Драконьи уши

Нам вынесли кипу, потом вторую. Ильсар посмотрел на наши свитки и на свои три. Его лицо выражало глубокую личную обиду.

Пророчеств о людях из других миров оказалось много. Полезных — почти нет.

Одно обещало, что пришедший «принесёт знание, которого прежде не было».

Другое — что «чужеземец изменит ремесло врачевания». Это явно относилось к тому самому лекарю.

Несколько предсказывали встречи, браки, детей.

Одно сообщало, что «пришедший с небес отвернётся от крыльев». Может быть, тот самый человек, который ушёл к людям.

Но ни одного: «Чтобы вернуться домой, сделайте вот это». Пока инструкция Инмаета по открыванию портала была моей единственной реальной нитью. Но раскручивать её мне очень не хотелось, потому что на другом конце этой нити стоял Каэр.

Тогда мы запросили всё о Белой Деве.

Архивариус мрачно посмотрел на меня, на Сайрена. Забрал выданные свитки и надолго исчез. Мы с Сайреном не могли открыто общаться, пока рядом сидел Ильсар, поэтому провели время в тишине, каждый в своих мыслях.

Наконец архивариус вернулся с огромной стопкой, а потом принёс ещё две. Я закрыла лицо ладонями:

— Если это всё, что должна успеть сделать Белая Дева, то я официально отказываюсь!

Едва договорив, вспомнила про соседнее кресло. Какой глупый прокол! Ильсар явно навострил уши. Ну как тут вообще разговаривать, никакой приватности.

— Видимо, была популярной темой, — заметил Сайрен.

Прекрасно. Если я — Белая Дева, то у моей жизни оказался самый длинный раздел фанфиков в местной истории. Мы начали читать.

И быстро выяснилось, что всё ещё хуже.

Один свиток гласил: «Белая Дева станет сильнейшей парой со своим драконом».

Следующий вариант: «Белая Дева станет парой сильнейшего дракона».

Сильнейшего. Ну, здесь хотя бы всё просто: сильнейший помолвлен, и ему нет до меня дела. Не сходится. Следующий.

Я показала Сайрену.

— Это вообще не одно и то же!

Он пожал плечами.

Ещё: «Дракон, который найдёт в ней истинную пару…»

Через три свитка: «Дракон, которого она изберёт себе в пару…»

— Вот, смотри, это тоже прекрасно.

Первый вариант превращал меня в магический лотерейный билет, второй хотя бы оставлял право голоса.

Дальше пошли вещи, некоторые из которых были уже знакомыми.

«Принесёт чёрное зеркало». Почти очевидно — телефон. Другой вопрос, что он был у каждого в нашем мире.

«Чужая кровь назовёт её своей». Понятия не имею. Тоже в трёх экземплярах с вольной трактовкой.

«Зажжёт лес огнём из руки». Спасибо. Уже слышала. Там был не лес, а в руке была зажигалка. Ну, допустим.

«Не покорится, но покорит». Это можно было сразу отправлять в корзину с надписью «потеря времени».

«Напоит дракона пеплом». Ага, это и кричал старик-культист Этан. Только если кто здесь кого и поил Пеплом, то пока Каэр меня. При первой удобной возможности.

«Белое платье, спасающее жизни». Что, простите?

«Увидит глазами дракона прежде, чем станет драконом». Я вздохнула. Каэр был прав, это можно было притянуть к чему угодно.

Потом становилось только веселее. «Уйдёт от смерти в руки к самой смерти», «откажется от того, что сама попросит», «очистит ложь и заберёт чужое»…

Начну воровать?

— Почему всё так запутано⁈ — наконец не выдержала я.

Архивариус, который приносил новые свитки, посмотрел на меня так, словно вопрос был детским.

— Потому что этим пророчествам тысячи лет. Некоторые значительно старше общего языка. Другие произнесены совсем недавно. Их говорили разные Видящие. Записывали разные писцы. Часть переводилась с древних языков.

То есть переведены по нескольку раз. Разными людьми. Я видела такие договоры, по ним потом судятся десятилетиями.

