Уверяю, что прекрасно справлюсь со всем сама, – слабым голосом сказала Настя, когда он принёс ей в постель травяной чай с мёдом и, придерживая кружку, помогал его пить. – Ты уже предприняла попытку. В итоге свалилась в коридоре. Мне не составит труда немного поухаживать за тобой. Тем более что сегодня и завтра у меня намечались только телефонные разговоры, а ими я с равным успехом могу заняться из дома. Не бросать же тебя одну в таком состоянии, когда ты и воды себе налить не сможешь. – А если подхватишь вирус? – Не думай об этом. Всё обойдётся. Насть, считаешь, мне совесть позволит поступить иначе? Сейчас быстро схожу в аптеку, куплю лекарств, которые прописал доктор. А ты пока отдыхай. – Спасибо. Через полчаса, выпив таблетку, девушка уснула. Кирилл варил ей бульон, делал чай, следил, чтобы она выполняла инструкции врача. Первые два дня Настя практически всё время спала и ощущала огромную слабость. На третий её состояние заметно улучшилось. – Ну что, как ты сегодня? – спросил мужчина, заглянув к ней утром в пятницу. – Кажется, гораздо бодрее. Полагаю, даже удастся совершить «кругоквартирное» путешествие. – А вот с этим пока не торопись. Мне придётся отлучиться, примерно на полдня. Давай ты пообещаешь без меня не геройствовать и соблюдать строгий постельный режим. А вечером видно будет, заодно и силы накопятся. – Слушаюсь, товарищ старший усатый нянь, – девушка изобразила рядового, получившего приказ от командира. – Будет исполнено в точности. – Ого, да тут кто-то уже шутить изволит. Значит, идёшь на поправку, это отличные новости, – широко улыбнулся Кирилл. – А что насчёт аппетита? Завтракать будешь? – Разве что овсянки немного, не очень густой. В шкафу упаковка была с порционными пакетиками. Это как раз то, чего мне сейчас хотелось бы. – Понял тебя. Кирилл прикатил из гостиной журнальный столик на колёсиках и установил рядом с кроватью. На него он поместил два термоса: один для еды, в который была налита свежеприготовленная куриная лапша, а другой с горячим напитком внутри. Рядом поставил большую бутылку воды, блюдо с несколькими фруктами и упаковку шоколадного печенья, чтобы у Насти было всё под рукой на случай, если она захочет попить или перекусить. А также по её просьбе положил пару книг. И, попрощавшись, отправился по своим делам. За время его отсутствия девушка поспала часа два, а в остальное время пробовала читать. Но поймала себя на том, что постоянно думает не о Глебе, находившемся в сотнях километров отсюда, а о брате мужа. Ей было приятно почувствовать заботу с его стороны, проявленную в момент болезни, когда даже взрослым людям хочется немного побыть опекаемыми. Да и не каждый оказался бы столь чуток и внимателен, как этот мужчина, хотя он и не должен был ничего для неё делать. При мыслях об этом человеке Настя ощущала странное тепло внутри. Неужели он начинает вызывать нечто большее, чем просто дружеское отношение? Исключено, ведь она по-прежнему любит того, кто жил в её сердце долгие годы. Тогда что это за странное чувство шевелится внутри, стоит лишь представить себе образ Кирилла? *** Анька взахлёб вещала что-то о том, как потрясающе они с Антоном провели совместный отпуск. Настя слушала её вполуха, не особо вникая в подробности, и рассеянно смотрела на фотографии с отдыха, демонстрацией которых подруга сопровождала свой рассказ, дабы наглядно показать, какие интересные места довелось посетить. При других обстоятельствах она была бы более внимательной, активной и отзывчивой собеседницей, но сегодня голова оказалась занята иным. Вчера, приблизившись к собственной квартире, девушка уловила доносившиеся из неё звуки музыки. Поначалу она подумала, что кто-то из братьев просто включил любимые композиции чуть громче, чем обычно. Однако быстро поняла, что ошиблась. Стараясь не шуметь, аккуратно повернула ключ в замке и как можно тише вошла внутрь. Разулась и на цыпочках, крадучись, приблизилась к входу в гостиную. Дверь, ведущая в эту комнату, была не до конца прикрыта. Спиной к Насте, прямо на ковре, скрестив ноги, сидел Кирилл и самозабвенно пел, аккомпанируя себе на гитаре. Девушка никогда раньше не слышала ничего в его исполнении, хотя знала, что подобное хобби у мужчины имеется. Не было секретом и то, что он когда-то развивал свои вокальные навыки. Но вот возможности оценить его мастерство до сих пор не представилось. А теперь она просто стояла в оцепенении, настолько поразил её бархатистый сексуальный голос. По телу забегали мурашки, а колени предательски ослабли. Мужчина пел, без преувеличения, просто божественно. И это так же разительно, как чёрное от белого, отличалось от той игры на шестиструнной тёплыми летними вечерами у костра, которой пылкие юноши пытаются покорить даму своего сердца, имея в репертуаре парочку каких-нибудь нехитрых серенад. Настя уже не была трепетной молоденькой девчушкой, готовой растаять, стоит только смазливому парнишке взять первые, порой не очень уверенные, аккорды. Да и Глеб в своё время частенько исполнял что-нибудь, как дома, так и в компании знакомых, это занятие ему нравилось. И, хотя её муж достиг в нём вполне неплохих результатов, они не шли ни в какое сравнение с тем, что сейчас демонстрировал его старший брат. Который, кстати, воспользовался инструментом младшего, выудив тот, давно покинутый хозяином и забытый, из тёмного угла. Голос мужчины завораживал, манил, гипнотизировал, вводил в какое-то необъяснимое состояние. Потеряв счёт времени, девушка сначала стояла и слушала, прислонившись к дверному проёму. Потом всё же решилась войти в комнату. Усевшись в кресло прямо напротив Кирилла, она, прикрыв глаза, полностью отдалась этим волшебным звукам. Заметив её присутствие, мужчина мягко улыбнулся. А потом, одну за другой, стал исполнять песни о любви, старые и современные, а также собственного сочинения. Им невозможно было не любоваться и не восхищаться в этот момент. Время от времени он поглядывал на свою слушательницу. У Насти даже сложилось впечатление, что мужчина поёт именно про неё и для неё, выражая то, что не решается озвучить в повседневной жизни. Но этого ведь просто не может быть, правда? «Не усложняй», – строго сказала сама себе девушка. «Эх, вот бы он никогда не останавливался», – очарованная и словно опьянённая, мечтала она. Наконец, гитара была отложена в сторону. – Кирилл, это потрясающе! Тебе вообще прямая дорога на сцену, – не скрывая эмоций, хвалила Настя. – Рад, что тебе понравилось. Да, в каком-то возрасте были подобные порывы, но я их пресёк. – Но почему?! По-моему, ты бы добился большого успеха, выбрав эту стезю. Слушатели явно многое потеряли в твоём лице. – Тут роль сыграли сразу несколько факторов. Решил не гнаться за славой, наверное. А может, просто испугался, что не настолько хорош. Знаешь, меня многие уверяли, что моё пение производит на них неизгладимое впечатление, преподаватели по вокалу тоже подталкивали в ту сторону, уговаривали участвовать во всевозможных конкурсах, концертах. Но я упрямился, находил предлоги для отказа. Родители же не настаивали, позволили самому определиться. Видимо, где-то глубоко внутри сидел и грыз червячок сомнения. Или просто банальный страх, что реальность скинет с пьедестала, на который поставило ближайшее окружение. А падать, знаешь ли, больно. Посему лучше не позориться и быть музыкальном королём в своём маленьком мирке, чем выйти в большой и облажаться перед широкой публикой. Но тогда я не до конца понимал сам себя, был слишком категоричен, запутался в собственных желаниях. И в итоге, плюнув, выбрал другой маршрут. – Ну, начать никогда не поздно. – Ох, нет, душечка, я слишком стар для таких авантюр, – изображая девяностолетнего дедушку, прошамкал Кирилл. – Тем более, терять-то нечего, коли уже на склоне лет, – подмигнула девушка. – А я бы возглавила клуб поклонниц твоего таланта. – В таком случае стоит поразмыслить над этой идеей, – потирая подбородок, ответил мужчина, кинув на Настю странный мимолётный взгляд. – Надеюсь, скоро сыграешь мне ещё что-нибудь, – поднимаясь с кресла, девушка потянулась, разминая затёкшие конечности. – Не исключено, – убирая гитару в чехол и ставя её на прежнее место, неуверенно проговорил он. … А когда, уходя вслед за мужем в спальню, она желала домывавшему посуду Кириллу спокойной ночи, то по какой-то причине испытала неловкость. *** После состоявшего в тот вечер спонтанного концерта брат Глеба вновь стал ежедневно пропадать где-то допоздна. Настя, лёжа в кровати, невольно прислушивалась к его лёгким осторожным шагам, раздававшимся в доме в районе полуночи. Муж мирно спал под боком, а ей никак не удавалось сомкнуть глаз до тех пор, пока не щёлкнет тихонько замок, впуская Кирилла. Она и самой себе не смогла бы сейчас ответить, что заставляет её с замиранием сердца ждать его возвращения. Он давно уже взрослый человек, и вправе проводить время, где угодно, как угодно и с кем угодно. Она ему не мать, и уж тем более не жена, и не имеет ни малейших причин отслеживать чужие перемещения. Тогда почему накрывает волной недовольства, когда становится ясно, что за ужином не увидит его лица, не услышит порции новостей, не посмеётся над очередной шуткой или забавной историей из прошлого? Придя в одну из пятниц пораньше, девушка застала необычную картину: в гостиной стоял мольберт, на нём разместился готовый к работе чистый холст. Рядом аккуратно разложены кисти и краски. Дополняла композицию фигура Кирилла, практически точно копирующая позу Роденовского Мыслителя. Появление Насти вывело мужчину из оцепенения, в котором тот неизвестно, сколько уже пребывал. – Сейчас всё уберу, – встрепенувшись, засуетился он. – Зачем? Никому не мешает. Задумал художественную студию устроить? – улыбнулась девушка, радуясь, что за последнее время удалось обменяться хотя бы парой фраз. – Да просто впервые за долгий период возникла нестерпимая тяга порисовать. Прям, понимаешь, руки зачесались. И свободная минутка образовалась, как на заказ. Принялся