Глава 23

Всю дорогу меня буквально тошнило от волнения. Я очень боялась, что мы опоздаем, и в душе винила себя за то, что раньше не выяснила у своего надсмотрщика все детали. Я должна была задавать вопросы и требовать ответы, а не сидеть и развлекаться с бумажным стаканчиком. Что случилось бы, если бы из-за глупой тренировки я проворонила время заседания? Даже думать было страшно.

Когда мы добрались до центрального суда, волнение никуда не делось. Наоборот, от одного только вида строгого, монументального здания с высокими башнями и вздёрнутыми к небу острыми шпилями, я вдруг испытала иррациональный страх. Дорогие машины, которыми была заставлена парковка, тоже напрягали. Всё вокруг было таким чрезмерным и великолепным, что я, в своих простеньких спортивных штанах и толстовке, чувствовала себя инопланетянкой, без приглашения ворвавшейся в чужое измерение. Но всё равно шагала вперёд, стараясь поспевать за размашистым темпом Рафаэля.

Зал, куда он привёл меня, оказался небольшим, почти камерным. Едва переступив порог, я поёжилась — внутри стояла какая-то совершенно аномальная холодина, даже пар изо рта можно было различить. От застарелого запаха лака и дерева моментально запершило в горле, но стоило мне увидеть стройную фигуру, стоящую недалеко трибуны в центре зала, как всё остальное просто перестало меня волновать.

Гвен. Здесь был Гвен. Он что-то говорил, склонившись к Себастиану, и выглядел совсем не похожим на себя. Наверно, дело было в строгом костюме — таком идеальном и безукоризненно сидящем, но в то же время... таком чужеродном. У меня болезненно закололо в груди. Заковывать в чёрный костюм и белую рубашку с жёстким воротничком свободолюбивого художника Кристиана Гвенлари, вампира, который однажды явился на открытие выставки в расклешённых брюках и вырвиглазной блузе с жабо, было настоящим преступлением! Так не должно быть!

В ту же секунду Гвен заметил меня. Я по губам прочитала, как он произнёс моё имя, в льдистых глазах всколыхнулось нечто, отозвавшееся в сердце щемящим теснением. Гвен сделал шаг в мою сторону, но Себастиан сразу ухватил его за плечо. Покачав светлой головой, тот что-то проговорил и выразительно взглянул на моего сопровождающего. И я словно вернулась к реальности.

Надо взять себя в руки. Я не должна быть поводом для беспокойства. Я приехала сюда не за этим.

Рафаэль отрывисто распорядился идти дальше, и я двинулась за ним вдоль узкого ряда чёрных кресел. Я всё ещё ощущала на себе взгляд Гвена, однако ответила на него, только когда собрала все силы и решимость в кулак. Я послала ему ободряющую улыбку, которая должна была успокоить и придать уверенности. Но что-то пошло не так, и обеспокоенный взгляд Гвена превратился в откровенно встревоженный.

Да-а, отлично постаралась. Группу поддержки заказывали?

Я мысленно ругнулась на саму себя. Наверно, Гвен почувствовал мой страх. Мне никогда особенно не удавалось управление собственными эмоциями, а прочитать моё нынешнее состояние было совсем не сложно. Вот только сейчас я просто не могла позволить своему страху отравлять окружающих. Тряхнув головой, я снова посмотрела на Гвена. А затем выразительно подмигнула ему с самым нахальным видом, на который только была способна.

Уверена, выглядела я в высшей степени глупо, но, кажется, глупость сработала. Гвен сначала растерялся, затем его губы тронула улыбка. Я тоже улыбнулась в ответ.

Мы справимся. Всё обязательно будет хорошо.

В крайнем случае, никогда не поздно перейти к плану «Б» и не выходить из зала, пока мне не будет позволено вернуться к Гвену.