— И никто не подумал нормально это систематизировать?

Он искренне оскорбился.

— Всё систематизировано!

Я посмотрела на стопку, где один и тот же текст повторялся в четырёх вариантах и под тремя датами. У нас были очень разные представления о систематизации.

К закату я уже делала записи. Нет, не запутанных пророчеств, а выводов.

Итак, вывод первый: единого пророчества о Белой Деве не существует. Вообще. Есть огромный цикл предсказаний, собранных за тысячи и тысячи лет.

Вывод второй: их произносили разные Видящие. То есть даже «Орим сказал» ничего не означало, пока не уточнишь, какой именно Орим и в каком тысячелетии.

Третье: популярные формулировки часто являлись поздними сокращениями или толкованиями. То есть фактически новыми мыслями.

Четвёртое: некоторые древние грамматические формы позволяли по-разному понять, кто именно совершает действие. Сама Белая Дева или кто-то с Белой Девой.

Пятое: ни один текст не указывал, появляется ли Белая Дева в этом мире уже Белой Девой или становится ею позднее. И является ли она драконом от рождения — при условии, конечно, что драконом вообще можно стать как-то иначе.

Наконец, шестое: совпадение отдельных признаков ещё не означало, что пророчество исполнилось целиком.

Я положила грифель.

— Какой ужас!

Архивариус, который пришёл забрать наши свитки, поднял брови, решив, что я снова обращаюсь к нему.

— Что именно?

— На основании вот этого живёт ваш мир?

— Лучше быть готовым к будущему хоть как-то, чем не знать его вовсе. Толкования…

— Ну уж нет! — Кажется, я сказала это громче, чем собиралась. — Ваши толкования — это вообще отдельная тема для дискуссии.

Ильсар из соседнего кресла поднял голову. Наверное, он там уже задремал. Ну невозможно читать столько времени три маленьких свитка!

— Если вы не можете быть уверены в трактовке, нельзя выдавать одну из версий за готовый ответ!

Архивариус побагровел.

— Простите?

— Сколько ошибок вы можете совершить? Или дать совершить другим? Вы выдаёте людям исходные данные, в которых даже субъект действия иногда определить невозможно!

— Это пророчества!

— Именно поэтому к ним надо относиться ещё осторожнее! Это знание о будущем, в точности которого никто не уверен.

Сайрен подозрительно кашлянул, явно пряча улыбку.

— Представь, — продолжила я уже ему, — я прихожу к королю и говорю: «Есть прогноз. Возможно, завтра война. Или свадьба. Или война после свадьбы. Действующее лицо тоже уточняется. Но источник очень авторитетный».

— Звучит знакомо, — заметил Сайрен.

Архивариус смотрел на нас обоих с нескрываемым отвращением.

Кажется, на работу в Культе я могу уже не рассчитывать.

* * *

Когда мы вышли, едва ли не выпроваживаемые насильно, Ильсар ждал нас возле выхода.

— Нашли всё, что искали?

Сайрен сразу слегка сместился передо мной. Теперь между мной и красивым драконом стоял ещё один красивый дракон.

Если смотреть со стороны, проблема выглядела значительно приятнее, чем ощущалась.

— Зачем дому Вальден лезть в дела Культа? — весело спросил Сайрен. — Вам своих пророчеств мало?

Ильсар улыбнулся.

— Просто любопытство. — Он снова посмотрел на меня.

— Опасная вещь — любопытство, — с лёгким вызовом в голосе сказал Сайрен, обнял меня за плечи и повёл прочь.

— Это обязательно? — спросила я.

— Сейчас — да. Чтобы любой желающий с тобой поговорить сначала подошёл ко мне.

Приемлемо.

— Сегодня прилетели ещё трое, — сказал он тише.

Я даже остановилась.

— Трое? Это уже не случайность.

— Именно. Все из разных домов.

Мы снова пошли.

— Как они так быстро узнают, что я здесь? Не думаю, что у них есть общий чат, куда кто-то написал: «Белая Дева в Культе, всем срочно вылетать».