создавать атмосферу. А муза моя где-то застряла. Вот и получается, что желание есть, а идей ноль. – Так сходи, пройдись. Здесь недалеко красивый парк, вдруг природа на что-нибудь да вдохновит. Как минимум, проветришься, разомнёшься, воздухом подышишь. Хуже точно не будет. – А что, это вариант. Мне частенько на прогулке что-нибудь придумывается. Пойдём со мной? – собираясь, предложил мужчина. – С превеликим удовольствием. Только захвачу остатки хлеба, уточек заодно покормим, – без колебаний согласилась Настя. Кирилл взял с собой альбом для набросков и несколько карандашей. Они бродили по парковым дорожкам, слушали птичьи трели, любовались шустрыми белками, ловким прыжком перемахивающими с одного дерева на другое, подмечали снующих в густой высокой траве крошек-мышек. Мужчина развлекал девушку рассуждениями о живописи, фактами из биографии известных художников и неожиданными интерпретациями их творчества. – Если честно, я не очень хорошо ориентируюсь в теме изобразительного искусства и не знаю всех тонкостей. Порой из-за этого ощущаю себя какой-то неполноценной, что ли. На ум сразу приходит эпитет «неотёсанная». Вроде как не получится у меня с глубокомысленным видом часами вести диалог о шедевре известного импрессиониста или абстракциониста, – разоткровенничалась девушка. – А оно тебе вообще надо, вникать-то? – по-доброму засмеялся мужчина. – Ну вот, допустим, попадается тебе такая, как я. Которая не способна в полной мере оценить особенности композиции и цветовую гамму картины кисти Караваджо или Тициана. Прочувствовать всю мощь игры света и тени на полотнах Рубенса. Или, к своему стыду, путается в фамилиях Мане и Моне. Наскучит с ней быстро, разве нет? – Насть, я себе спутницу по другим критериям выбираю. Как ты это представляешь? Веду её в галерею и экзаменую? Задаю каверзные вопросы? Поверь, я общался с абсолютно разными девушками. И их осведомлённость о хитросплетениях в судьбе Мунка меня не сильно заботила. Конечно, чем больше общих тем, тем более заковыристыми станут обсуждения. Но в потенциальной жене я ищу немного другие качества. Моё сердце не заставит трепетать цитата из «Искусства цвета» Иттена. – Ну а как же интересная собеседница рядом? – Поговорить можно много о чём, даже о лягушках и коровах. Я вроде как снобизмом не страдаю. И если ей захочется слушать, то могу устраивать лекции по живописи. Хоть, разумеется, и не утверждаю, что являюсь главным экспертом в данном вопросе. – А как «простая селянка», привыкшая рассуждать только о разведении цыплят, станет общаться с твоими высокообразованными и утончёнными друзьями, которые быстро повесят на неё ярлык тупой курицы? – Это покажет лишь их собственный уровень развития. Да и кто сказал, что она обязана всё это знать, тем более для того, чтобы кого-то развлекать светскими беседами? Будет желание и стремление – научится, это не так уж и сложно. – Тогда почему ты до сих пор один? – неожиданно для себя самой выпалила девушка. – Не нашёл ту самую, – ровно ответил он. – Кстати, до тебя разве не доходили слухи о моей неудачной женитьбе? – О чём – о чём? – искренне поразилась она новой для неё информации. – Понятно. Да, вообрази, я уже успел сходить под венец и развестись, причём довольно скоро. Нам было по двадцать, оба молодые восторженные фантазёры. Она, кстати, художница, сейчас рисует иллюстрации к книгам, пишет картины на заказ и создаёт коллекцию для собственной выставки. Мы были пылко друг в друга влюблены, но оформить официальный союз всё же поторопились: чувство при ближайшем рассмотрении оказалось поверхностным. Отношения не прошли испытания банальным бытом и совместным проживанием. Кроме того, её как-то быстро начала раздражать моя персона, всё я делал не то и не так. Начались придирки и претензии, ссоры на пустом месте, разногласия по любому поводу. Из прекрасной нежной музы моя новоиспечённая жена быстро превратилась в злобную фурию. Словом, решив не трепать друг другу нервы, разошлись как в море корабли. Кстати, дружеское общение со временем наладили, в гости ходили. Позже она вышла замуж повторно и теперь счастлива, как никогда. Нашла свою половинку. Вот тебе и история. Зато было о чём поболтать, помимо цыплят, однако брака это не спасло, – закончил он. – Я и правда не знала. Прости, наверное, тебе не особо приятно об этом вспоминать, – Настя выглядела растерянной и немного виноватой. – Уже давно перемололось. А я сделал соответствующие выводы. – Кирилл, тебе так близко творчество, ты с самого детства пел, рисовал, так почему не выбрал что-то из этого в качестве профессии, а оставил на уровне хобби? Я помню, что ты рассказывал про музыку. Но ведь есть и другие причины? – Я всегда хотел семью и детей. Такую, знаешь, в классическом её понимании. – И? – И стереотипы сделали своё дело. Ты бы хотела замуж за нищего художника без громкого имени, который перебивается случайной продажей своих произведений? Или настолько одержим идеей создания чего-то грандиозного и вечного, что сутками пропадает в мастерской, напрочь забыв о своих обязанностях отца и супруга? – Думаю, ты утрируешь. В современном мире, на мой скромный взгляд, возможностей для реализации и, если уж на то пошло, монетизации своего таланта гораздо больше. А выйти я бы предпочла за того, кого люблю, а не у кого кошелёк толще. – Это всё, конечно, хорошо. Но у главы семейства есть определённая ответственность перед женой и детьми. И, повторюсь, я был категоричен. Наверное, в некоторых убеждениях до сих пор таковым остаюсь. Да и вообще-то мой бизнес мне доставлял удовольствие, пока не случилось то, что случилось. Так что от отсутствия гитары или кисти в руках отнюдь не страдал. – А вот это главное. Лучше уж заниматься тем, что нравится, и при этом не ездить на дорогом авто, чем совершать над собой насилие ради призрачных целей. – Ох, эти извечные терзания. Везде необходим баланс, бессмысленно кидаться в крайности. Я сейчас тоже многое переоценил. Кстати, об искусстве. По-моему, оно должно приносить людям радость, а не повод задрать нос. Давай присядем. Они опустились на скамейку у пруда. Кирилл принялся делать какие-то наброски в своём альбоме, а Настя отламывала уткам и голубям куски хлеба. – Лично меня всегда восхищало умение перенести на бумагу то, что видишь вокруг себя, передать всю красоту, грацию, движение, настроение. У меня же лист покрывается каракулями, – заглядывая в рисунки мужчины, поведала девушка. – Хочешь попробовать? Вот, например, этот селезень словно нарочно тебе позирует. – Не уверена. – Давай, это проще, чем кажется, – подбодрил Кирилл, протягивая Насте альбом и карандаш. Она взяла их и несмело начала проводить линии. – Смотри, тут немного плавней, – указал мужчина, накрывая своей тёплой ладонью руку девушки и направляя движения. От этого неожиданного контакта её бросило в жар. – Кажется, я, наконец, придумал, что изображу в первую очередь, – произнёс он через несколько минут. – И что же это? Посетило вдохновение? – Вроде того. Как тебе идея иметь свой портрет моего авторства? – Звучит интригующе. Мой портрет ещё никто не писал. – Тогда подвинься чуть правее и немного поверни голову. Вот так. Сделаю эскизы, а потом приступлю к самой картине. *** Через неделю после этой прогулки Настя и Глеб улетели в отпуск в Италию. Девушка была рада возможности расслабиться и переключить внимание на что-то иное, помимо привычных мыслей и хлопот. Однако очень быстро обнаружила, что частенько вспоминает о Кирилле. Например, слушая гида, рассказывающего о произведениях искусства, она невольно представляла, как он преподнёс бы ту же самую информацию. – Смотри, магазинчик с сувенирами. Зайдём? – муж потянул Настю за руку, указывая в сторону одного из близлежащих зданий. – Ты иди, а я пока загляну туда, – она ткнула пальцем в яркую вывеску. – Это же товары для творчества, если не ошибаюсь. Что ты хочешь там найти? – Вот это я и намерена выяснить. Войдя внутрь, она даже растерялась от окружавшей её пестроты. Тут были всевозможные художественные принадлежности, из разных материалов, всех вообразимых цветов и оттенков. Бредя мимо стеллажей, девушка, отвлёкшись, случайно столкнулась с другой посетительницей. – Извините, пожалуйста, – сказала она, правда, по-русски. – Sorry, – исправилась, спохватившись. – Ничего, всё в порядке, – улыбнулась женщина средних лет, ответив на родном Настином языке. «Соотечественница», – мелькнуло в голове у девушки. – Простите, можно задать вам вопрос? – обратилась она к незнакомке, которая уже вернулась к изучению ассортимента. – Конечно, чем могу помочь? – Скажите, вы хорошо разбираетесь во всём этом великолепии? – Она обвела жестом ряды полок. – Понимаете, я хотела бы купить подарок для друга. Он рисует, но скорее на уровне любителя, для себя. А я не знаю, что выбрать. – Как насчёт набора отличных красок? Полагаю, это всегда актуально. Есть вариант добавить к нему несколько качественных кистей. – Какие лучше взять? – Вот эта марка заслужила моё полное доверие. Это если вы готовы опереться на мнение группы придирчивых художников, – усмехнулась женщина. Она дала Насте несколько советов и подсказок. В конце концов, ориентируясь на них, девушка сделала выбор. Также приобрела ежедневник в кожаном переплёте для Ани. Записную книжку с фото одной из итальянских достопримечательностей на обложке для себя. И, конечно, не обошлось без открыток с видами. Попросила упаковать подарки в красивую бумагу. А женщине в благодарность презентовала небольшую ароматическую свечу, купленную тут же. – Это вам, спасибо большое за помощь, – девушка протягивала ей коробочку. – Ой, что вы, не стоило. Мне было в радость, – растрогалась женщина. – Останется на память, – улыбнулась Настя. – Хорошего дня! – пожелала она, прощаясь. – И вам приятно провести время в отпуске. До свидания! Девушка вышла из магазина, отправившись на поиски Глеба. Обнаружила она его сидящим на скамейке неподалёку и с видом наслаждающегося жизнью человека