ГЛАВА 7. Червонный список
В голову то и дело закрадывались мысли, мечтания, но Мара упорно гнала их прочь – сперва расследование, а о странных кульбитах, совершаемых жизнью, она подумает позже. Она честно пыталась сосредоточиться и посвятить всю себя поискам нужной информации, но постоянно поглядывала на часы и никак не могла решиться – идти или нет на обед в «столовую». А что если он там будет? А что если его там не будет? Он подсядет к ней? Выкажет знаки внимания? И этот хоровод дурацких размышлений так напомнил ей давние переживания из-за другого, совсем другого эльфа, что Мастер остановилась, перевела дух, мысленно отвесила себе пару затрещин и, собравшись, взялась за поиски с удвоенной силой. Чтобы ровно в час дня выйти в коридор и направиться в общий обеденный зал. Ей же нужно пообедать, так? Она старательно делала вид, что занята собственными мыслями, так старательно, что даже не заметила, как набрала полный поднос еды и теперь с недоумением смотрела – и как все это осилить?
- Ммм, Мара, ты просто чудо! Взяла и мне, очень кстати – у меня всего пару минут на обед.
Тариэль подсел к ней сразу, не обращая внимания на коллег Целителей, сидевших за соседним столиком. С его появлением в животе опять запорхали бабочки, а на губах сама собой появилась улыбка:
- Тебе чего больше хочется?
Мастер имела в виду блюда, что стояли на подносе, но как только слова прозвучали, их двусмысленность заставила прикусить губу, а эльф… А эльф смотрел на эту самую губу:
- Мне кажется, ответ очевиден…
И протянул руку к салату с рыбой, выхватив и пару булочек с соседнего блюдца:
- Я не ем мяса живородящих.
На этот раз Мара не смогла удержать смущение, и румянец проступил на щеках – как она могла забыть об особенностях диеты Целителей? И как она могла допустить такой неоднозначный вопрос, на который и сама не знала толком ответ?
- Я… приятного аппетита.
Мастер решила обойтись без лишних извинений, она и так ведёт себя как последняя дурочка. Влюблённая дурочка. Хотя, почему как? Вот же крэшшш… Она же взрослая, самодостаточная, умная женщина. Профессионал, в конце концов!
- Как дела в лечебнице?
- Всё как обычно – пара переломов, ушибы, ожоги и больные зубы. Последние не только у наших, но и у местных. А как продвигаются поиски адресов?
- Хорошо. Мне удалось найти несколько, но думаю, что начать нужно всё же с ещё одного разговора с… матерью последней убитой.
Мара вовремя вспомнила, что не стоит произносить имена вслух в месте, где так много разумных.
- Мне не дает покоя это убийство, уж очень сильно оно выбивается из остальных, - проговорила Некромантка вяло ковыряясь в полной тарелке.
- Тем, что она высокородная?
- Предпоследняя тоже высокородная. Дело не в этом. А в том, что у убийцы были ещё варианты, но он всё же пошёл на огромный риск, заявившись в дом, который отлично охранялся, к девушке, которую хватятся тут же. Почему? Что его заставило?
- Ты думаешь, что он знал жертву лично?
- Безусловно. Кто-то его пустил за первый охранный контур, не потревожив его, значит это кто-то из обитателей дома, у кого был соответствующий доступ. Да и защита комнаты девушки не сработала. Да, её потом уничтожили, но изнутри! В спальню преступник попал по приглашению.
- Любовник?
- Вот и я так подумала.
- И ты считаешь, что мать в курсе?
- Сомнительно, но зато она знает подружек дочери. А вот те уже должны быть в курсе. Хоть кто-то из них.
- Логично. Ты поведала о своих размышлениях Лар-тару?
- Пока нет. Нужно закончить его задание, а вечером, или завтра утром на собрании всё и расскажу.
- Разумно. Ладно, мне пора. Увидимся вечером? Предупредишь Мастера Алуна, что я зайду?
- Останешься на ужин?
- Не уверен, смотря как пойдёт разговор. С дежурства я могу уйти на час, не более, так что…
- Во сколько тебя ждать?
- К восьми.
- Хорошо, я скажу отцу.
