Глава 17

Мы сидели в любимой беседки впятером и держали военный совет. На столике стояли бокалы с нектаром лотоса и сладости, а мы шептались, хоть Данаэль и наложил на беседку полог тишины.

– Профессор Нароэ еще тот мерзкий тип, – сказал Дан, – но я все же не верю в его предательство.

– Он талантливый артефактор, а в нашем загадочном деле всплывают все новые и новые артефакты, тебе не кажется странным такое совпадение. Да и Крейгар алхимик, а лаборатория Донга как раз алхимическая, хоть сам лорд Лидъярд по основным разведданным не грешил подобными знаниями.

Самаэль, жуя сливу, о чем-то сосредоточенно размышлял.

– Сэм, может ты снизойдешь до нас, простых эльфов? – возмутилась Лора.

Сэм резко закашлялся:

– Добрая ты моя, – прохрипел он недовольно. – Что вам сказать, слишком все очевидно. Я уверен, что о событиях десятилетней давности, когда эта троица ездила на мыс Антари, известно многим представителям высшей аристократии, причем не только империи Шаан-Та, но и Темной империи дроу. А мы зациклились на двух ученых. Проверить их лишним не будет. Но как? Опять нагадить в кабинете Нароэ? Мелко.

– Мальчик мой, ты вырос! – тон Данаэля был откровенно издевательским и демон кинул на него предупреждающий взгляд, но братик его напрочь проигнорировал. – Еще месяц назад ты помогал этим заср… порядочным эльфийкам гадить тому же Нароэ и вдруг такие взрослые мысли.

– Дан, прекрати паясничать, мы знаем уже о четверых убитых, которых можно смело увязать в одно дело.

– Четверо? – изумленно уточнила Дора.

– Девочки, включитесь, ау, – демон откровенно паясничал. – Лорд и леди Донг десять лет назад, тот воришка из оборотней, с которым вы столкнулись в ту ночь, и дворецкий Конрад, он же незаконорожденный лорд Кариадэль из соседней империи.

– У меня странное чувство, что этой ночью погибнет еще кто-то, – почему-то сказала я, похолодевшие от ужаса губы еле шевелились.

– Ри, ощущения или что-то более конкретное? – уточнил Дан.

– Скорее кусочек картинки, которую мы никак не сложим.

– Ну профессорами я жертвовать не намерен, у меня есть для них одно любопытное дельце, вот я их ночью и займу. А вы будете наблюдать за их комнатами.

– А если кто-то узнает об их планах? – спросила умненькая Лора.

– Не узнают. Профессора сами узнают об этом перед сном и сразу же уйдут со мной. Лора и Дора, вы следите за комнатой Крейгара. Сэм и Ри, за комнатой Нароэ. И смотрите мне, без самодеятельности, а то отвечать еще перед вашими родителями, – это он уже грозил пальцем двум близняшкам. – У вас есть еще четыре часа на общение, обмен мнениями и тому подобными глупостями. Жду у себя в кабинете в восемь вечера.

И Дан покинул наше собрание, оставив нашу дружную четверку в беседке, предварительно накрыв тем же пологом от подслушивания.

– Ну рассказывайте, за что вас опять выперли в Академию? – накинулся с распросами Самаэль.

Лора и Дора одновременно порозовели, даже кончики ушей у них стали розовыми, этакие милые плюшевые мышки.

– Ну мы…

– А чего он…

– А мы…

– Он нас…

– Очень глубокомысленный рассказ, – ехидно протянул демон. – Девочки, вы что, мужика снахальничали?

– Неа, мы только его раздели и рассматривали, – тихо прошептала Лора. – А он проснулся, когда Дора…

– Можно узнать, кто был счастливым объектом изучения? – уже я поинтересовалась. – Девченки, вы когда повзрослеете? С вашим темпераментом, я б на месте вашего отца уже мужей вам определила.

– Уже, – выдохнула грустная Лора.