уплетающего ванильное мороженое. – Ну как, нашла, что хотела? – Да, и полностью довольна. Куда теперь? – Предлагаю ещё немного поплутать по местным улочкам. А потом, наверное, в отель. Завтра нас ждёт Венеция. – Романтика, – Настя взяла мужа под руку, и они зашагали по тротуару. *** Когда, прилетев обратно, супруги не успели ещё даже покинуть здание аэропорта, у Глеба настойчиво зазвонил телефон. – Что случилось? – спросила его жена после того, как он с хмурым видом выслушивал кого-то на другом конце провода и отвечал лишь редкими короткими фразами. – Это с работы. Срочно требуется моё присутствие. Придётся ехать прямо отсюда. – У тебя же отпуск! Ты только что с самолёта. Имеешь полное право отказать им со спокойной совестью, – возмущалась она. – Настя, это действительно неотложное дело. Возьму такси. Постараюсь не сильно задерживаться. До вечера, малыш, – он поцеловал её на прощание и удалился. Девушка вздохнула и отправилась домой. Дверь ванны неожиданно открылась, и Настя, появившаяся в квартире буквально за пару минут до этого, а теперь направлявшаяся в комнату, нос к носу столкнулась с выходившим оттуда Кириллом. Мужчина только что принял душ и, против обыкновения, был в одном полотенце, небрежно обёрнутом вокруг бёдер. – Ой, а я и не слышал, что вы уже приехали. – Не мы, а я. Глеба в срочном порядке вытащили на работу, – полушёпотом сказала девушка, украдкой окидывая взглядом обнажённый торс с блестевшими на нём бисеринками воды, влажные волосы, слегка вившиеся после мытья, крепкие руки, подхватившие начавшее было развязываться полотенце. – Тогда привет, – он стоял, не шевелясь, и не сводил с неё глаз. – Привет, а у меня для тебя есть подарок, скоро принесу, – почувствовав, что её щёки начинают становиться пунцовыми, а пауза слишком затянувшейся, Настя поспешила найти предлог, чтобы уйти подальше от этого мужчины. Его близость, да ещё в таком виде, вызвала у неё вполне естественные, но абсолютно не уместные желания. Не должна она так реагировать. Нет, не должна. – Держи, это тебе, – протянула девушка Кириллу свёрток, когда, спустя примерно полчаса, они сидели на кухне и пили чай с привезённым из Италии шоколадом. – По размеру гораздо больше, чем просто брелок, – улыбнулся он. Отставил чашку и принялся аккуратно разворачивать упаковку. – Ого, Настя, да это просто шикарно! Где ты нашла такое сокровище? – В одном специализированном магазинчике. Тебе нравится? – Ещё спрашиваешь! Спасибо огромное! Не терпится их опробовать. – На самом деле остановить выбор именно на них мне подсказала одна женщина, я с ней там же и столкнулась. Причём в буквальном смысле. Так что это не совсем моя заслуга. Но я действительно рада, что угадала, а то всё же немного переживала. – Погоди минутку, – мужчина удалился к себе в комнату, но практически сразу вернулся, неся в руках… – Да это же мой портрет! – картина была нарисована углем. А качество работы оказалось на порядок выше любительского. – Красота! – девушка с изумлением разглядывала саму себя, смотревшую на неё с бумаги. – Немедленно повешу его в гостиной. Спасибо, – и она порывисто обняла Кирилла. – Оригинал гораздо лучше, – засмеялся он. … Стояла зима. Она пришла домой, уставшая, с трудом дотащив из супермаркета огромные пакеты с продуктами. Дороги за полдня сильно замело, почистить их ещё не успели, поэтому приходилось пробираться практически по сугробам, что отнюдь не улучшало настроения. На одежде и обуви стремительно таяли снежинки, стекая тоненькими ручейками на пол. Мех на её пальто намок и обвис, напоминая сырые сосульки. Из комнаты доносились едва различимые голоса, и разобрать, кому они принадлежат, было невозможно. А это значит, что муж не один. Нахмурившись, девушка принялась стягивать сапоги. Изображать из себя радушную хозяйку – последнее, чего ей сегодня хотелось бы. Доставая одну за другой покупки и раскладывая всё по местам, с тоской отметила, как замечательно было бы сейчас просто принять горячую ванну. Но, судя по всему, эта процедура откладывается. – Привет, – муж возник в дверях, держа в руке пару стаканов. Другой он обнял её и, притянув поближе, поцеловал. – Привет, смотрю, ты тут от скуки не страдаешь, – указала она взглядом на полупустую бутылку в центре стола, которую по неведомой причине оставили на кухне, а не забрали с собой в гостиную. Вынула из пакета овощи и зелень, раздумывая, стоит ли убирать их в холодильник, всё равно ведь скоро использовать. – Устала? – в его голосе звучали забота и участие. – Есть немного. – Ну и чего не позвонила? Я бы тебя встретил, и не пришлось бы самой всё нести. – Не думала, что ты так рано освободишься. Давненько уже столь знаменательного события не случалось. – Набрать тебе ванну? – мужчина словно читал её мысли. – А как же гости? Надо ведь пойти поздороваться. Да ещё и ужин сообразить. На стол накрыть. Кстати, а кто у нас? – Потом всё узнаешь. Поздороваться успеешь. А по поводу еды не беспокойся. Так что самое время лечь в теплую воду, согреться и расслабиться. – И чем же ты планируешь его угощать? Эх, так лень готовить, если честно… – А тебе и не придется. Мы сами всё организуем, пока будешь отдыхать. – Сами? Звучит как-то странно, – она недоверчиво посмотрела на мужа. – Напустил тут туману и таинственности, понимаешь ли, – беззлобно проворчала, закончив с продуктами. – Иди уже, всё в порядке, – он улыбнулся и мягко подтолкнул её в сторону ванной. Пожав плечами, девушка решила последовать его совету. Воздушная пена наполняла помещение сладким ароматом персика, напряжение постепенно покидало тело, сами собой исчезли тревожные мысли. На смену усталости пришли лёгкость и умиротворённость. Стук в дверь дал понять, что пора покидать это царство неги и покоя. – Вылезаю, – она встала, вытащила пробку, ополоснулась и накинула любимый халат. Пройдя в спальню, чтобы переодеться во что-нибудь более подобающее, обнаружила на кровати большую коробку с известным логотипом. Сверху был прикреплён листок с написанной на нём почерком мужа фразой, совершенно сбившей её с толку: «Надень. Это подарок от нашего гостя». Внутри лежало длинное вечернее платье с высоким разрезом сбоку. Ситуация с каждой секундой становилась всё более странной. Рядом она заметила ещё одну коробку, поменьше, с туфлями на шпильке тон-в-тон к обновке. В голове промелькнула мысль, что супруг никогда не покупал ей что-то из вещей, более того, даже ни разу не высказал желания заняться совместным шопингом. Аргументом служило утверждение, что он «ничего не понимает в женских шмотках», а её любит в каком угодно виде. Удивительно, но всё село идеально, прямо по фигуре, подчёркивая каждый изгиб и делая и без того прекрасные формы девушки ещё более аппетитными. А также подошло ей по цвету. Сложилось ощущение, что человек, подбиравший образ, видел её чуть ли не каждый день. Интересно, кто он? Она слегка подкрасила губы, выбрала серьги, и в завершении брызнула на себя немного духов. Всё готово, можно идти за очередной порцией сюрпризов. Гость стоял спиной, однако девушка мгновенно его узнала. Мужчина обернулся, заслышав её шаги. – Добрый вечер. Прекрасно выглядишь, – подмигнул он. – Кирилл! Я-то думала, что ты последние полгода провёл в Лондоне, – она была искренне рада встрече после долгой разлуки и не смогла сдержать счастливой улыбки. – Так и есть. Но скоро Новый Год, вот и решил навестить всех друзей, соскучился по ним. И к вам тоже заглянул. Глеб предложил всем сесть за стол, который они вдвоём с братом успели накрыть, пока Настя мылась и собиралась. Разговоры текли рекой. У всех накопилось множество новостей, рассказать было о чём. Спустя какое-то время в комнате внезапно погас свет. Девушка даже ненадолго растерялась. Не успевшие привыкнуть к сумраку глаза не могли разобрать очертаний людей и предметов, а плотные шторы были задёрнуты, делая темноту ещё более густой. Вскоре она почувствовала, как на плечи ей ложатся тёплые руки, заставив слегка вздрогнуть от неожиданности. Над ухом послышался родной успокаивающий голос мужа: – Встань, – девушка послушно вышла из-за стола, не понимая, что он затеял и с какой целью. Оказавшись теперь прямо перед ней, Глеб продолжил говорить достаточно тихо, но так, чтобы слышать его слова могли все присутствующие: – Ты думаешь, я ни разу не заметил, какими голодными глазами вы оба то и дело смотрите друг на друга? Почему бы сегодня не отпустить себя и не осуществить несколько тайных фантазий, попробовав кое-что необычное? И, чтобы не дать девушке шанса возразить, он тут же заткнул ей рот совсем не невинным поцелуем, отвечая на который она практически забыла о наличие рядом третьего лица. А через несколько минут ощутила вторую пару рук на своём теле, медленно заскользивших вверх по её бёдрам, задирая подол платья. Первым порывом было оттолкнуть Кирилла от себя. – Давай, девочка моя. Ты же у меня гостеприимная, правда? Тогда будь паинькой, порадуй нас с братом, – горячо зашептал ей Глеб, прикусывая мочку уха. Девушка рвано выдохнула, расслабляясь и позволяя этому происходить. «Ну что же, повеселимся, мальчики», – улыбнулась про себя, уверенным движением расстёгивая ремень на брюках одного из них… Наутро Настя проснулась с бешено колотящимся сердцем и в полном смятении от того, чем они втроём занимались в её сне, оказавшимся настолько детализированным и реалистичным, что он оставил после себя на коже ощущения мужских прикосновений. Будто и вправду всё произошедшее в нём проживала наяву. Глеб уже уехал на работу, а она догуливала последние дни отпуска. Немного придя в себя, девушка накинула халат и отправилась завтракать. Она надеялась, что находится дома одна, но на кухне собственной персоной стоял ничего не подозревающий герой её эротического сна. – Кофе? – предложил Кирилл, а у Насти при взгляде на него запылали щёки. – Да, – севшим голосом ответила девушка, делая вид, что очень увлечена изучением вчерашней газеты, так удачно оказавшейся рядом. – Ты в порядке? Снова