Тариэль встал, и Мара ждала, что он просто попрощается и уйдёт, но вместо этого эльф склонился к её щеке. У девушки испуганно расширились глаза, он что… Но нет, поцелуя не последовало – лишь шёпот на ухо:
- Я очень-очень хочу тебя поцеловать, прикоснуться иначе, но…
И эльф выпрямился, задорно ей подмигнул и промолвил:
- До встречи.
И Мара осталась смотреть ему вслед. Вот он нормальный? Совершенно непоследовательное поведение! Кого он больше дразнит – её или сплетников? Девушка украдкой оглянулась, чтобы убедиться в том, что выходка эльфа не осталась незамеченной. Конечно же, за ними наблюдали… И самое страшное, что за соседним столиком сидели два секретаря из приёмной. Только не это! Вот теперь точно пойдут сплетни и обрастут такими подробностями, что лучше не знать. Мара подавила горестный стон – пообедала, называется.
Остаток дня Мастер проработала в Архиве, не отрываясь и не отвлекаясь, хватит глупостей, она здесь не за этим. Ей нужно показать себя и совсем не в качестве легкомысленной девицы, озабоченной поиском приключений на свою… Дальше Мара предпочла не додумывать, вместо этого сосредоточившись на деле. Поиски дали отличный результат – удалось обнаружить адреса всех жертв, как и их родителей. По крайней мере, тех, кто был ещё жив. И трое из них по-прежнему обитали в столице, значит, их можно будет допросить уже завтра. А вот остальные были разбросаны не только по Центральному, но и по соседним Пределам. С этим придётся подождать. Да и на завтра вполне солидный список вырисовывался и первыми в нём стояли два имени: Кимра Вауу и Эшаэль Кайзен.
- Категорично, нет! Никаких разговоров с йелли Эшаэль.
- Но…
- Мастер, я всё понимаю, но вы, кажется, забываете из какого она Дома. Со мной уже связывались и настойчиво так предложили не досаждать скорбящей матери неуместными вопросами.
- Неуместными? Это они про… Но я не об этом хотела спросить! Мне просто нужен список подруг йелли Тамиэль.
- Придумайте другой способ его раздобыть. А лучше всего, займитесь йелли Кимрой Вауу. Там тоже высокая вероятность нащупать солидную ниточку.
Мара выдохнула, успокаиваясь. Лар-тар прав, Кайзенов лучше не трогать без острой необходимости и пока есть другие зацепки, то в первую очередь стоит их проработать.
Порог родного дома Мастер переступала с некоторой опаской. Отец уже должен быть, а значит, Тиска уже успела ему разболтать об утреннем визите, если, конечно, ему не доложили раньше.
- Добрый вечер, папа.
- Добрый.
Мастер Алун сидел в любимом кресле в гостиной и задумчиво листал газету.
- Как прошел день?
- Неплохо. Выиграл дело, сложное, но очень интересное. Клиент получил всю полагающуюся компенсацию и даже немного сверх того, так что с гонораром был необычайно щедр. Можно задуматься о том домике на берегу моря, что ты так хотела.
- Правда? Я очень за тебя рада.
Домик у моря стоил недёшево, и раз отец заговорил о нём, то гонорар был и вправду щедрым.
- И мне стоит за тебя порадоваться?
Мастер Алун отложил газету и вопросительно взглянул на дочь. Смысл вопроса Маре был понятен, и потому она ответила просто:
- Он придет сегодня вечером. Его отпустят всего на час, он хочет поговорить с тобой.
- Поговорить? О чём же?
- О… нас.
- О вас. Между вами было ещё что-то кроме поцелуя?
- Отец!
- Я должен знать.
- Нет, ничего не было. И… я не знала, что он собирается прийти утром, как не знала и о его намерениях.
- И что же это за намерения?
- Он хочет попросить разрешения ухаживать за мной.
- Как мило.
Сарказм в голосе отца мог бы свалить с ног и слона, но Мара была привычна к таким выпадам:
- Мило. И уважительно. И по отношению ко мне, и к тебе. Разве это не показатель?
Мастер Алун промолчал, а потом всё же спросил:
- Ты этого хочешь?
- Дать шанс нашим отношениям? Да.
- Хорошо, я его выслушаю.
- Спасибо, папа!
