Буквально дракон

Повозка налетела на очередную яму. Я вцепилась пальцами в край скамьи. Похоже, завтра я просто не смогу сесть на попу — там будет один сплошной синяк. Я на некоторое время погрузилась в свои мысли, в основном безрадостные. Но данных для выводов было всё ещё недостаточно. И я решила вызнать у Мейи больше:

— И всё-таки я не понимаю.

Девушка с готовностью посмотрела на меня:

— Чего именно, госпожа?

— Что значит это «Дракон»?

На этот раз молчание стало каким-то особенно выразительным. Кажется, я почти услышала, как Мейа хлопнула глазами несколько раз:

— Простите?

— Почему вы называете Каэра Драконом?

Она уставилась на меня с совершенно искренним недоумением, потом посмотрела на стражников, словно ища у них поддержки, но те упрямо молчали и не хотели вступать в разговор.

— М-м-м, госпожа… — невнятно промычала она. — Потому что он Дракон.

— Это титул, родовое имя, должность? Или потому что он выдыхает этот дым?

— Он Дракон, госпожа! — воскликнула она, всё ещё вытаращившись на меня.

— Да, эту часть я уже услышала. Но что именно она означает?

Мейа открыла рот. Закрыла. Внезапно опять подал голос Брен:

— Не стоит утомлять госпожу лишними разговорами.

— Я не утомлена, — немедленно возразила я. — Я хочу разобраться.

Мейа немного помолчала, видимо, мысленно собирая для меня то, что для остальных само собой разумелось.

— Что значит «что означает Дракон», госпожа? — переспросила она. — Просто Дракон. Он может принимать истинную форму. Как и остальные Драконы.

Я смотрела на неё. Она смотрела на меня. Взаимопонимание никак не приходило.

Где-то снаружи кричали люди, ржали лошади, стучали колёса, повозка тряслась. Обычные звуки большого дорожного каравана.

— Истинную форму, — медленно повторила я. — Какую именно форму?

Брен снова кашлянул. Я раздражённо повернулась к нему:

— Вам, может, воды?

— Госпожа спрашивает меня, — горячо заговорила Мейа, обращаясь к нему. — А принцесса велела мне помогать ей, значит, и отвечать на вопросы.

Очень правильная девушка. Мне уже нравилось, как быстро она научилась использовать поручение Лиары в нужной интерпретации. Брен недовольно поджал губы и отвернулся, но больше не вмешивался.

Мейа повернулась ко мне:

— В истинной форме у Драконов есть крылья. Чешуя. Когти. Хвост. Некоторые больше, некоторые меньше. Всё зависит от крови, возраста и силы дара.

Настала моя очередь молчать. Теперь я поняла, в чём была загвоздка.

— То есть он…

Я неопределённо махнула связанными руками в сторону головы каравана.

— … буквально дракон? — закончила я слабым голосом.

— Конечно.

— Огромная ящерица с крыльями?

Мейа испуганно округлила глаза. Брен медленно повернул ко мне голову, Тавен сильно закашлялся.

— Ящерица? — прошептала девушка.

— Я не хотела никого оскорбить, — быстро добавила я, видя ее шокированные лицо. Кажется, это был перебор. — Просто не знаю, как точнее описать, чтобы мы друг друга поняли. Я никогда не встречала настоящих драконов. У нас они существуют только в сказках.

Мейа смотрела на меня так изумлённо, словно это я только что призналась, что могу превращаться в огромного ящера.

— У вас нет Драконов?

— Ни одного. Метафорически так могут кого-то называть, но это точно не то же самое!

Мейа чуть придвинулась ко мне, и в её голосе появилось что-то похожее на благоговение:

— Значит, вы действительно пришли к нам из другого мира?

Я вздохнула:

— Похоже на то. Во всяком случае, никакого объяснения получше я пока не нашла. Разве что коматозный бред, но на него я никак не могу повлиять.

Признавать это вслух всё ещё было странно, слишком окончательно.

— И вы — не дракон?

— Ну я бы, наверное, знала…

— Странно, — задумчиво сказала Мейа, но осеклась. А потом продолжила, повысив голос: — Господин Каэр считается сильнейшим Драконом из живущих. Это все знают. Его называют Испепеляющим, — доверительно сказала она мне. — Хотя при дворе чаще говорят Пепельный. Это звучит… спокойнее.