температура? – встревоженно уточнил мужчина. – Всё отлично, просто ещё не освоилась после перелёта, – улыбнулась она, стараясь выглядеть как можно беззаботнее. – Понятно. Кофе готов, а я побегу, дел невпроворот. Пока. – Пока, – попрощалась девушка, начиная строить планы на день. *** – Насть, послезавтра нас с Виталиком и Олегом отправляют в командировку, – сообщил Глеб, когда чай был выпит, со стола убрано, а посуда вымыта. Сегодня они ужинали вдвоём. – Снова?! Надолго на этот раз? – Меня не будет три-четыре недели. – Сколько?! Это уже переходит всяческие границы! Что, кроме тебя других кандидатур нет? – возмущалась девушка, попутно развешивая закончившие только что стираться вещи. Она резким движением выхватывала их из общей кучи и затем активно встряхивала, вымещая скопившееся раздражение на ни в чём не повинных рубашках мужа. – Не кипятись. Мы уже не единожды выясняли, что все эти многочисленные поездки способствуют моему скорейшему продвижению по службе. А это, в свою очередь, положительно сказывается на благосостоянии нашей с тобой семьи. – И отрицательно на моих нервных клетках, забываешь добавить ты. Потому что я грущу, когда тебя долго нет рядом, – Настя с грохотом поставила опустевший тазик на место. – Это же не навсегда. Не так уж и много осталось потерпеть, потом расставаться настолько часто больше не придётся. Я тоже сильно тоскую, находясь в разлуке со своей любимой женщиной, и постоянно о тебе вспоминаю. – Извини. Что-то я раскапризничалась, прямо как дитя малое. Не знаю, что вдруг нашло. Конечно, надо так надо, – опускаясь на стул и нервно теребя руками край халата, тихо проговорила девушка. – Наверное, ты просто устала. Тебе тоже не помешает сменить обстановку. Обещаю, что вывезу нас с тобой куда-нибудь, как только будет возможность. – Видимо, так оно и есть. На работе сейчас какая-то напряжённая атмосфера, да ещё начальство странно себя ведёт, тут явно что-то серьёзное намечается. Время покажет. А обещание отправиться куда-нибудь вдвоём мне очень даже нравится. Так что ловлю на слове. – А теперь пошли в кроватку. Я знаю отличное средство, после которого крепкий и здоровый сон гарантирован, – целуя Настю, хитро улыбнулся мужчина. – Уже не терпится его опробовать… Прошла неделя с тех пор, как Глеб уехал. Он звонил жене раз в два-три дня, напоминал, как сильно любит и скучает. Думал, что получится как-то вырваться на выходные, провести вместе хотя бы их, но работы оказалось гораздо больше, чем изначально предполагалось, поэтому трудиться приходилось сверхурочно. Настя предложила навестить его самой, но муж ответил, что в этом пока просто нет смысла – они практически сутками пропадают на объекте. А проделывать такой путь ради того, чтобы сидеть и ждать его в одиночестве в пустом номере, ей вряд ли захочется. Девушка признала, что он прав. – Не грусти, родная. Очень может быть, что через неделю-другую ситуация поменяется, и тогда тут же примчусь на пару дней. – Надеюсь, – вздохнула в ответ Настя. – Зови Аньку, сходите, развлекитесь, шопингом займитесь, выберетесь в кино или ещё куда-нибудь, – подбадривал её голос в трубке. – Она со своим кавалером укатила в неизвестном направлении, ещё вчера. Найти, чем заняться, не такая уж и проблема. Просто хотелось бы тебя увидеть. – Понимаю, я бы тоже этого хотел. Ладно, у нас перерыв заканчивается, мне пора. Целую тебя, любимая. – И я тебя. Пока, – попрощалась девушка, после чего Глеб отключился. Минут через пятнадцать послышался звук отпираемого замка. А ещё через пять Кирилл уселся рядом с Настей, в задумчивости вертевшей в руках телефон и сверлящей гневным взглядом погасший дисплей. – Всё в порядке? – участливо поинтересовался мужчина. – Бывало и лучше, – недовольно проворчала девушка. – Глеб? – Да, собирался приехать, но теперь всё отменяется, – плохо сдерживая обиду в голосе, тоном детсадовца, жалующегося на разрушивший его песочный замок злодея-товарища, ответила она. А потом спохватилась: – Извини, не хотела ещё и тебе настроение подпортить. Вынуждена признать, что захандрила в последнее время. Веду себя как эмоционально нестабильный подросток с бушующими гормонами и претензиями к целому миру. Надо что-то с этим делать. Взять себя в руки, наконец. – У тебя есть какие-нибудь планы на послезавтра? – помолчав немного, уточнил Кирилл. – Разве что выбрать книжку и засесть за чтение. Но, строго говоря, как таковых их нет. – Тогда у меня есть одно предложение. Я достал приглашение на банкет по случаю дня Рождения одной весьма влиятельной персоны, чьё имя сейчас на слуху. Ожидается много тех, с кем было бы полезно свести знакомство и впоследствии обсудить некоторые перспективные бизнес-схемы. Сама понимаешь: ищу способы снова оказаться на коне. Составишь мне компанию? – Скажу откровенно: подобного рода развлечения не в моём вкусе. Да и твоя девушка явно не оценит, если ты пойдёшь туда не с ней. – Настя, у меня нет никакой девушки. Причём уже довольно давно. А ты часто бывала на таких собраниях? Настолько уверенно заявляешь, что они тебе безынтересны, будто минимум полжизни провела, вращаясь в тех кругах. – Доводилось, – уклончиво ответила она, воскрешая в голове образы, давно задвинутые в самые дальние уголки памяти. – Я сначала думал позвать какую-нибудь знакомую, но прекрасно понимаю, что большинство из них не сильно впишется в обстановку и почти наверняка будут выглядеть слишком скованными и неуклюжими. Конечно, не очень корректно так отзываться о милых дамах, но это не упрёк, а обычная констатация фактов, основанная на личных наблюдениях. А вот глядя на тебя, почему-то возникает уверенность, что ты прекрасно вольешься в местное общество. И держаться будешь достойно, на равных, без ужимок, заискиваний и попыток вызвать одобрение, которые всегда так бросаются в глаза. – Ты меня выставил прямо какой-то царственной особой, чьим призванием является блистать на приемах, где собирается вся высшая знать, – фыркнула девушка. – И не сильно погрешил против истины. Ну что, о, наипрекраснейшая и несравненнейшая императрица Анастасия, окажете ли вы мне честь, позволив сопроводить вас на званый ужин, на котором за праздничным столом будут восседать не последние лица государства Российского? – патетически изрёк мужчина. – Ничего себе, ты завернул! – развеселилась Настя. Её настроение стремительно начало улучшаться, а недавние расстройства отодвинулись на задний план. – Я ещё и крестиком вышивать умею, – промурлыкал Кирилл, пародируя известного кота из советского мультфильма. – Ну, этот навык в обозримом будущем вряд ли пригодится. А вот если бы ты, например, пироги печь мог, сейчас бы это пришлось как нельзя кстати. Потому что я вдруг поняла, что с самого утра ничего не ела. – Эта проблема легко решаема. Либо заморачиваемся над готовкой, либо я бегу в пиццерию в доме напротив, и максимум через полчаса получаешь горячее итальянское блюдо. А к нему есть кино, вино и мягкий дивано. – Это плата за моё согласие пойти на тот банкет? – прищурилась девушка. – Нет, это желание не дать тебе умереть от голода. – Ну, раз так, тогда айда за пиццей, а я пока тут всё подготовлю. Какой фильм предпочтёшь? – На твоё усмотрение. Скоро вернусь. – Кирилл, – окликнула Настя, когда он зашнуровывал ботинки. Мужчина оторвался от своего занятия и посмотрел на неё. – И я принимаю твоё приглашение. У меня и наряд подходящий имеется. – Я рад, – тепло улыбнулся он. За просмотром кино девушку сморила усталость, и она уснула, положив голову ему на плечо и не заметила, как он нежно и осторожно поглаживал её по волосам. *** На дне Рождения присутствовали также и люди, знакомые ей по прошлой жизни. В этой же их пути до настоящего момента не пересекались. Было слегка непривычно находиться здесь в роли случайной гостьи, а не жены Стаса. А вот, кстати, и он. Вид бывшего мужа, беседовавшего с какой-то пожилой женщиной, ненадолго ввёл Настю в ступор. Конечно, она могла бы догадаться, что шанс наткнуться тут на него довольно высок. Удивило вовсе не само появление человека, с которым её связывали очень близкие отношения, пусть и в параллельной реальности. Полнейшей неожиданностью для девушки стало то, что эта встреча вызовет в ней какие-либо эмоции. Особенно такие яркие. Моментально накрыло волной воспоминаний. Перед глазами проносились события прошлой жизни, будто ей показывали документальный фильм о ней же. О них. Разумеется, всё это были лишь отголоски чувств, некогда испытываемых ею к этому мужчине. И сейчас Настя пребывала в непоколебимой уверенности, что поступила совершенно правильно, не дав себе даже возможности попробовать построить с ним всё заново. Ведь это означало бы, что Глеб опять остался бы призрачной мечтой, занозой в сердце, которую Стас в предыдущий раз так и не смог вытащить. Видимо, провернуть такое ему попросту не под силу. Поэтому никаких сожалений о сделанном выборе девушка не ощущала. Ей надо немного времени прийти в себя, и тогда всё встанет на свои места. А потом их «представили» друг другу. – Потанцуем? – Стас смотрел на неё такими знакомыми глазами, а во взгляде его сквозил неприкрытый интерес. – Почему бы и нет. – Анастасия, вы прекрасно выглядите. Прошу прощения за банальность, но не мог не высказать своего восхищения столь потрясающей девушкой, – кружась со своей партнёршей под музыку, произнёс мужчина, но так, чтобы слышать его могла лишь она. – Спасибо, Станислав Георгиевич, – по старой привычке она назвала теперь уже не шефа по имени-отчеству. – Мы разве раньше встречались? Почти уверен, что нет. Тогда откуда вам известно моё отчество? Хотя, наверное, в этом нет ничего удивительного. – Я работала в вашей фирме. А начальство положено знать и в лицо, и по имени-отчеству. Мало ли что, – мило улыбалась Настя. – Не видел вас в офисе. – А я трудилась в другом отделении, вы там почти никогда не появлялись. – Досадное упущение, однако. – Не думаю. Танец кончился, и девушка отправилась на поиски Кирилла. Обнаружив мужчину увлечённо что-то