В порыве благодарности Мара бросилась на шею к отцу и уселась на колени, как делала много раз в детстве, но почти никогда в последние годы. Мастер Алун приобнял её и мягко улыбнулся:
- Ты так выросла, так многого добилась, но по сути своей ещё дитя дитём.
Девушка вгляделась в глаза отца, замечая, что он удивительно молодо выглядит – морщинки едва-едва обозначились в уголках глаз и возле упрямых губ. Хорошая генетика или всё же…?
- Папа, ты мне никогда не рассказывал про маму…
- Мы же договорились.
При упоминании о матери, черты лица Мастера Алуна тут же закаменели, а объятия распались. Отец вновь отказывался говорить о прошлом, и Маре ничего не оставалось, как закрыть тему. Девушка встала и направилась к выходу:
- Приказать подать ужин?
- Да, будь так добра.
Застолье проходило в молчании, когда раздался звонок в дверь. Негромкая возня в холле, удивлённое восклицание Тиски и спустя несколько минут на пороге столовой возник Тариэль. Он пришёл!
Тут же на столе появился ещё один набор приборов, а Мастер Алун приглашающе кивнул на стул по левую руку от себя:
- Присоединяйтесь к нам, как я понял, вам еще на дежурство возвращаться, плотный ужин будет кстати.
- Ни за что не отказался бы, но у меня, к сожалению, очень мало времени…
- Я согласен.
- Простите?
- Вы можете ухаживать за моей дочерью, если вы за этим пришли.
Тариэль удивлённо выгнул бровь – он ожидал хоть какого-то сопротивления со стороны отца девушки, особенно после полученных о нём сведений, но Мастер Алун не стал строить из себя злобного дракона на страже своих сокровищ, и эльфу ничего не оставалось, как принять приглашение.
Мара то и дело поглядывала то на отца, то на эльфа и сперва просто удивлялась, а потом уже и посмеивалась про себя – оба мужчины в крайне вежливых выражениях и очень достойно… пыжились как два петуха перед курятником, показывая, кто из них благородней, умней и сильней. Если бы не крайне серьёзная атмосфера за столом, то Мастер давно бы уже хохотала в голос от нелепости их поведения. А именно нелепо оно и смотрелось со стороны. Человек пытающийся доказать, что он ровня высокородному и эльф, хоть и из Высокого Дома, но всеми силами стремящийся утвердиться в статусе самого опытного и умного, разбирающегося буквально во всём.
Хорошо хоть Тариэлю вскоре пришлось вежливо завершить беседу и откланяться. Мара вызвалась проводить его до дверей, отослав Тиску подальше, чем эльф тут же воспользовался и, прижав девушку к себе, вскружил голову ещё одним сводящим с ума поцелуем:
- Весь день об этом мечтал.
- Я тоже…
Слова вылетели помимо воли, но Мара ничуть о них не жалела – пора признаться и себе, и ему в своих желаниях, хватит строить из себя неизвестно что. Эльф вновь чарующе улыбнулся:
- Всё прошло хорошо, как ты считаешь?
- Просто отлично, поверь мне – ты понравился отцу.
- И это называется «понравился»? Боюсь спросить, как он издевается над неугодными?
- Он их игнорирует.
- Вот как? Тогда да, тогда я точно ему понравился.
Мара тихонько рассмеялась, а потом потянулась за «добавкой». Тариэлю пришлось приложить громадные усилия, чтобы прервать затянувшееся прощание:
- Мне нужно идти, аманэ. Меня уже ждут.
Девушка вздохнула:
- Служба зовёт, я понимаю. До завтра?
- До завтра. И Мара, я всё хотел спросить, сколько лет твоему отцу?
- Чуть больше двух сотен.
- Вот как? Для человека он выглядит слишком молодо, даже для мага.
Мастер нахмурилась:
- На что ты намекаешь?
- Ни на что, моя радость, просто удивительно видеть такое, задето моё профессиональное любопытство.
Мара немного успокоилась, пожала плечами и деланно беззаботно произнесла:
- Хорошие гены, я, полагаю.
- Да, конечно. Увидимся завтра.
Ещё один короткий поцелуй и дверь за эльфом закрылась. Улыбка тут же слетела с лица Мары – заданный будто бы невзначай вопрос был немного странным и неуместным и, честно сказать, напряг девушку. Может быть зря, может это просто случайность?