– Это был Аргон, старший сын лорда командующего, – призналась уже пунцовая Дора.

– Тааак, а можна историю с начала?

– Ну, ты была занята, а нас наказали за ту прогулку на площади, что мы не побеспокоились о безопасности своей и твоей. Вот. А Маленны всей семьей у нас гостили. Лорд Аргон все время потешался над нами, словно мы две глупые курицы, а мы рассердились.

– Боюсь предположить, чем это закончилось. Раздели его зачем?

– Папа за столом намекнул лорду Скайру, что мы уже на выданье, а у него такие замечательные сыновья, ну и мы догадались, к чему эти гости, – продолжила Лора.

– А Аргон решил уточнить, как можно отдать в две разные семьи тех, у кого коллективный мозг, причем один на двоих и очень слаборазвитый, – продолжила Дора. – Ну и добавил, что инфантильные эльфы его вообще не интересуют, девушки должны быть крепко сложенные, уверенные в себе и с умом в голове.

– В общем, унизил как хотел. Лорд Скайр его, конечно, осадил. Но мы-то не забыли обиду, – это опять Лора.

– Оееей, и кому ж из вас грозит брак с Аргоном Маленном?

– Мне, – тихо прошептала Дора. – Так нас всех папы наказали. А Лора наотрез отказалась за Дакрена выходить, так папа ее обещал в храм Древней богини сослать на неопределенный срок, если не одумается. А пока вот, сидим здесь, учимся до свадьбы Рины, ну и если ума не наберемся, то и после ее свадьбы тоже.

– Так о мести расскажите, – попросила я, изнывая от любопытства.

– Да что там рассказывать. Аргон хвастался, что храбрый очень, никого не боится. Вот мы ночью пришли к спящему, добавили еще заклинанием, чтобы крепче спал и вдвоем оттаскали его в исподнем в наш семейный склеп. Раздели до гола и уложили на стоящем по центру каменном саркофаге нашего основателя рода. Ну и разглядывали, а когда увидели, что он зашевелился, просыпаясь, подняли с кладбища несколько скелетиков и они окружили его, касаясь руками.

– А трупы небось разной степени свежести? – уточнил хохочущий демон.

– Угу. Он так кричал, что из дворца выбежала вся челядь, ну и папы появились. А мы-то в глубине склепа, и выйти никак, чтобы никто не заметил. Все столпились в дверях, Аргон орет, не прекращая, на одной ноте, а папа как крикнет: «Убрать здесь все, негодяйки, и ко мне в кабинет!» – рассказывала Лора.

– Мы так дружно подпрыгнули от его крика, что языки прикусили. А он к нам в склеп прошел и за уши вытянул, – почесала ухо Дора, видно свежи воспоминания. – Стыдно было. А этот нахал, и не прикрылся ничем, встал с гроба и смотрит на нас сверлящим злым взглядом. Ну мы и поняли. Это конец. В кабинете оба лорда, сын Маленна и наши мамы выговаривали и за поведение, и за взросление, и за бесстыжесть.

– Ага, и тут леди Маленн всех добила: «Сказали бы мне, я б вам нашего конюха для изучения предоставила. Такой экземпляр». Лорд Скайр побагровел, все тянул воротник на ночной сорочке, в которой так и оставался, не успев переодеться после переполоха. И добавил, раз уж успели заценить жениха, то дело решенное.

– Когда свадьба? – уточнила я.

– Через месяц, – тяжко вздохнула Дора.

А Лора вдруг разрыдалась.

– Ты чего, малышка? – нежно обнял ее Сэм.

– Не хочу замуж за Дакрена, а они настаивать будут.

Сочувственно посмотрела на девушку, секрет-то ее я уже давно разгадала.

– Лора, может тебе пора объясниться с ним?

– С кем? – упала на мороз близняшка.

– С Даном, – спокойно ответила я, а девушка вся покрылась бордовой краской.