обсуждающим с собравшейся вокруг него группой из пяти человек, решила выйти на улицу, проветриться. Сзади послышались приближающиеся шаги. И она безошибочно определила, кому именно они принадлежат. – Могу я постоять тут с вами? – спросил Стас. – Конечно, места на всех хватит. – Курите? – он протянул ей открытую пачку. – Вообще-то нет, но сегодня сделаю исключение, – вынув сигарету и прикурив её от зажигалки Стаса, которую тот предусмотрительно держал наготове, Настя глубоко затянулась. И тут же слегка закашлялась с непривычки. – Уверены? – с любопытством глядя на неё, мужчина будто пытался что-то подсчитать в уме. – На все сто. – Не стоит вам всё же травить себя этой гадостью, – он по-хозяйски забрал у неё недокуренную сигарету и выбросил в урну. – А что насчёт вас? – Я уже большой мальчик, и сам решаю, как распоряжаться собственным здоровьем. Девушка внезапно расхохоталась. – Я сказал что-то смешное? – Вовсе нет. Так… вспомнила кое-что из прошлого. Простите. – Не за что извиняться. Скажите, а вы близко знакомы с Кириллом? Вы же с ним сегодня сюда пришли? – Да, с ним. А начёт близко ли… Он родной брат моего мужа. – Мужа? – эта новость почему-то явно смутила Стаса. – Ну да. – Ясно. Извините, мне надо ответить, – пробормотал он, доставая из кармана телефон, который вдруг заиграл его любимую мелодию. – Без проблем. А я пойду, – и она направилась в зал. *** – Ну что, уже готова вернуться домой? – уточнил Кирилл примерно через час после состоявшегося короткого диалога со Стасом. – Или предпочитаешь задержаться подольше? – Предложение покинуть данное мероприятие лично для меня звучит гораздо привлекательнее, чем перспектива провести тут ещё часок-другой. Если, конечно, ты закончил улаживать свои вопросы, ради чего мы, собственно, сюда и прибыли. – В таком случае свяжусь со службой такси. В машине она отметила, что мужчина находится явно в приподнятом настроении. – Выглядишь довольным. Значит, всё прошло удачно. – Более чем. Кажется, ты мой талисман. Никогда ещё задуманное не получалось настолько гладко. Уверен, в самом ближайшем будущем мои дела пойдут в гору. Спасибо тебе, – он слегка сжал руку девушки, выражая благодарность. – Я-то каким боком к этому причастна? Ты всё сделал сам, моё присутствие едва ли как-то сказалось на конечном результате. Скорее уж неформальная обстановка и убеждение, что собрались исключительно все свои. А также расслабляющее и удобряющее почву для переговоров влияние шедевров высокой кулинарии и премиального алкоголя вкупе с обществом очаровательных дам. Прибавим к этому твой природный талант расположить к себе собеседника, помноженный на мотивацию вызвать его живейший интерес. И вот уже вероятность успеха стремится к ста процентам. Такой переменной, как моя скромная персона, в этом нехитром уравнении не наблюдается. – И всё же я продолжу придерживаться первоначальной точки зрения. – Приехали, – она вылезла из такси, не дожидаясь, пока ей откроют дверцу и подадут руку. Находясь у себя в комнате, девушка уже больше пятнадцати минут пыталась одолеть молнию на платье, располагавшуюся сзади. Но та, как назло, не спешила поддаваться. Похоже, придётся обратиться за помощью. – Кирилл, – тихонько постучав в соседнюю дверь, позвала она. Мужчина, в отличие от неё успевший переодеться в домашнее, сразу открыл. – Настя, что случилось? – обеспокоенно спросил он. – Извини, молния заела. Поможешь? – Конечно, проходи, тут света больше и удобнее, чем в коридоре. Вскоре девушка почувствовала, что мужчина справился с поставленной задачей, и застёжка, наконец-то, поддалась, приоткрыв его взору область от шеи до поясницы. Неожиданно он легко провёл ладонью по напряжённой спине вниз и вверх, касаясь обнажённой кожи. Настя не шевелилась. Руки Кирилла медленно, одну за другой, вынули шпильки из длинных густых волос, давая им свободу. После чего спустили с плеч и бёдер девушки платье, позволив тому дальше беспрепятственно соскользнуть на пол. Оставшись в одном кружевном белье, она по-прежнему не двигалась, лишь дыхание сделалось частым и сбивчивым, а тело покрыли мурашки. – Настя, я не смогу остановиться, если ты прямо сейчас не сбежишь отсюда, – вплотную приближаясь к ней и целуя в макушку, прошептал он. – И не нужно. Продолжай, прошу, – решение было принято. Нарастающее возбуждение и нестерпимое желание быть с ним прямо здесь и сейчас перечеркнули всё остальное. – Но, милая… – Тс-с-с-с… После этого мужчина будто с цепи сорвался. Развернув девушку к себе, он жадно поцеловал её, переходя к более смелым ласкам. Она не отставала. Это была по-настоящему жаркая и дикая ночь, когда все границы дозволенного стёрлись, а само понятие стыдливость перестало существовать. Проснувшись, она обнаружила, что вторая половина кровати пустует. Кирилл нашёлся на кухне, где сидел за столом, спрятав лицо в ладонях и явно испытывая угрызения совести в связи со случившимся. Подняв голову, он посмотрел на девушку полным отчаяния взглядом. – Прости, это я во всём виноват. – Ты меня ни к чему не принуждал, – она была против того, чтобы мужчина перекладывал всю ответственность целиком на себя. – Настя, пойми, я очень люблю тебя. Это не просто страсть и сексуальное влечение, а гораздо серьёзнее. Но мои чувства отнюдь не оправдывают совершённый поступок. – Кирилл, и я тебя люблю. Хотя и призналась себе в этом не так уж и давно. Поэтому тянет меня к тебе на всех уровнях, – заявление произвело на слушателя сильный эффект. – А как же Глеб? – опуская глаза, уточнил он. – Его я тоже люблю. И никогда не переставала. Чувства к каждому из вас абсолютно равнозначные, в том-то и проблема. Если бы меня прямо сейчас поставили перед выбором, просто не смогла бы его сделать. Это нереально. Напоминает необходимость оторвать от себя какую-то жизненно важную часть. Не стану скрывать: хочется быть сразу с вами обоими. Даже не представляю, как это для тебя звучит. – Ты же понимаешь, насколько мне тошно от осознания, какую подлость позволил себе по отношению к родному брату? Младшему, между прочим. Для кого с детства стремился быть образцом доблести и чести. А в итоге поддался искушению и переспал с его женой. – Можно подумать, статус неверной супруги проще. – Настя, я ума не приложу, что следует предпринять дальше. В голове и на сердце сейчас такое творится, словами не передать. Не собираюсь уводить тебя из-под носа у Глеба, не хватит мне духу разрушить ваш союз. Прекрасно ведь вижу, что брат тебя фактически боготворит, готов мир к твоим ногам положить. К тому же ты обозначила, что мы оба тебе одинаково дороги, что сама не определилась, к чему склоняешься. Если влезу и разлучу с ним, счастья и облегчения ни одному из нас троих это не принесёт, скорее, добавит расстройств. Даже не дам однозначный ответ, нужно ли открывать ему правду. Но и игнорировать любовь, вспыхнувшую между нами, тоже не могу. Всё резко стало слишком запутанным. – К сожалению, и у меня сейчас нет решения. Прости. – Похоже, самым лучшим на данный момент будет мне собраться и переехать. Наверное, это выглядит бегством, но, если продолжим и дальше находиться вдвоём в одном доме, моё желание обладать тобой быстро возьмёт верх. И тогда за последствия не ручаюсь. Но делу это точно не поможет, только больше всё усложнит. Наверное, мне следовало убраться отсюда раньше, не затягивать. Но так хотелось видеть тебя, пусть мимоходом, пусть пять минут в день. И я позволил себе эту слабость. Странное болезненное наслаждение от близости любимой девушки, которая никогда не станет твоей. Такой вот я ужасный, Настя. – Ты не ужасный. – Глеб на этот счёт поспорил бы. Да и многие другие. – Куда пойдёшь? – Пока к старому товарищу, перекантуюсь недолго, а там разберусь. Мужчина отправился в комнату укладывать вещи. Настя же так и сидела на кухне. Вскоре он уже покинул квартиру, стараясь не допускать внешнего выражения бушевавших внутри эмоций. А девушка, как только за ним захлопнулась дверь, разрыдалась. *** Несколько дней она ходила сама не своя. Готова была на стену лезть, раздираемая на части самыми разными чувствами: любовью к мужу и его брату, виной перед обоими за случившееся, желанием открыть Глебу правду и страхом это сделать, ощущением невыразимой тоски и одиночества. А венчало всё полнейшее непонимание, как разобраться с тем, что сама же и натворила. Она жила словно в тумане, действовала механически, была крайне рассеянной и не единожды получила замечание от руководства. Коллеги видели, что с девушкой творится что-то неладное, но, проявляя тактичность, не решались ни о чём спрашивать. Несколько раз она по неосторожности залила важные документы чаем, после чего пришлось их заново распечатывать и нести на подпись. Словом, работник из неё в эти дни был никудышный. Глеб звонил, как и раньше, каждые два-три дня. Сообщил, что снова не удаётся провести выходные вместе. Настя же усиленно старалась, чтобы её голос звучал бодро, дабы не вызвать у мужа ненужных подозрений. А ночами заливала слезами подушку, наутро тщетно пытаясь скрыть под слоем косметики следы бессонницы и безутешных рыданий. У неё пропал аппетит, поэтому приходилось буквально впихивать в себя хотя бы крошечную порцию. Кирилл же пока не давал о себе знать. Так наступила пятница. И девушка поняла, что нуждается в том, чтобы с кем-нибудь поговорить. Первой мыслью было набрать номер подруги, но та постоянно оказывалась вне зоны доступа. И тогда отчаявшейся Насте пришла в голову идея, которая при других обстоятельствах, наверное, никогда бы её не посетила. – Анастасия, что вы тут делаете? – Стас ошарашенно уставился на ту, кого никак не ожидал увидеть в это время в этом месте. – Мне надо, чтобы вы меня выслушали, – очень тихо ответила она. А мужчина с удивлением подметил, как изменилась девушка за столь короткий срок: бледная, осунувшаяся, во взгляде плещется какая-то вселенская тоска, глаза покраснели и опухли явно от слёз, плечи поникли, руки нервно теребят ремешок сумочки. Любому очевидно, что