Рафаэль подвёл меня к центральному ряду кресел и без лишних слов занял одно из них. Я присела рядом, почти напротив трибуны. Справа и слева от неё тоже были расставлены чёрные кресла, но только слева, там где стояли Гвен с Себастианом, места были заняты незнакомыми мне вампирами. Нашими союзниками, сообразила я. Возможно, мужчинами из клана Тальяри, теми, кого Себастиану удалось собрать для поддержки. Я пробежала взглядом по ужасно официальным мужским фигурам, стараясь не всматриваться в лица, но одно из них всё же бросилось мне в глаза. Вампир, сидящий ближе всех к трибуне, слишком пристально меня разглядывал. Мгновение я пребывала в замешательстве — таким сбивающим с толку было его колючее внимание, а затем я неожиданно узнала этого вампира, и всё встало на свои места. Такие же необычные, очень светлые глаза, похожий разлёт бровей и линия подбородка. Это был Джозеф, брат Гвена. В этой жизни мы не встречались, но в прошлой умудрились даже познакомиться — тогда он представился каким-то очень сложным именем. На мой неуверенный кивок, Джозеф отреагировал очень прохладно, и я смутилась ещё больше.

Похоже, он был не в восторге от сложившейся ситуации. Неудивительно. Мало кто будет рад, если ему на голову свалятся такие проблемы, однако... я всё же надеялась на более тёплый приём со стороны единственного родственника Гвена.

Не в силах и дальше поддерживать недружелюбный зрительный контакт, я уткнулась взглядом сначала в причудливый рисунок паркета, затем вообще повернулась к своему сопровождающему. Рафаэль играл на телефоне в тетрис, при этом так быстро нажимал кнопки, что я едва различала движение фигур на экране. Даже не знаю, что поразило меня больше — его нечеловеческие реакции или то, что в такой обстановке этот вампир предпочитал развлекать себя играми.

Хотя, для него это заседание и не было чем-то особенным. Наверняка клану Стэллари нередко приходилось выступать арбитрами в чужих спорах, а значит то, что для меня было моментом истины и судьбоносным событием, для Рафаэля являлось скучной рабочей рутиной.

Сзади послышались голоса. Словно почуяв опасность, я резко обернулась ко входу и увидела целую делегацию из вампиров. Не знаю, сколько в ней было мужчин, даже при желании я не смогла бы их пересчитать, потому что впереди шагал Тэо. Как всегда безукоризненный и излучающий бескомпромиссную силу и уверенность. В чёрном с головы до ног.

Вот он, мой тюремщик и палач.

Ореховые глаза сразу взяли меня на прицел. В тот же миг я почувствовала, будто невидимый острый крюк вонзился в солнечное сплетение, и судорожно вздохнула. Кожу на шее начало неумолимо колоть; я отвернулась, но от назойливых ощущений это не спасло. Нет, от Тэо просто так не укрыться — совсем недавно он укусил меня, и наша связь была очень крепкой, гораздо крепче, чем раньше. А я была как никогда уязвима для его вампирских сил.

— Ирэн, — раздался вкрадчивый оклик. Я бросила все усилия на то, чтобы проигнорировать его, однако неумолимая энергия оплела моё тело и даже вынудила повернуть голову. — Я рад, что ты в порядке. Ни о чём не беспокойся, скоро я заберу тебя домой.

Тэо остановился на приличном расстоянии и, запустив руки в карманы брюк, принялся осматривать зал. Мимо проходили одетые с иголочки вампиры, некоторые из них вскользь кидали на меня равнодушные взгляды, кто-то кривил губы в пренебрежительных улыбках, а я едва сдерживалась, чтобы не вскочить со своего кресла и не закричать. Брошенные Тэо «заботливые» слова привели меня в бешенство — отчаянное, замешанное на паническом страхе, но оттого не менее свирепое.

Заберёт меня домой! Вот так просто, будто я собачонка, которая заплутала и отбилась от хозяина!