Тариэль в случайности не верил и теперь, увидев Мастера Алуна вживую, был уже полностью уверен в своих догадках – ни Мара, ни её отец людьми не являлись. Как не были они и полукровками. Красота Мары унаследована не от таинственной матери, но от отца. И их сходство так полно, что сразу понятно – кровь, породившая их, очень сильна и наследуется почти полностью. Как и способности. В ауре Мастера Алуна Целитель также заметил слабые ростки третьего Источника. Вряд ли они когда-нибудь дадут всходы – старший Кемейн давно прошёл возраст магического совершеннолетия, а значит, ничем новым его дар не сможет удивить, но это не отменяет самого факта наличия всё тех же трёх сил – Тьма, Кровь и Смерть. Очень, очень интересная комбинация. Внезапно эльф остановился, буквально споткнувшись о мысль – Кемейн? Действительно? Вот же… Но кое-что не сходилось, не вязалось, а значит не давало перерасти догадке в полную уверенность. Находки, безусловно, так и кричали об очевидном, но этого просто не могло быть. Вот никак. И Тариэль решил пока повременить, понаблюдать дальше, может быть, вскоре всё прояснится.
К йелли Кимре Мара отправилась одна. Тариэль отсыпался после дежурства и должен был присоединиться к её поискам только завтра, йелла Адан проверял детские дома и приюты, а Лар-тар… Да кто же знает, чем занят начальник? Начальническими делами, наверное.
Жилище йелли Кимры располагалось на окраине Торгового города, на маленькой, уютной улочке, где ставни окон всегда распахнуты, а подоконники пестреют горшочками с цветами. Вьюнок уже успел оправиться после долгой зимы и вовсю зеленел, цепляясь усиками за кирпичную кладку стен, пытаясь взобраться ещё выше, ещё ближе к солнцу. Мара остановилась у гостеприимно приоткрытой двери, разглядывая вывеску – «Шарм Юга», любопытно. Шагнув в приятный сумрак небольшой лавки, Мастер тут же поняла о каком «шарме» идёт речь. Духи! Всевозможные баночки, скляночки, флакончики и коробочки занимали всё пространство полок. В воздухе витали тонкие ароматы сандала, ванили, пачули, апельсина и… мяты. Невольная улыбка тут же коснулась губ.
- Добрый день, йелли, чем могу помочь?
За прилавком стояла молодая и очень красивая женщина. Нет, суккуба. Характерные признаки Вауу – смуглая кожа, немного раскосые, глубокие глаза зелёного цвета, чёрные, тяжёлые волосы и манящий ореол, так и кричали о принадлежности к этому Великому Дому. Впрочем, взглянув на ауру суккубы ещё раз, Мара отметила некоторую тусклость основных нитей, как и размытость узора – йелли Кимра если и обладала силой, то совсем небольшой.
- Добрый день, йелли Кимра. Меня зовут Мастер Мара Кемейн, и я тут по делам Центрального Отделения Стражи.
- Вот как?
Женщина нахмурилась:
- И чем же моя лавка заинтересовала уважаемых Стражей?
Мастер медлила с ответом, очевидно, что йелли Кимра не знала об участи дочери. Или знала, но ей было совершенно всё равно?
- Йелли Кимра, как давно вы разговаривали с дочерью?
Приветливое выражение лица окончательно слетело с суккубы:
- Мы не общаемся.
- Можно узнать почему?
Йелли Кимра помолчала, а потом явно неохотно произнесла:
- Я не одобряю её выбор жизненного пути.
- Вы о том, что она была бабочкой в одном из увеселительных домов?
- Именно. Выразились вы красиво – «бабочкой», но правда в том, что Калира осквернила не только себя, но и наш Дом.
- Разве кредо вашего Дома не «дарить любовь»?
- Вот именно – дарить, а не продавать.
Явная неприязнь вспыхнула в глазах суккубы на последних словах и Мара поспешила исправить положение:
- Я прошу прощения за необдуманные слова, но я не очень хорошо знакома с историей и особенностями вашего Дома. Только общие сведения…
- Вы хотите сказать досужие сплетни и наговоры? Мол, мы распутные, похотливые твари, отдающиеся первому встречному?
Примерно такими Маре и виделись инкубы и суккубы, но слова йелли Кимры заставили её покраснеть, кажется, она стала жертвой предрассудков.