– Лора? – изумленно уставились на нее Сэм с Дорой.

– А вы что, ничего не замечали? – удивленно спросила я. – Да она глаз не спускает с него, вздыхает тайком.

– Вот зачем ты? – сквозь слезы уточнила девушка.

И я действительно почувствовала себя виноватой. Но и смириться с тем, чтобы мою подругу выдали замуж против ее воли, я тоже не могла. О том, что Дора давно и безнадежно была влюблена в Аргона Маленна, знали мы все, и все эти разговоры о браке были не на пустом месте. Но вот Лора… Жаль девушку, а как помочь? Хотя, неплохо было бы для начала выяснить настроения самого Дана. То, что он не любит Кендарию, не секрет. Ладно, не спрошу, не узнаю. Но это уже завтра.

Мы еще некоторое время расслаблено болтали, пока не подошло время к восьми. Данаэль сам открыл к нам в беседку переход. В кабинете, кроме него, оказались еще и папа с Лиамом.

– Ли, а ты что здесь делаешь?

– И тебе привет, сетренка, – чмокнул меня в щеку родной братик. – Тебя страхуем всей компанией. Артагу здесь лучше не появляться, привлечет нежелательное внимание. А твоя безопасность все же на первом месте.

– Пока я буду отвлекать профессоров, вы делитесь на две группы: в первой Лора, Дора и папа; во второй Рина, Сэм и Лиам. – Начал раздавать ЦУ Данаэль. – Первая группа наблюдает за жильем Крейгара, вторая – Нароэ. Все четко. У вас двадцать минут на подготовиться. Я пошел за господами профессорами.

Папа решительно поднялся с кресла:

– Ну что, друзья мои, разбегаемся по местам? Ли, Сэм, отвечаете за Рину головами. Если я пожалею, то драконы точно вам их открутят, не кривясь. Девочки, за мной, – и он покинул кабинет директора Академии Темной магии первым.

Близняшки потопали за ним, а Лиам открыл нам переход напрямую в крыло, где жили преподаватели.

– А почему папа пешком отправился? – шепотом поинтересовалась у братика.

– Потому, как открытие двух порталов одновременно привлечет ненужное внимание сильным всплеском магии, а оно нам нужно?

– Нет, конечно, – вынуждено согласилась я. – Все поняла, это ради моей безопасности. Логично.

Я огляделась, в темном коридоре было пусто и жутковато. Уж не знаю, куда увел преподавателей Данаэль, но похоже он привлек к выдуманному мероприятию, многих из них. Ладно, проще же, когда под ногами никто не путается. Подойдя вплотную к двери в личные комнаты Эдвина Нароэ, Лиам приложил ладонь, удовлетворенно хмыкнул, и в полной тишине мы отчетливо расслышали щелчок открывающегося замка.

– Не сильно он о своей защите волнуется, элементарные плетения, – слегка удивленно произнес братик. – Идемте.

Мы вошли в помещение, которое на поверку оказалось гостиной. Два дивана, пару кресел у камина, небольшой круглый столик со стеклянной столешницей на такой же стеклянной ножке в виде стебля какого-то растения, открытый бар у стены, заполненый разнообразными бутылками и плетенными бутылями, а также рюмками, стопками, бокалами, фужерами. А неплохо устроился профессор. Лиам уже прошел в следующую комнату, как оказалось, спальню, из которой вела еще одна дверь в ванную комнату. Здесь все просто, без изысков. Небольшой камин, двуспальная широкая кровать под темным однотонным покрывалом, прикроватная тумбочка с парой ветхих книг и гардероб.

– Предлагаю затаиться здесь, – снова заговорил братец. – Если наши предположения окажутся верными, и по душу нашего профессора кто-то явится, у нас будет время подготовиться.

– Неплохо бы накинуть невидимость, – внес вполне рациональное предложение демон. – Оставим одну закрытую ментальную волну для общения.