А я ещё удивлялась, почему этот парень такой горячий. Во всех смыслах.

Внезапно голос подал стражник Тавен и звучал он очень торжественно:

— Его пламя пожирает всё за несколько секунд! Деревья. Камень. Железо. Людей. Я слышал, что от целой крепости может остаться только тёмный след.

Этот мальчишка был явно впечатлительным, а ещё он верил в пророчества и был большим фанатом своего принца. В общем, голова его была забита всем подряд под завязку — вряд ли там оставалось место для его собственных мыслей.

— Но пламя не самое страшное, — добавила Мейа и замолчала, как будто пожалела, что сказала слишком много.

Стала поправлять край плаща, разглаживать невидимые складки. Я посмотрела на неё.

— А что самое страшное?

Брен бросил на неё особенно тяжёлый взгляд. Девушка замялась.

— Что страшнее пламени, Мейа?

— Скверна, — тихо сказала она.

— В нашем королевстве это называют Пепел, тебе стоит запомнить! — резко выговорил ей Брен.

Девушка покраснела и потупилась ещё сильнее, поджав губы. Похоже, этот выговор закрыл ей рот.

— И что такое этот Пепел? — требовательно спросила я уже непосредственно у Брена.

Тот помолчал несколько секунд, но всё же ответил нехотя — видимо, решил, что в противном случае я получу худшую информацию от Мейи.

— Пепел — это то, что остаётся после огня. Сначала пепел. Потом земля становится больной, там ничего не растёт. Всё, что касается этого облака, сразу же умирает. Оно никогда не уходит.

Я посмотрела на свои руки, вспоминая, как Каэр удивился тому, что я не умерла.

— Чёрный дым?

Брен неохотно кивнул. Мейа тоже посмотрела на мои связанные руки и едва слышно добавила:

— Никто не должен был пережить его дыхание.

— Да, он тоже так сказал, — кивнула я.

— Принц Каэр говорил с вами о скверне… м-м-м, пепле?

— Ну, он пытался. Между сеансами удушения и швыряний.

Мейа побледнела, бросила быстрый взгляд на синяки на моей шее и тут же его отвела. Я поняла, что сболтнула лишнего. Эти слова точно передадут Лиаре. Впрочем, что она там не видела?

— И какой он дракон? — спросила я, чтобы перевести неудобную тему.

— Мало кто из выживших видел его в истинной форме, — ответила Мейа, снова осмелев. — Но говорят, что он просто огромный!

Я невольно фыркнула, чем заслужила новый косой взгляд от Брена.

— Иссиня-чёрный, выше сторожевой башни. Когда он расправляет крылья, под ними ложится тень на целую деревню, — вдохновенно встрял Тавен, продолжая описывать своего кумира. Мейа метнула на него взгляд из-под ресниц.

— А Лиара тоже Дракон? — спросила я, дождавшись паузы, когда Тавен переводил дыхание.

Служанка сразу просияла. Разговор явно перешёл на безопасную и самую приятную для неё тему.

— Конечно!

— Тоже огромная и с крыльями?

— Не такая большая, как Каэр. Она моложе и меньше. Но очень красивая! У её дара большая сила!

— Сила дракона — в его боевых качествах, — негромко возразил Тавен, глядя не на Мейю, а куда-то в борт повозки. — С его высочеством никто не сравнится.

— Я и не сравниваю, — так же тихо ответила Мейа, разглаживая складку на юбке. — Просто при дворе говорят, что без принцессы его высочеству было бы… труднее.

Тавен стиснул зубы, но ответить не решился. Вместо него молчание нарушил Брен — одним тяжёлым взглядом, от которого оба слуги разом уставились каждый в свой угол повозки.

Ясно. Столкновение двух фан-клубов.

— Она гибкая и грациозная. — тихонько продолжила Мейа. — Белая с розовым и голубым отливом, я видела несколько раз! Моя принцесса обладает редким даром спокойствия.

Так вот оно что. Теперь понятно. Значит, это просто особая магия, а не умение себя поставить так, что все вокруг стихают и начинают вести себя прилично.

— Я заметила.

Девушка повернулась ко мне с живым интересом:

— Вы почувствовали?

— Сложно не почувствовать. — проворчала я. — Когда она входит, все будто перестают дышать и думать слишком громко.