- Не вы первая и, увы, не вы последняя. Драконы хорошо постарались, теперь никто уже не вспомнит правды, только то, что наплели эти чешуйчатые…
Последнее слово суккуба удержала, но оно читалось по глазам, и в чём-то Мара была с ней согласна. События Восстания можно было трактовать по-разному, но одна вещь оставалась неизменной – драконы ударили в спину, позарились на то, что им никогда не принадлежало. Так что ненависть Вауу к крылатым была вполне себе оправдана. А вот почему драконы так невзлюбили Вауу, вот об этом никто не знал – корни этой вражды уходили вглубь тысячелетий, и, пожалуй, на сей вопрос могли бы ответить знатоки древней истории, но Мастер к ним точно не относилась.
- Ещё раз прошу простить за мои слова. Но не могли бы мы вернуться к вашей дочери?
- Вы так и не сказали, что с ней? Она попала в неприятности?
Вот как сказать матери, что её дочь умерла? Нет, не просто умерла, а была зверски убита психованным Некромантом?
- Ваша дочь…
Внезапно йелли Кимра побледнела:
- Нет… только не это… Она… Она мертва?
- Да.
Темноволосая голова опустилась на скрещенные руки. До Мастера донёсся сдавленный всхлип, но суккуба очень быстро взяла себя в руки: выпрямилась, утерла слёзы и ровным голосом спросила:
- Клиент?
- Мы так считаем, но уверенности нет.
- Как это произошло?
- Её… она… в общем её использовали для незаконного некромантского ритуала.
- Что? Но… зачем?! Что за ритуал?
- Скорее всего, отнятия силы. Именно за этим я и пришла. Мне нужно понять, чем ваша дочь так заинтересовала убийцу.
Зелёные глаза приобрели блеск твёрдого камня, скулы резко обозначились и йелли Кимра почти приказала:
- Вы его отыщете. И накажете. Я вам всё расскажу. Пойдёмте.
Легкий жест рукой и входная дверь дзинкнув колокольчиком, плотно прикрылась, а табличка повернулась к улице знаком «перерыв». Суккуба приглашающе махнула рукой куда-то вглубь лавки и Мара незамедлительно последовала за ней, кивнув самой себе – способности есть, что-то из Воздуха, но очень-очень слабые – их едва хватает на простейшие бытовые формулы.
Комнатка, куда её привела йелли Кимра выходила окнами во внутренний дворик – полукруглая внешняя стена была сделана почти полностью из стекла, отчего создавалось ощущение, что чайный столик и диванчик находятся прямо на лужайке, ну или на террасе.
На столике стоял явно магический чайник и несколько чашек из тонкого, дорогого фарфора. Изящными движениями суккуба разлила ароматный напиток по пиалам и протянула одну Маре. Мастер, хоть и предпочитала кофе, но отказаться от угощения не смогла – когда ещё доведётся попробовать настоящий южный чай, заваренный по всем правилам?
- Калира особенная девочка. Была…
Слова давались йелли Кимре нелегко, но всё же она продолжила:
- Она родилась в то время, когда наш Дом был всё ещё по-настоящему велик, когда мы властвовали над Южным Пределом, а значит, даже младшие семьи купались в роскоши, что уж говорить о семье преуспевающих парфюмеров? Запахи были любимой работой, нет, искусством, передающимся от родителей к детям – и мой отец, и мать, и дедушка с бабушкой, все были парфюмерами. Наши смеси поставлялись не только в Томный Дворец, но и в столицу, да и вообще, все более или менее знатные Дома пользовались нашими услугами. Так что статус младшей семьи нам совсем не мешал, даже наоборот – ограждал от лишней головной боли, связанной с играми власти, да и давал намного больше свободы – никаких политических браков и прочего. Калира росла в атмосфере вседозволенности и слепого обожания, да и как было её не обожать, если она была единственным ребенком в семье, столь долгожданным и трепетно лелеемым? Вы же знаете, что у магических рас проблемы с рождаемостью и чем древнее кровь, тем меньше детей появляется на свет?