– Отлично, размещайтесь поудобней, ждать придется долго, если вообще кого-то дождемся. Так что, устраивайтесь, а я накину пологи тишины и невидимости, тогда нас и так никто не услышит, без всяких закрытых волн.

– А в чем проблема? – уточнила я, далеко еще не сильная в магии.

– В том, что я буду держать полог невидимости, а поскольку, в силу определенных причин слегка вымотался, у меня сейчас запас энергии ниже среднего. А на ментальную магию совсем сил не остается.

– Ясно, – слегка разочарованно протянула я. – А где ты резерв свой растерял?

Я развалилась на кровати поверх одеяла, чего себе в удобствах отказывать. Сэм развалился рядом, и мне в руки лег горячо любимый мною хвост, я с радостью распушила кисточку на нем. Лиам стоял у окна, опершись пятой точкой об подоконник и сложив руки на груди.

– Неважно, – попытался отмахнуться он.

– Ли, что происходит? – решилась я на трудный разговор, пользуясь тем, что брат никуда не денется и ему придется поговорить с мной. Сэм не мешал, он уже был частью моей жизни, близким и надежным другом, хоть я и знала его так мало.

Братик же решил свалиться на мороз:

– Ты о чем, сестренка?

– Мне не нравится твое отношение ко мне, – раздраженно ответила ему.

– Нашла время и место для подобного разговора, – хмыкнул он. – Я не Дан, сюсюкаться с младшенькой сестричкой нет ни времени, ни, собственно, желания.

– Я не прошу сюсюкаться со мной, – рыкнула на брата. – Будь человеком, этого достаточно.

– Не могу, – в его голосе прорезались веселые нотки. – Чисто физиологически, я же чистокровный эльф, – и он, не выдержав, засмеялся.

Сэму тоже было смешно. А мне, почему-то, нет.

– Ты понял, о чем я, – буркнула раздраженно. – Маме на меня плевать, ты меня избегаешь, папа реально все время занят, но и то умудряется выкраивать для меня понемногу времени, только Дан за меня переживает и поддерживает. А уж о том, что у каждого из вас какие-то свои секреты, а моя жизнь вся на блюдечке разложена, я вообще молчу.

Довыяснялась, опять слезы навернулись на глаза. В конце концов, у меня через каких-то три дня уже муж будет, который вроде как любит даже. Погрузившись в свои мысли, не заметила как брат перетек от подоконника на кровать, и устроился с моей стороны. Поняла это только тогда, когда почувствовала его руку на своих волосах, которые он нежно поглаживал.

– Ри, солнышко ты наше, я люблю тебя не меньше Данаэля или папы, просто в последнее время так уж получилось, что у меня возникли свои проблемы, которые отбирают очень много времени и сил, в то время, как за тобой есть кому присматривать. А о моих делах мы с тобой поговорим, однажды, когда ты станешь уже женой наследного принца, и твоей жизни уже ничто не будет угрожать…

Лиам резко остановился и вскинул голову, к чему-то прислушиваясь, кончик его левого уха нервно дернулся.

– Приготовились, – прозвучала команда. – У нас гости.

Мы сразу же подобрались, навострив ушки и приготовившись к встрече с тем, кто решил навестить профессора Нароэ в неурочный час. Пока я успела сползти с кровати, Лиам с Сэмом уже стояли в дверях, ведущих в гостиную в… да как-то странно они застыли, по ходу, это у них столбняк, вызванный изумлением при виде ночного гостя нашего профессора.

– Гном??? – выдавил из себя Ли. – Какого… они же не имеют магии…

Мне уже не терпелось посмотреть на того, кто вызвал такие эмоции у моего видавшего многое братика. И… да уж, цензурных слов не было – у бара стоял небольшой мужчинка в черной кожанной одежде, сплошь покрытой серебрянными клепками, плотно облегающей его достаточно стройную, как для представителя этой расы, фигуру. Ростом он был едва мне до плеча. Из-за спины торчал ниже пояса конец рукояти боевой секиры, лезвие которой поблескивало из-за его левого плеча, слегка прикрытое темными длинными волнистыми волосами чуть ниже плеч, с несколькими косами в них. И он, действительно, был магом, судя по его ауре, на которую я обратила внимание благодаря возгласу брата.