— Рядом с ней легче! — воодушевлённо продолжила служанка. — Боль становится слабее. Страх уходит, ярость отступает. Даже чужая магия может успокоиться.

Мейа говорила с искренней гордостью — похоже, девушка любила свою госпожу, что уже много говорило о принцессе.

— Именно поэтому господин Каэр выбрал её своей невестой, — продолжила она. — Другой женщины, которая смогла бы стать ему подходящей парой, в мире не существует.

— Подходящей?

— Он сильнейший Дракон, но его дар слишком опасен. А принцесса может помочь ему удерживать силу. Возможно, только она способна обуздать его темперамент.

Тавен на этот раз даже не поднял глаз — только желваки дёрнулись, Брен ещё сильнее нахмурился. А Мейа, кажется, слишком увлеклась, чтобы заметить, что стражникам не слишком-то понравилась мысль, что их господину нужна невеста, чтобы обуздать его.

— Очень романтично, — пробормотала я. — Она успокаивает его, чтобы он случайно не уничтожил город.

Мейа не уловила ни сарказма, ни помрачневших слушателей.

— Да! Их союз благословен.

Я вспомнила, как Лиара брала Каэра за руки возле лагеря. Как мгновенно стихало напряжение, он переставал рычать приказами и становился почти спокойным человеком. Почти. Потом я представила огромного крылатого Дракона размером с башню, который мог выжечь крепость до основания, а затем оставить после себя навсегда ядовитую землю. И рядом — хрупкую русоволосую девушку с мягким голосом. Понятно, почему окружающие могли видеть в них идеальную пару. Невеста-страховка. Очень красивая, воспитанная и политически удобная страховка от катастрофы.

Повозка снова подпрыгнула на очередной яме. Я ударилась локтем о борт.

— А разве двум Драконам обязательно ехать в огромной неудобной процессии по земле? — спросила я, растирая локоть. Будь я Драконом, крыла бы моего не было на этой «элитной дороге». — Они же могут летать!

Мейа кивнула.

— Это брачный путь, госпожа. Принц проезжал через наши земли, а принцесса должна проехать через его, чтобы люди увидели их и признали. В каждом городе их приветствуют, правители земель приносят дары, старейшины получают благословение. Сегодня торжественный въезд в город!

— Ага. Политическое турне. И долго вы уже в дороге?

— Две недели, госпожа. Кроме того…

— Какой кошмар! Неважно, продолжай.

— Кроме того, полёт Дракона над чужими землями считается угрозой. Особенно принца Каэра. Никто не хочет видеть над своими домами Испепеляющего в истинной форме.

Логично. Никому не понравится, когда над твоими землями пролетает вооружённый ядерным оружием самолёт, да ещё и с нестабильным пилотом, от настроения которого зависит всё.

Некоторое время мы ехали молча.

Дорога постепенно становилась ровнее. Лес редел. Между деревьями появились первые поля, широкие, ещё покрытые утренней влагой. На склонах тянулись виноградники или что-то похожее на них. Вдалеке виднелись небольшие каменные дома с черепичными крышами, окружённые низкими изгородями.

Люди бросали работу и выходили к дороге. Кто-то снимал шапку. Кто-то кланялся процессии. Дети бежали вдоль края поля, пока взрослые не оттаскивали их назад. Несколько женщин бросали под копыта первых лошадей ветви с мелкими белыми цветами.

На повороте я выглянула подальше из повозки.

Впереди двигалась карета Лиары — светлая, украшенная гербом и тонкой вышивкой. По обе стороны ехали всадники. Дальше, ближе к голове процессии, иногда мелькал Каэр на чёрном коне.

Где-то внутри этого мужчины размером с человека скрывалась огромная крылатая тварь, способная за секунды превратить всё вокруг в пепел. Теперь я смотрела на него по-другому. Я невольно поёжилась.

Мейа заметила:

— Вам холодно, госпожа?

— Пожалуй, немного.

Она поправила покрывало на моих плечах.

— Скоро приедем. Уже видны башни.

Я проследила за её взглядом. Сначала над холмами показались только тёмные зубцы. Потом стены.

Мейа рядом сияла — её ждал праздник, торжественный въезд, чествование невесты.

А что за этими стенами ждало меня? Об этом даже думать не хотелось. Я поплотнее завернулась в покрывало.

Согреться почему-то больше не получалось.