Мара была прекрасно осведомлена об этом, в своё время как раз такие странные зависимости и заставили её заняться плотнее разделом Крови. Но в ответ девушка лишь кивнула, не желая прерывать рассказ суккубы. Та и продолжила:
- Вот и баловали мы Калиру как могли – она всегда получала всё, что только желала: наряды, драгоценности, любовники, да-да, мы взрослеем рано, как и наши потребности. А потом началось Северное Восстание. Первые два года оно нас никак не касалось, ну разве что поставки в Чёрный Замок прекратились – Цаде было не до благовоний. Вы же здесь в Элисвиэле тоже никак не почувствовали ту войну, что шла на Севере?
Мара вновь кивнула – она в это время как раз только-только поступила и была ещё на младших курсах, так что ни о каком участии в военных действиях не могло быть и речи. Хотя выпускников и дипломников отправляли на «практику» на Север, но их не кидали в самое пекло, держали в тылу и лишь иногда выпускали на поле боя. Мастер в своё время наслушалась бахвальства старшекурсников в столовой, но на этом и закончилось всё её соприкосновение с Восстанием.
- Вы правы, Восстание нас не коснулось.
- Вот и мы думали, что не наше это дело и жили своей жизнью. Калира выбрала себе жениха, хотя чего уж там – охмурила его своей красотой и пробудившейся силой суккубы, а родители его не были против, хоть и принадлежали к одной из старших семей, не самый высокий род, но всё же. Вот только Калира была отличной партией – не просто дочка богатых родителей, но и потенциальный маг с хорошим даром.
- Вот как? Кроме неё в семье маги были?
- Не такие. У нас у всех были способности, в основном Огонь, у некоторых, как у меня – Ветер, но это те, что послабее. У Калиры же явно вырисовывался и сильный Огонь, и Тьма, она могла стать отличным магом и как раз подходила к порогу второго совершеннолетия, а значит, вот-вот нужно было проводить и магическую инициацию. Вот только Лакирис перевернул всё с ног на голову своим решением.
- Архимаг Лакирис Вауу? Бывший Глава Дома?
- Да, он. Поймите меня правильно, Мастер, я его ничуть не виню – его решение было продиктовано заботой о Доме. Он правил нами долго и мудро, под его руководством мы вернули себе многое из утерянного во время Войны за Независимость. Но… с этим раундом Игры он не справился, проиграл, а значит, обрёк всех нас на жуткую участь. Знаете, что первым делом сделали драконы, когда вошли в Мерхнавил?
Некромантка не знала, но догадывалась.
- Да, именно это. Грабить нас они не стали, зачем, если всё это и так стало им принадлежать? Практичные твари оставили нам наше добро – чтобы было кому и как платить налоги. Но вот наших детей они забрали. Как и свободных девушек и юношей. Вы и представить не можете, что творили с ними эти нашси… Их насиловали. Долго, по несколько драконов за раз, наплевав на возраст и… на всё наплевав. Об особенностях драконьего семени вы в курсе? То, что в первый раз с сильным драконом, оно может выжечь вас изнутри? Что неимоверно больно, если дракон из старших не сдерживает себя, а если это сразу несколько драконов… Калира была очень красива. За неё передрались несколько тварей, а победу между собой разделили трое. Трое сильнейших. Когда её вернули нам, то моя девочка отказывалась говорить, есть, она не могла спать, ходить, лежать… Она ничего не могла. Они не сдерживались и так сильно её покалечили, что она не только лишилась возможности иметь детей, но и её зарождающаяся связь с Источниками была грубо оборвана, способность видеть нити была полностью утрачена. Они узнали, что она не чистокровная Вауу, а значит для них бесполезна, вот и оторвались по полной невзирая на то, что она не просто суккуба на пороге совершеннолетия, но маг ждущий инициацию. Они её выжгли. Во всех смыслах. А это конец. Жених бы от неё не отказался только за то, что она побывала в чешуйчатых лапах, с их семьи тоже взяли эту «дань», но вот то, что она не могла продолжить род и больше не была магом…
Кимра прервалась, сделала успокаивающий глоток чая, а потом продолжила:
- Меня тоже забрали. Мужа же у меня не было, а значит, по законам драконов меня можно взять в наложницы. Но мне повезло, я попала к одному из молодых – его заботило лишь потомство и, когда на радость этой мрази, я родила маленького дракончика, меня не просто отпустили, но ещё и неплохо одарили.