Гном нас не мог ни слышать, ни видеть, вроде бы, но он сразу же насторожился, и повернулся в сторону спальни:

– Эдвин?

Мы переглянулись, и Ли первый решил обозначить наше присутствие:

– Приветствую вас, господин гном, – с легкой ехидцей в голосе обратился к гостю брат, скинув все пологи.

Гном отреагировал неадекватно, швырнув в брата какую-то гадость. Дальше все происходило как в замедленной съемке, ну для меня, конечно. Я ждала, когда Лиам выставит перед собой защиту, и запоздало вспомнила, что он пуст, и не потянет такое. В следующий момент я попыталась кинуть на него свою защиту, глядя на то, как черная, искрящаяся всполохами мелких разрядов, клякса летит в лицо близкого мне нелюдя, а он просто стоит и ждет, не пытаясь уклониться. Наверное из-за того, что помнил, что я нахожусь за его спиной.

Я, по полной неопытности, опоздала, и клякса с размаху въехала в лицо и грудь Лиама, взорвавшись кучей осколков. Кто-то кричал, наверное я, гном подлетел к Лиаму, наверное, добить, но его одним неуловимым движением сбил с ног демон, который, наконец, смог обойти нас с братом в дверях, и вовремя, причем.

– Проклятые эльфы, – проскрипел злой гном, пытающийся высвободиться из цепкого захвата Самаэля, который успел снять с брыкающегося противника какую-то блестящую цацку.

– За эльфа по морде схлопочешь, всю оставшуюся короткую жизнь сможешь только кашу хлебать, – рыкнул разозленный Сэм, после чего встал с гнома, оставив того корячиться на полу.

– Он… – начала я, но не смогла закончить вопрос. В голове все смешалась от страха за жизнь родного брата, пусть старшего и вредного, но все равно любящего.

– Он уже не опасен, – понял меня правильно демон. – Обездвижен заклинанием, и еще, как маг он очень слабенький, его усиливал вот этот амулет, – и он показал мне то, что снял с шеи нашего ночного гостя. – Как Лиам?

– Это же артефакт, который был на Картене, – удивилась я. – Я не знаю, что с братом, но эта гадость раскурочила ему лицо и часть грудной клетки. Он жив, но… – голос сорвался и я не смогла закончить фразу.

Все это время я сидела над его распростертым в дверном проеме телом, пытаясь сообразить, насколько сильно пострадал брат, думать о том, что он не доживет до целителей, себе не позволяла. Только вот уже в пятый раз мысленно кричала:

«Данаэль! Папа!» – и никакого ответа.

Вдруг резкая вспышка света у входной двери и из портала вышли и Дан, и папа.

– Что у вас здесь? – уточнил кузен.

– Лиам ранен, – простонала я, чувствуя как лицо заливает потоками горьких слез.

С обоих вмиг слетело спокойствие, и они в одно мгновение перетекли к нам. Папа поднял меня с пола на руках и подозвал Сэма:

– Унеси ее отсюда, – распорядился он. – Ждите нас в своей комнате, не отходи от нее ни на миг. И еще, никаких больше импровизаций!

– Я понял, – тихо сказал Сэм, – время шуток закончилось.

И открыл переход прямо в комнату, которую нам с ним выделил Данаэль. Уложив меня на кровать, он стащил с меня сапожки, и принес таз с кувшином. Обмокнул полотенце в воде и протер мне лицо, я же продолжала безмолвно плакать. Ну вот что я за маг? Зачем мне оно, если мне некогда даже научиться этим пользоваться.