у неё что-то стряслось. Настя прекрасно знала, что Стас отпускает шофёра в пятницу вечером и сам лично ведёт автомобиль до дома. Также она чётко помнила тот факт, что в последний рабочий день недели он покидает офис в районе шести часов, как правило, не задерживаясь дольше этого времени. Ещё мужчина любит добираться определённым маршрутом, и на его пути имеется участок, где по странному совпадению практически никогда не бывает ни машин, ни пешеходов. Именно там он сильно снижает скорость, руководствуясь своими собственными соображениями. Эти-то пятничные ритуалы девушка и решила использовать для встречи со Стасом. Она ждала его на вышеупомянутом участке, и, завидев знакомое авто, шагнула в круг света от фонаря, стоявшего вплотную к проезжей части. Мужчина краем глаза уловил какое-то движение на обычно пустующем тротуаре и невольно присмотрелся внимательнее. Так он и заметил девушку, которую ему представили на банкете неделю назад. – Не думаю, что здесь подходящая обстановка для бесед. Может, сядете ко мне в машину, и выберем какое-нибудь кафе, где нам будет удобнее? – Предлагаю для начала перейти на «ты», если нет возражений, – пристёгиваясь ремнём безопасности, проговорила неожиданная пассажирка. – Хорошо. Так ты целенаправленно меня тут дожидалась? Откуда такая уверенность, что этот странный маневр сработает? И, кстати, куда поедем? – Едем к тебе домой, если, конечно, ты всё так же живёшь один. О том, почему мы встретились именно здесь, поведаю чуть позже. И, предупреждая некоторые вопросы: я не шпионка, не журналистка, не твоя фанатка и никогда за тобой не следила. Я не представляю опасности, меня никто не нанимал, не снабжал информацией. Тем не менее, адрес твой мне известен. Но обо всём после. Сказать, что Стас был шокирован таким необъяснимым поведением этой особы, значит, ничего не сказать. Однако одновременно оно вызвало интерес и желание выяснить, что скрывает эта загадочная девушка и что ей от него нужно. – Не боишься к незнакомому мужчине в дом напрашиваться? – усмехнулся он. – Ничуть, – лаконично заявила попутчица. – Ты ведь могла прийти в мой кабинет в качестве посетительницы, позвонить, на худой конец пересечься со мной у входа в главный офис. А в итоге выбрала самый нетривиальный способ – изображать привидение у фонарного столба. – Твоя секретарша в лучшем случае записала бы меня через пару-тройку недель, а это долго. Дефиле перед главным офисом отвлекало бы твоих любопытных сотрудниц от прямых обязанностей, заставляя их строить нелепые догадки. Если звонить, то ты меня мог не вспомнить. «Здравствуйте, Стас, это девушка, с которой вы танцевали на таком-то мероприятии», – деловым тоном произнесла Настя, прислонив воображаемую трубку к уху, – А так велика вероятность, что мимо не проедешь. – Да уж. Прибыли, вылезай. – Проходи, – распахивая дверь, пригласил мужчина. – Чувствовать себя как дома не предлагаю, уж извини, – язвительно добавил он. На эту фразу девушка почему-то весело фыркнула. – Чай, кофе, что покрепче? – Чай, пожалуйста. Зеленый с жасмином. Стас приподнял бровь, но воздержался от комментариев. Поставив через несколько минут перед гостьей дымящуюся кружку, потребовал: – А вот теперь, Настя, выкладывай, что у тебя на уме. – Прежде, чем начать, я хочу кое-что тебе сообщить. Так дальнейшее повествование пойдёт проще. Во-первых, я знаю твой личный номер. Тот, которым ты пользуешься для связи с самыми близкими людьми. И она озвучила набор цифр. – Откуда… – Это станет ясно, когда приступлю к главной части, – оборвала его девушка. – Во-вторых, далее последуют несколько фактов о тебе самом. Тех, которые невозможно выяснить, даже если очень постараться и следить за тобой круглосуточно, – и она перечислила то тайное, что некогда рассказывал ей сам Стас. То, чем он никогда и ни с кем, кроме неё, не делился. У мужчины округлились глаза от испытанного потрясения. Эта молодая женщина, сидящая напротив, будто читала его самые сокровенные мысли. Да кто же она? – Ты что, ясновидящая? – брякнул он первое, что пришло в голову, хотя сам в сверхъестественные человеческие способности не верил, считая их лишь древнейшим способом обдурить наивных простаков, готовых, раскрыв рот, внимать всяким шаманам, оракулам и иже с ними. – Нет. Так вот, всё это я сейчас говорила исключительно с одной целью: дабы ты мог убедиться, что мне есть чем подкрепить свою историю. Пора перейти непосредственно к ней. Пожалуйста, не перебивай. Все комментарии потом. И Настя рассказала ему о своих прошлых жизнях, об их браке и о том, что случилось с ней уже в этой ветке реальности. Как и следовало ожидать, мужчина воспринимал всё крайне недоверчиво, порой хмурил брови, но не прерывал. Временами ему казалось, что перед ним психически нездоровая барышня, которую не помешает показать специалистам. Однако Настя продолжала удивлять осведомлённостью о мельчайших деталях его собственной жизни, с самого раннего детства и вплоть до свадьбы. И именно это заставляло уменьшить скептицизм и усомниться в том, действительно ли по девушке лечебница плачет. – То есть мы были женаты? – спросил он, как только иссяк непрерывный поток слов из уст гостьи. Она утвердительно кивнула, допивая уже третью по счёту чашку чая. – И эти сведения у тебя, получается, от первоисточника. Иначе говоря, от меня, – ещё кивок. – Всё это звучит как плод богатого воображения, ты же понимаешь? – Разумеется. Если честно, я и не думала, что когда-либо решусь обсудить эту правдивую фантастическую историю с другим человеком. Да и потребности такой не возникало. Но в последние дни мне настолько плохо, что становится страшно за собственную психику. Срочно требовалось общество того, кто хотя бы выслушает. Звонила подруге, хотела ей просто по поводу Кирилла душу излить, но её телефон вечно отключен. Тогда я вдруг вспомнила нашу с тобой недавнюю встречу, и что-то в голове перемкнуло. Почему-то возникла твёрдая уверенность, что твоя компания пойдёт мне на пользу. Возможно, стоило бы извиниться, что вывалила на тебя тонну непрошенной информации специфического содержания. В любом случае, спасибо. За всё. – Какой интересный поворот сюжета. Моя гипотетическая жена жалуется мне же на то, что запуталась в своих нынешних мужиках, один из которых, выходит, как бы занял моё место, – резюмировал Стас. – Ты хоть любила меня в этой своей прошлой жизни? – Да, причём довольно сильно. И первой мыслью по возвращении было попробовать восстановить цепочку событий, избежав того жуткого ДТП. Но, поняв, что между нами тогда непрошибаемой стеной встанет образ Глеба и прочно укоренившееся чувство к нему, осознала, что затея эта провальная. Зачем обманывать тебя и себя. – Ложь – слишком неподходящий фундамент для семейных отношений. К тому же рано или поздно я бы её ощутил. – Вот и я решила, что ты заслуживаешь гораздо большего, чем жена, которая носит в себе такие секреты. – А тогда, значит, ты была честна и открыта? Той версии меня было известно про Глеба? – Нет, не было. К тому моменту, как начался наш роман, я смогла его забыть. Во всяком случае, искренне так считала. Не прокручивала в голове воспоминаний, не следила за его жизнью, не страдала от разлуки. Поэтому с чистым сердцем и дала нам зелёный свет. И только в тот последний день пришла ясность, что заперла все это настолько глубоко – не докопаешься. Я действительно наслаждалась всем, что происходило у нас с тобой, Стас. И даже встретив тебя неделю назад, поняла, что до сих пор ощущаю тепло и благодарность за множество счастливых моментов, которые ты мне подарил. – Бесспорно, любопытно услышать альтернативную историю о том, как могла бы сложиться моя судьба, из уст очевидца. Но, Настя, с твоей текущей проблемой я, к сожалению, помочь не могу. Ты сама должна всё хорошенько обдумать и принять решение. Причём не навязанное чужим мнением или сделанное под давлением, а то, которое исходит изнутри. – Это точно. Сама кашу заварила, самой и хлебать получившееся месиво. Ты и так оказал неоценимую услугу уже только тем, что всё это выслушал и не выставил за порог. Теперь мне гораздо лучше. – Несложно догадаться, что держать всё это в себе – тяжкая ноша. И если мои свободные уши сделали её легче, я рад. А мне будет пища для размышлений. Кстати, ты есть-то хочешь? – Аппетита нет, – пожала плечами Настя. – Да и вообще, мне, видимо, пора. И так слишком засиделась. Боюсь представить, какое впечатление сложилось в ходе моего визита: чокнутая девица, несущая несусветную ересь о путешествиях в прошлое и параллельные миры. Приплюсуем сюда байки про какое-то ангелоподобное создание, именующее себя волшебником, появляющееся из ниоткуда и исчезающее в никуда. И вуаля, диагноз готов. Впору вызывать санитаров. Ну и ещё экзорциста, для надёжности. Я уже умалчиваю о том, как эта самая девица инициировала встречу. Хорошенький портрет, ничего не скажешь. – Да брось, картина не такая мрачная, какой ты её рисуешь. Конечно, я до конца не переварил всё услышанное, но внутренний голос, он же интуиция, по неведомой причине нашёптывает, что это не вымысел. Ну, или я тоже немножечко тронулся от полученных впечатлений, – усмехнулся он. – Словом, ничего плохого я о тебе не думаю. Даже если принимать во внимание исключительно любовную линию повествования, с каждым может произойти что-то подобное. Нечаянно нагрянет. – Спасибо на добром слове, – Настя выглядела гораздо более живой и весёлой, чем в первый момент сегодняшней встречи. На лице девушки даже мелькала улыбка, а взгляд уже не был как у побитой собаки. Стас не мог не отметить произошедшие изменения. – А знаешь, что? Оставайся-ка ты на ужин и на ночь. Не пойми превратно, никаких поползновений с моей стороны. Просто тут ты хотя бы перестала походить на утопленника. А дома снова займёшься самоистязанием. – Не уверена, что это удобно. – На правах мужа, которым не суждено для тебя стать, позабочусь о своей непутёвой жене. Что поделать, если такая досталась, – пошутил Стас. – Вот