- Дракона? Вы родили дракона, но разве…?
- Да, кровь Вауу сильнее, но иногда случаются и такие казусы. Вот ради них драконы и берут себе наложниц из наших – из «чужих» только мы можем принести им потомство, хоть и редко, но всё же.
- И вы никак, ну, не пострадали от…
- Нет, для меня это был не первый раз с драконом.
У Мары мелькнула догадка:
- Отец Калиры?
- Всё верно. Того дракона я любила, но он меня нет, да и не мог признать дочь – она родилась Вауу, а не драконом, значит ей не было места в его Доме.
- К какому Дому он принадлежал? Пожалуйста, это важно! Имя можете не называть, только Дом. Это же не Магхзан?
Йелли Кимра пристально посмотрела на Мару:
- Да чего уж там, нет больше причин хранить его секрет. Нет, не Магхзан. Он был из Первого Дома Востока, Великого Дома Нун.
Нун. Один из Великих Домов. Опять Великий Дом.
- Тьму она унаследовала от него?
- Верно. Странно, что только Тьму. Моего слабого второго зрения хватило, чтобы различить по меньшей мере пять Источников, но там их было явно больше.
- Пять? Пять Источников? Вы уверены?
Это даже не Владыка, это…
- Абсолютно. Только не ищите его в списках Академии, он никогда там не учился.
Догадка осенила Мастера:
- Он из древних?
- Да. Я никогда не спрашивала сколько ему лет, боялась узнать, что сплю с созданием старше нашего Мира.
Йелли Кимра усмехнулась, будто бы последние слова были шуткой, но и она и Мара знали, что это вполне могло быть правдой. Бессмертный, как и все драконы. Древний из Великого Дома. Кажется, Мара действительно нащупала нить. Но стоило дослушать историю до конца, возможно, что удастся узнать ещё что-то полезное:
- И что же было дальше? Ну, после… Вы уехали с Юга?
- Да. Ни я, ни Калира не могли там больше находиться. Мои родители решили остаться в Мерхнавиле, но это и понятно – драконы не тронули семейное дело, позволили работать дальше, и они всеми силами пытаются сохранить наше наследие хоть так. Помогают выброшенным на улицу Вауу, чем могут.
- Выброшенным?
Суккуба зло усмехнулась:
- Драконы не любят сломанные игрушки, и как только кто-то из нас им больше не приносит пользы или удовольствия, их выкидывают прочь из дворцов. Кто-то возвращается к своим, а у кого-то этих «своих» и не осталось. Младшие семьи Магхзаны не трогали, но вот старшие… Под тем или иным предлогом их всех вырезали или выгнали с Юга.
- А правящий род и вовсе сослали на Север.
Суккуба кивнула:
- Бедные мальчишки, как они только в том ужасе выжили… Ещё и мать их умерла.
- Доходили новости, что они неплохо устроились – старший женился, а младший… там какая-то странная история, в неё не очень верится, но он жив и здравствует.
- Знаю. Но поверьте, им очень и очень нелегко. Вауу не выжить вдали от огня и песков, мы слишком к ним привязались. Хотя, если слухи верны и йелла Иллири встал на Путь Истинного Инкуба…
- Истинного Инкуба?
В глазах йелли Кимры зажглись торжествующие огни:
- Наше настоящее предназначение. И если это так, то ещё не все потеряно, а значит, у нас ещё есть шанс.
Мара смотрела на суккубу и пыталась понять – нравятся ей Вауу или всё же они слишком непонятны. В них столько противоречий, столько странного, не вяжущегося с правилами этого Мира… Впрочем, ей ли об этом судить? А вот старые легенды стоит поднять, жаль, что в своё время она ими совсем не интересовалась. Возможно, что они смогли бы пролить свет на многие вопросы… Но следовало вернуться к теме разговора:
- Йелли Кимра, что же всё-таки заставило Калиру пойти… ну вы понимаете?
- Глупость. Пустоголовость. Обида на весь Мир. После произошедшего она не видела для себя перспектив – упасть с той высоты, столкнуться с ужасом и жестокостью, оказалось слишком болезненным испытанием. Вот она и махнула рукой на себя и свою судьбу. Решила, что ей самое место в этом пристанище разврата, раз все в ней и так видят только куклу для утех.