– Ты не виновата, – вздохнул Сэм, и встал, чтобы унести умывальные принадлежности. – Перестань укорять себя. Кто тебе дал возможность и время для изучения, как пользоваться тем, что дано тебе от природы? Они не должны были давить на тебя с браком, можно было бы и подождать, и обучить тебя всему, что ты должна знать.

– Если бы меня не пытались убить, упорно повторяя попытки, возможно, так бы все и случилось, – тихо ответила ему, отвлекшись от страшных мыслей о брате. – Они говорят, что после свадьбы меня будет намного труднее убить, потому и торопят, чтобы поскорее пробудить кровь. – Мой голос звучал безжизненно.

Говорить вообще не хотелось, поэтому я отвернулась к стенке, спиной к другу, и, свернувшись в позу эмбриона, уткнулась носом в подушку. Раз за разом прокручивая в голове те несколько секунд, за которые все произошло, я продумывала, что должна была сделать, как поступить, чтобы защитить его. Ведь он же еще раньше предупредил, что магии у него едва на дне плещется, и остаток потратил сперва на установление, а потом на снятие пологов тишины и невидимости.

Вот же дура, понимала, что это означает, а в самый критический момент спасовала, стормозила, позволила какому-то недомерку погубить родного брата. Я завыла от бессилия что-либо изменить, держа зубами наволочку, слезы вновь хлынули потоком, унося боль и обиду на саму себя. Как уплыла в спасителный сон, не заметила.

Проснулась от того, что кто-то аккуратно убрал прядь с моего лица и погладил по щеке слегка шершавыми пальцами. Открывать глаза не хотелось совсем, сознание приятно балансировало на грани, между сном и явью. Явь… мысль блеснула молнией в моей голове, и ее росчерк вернул боль и осознание потери. Глаза широко открылись от ужаса и я выдохнула:

– Лэмюэль!

– С ним все будет хорошо, – мне ответил папа, который сидел на краю кровати, и продолжал поглаживать по щеке. – Хватит слез. Вон как глаза опухли.

Его голос звучал нежно, успокаивающе, и я поняла, что он применяет ко мне магию покоя. Вот только зачем?

– Где мой брат? – осипшим голосом спросила у него.

– В стазисе, – ответил Данаэль, который все это время стоял, прилепившись к косяку двери.

– В каком смысле? Что такое стазис?

– Это состояние между жизнью и смертью, на самой грани, – с неприкрытой жалостью в голосе ответил Дан. – Можно сказать, он спит.

– Зачем?

Данаэль шумно выдохнул и подошел ко мне, присев рядом с отцом, и взял за руку:

– Ри, милая, у Лиама разворотило все лицо и грудную клетку, – при этих словах, звучавших как приговор, я почувстовала, как по щекам вновь полились слезы. И откуда только берутся?

– Не плачь, моя девочка, – вздохнул папа. – Слезами здесь никак не помочь. А ты, Дан, осторожней со словами, – он резко одернул племянника. – Просто, повреждения Лиама практически не дают ему шанса выжить. Регенерация не работает из-за того, что при атаке его резерв был полностью пуст.

– И теперь, – продолжил объяснять Данаэль, – дабы его регенерация начала работать, необходимо, чтобы его магия восстановилась полностью. В состоянии стазиса она, конечно, будет медленно восстанавливаться, но, думаю, через месяц-другой мы уже сможем заняться его лечением. А пока… пока нам необходимо разобраться с этим неправильным гномом и, желательно, всей ситуацией в целом.

– Он будет жить? – меня этот вопрос пока волновал больше, чем все остальное.

– Будет он жить, – коротко кинул папа. – А мне пора. Необходимо ввести в курс дела Шейттара, он ждет моего доклада, и уже вызывал раз семь. Крепись, малыш, не кисни. И не вини себя, – строго посмотрев, добавил он и поцеловал меня в щеку.

Папа ушел через портал, а я осталась наедине с Данаэлем. Странно, но Сэма в комнате не наблюдалось.