только от супружеского долга ты освобождён. – Эх, лишили самых приятных обязанностей, – притворно вздохнул он. – Ну что, остаёшься? – Ладно, уговорил. Давай тогда разбираться с ужином. – Кстати, если понадобится в ванную… – Да знаю я, где она, – отмахнулась Настя. – Чувствуй себя как дома, дорогая, – засмеялся мужчина, открывая холодильник. – Итак, что тут у нас …? *** – Подъём, соня! – раздалось у неё над ухом. – Стас, отстань, дай поспать, – накрывая голову подушкой и даже не удосужившись разлепить глаза, вяло пробормотала девушка, обращаясь к тому, кто посмел её разбудить. Но уже буквально через секунду резко села в кровати, – Стас?! Какого …? – Настя, успокойся. Всё в порядке. Уже три часа дня. И я решил, что пора тебя растормошить. Девушка вспомнила, как вчера подловила его на дороге, как поведала обо всём, как они потом допоздна болтали на кухне. А после этого она провалилась в такой глубокий сон, что сейчас с трудом возвращается в реальный мир. Судя по всему, усталость взяла своё, когда удалось, наконец, абстрагироваться от беспокойных мыслей. Зато, получив столь необходимый отдых, организм ощущал себя значительно лучше. – Почему не сделал этого раньше? – Не видел причин лишать тебя возможности восстановить силы, как физические, так и душевные. Одевайся, кофе с тостами и яичницей дожидается на столе. Надеюсь, ты таким питаешься. И не затягивай, а то всё это рискует остыть, и мои усилия окажутся напрасными, – покидая комнату, Стас почему-то представил, каково было бы просыпаться с ней каждое утро в одной постели в качестве законного супруга, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Но тут же отругал себя за подобные мысли и уверенно пресёк их на корню, не дав себе в своих фантазиях зайти слишком далеко. – Всё очень вкусно, спасибо большое, – впервые за минувшую неделю она буквально набросилась на еду, с аппетитом уплетая всё до последнего кусочка. – На здоровье. Слушай, у меня к тебе есть одна просьба. Но ты не обязана её выполнять, если что. – Какого характера? – Рабочего. Вчера ты упоминала, что довольно долго и, как следует из твоих речей, успешно занимала должность руководителя отдела в моей фирме. Причём отчитывалась лично мне. У нас сейчас как раз возникли некоторые сложности, может, посмотришь свежим взглядом? Какой-нибудь дельный совет дашь. Если, конечно, сама не против. – Без проблем. Готова приступить в любой момент, – ставя пустую кружку в посудомойку, отозвалась девушка. До глубокого вечера они увлечённо обсуждали дела компании. Настя отвечала на вопросы, комментировала недочёты, приводила железные аргументы в пользу тех или иных требуемых нововведений, выявила несколько грубых ошибок в работе сотрудников. Словом, провела довольно серьёзную аналитику и помогла Стасу сдвинуться с мёртвой точки. Несомненно, она учла тот факт, что в другой реальности был внедрён ряд эффективных мер, благодаря которым предприятие процветало. Так почему бы не применить их и в этой? – Вот это да! Несколько часов с тобой, и такой потрясающий результат! Теперь понятно, почему я звал тебя управлять фирмой вместе! – восхищённо воскликнул мужчина. – Не стоит столь бурно восторгаться моими скромными способностями, – смутилась Настя. – Я просто позаимствовала идеи из альтернативного мира. Не исключено, что похожие озарения снизошли бы рано или поздно на кого-нибудь из твоих подчинённых. – Работала бы ты на меня, не раздумывая, дал бы сейчас повышение. И премию в придачу. А почему бы тебе снова не стать частью нашего дружного коллектива? Гарантирую отличные условия, – внёс предложение мужчина. – Да мне и на моём нынешнем месте неплохо. Но я запомню твои слова, на случай, если меня решат уволить. Особенно с учётом того, что в последние несколько дней я явно не претендовала на звание «сотрудник года». – Для тебя местечко всегда найдётся, обращайся. – Отрадно слышать. Ну а теперь пора мне домой. – Сначала поужинаем, а потом уже вызову такси. Возражения не принимаются. На голодный желудок не отпущу, – выключая компьютер, заявил Стас. А через пару минут он загремел посудой. Квартира встретила безмолвием и пустыми тёмными комнатами. Бросив случайный взгляд на пожухшие цветы, девушка поняла, что, будучи занятой бесконечными переживаниями, совсем о них забыла. Ей стало немного стыдно за такое пренебрежительное отношение к растениям, которые попросту погибли бы без должного внимания. Наполнив лейку, она напоила своих зелёных питомцев. Закончив, Настя подошла к окну и долго смотрела на отдыхавший от дневной суеты родной город. А в голове крутился вопрос о том, что делать дальше. *** Прошла ещё неделя. От Кирилла не было ни слуху ни духу. Глеб звонил несколько раз. Со Стасом тоже состоялась пара телефонных разговоров в формате дружеского общения. Настя стала спокойнее и уже смогла сосредоточиться на работе. Она приняла решение пока не рассказывать Глебу о случившемся и вести себя как ни в чём не бывало. Ей надо увидеть мужа, побыть с ним и понять, изменилось ли что-то в её к нему отношении. Чтобы не наломать ещё больше дров. А огорошить горькой правдой о двойном предательстве жены и родного брата всегда успеет. С тех пор, как Кирилл собрал вещи и съехал, она ни разу не входила в его бывшую комнату. Но там стоило бы, как минимум, провести влажную уборку. Вздохнув, девушка налила в ведро воды, и, вооружившись тряпкой и шваброй, взялась за ручку двери. В последний раз она была тут той самой ночью, и, зайдя внутрь, моментально вспомнила всё в мельчайших подробностях. Отгоняя желание выйти вон, Настя принялась мыть пол. Из-под кровати она выудила листок, видимо, в спешке случайно туда упавший, да так и забытый. На одной его стороне помещался её собственный портрет, выполненный в карандаше. А на другой был написан стих, посвящённый ей же: Так много значишь для меня, Очей моих очарованье. Судьбу жестокую кляня, Не смею вымолвить признанья. Один лишь взмах твоих ресниц – Пронзён Амура я стрелою. Перед любовью павши ниц, На милость сдался ей без бою. Храня сей тщательно секрет, Не выпускаю чувств наружу. О череде мечтаю лет, Когда меня звала б ты мужем. Стать явью грёзам не дано – Ему сказала «да» давно. Девушку забила нервная дрожь, однако она быстро взяла себя в руки. Спрятав лист в надёжное место и с трудом подавив порыв набрать номер автора, Настя закончила уборку. Через три дня вернулся из командировки Глеб. – А вот и я! – возвестил он, ввалившись с чемоданом в одной руке и пышным букетом красных роз в другой. – Ну, наконец-то! – жена, казалось, готова задушить его в объятьях. – По ощущениям прошла целая вечность. – Я в душ. Мужчина не услышал, как тихонько открылась дверь в ванной, и обнаженная девушка скользнула внутрь. – Я соскучилась, – заявила она, отодвигая шторку и призывно улыбаясь мужу. – А уж я-то как тосковал, – прошептал он ей на ушко, поворачивая лицом к стене. – Как видишь, моментально пришёл в боевую готовность от одного твоего вида. Так что нам предстоит наверстать упущенное. Она ни капли не возражала. *** – Насть, у двоюродной сестры через неделю свадьба. Мы приглашены, как ты догадываешься, – огорошил Глеб. – А почему так поздно сообщили? Надо хотя бы дать время как следует подготовиться. – Это я виноват, прости. Замотался и забыл тебя предупредить. Так-то я знал гораздо раньше. – Ладно, не страшно. Гостей в ресторане собралось довольно много. И почти все – незнакомые ей люди. Но среди них был кое-кто, кого она одновременно хотела и не хотела видеть. Кирилл. Причём явился он не один, а в компании настоящей писаной красавицы, отчего Настю теперь разъедали обида, злость и ревность. И огромное желание выцарапать кому-нибудь из них глаза. Мужчина явно намеренно держался как можно дальше от младшего брата и его жены, правдоподобно изображая живейшую заинтересованность в беседах с кем-нибудь из присутствующих на торжестве родственников или знакомых. Звучала музыка и бесконечные тосты в честь жениха и невесты. Тамада старательно развлекал гостей, сыпал шутками и проводил конкурсы, вызывавшие взрывы хохота и одобрительные восклицания среди зрителей и участников. Через некоторое время у Насти от всего этого шума и гама разболелась голова. А ещё немного погодя она почувствовала накатывающую тошноту. Девушка едва успела добежать до дамской комнаты, по счастью оказавшейся пустой, где её долго рвало. Тщательно полоща рот и роясь в сумочке в поисках мятной жвачки, она была уверена, что этот инцидент связан с употреблением одного из блюд. К алкоголю она практически не притронулась, выпив лишь меньше половины бокала шампанского, поэтому он тут явно не при чём. Но, вспомнив, какое сегодня на календаре число, замерла, поражённая, как громом, внезапным предположением. Вернувшись ко всем остальным, тихонько сообщила мужу, что собирается прогуляться неподалёку, потому что чувствует себя неважно, а на воздухе должно стать легче. Глеб порывался было составить ей компанию, но она убедила его остаться и спокойно наслаждаться праздником. С ней всё будет в порядке, уверяла девушка. Сдавшись её уговорам, мужчина напомнил захватить телефон, на всякий случай. Выйдя из ресторана, Настя решительным шагом направилась к ближайшей аптеке. – Тест, пожалуйста. Самый точный, – попросила она. После чего зашла в располагавшийся через дорогу торговый центр. И уже через несколько минут наблюдала, как проявляются в прямоугольном окошечке две полоски. Она точно знала, чей это ребёнок, поскольку муж слишком долго был в командировке для того, чтобы иметь отношение к наступившей беременности. Осознала она и то, что действительно хочет иметь детей от этого человека. Вот только не знает, как поставить в известность о случившемся двух самых дорогих мужчин. А о том, какая реакция последует со стороны каждого из них, приходилось лишь гадать. Покинув здание, девушка в растрёпанных чувствах подошла к ресторану. Решив побыть на улице еще немного, она брела вдоль магазинчиков и уже планировала повернуть