- Все?
- Да была у неё ещё одна несчастная любовь, очередной высокий, который обещал золотые горы, но в конечном итоге оставил её ни с чем.
- А как давно?
- Ммм… Где-то с год назад.
- Значит, в бордель она пошла после этого?
- Да. Мне даже казалось, что из-за него. Он её бросил, но она случайно узнала, что именно в том увеселительном доме он частый гость.
Сердце Мары лихорадочно забилось – вот оно!
- Вы знаете его имя?
- Нет, она меня с ним не знакомила, да и говорила о нём редко. Он не велел ей открывать «тайну» их отношений, мол, семья его зорко бдит и может разрушить их хрупкое счастье. Она, дурочка, поверила, вот только никакого счастья не было.
- И вы его ни разу не видели?
- Нет. Говорю же – не решилась она нас познакомить, не приходил он сюда.
- И она совсем-совсем о нём не говорила, не рассказывала? Может быть, вы вспомните, что-то связанное с ним?
Суккуба надолго задумалась, перебирая в памяти обрывки воспоминаний:
- Нет, ничего. Я была так зла на её глупость, мы тогда и начали ссориться, что совсем не интересовалась им. Вы думаете, что это он?
Да, Мастер была почти уверена в этом – уж слишком всё красиво совпадало, но вслух она произнесла иное:
- Возможно. Мы должны проверить все зацепки. А любовники, особенно те, с кем нехорошо расстались – это часто лучший след.
- Если я что-то вспомню о нём, то обязательно сообщу. Центральное Отделение?
- Да, Отдел Особых Преступлений.
- Я запомню. И… я могу забрать тело дочери?
Мара подавила порыв виновато понуриться и лишь отрицательно покачала головой:
- Сожалею, но это невозможно. Тело… оно было уничтожено.
Суккуба вздрогнула, её плечи опустились, и она потерянно пробормотала:
- Ничего, ничего не осталось… А её вещи?
- Только красное платье.
- Платье… Красное платье!
- Что с ним?
- Это он ей его подарил! Красное бархатное платье, расшитое золотыми нитями?
- Именно оно.
- Это его подарок! Мне оно сильно не понравилось – слишком вульгарное, но Калира считала, что оно ей невероятно идёт. Это платье стало поводом для очередной нашей ссоры – она тогда переехала к нему, и больше в мой дом не вернулась. После разрыва ушла в тот бордель.
Некромантка, как хорошая гончая, учуяла явный след, но к её огорчению, больше ничего кроме уже сказанного, суккуба вспомнить не смогла – ни где сделано платье, ни когда именно таинственный любовник его подарил, ничего. Так что Маре пришлось вскоре распрощаться и покинуть дом йелли Кимры, оставив ту осознавать постигшее её горе. Хоть девушке и казалось, что мать как-то иначе должна реагировать на смерть своего единственного дитя, но что она понимает в душах? Возможно, что ссора прочертила между двумя женщинами слишком глубокую пропасть, такую, которую не перешагнуть даже смертью…
Отбросив мрачные мысли, Мара, сверившись со списком, поехала по следующему адресу. Но ни там, ни по двум другим адресам одиноких родителей ничего путного не узнала. Во всех трёх случаях отцы были совершенно случайными разумными, развлечением на одну ночь. Для визита в Нижний город, по месту проживания жертв, время было уже слишком позднее, да и одной ехать в неблагополучные районы столицы не стоило – не отбиваться же от каждого сомнительного прохожего Некромантией? Так и пол Нижнего можно выкосить…
В общем, если бы не разговор с йелли Кимрой, день можно было бы назвать крайне неудачным, но сведения, полученные от суккубы… О! Они были очень и очень важны. И заставили внести коррективы в планы на следующий день – она явится к Наставнику немного раньше, на назревшие вопросы нужно было получить немедленный ответ. А потом, потом можно и в Библиотеку. А дальнейшими поездками по адресам, пусть займется Тариэль – завтра он как раз возвращается к своим обязанностям в Отделе, так что пусть обрадуется работе. Мара улыбнулась мысли – завтра, уже завтра она вновь увидит своего эльфа!
Но эльфа она увидела гораздо раньше, уже этим вечером он постучал в её окно, свешиваясь с ветки дерева их небольшого садика…