— Я не понял половины фразы, но смысл примерно такой. Я не знаю. Здесь слишком много глаз и ушей, чтобы надёжно что-то скрыть. Ты что, хромаешь?

— Утром ударилась коленом. Ничего страшного.

Мы проходили вдоль застеклённых оранжерей слева, а справа, в каменных нишах, стояли горшки с травами. В небольшом алькове впереди разговаривали двое: один молодой дракон, а второй — мужчина с клеймом на щеке.

Они стояли близко и говорили очень тихо. Когда мы их прошли, я шепнула:

— Сайрен.

— М-м?

— Клеймёные здесь ведь тоже из разных домов?

— Конечно.

— Но у них остались связи?

— Нет. Дома сдали их сюда ещё в детстве. Они им больше не принадлежат. После того как их отдали в Культ и поставили клеймо, они принадлежат только Культу.

Я скептически посмотрела на него.

— Ты так в этом уверен?

И ткнула пальцем назад, в альков. Обернувшись, мы успели увидеть, как дракон сунул клеймёному в руку небольшой свёрток прямо перед уходом.

Вот и всё. Никакой магии, никакой великой тайной сети драконов, всё старо как мир. Люди. И взятки.

— Вот так они и узнают, — сказала я.

Сайрен хмурился.

— Думаешь?

— Уверена. Здесь сотни клеймёных из разных домов. Они работают в кухнях, архивах, конюшнях, возле посадочных площадок. Видят, кто прилетел, кто уехал, кого куда ведут.

Я вспомнила подвальное окно и клеймёного Исина, который проиграл Астэру.

— А ещё им нужны деньги. Не знаю, на что, но деньги у них есть.

Сайрен тоже понял.

— На ставки?

— Например. Или еда. Или услуга. Или просто возможность когда-нибудь передать что-то родственникам.

Мы уже приближались к зданию общежития. Вот такая закрытая система Культа.

Нейтральные земли, неподконтрольная организация, никакие дома ими не управляют. Ну разумеется. Но у местных стен были драконьи уши.

И рядом с ушами стояло клеймо.

* * *

Мы вместе зашли в мою келью, и в ней сразу стало очень тесно. На столике у кровати всё ещё стоял утренний поднос. Сайрен его заметил.

— Ты вообще не завтракала? Погоди, а кто…

— Не успела.

Я потянулась к хлебу. Но Сайрен шлёпнул меня по руке.

— Не трогай.

Утром я считала, что еду принесла Мирра. Потом выяснилось, что её принёс Эйран. Ещё и переодеться мне предложил помочь. Вот ведь наглая рожа!

Посмотрела на холодную кашу, на хлеб и творог. Я действительно ничего не ела с утра за всей этой суетой.

Утренняя версия с ядом теперь выглядела просто смешной. Он слишком много раз спасал мне жизнь и мог меня убить, чтобы потом настолько нелепо испортить собственную статистику.

Я взяла ложку.

— Алиса…

— Всё нормально. — Я попробовала и замерла.

Потом взяла ещё ложку.

Сайрен подозрительно наблюдал.

— Ну? Ты правда будешь это есть?

Я медленно подняла на него глаза.

Каша была вкусной. Не просто съедобной, а вкусной!

После вчерашнего кулинарного преступления это ощущалось почти как чудо. Творог был скорее похож на мягкий солёный сыр с копчёным привкусом, а травяной напиток даже не напоминал воду, в которой случайно утонула мышь-полёвка.

Я наслаждалась едой и жалела только о том, что она уже давно остыла.

— Это приготовил не ваш повар, — сказала я, протягивая Сайрену ложку. Тот осторожно взял еду на кончик языка, а потом закатил глаза от удовольствия.

А у меня в голове зарождалась странная и очень пугающая мысль.

Эйран знал даже о том, как мне не нравится здешняя еда. И принёс другую.

А потом спросил, почему я не ем. Мысль была довольно безумной. Впрочем, Эйран ей вполне соответствовал. Быть может…

Он не просто принёс мне завтрак.

Он его приготовил.