обратно, когда застыла в изумлении, уставившись на Кирилла, стоявшего на углу одного из них и задумчиво глядящего куда-то вдаль. Повинуясь какому-то неведомому порыву и накатившим эмоциям, сократила разделявшее их расстояние и отвесила ему пощёчину, вложив туда всю свою силу. – Настя? – шокированный подобным поведением, он не знал, что следует сказать. – Это так проявляется твоя хвалёная любовь? Уже остыл, да? – девушка практически кричала. – О чём ты? Я по-прежнему тебя люблю. И даже сильнее, чем раньше. Что, по-твоему, я должен был делать? Рушить вашу семью? Я на брата теперь смотреть не могу, ищу, куда глаза деть, когда он ко мне обращается, – сжимая кулаки, тихо проговорил мужчина. – Именно поэтому ты появился под ручку с этой раскрашенной куклой? Чтобы продемонстрировать мне своё большое и светлое чувство? Или чтобы было, на что пялиться, когда с Глебом беседуешь? С её-то четвёртым размером! – зло выпалила она. – Поверь, это ничего не значит. Скажем так, прикрытие. Да и ты, я вижу, ему ничего не торопишься рассказывать. Стало быть, свой выбор сделала, – в отличие от Насти, Кирилл старался говорить как можно тише. – Повремени с выводами. Что я должна была думать, когда ты просто исчез? Названивать тебе и вешаться на шею? – Я вообще собираюсь в монастырь уйти, – внезапно признался мужчина. – Куда-куда? – она была настолько ошарашена, что едва понимала весь смысл этого заявления. – В монастырь, Настя. Грехи наши с тобой замаливать. – Отец Кирилл, – девушка внезапно истерически расхохоталась, нервы у неё сдали. – Находишь это смешным? – Только вот тебе придётся решить, каким отцом ты намерен стать: святым или простым. – Что ты имеешь в виду? Объясни. – А вот что, – и она вынула из сумочки тест с результатами, протянув его ничего не понимающему мужчине. Через минуту его лицо удивлённо вытянулось: – Это… от меня? – он до конца не верил в то, что видел. – Да. – И что ты будешь делать? – Что я буду делать, мне уже известно. А вот тебе надо сделать свой выбор. Хотя, знаешь, что? – она повысила голос, из глаз хлынули слёзы. – Пошёл ты! Проваливай на все четыре стороны! Оставь меня в покое! – последнюю фразу девушка уже прокричала, а потом, резко развернувшись, быстро зашагала прочь. Из-за слёз она абсолютно не разбирала дороги, ей было всё равно, куда идти, лишь бы подальше отсюда. – Настя, стой! – раздалось за спиной. Она ускорилась. – Настя-я-я-я-я-я! – удар и темнота… *** Боль. Писк приборов. Девушка с трудом открыла глаза. В первые минуты она даже не понимала, где находится. Потом пришло осознание, что лежит на больничной койке. Несколько дней прошли как в тумане: осмотры врачей, сон, лекарства, короткие посещения мужа, которому ненадолго разрешали заглянуть к ней в палату, но запрещали вести беседы о случившемся. Не было сил ни о чём думать. А потом настало время поговорить. Настя чувствовала себя немного лучше, и заметила вдруг, что Глеб точно постарел. – Я видел, как вас сбили. Видел аварию, – тихо проговорил он. – Нас? – Да, Настя. Вас. Я тогда вышел из ресторана, собирался поискать тебя. Услышал неподалёку крик. Разобрал твоё имя. Побежал в ту сторону, откуда он раздался. Кирилл, он хотел тебя остановить. Спасти. Пострадали и другие люди. Там было жутко. Поехал с вами в машине скорой. Никому не пожелаю быть свидетелем подобного, – в глазах мужчины плескалась боль, стояли непролитые слёзы, слова давались ценой огромных усилий, было видно, что он едва сдерживает себя. – Кирилл? – шёпотом спросила она. – Не стану врать, с ним всё плохо. Не приходил в сознание. За эти дни ни малейших улучшений. Прогнозы печальные. Он на волоске от смерти, – опустив голову, сообщил ей муж. Настя не могла поверить в то, что слышала. Ей хотелось закричать, но она будто потеряла способность издать хоть один звук. Поэтому просто смотрела на Глеба широко распахнутыми глазами. – А даже если и очнётся… Он не сможет двигаться. Станет овощем, Настя. – Нет, – это было еле слышно. – Да. Как бы неправдоподобно и жестоко это ни звучало. А ты теперь едва ли когда-нибудь пойдёшь самостоятельно, – у её мужа тряслись руки. – Врачи пророчат тебе инвалидное кресло. А потом он в упор посмотрел на неё: – Давно ты его любишь? Девушка ничего не ответила, лишь отвела взгляд. – Мне сказали, что у тебя случился выкидыш. Я был поражён, узнав о беременности. А потом они назвали срок. Я ведь тогда находился в командировке. Это же от него? Настя молча кивнула. – И сколько времени ты мне врала? Сколько вы скрывались и обманывали меня? Сколько раз ты мне изменила с моим родным братом? – стараясь не повышать голос, задал вопрос Глеб. – Всего один. – Так вот почему он так стремительно съехал. Вот почему избегал меня всё это время. А о будущем материнстве когда узнала? – На свадьбе. И он тоже. – Значит, не просто так погулять решила. Что же ты, Настя… – Прости меня. Нас, – она беззвучно плакала, лицо стало сырым, но девушка не потрудилась даже его вытереть. Изнутри её разрывала нестерпимая боль. Всё услышанное никак не укладывалось в голове. Муж. Кирилл. Ребёнок. Последствия ДТП. Неужели это происходит с ней? – Как мне жить дальше, а? Как нам жить? Бросать жену-инвалида? Или быть с той, которая воткнула мне нож в самое сердце? Хоронить брата или – если произойдёт чудо – смотреть, как он не может даже ложку держать? Помнить, что ты сначала меня предала, а потом обманывала, скрывая правду? Как?! – он спрятал лицо в ладони. Ответа не последовало. – А ведь он и тут меня уделал, – горько усмехнулся Глеб. – О чём ты? – Я его, конечно, всегда любил. И, более того, считал примером для подражания, чуть ли не идеалом, к которому надо стремиться. Но одновременно с этим жутко завидовал тому, насколько лучше у него всё получается. Он с раннего возраста потрясающе пел и играл на гитаре, а я так и не смог приблизиться к его уровню, хотя убил на тренировки множество часов. Злился на самого себя, драл горло и терзал инструмент. Попробовал тоже посетить уроки вокала, но мне там быстро намекнули, что певцом с моими данными не стать. У Кирилла всё выходило легко, будто само собой, мне же ровно то же самое давалось со страшным скрипом. Учёба, например. Он схватывал буквально на лету, а я корпел над учебниками, чтобы не отставать. Родители его откровенно хвалили. Мои успехи, конечно, тоже отмечали. Но я не мог не видеть, что заслугами брата они гордятся намного больше. Глеб сделал паузу, а потом продолжил: – А девушки, Настя! Какие у него всю жизнь были девушки! Причём они, без преувеличения, сами на него всегда вешались. Ему и пальцем шевелить, в общем-то, не надо было. Вокруг Кирилла вечно вился рой прекрасных дам. Мне же, как обычно, оставалось лишь завидовать. Мои собственные взаимоотношения с противоположным полом складывались далеко не так просто. Брат оказался красивее, талантливее, умнее, сходу заводил полезные знакомства, даже в бизнесе преуспевал, до того самого момента. Я на его фоне чувствовал себя неудачником. Ты вряд ли представляешь, какой гнев во мне порой поднимался. Я задавался вопросом, как у одних и тех же родителей получились такие непохожие дети. Как будто первому достались все сливки, а второму – всё, что осталось. Моя самооценка стремительно ползла вниз. – А потом появилась ты. И в какой-то момент я понял, как сильно тебя люблю. И был бесконечно счастлив услышать заветное «да». Я перестал придираться к себе, отпала необходимость сравнений с братом. Да, я замечал, что вы начали много времени проводить вместе, но никогда не думал, что хотя бы один из вас пойдёт на такой шаг. И уж тем более не ожидал, что сразу двое нанесут мне сокрушительный удар. А теперь… – он замолчал. – Глеб, я всё ещё люблю тебя. Он лишь покачал головой. – Мне кажется, что больше нет того, ради чего стоило бы жить. – Не говори так. – Ладно, мне пора. Отдыхай, – мужчина поднялся и покинул палату. Настя была раздавлена. Мало того, что несчастье случилось с ней самой, так ещё и Кирилл едва не погиб. Да и шансы на то, что он выкарабкается, если верить Глебу, мизерные. А каково ему будет лежать неподвижно все оставшиеся дни? Обнаружить, насколько теперь ограничен в возможностях, тому, кто привык к совершенно иному порядку вещей? Она винила себя. Ненавидела себя. Ругала на чём свет стоит. Ведь из-за неё разрушились судьбы сразу нескольких людей. Не такого девушка желала этим мужчинам, которых одинаково сильно любила. Разве собиралась она становиться источником их страданий и бед? Разве хотела видеть мужа сломленным и лишившимся разом всего, что составляло его опору? Разве могла представить, какой трагедией всё обернётся? Нет, нет, и ещё раз нет. – Ник, это всё правда? – едва слышно прошептала она. – К сожалению, милая. Кириллу на этом свете отведено только несколько часов, – спокойно сообщил возникший из воздуха собеседник. – Тогда сделаешь мне одолжение? Прошу. – О чём идёт речь, девица? – уточнил мужчина. – Можешь устроить так, чтобы я его ещё раз увидела перед тем, как вернуться в прошлое? Просто я ведь прекрасно понимаю, что не стану искать встреч с ним в следующей жизни. А попрощаться очень хочется, пусть даже он этого и не вспомнит. – Это немного превышает мои полномочия, – задумчиво произнёс волшебник. – Но так уж и быть, исполню твою просьбу, – с этими словами он совершил пару пасов руками, и всё вокруг преобразилось. Настя почувствовала, что снова может шевелить ногами, да и вообще полностью здорова. Они вышли в коридор, где неподвижно замер в самых разнообразных позах весь медицинский персонал больницы. Быстро добравшись до палаты, в которой лежал Кирилл, девушка прижала ладонь ко рту, чтобы не перейти на крик. Вид мужчины, подключенного к аппаратам, заставил слёзы навернуться на глаза. Совладав с собой, она подошла к его кровати, нежно провела рукой по волосам, и, наклонившись, прошептала: «Я люблю тебя». Поцеловав мужчину в щёку, девушка выпрямилась и, взглянув на Ника, кивнула. Через несколько секунд она уже погрузилась в темноту.