– Ты была права в своих предположениях, – начал брат, – но только частично. Профессора не учавствовали в заговоре, да и не знали о нем, но помогали, сами о том не особо подозревая. Кому, как выяснилось, тоже не понимают. Пойманный вами гном – это младший принц подгорного народа, весьма склочный малый, вечно влипающий в неприятные истории. Самаэль его сейчас охраняет.

– Откуда у него магические способности? – спросила я, помня слова Лиама о том, что гномы магией не обладают.

– Оттуда, что правящая семья гномов потому и правящая, что только ее члены имеют способности к магии. Выше среднего уровня у них не попадалось, но факт наличия имеет место быть. Собственно из-за этого, я и понял, кто передо мной. Ну и, как ты уже догадалась, амулет Донга, который потом снял Сэм, помогал его способности усиливать многократно. И активировал его именно Эдвин Нароэ, с которым гномий принц Архарраш свел знакомство все на том же злополучном мысе Антари.

– Нароэ считал его другом? – просипела я.

– Конечно, для друга и старался. Решил, что помогает ему в борьбе за титул наследного принца. Ну, кто ж знал?

– Странно другое, этот же артефакт был на Картене.

– Вот как? – Дан очень удивился. – Интересно, как это объяснит Эдвин?

– К профессору Крэйгору, как я понимаю, никто не приходил? – уточнила я.

– Приходил, – спокойно ответил Данаэль. – Оборотень, из самой беспокойной стаи, которая уже не раз доставляла нам неприятности. Папа его вмиг обезвредил. Затевается что-то грандиозное, Рина, и ты, каким-то образом, оказалась в центре событий, что не может нравиться ни мне, ни папе, ни уж тем более драконам. Три дня – и ты дракон. Поскорей бы.

– А если во мне не хватит драконьей крови, чтобы пробудиться? – высказала я свое главное опасение.

– Хватит, – уж слишком поспешно с напускным весельем ответил Дан, но глаза его оставались серьезными.

– Как скажешь, – вздохнула я. – Девочки в порядке?

– Да что ж с ними сделается?

Мы некоторое время помолчали. Я вспомнила, о чем еще хотела поговорить с братом.

– Дан, тебе нравятся близняшки?

Брат удивленно икнул:

– Это ты к чему?

– К тому, о чем ты подумал. Я серьезно спрашиваю.

Кузен внимательно на меня поглядел, слегка прищурившись:

– Я не понял, это что за провокации? Печешься о моей несложившейся личной жизни? Не стоит.

Я надулась, как мышь под веником:

– Ну, если они тебе совсем безразличны, то тебе все равно, что Дориэль через месяц выходит замуж за Аргона Маленна, а Лориэль…

– Что Лориэль? – поспешно перебил меня Дан, чем и выдал себя с головой. Я облегченно перевела дух, значит, не показалось.

– Лориэль хотят отдать за Дакрена, но переговоры еще не закончены, – и я лукаво усмехнулась, но вспомнив Лиама, резко посерьезнела. Он там лежит между жизнью и смертью, а я тут личную жизнь его брата обустраиваю.

– Я понял, – кивнул Данаэль после небольшой паузы. – И прекрати лить слезы по Лиаму, он жив, и мы его спасем, а у тебя уже нос распух. Вот увидит тебя такой жених и…

Я грустно улыбнулась:

– Да уж, свадебка с привкусом горечи.

– Не волнуйся, и за Лору не переживай. Не выйдет она за Дакрена. Я поговорю с ней и… с ее отцом, – и вздохнул. – Вот не собирался я так быстро жениться. Да и дом жалко, он может не выдержать активности одной конкретной эльфийки.

Я улыбнулась брату, уверенная, что один вопрос я все-таки решила, правильно решила. А все остальные будем решать по ходу.

– Дан, ты возьмешь меня на допросы?

– Если разрешат император и папа. Без их ведома нет. Не хочу огрести за все проколы сразу.