Краем глаза я выхватила фигуру Гвена, застывшую в напряжении у трибуны, и только это удержало меня на месте. Нельзя давать поводов для беспокойства, нельзя провоцировать открытый конфликт. Я твердила себе это, как мантру, но ярость никуда не уходила. Кажется, у меня даже волосы на затылке встали дыбом.

Рядом раздался шорох, потом тяжёлый вздох. Обернувшись, я обнаружила, что Рафаэль крутит в руках погасший мобильный телефон, нажимая все возможные кнопки, что были на корпусе.

— Так сильно не хочешь попасть к Авильери? — спросил он еле слышно.

Я даже не сразу сообразила, что он обратился именно ко мне.

— Не хочу. Моё желание... будет учитываться?

— Боюсь, что нет, — прозвучал ровный ответ.

— Тогда зачем спрашиваете?

— Просто любопытно. Авильери — очень богатое и влиятельное семейство. — Рафаэль с явным сожалением отложил телефон на соседнее сидение и снова обернулся ко мне. — Любая женщина будет счастлива стать частью их клана. Разве нет?

В его глазах, похожих на два пустых тоннеля, не было ничего и отдалённо напоминающего любопытство. Только вековая усталость и, может быть, досада из-за сломанной игрушки. Сомневаюсь, что Рафаэлю вообще нужен был мой ответ, но я всё-таки озвучила его:

— Нет, совсем не любая. — Как и ожидалось, вампир даже не изменился в лице. Злость всё ещё клубилась во мне, и я не смогла удержаться от едкого комментария: — Мне кажется, ваши представления о женщинах сильно устарели.

Я отвернулась от равнодушной физиономии вампира, чтобы не ляпнуть чего-нибудь действительно нехорошего. В этот же момент Рафаэль снова вздохнул:

— Похоже на то.

Мужчина, вошедший в зал самым последним, сначала не привлёк моего внимания. Я бы вовсе пропустила его появление, но Рафаэль вдруг выпрямился на сидении и пробормотал себе под нос тоскливое «наконец-то».

Невысокая и не слишком атлетическая фигура двинулась по проходу вперёд. Голоса в зале стали стихать, мужчины занимали свободные места. Я взглянула на Себастиана и Гвена, которые по-прежнему стояли недалеко от трибуны, и по их лицам поняла, что заседание началось. Именно в ту секунду.

Выходит, это действительно был Магнус Стэллари, глава самого влиятельного на островах клана. Вампир, которого я даже заметила не сразу.

Поддавшись неожиданно поменявшейся атмосфере, я села ровнее и сложила руки на коленях. Крутить головой и коситься на Магнуса я не решилась, но отчётливо ощутила, как на меня дохнуло холодом, когда тот проследовал мимо стремительной, пружинящей походкой. В полной тишине вампир зашёл за трибуну, оббежал цепким взглядом расположившихся по обе стороны мужчин, затем коротко кивнул Себастиану.

Пока тот передавал Магнусу документы, я во всю рассматривала удивительно негармоничное вампирское лицо. Близко посаженные глаза под выдающимися надбровными дугами, длинный, с горбинкой, тонкий нос и плотно сжатые губы. Во всём его облике — от собранных в гладкий хвост волос до делового костюма — сквозила стерильная педантичность, а в повадках же проскакивало что-то резкое, будто птичье. Да, Магнус напоминал коршуна, прилетевшего осмотреть свои владения. За те несколько минут, что он присутствовал в зале, температура упала градуса на два. Стало так тихо, что я начала различать тяжёлое биение собственного сердца.

От правого ряда отделилась высокая фигура в чёрном и тоже проследовала к трибуне. Этого вампира я узнала моментально — спасибо воспоминаниям Ирэн. Маркус Авильери, глава клана и владелец самой большой коллекции смокингов, выглядел в точности, как двадцать лет назад. Он молча вручил Магнусу документы, затем вернулся на своё место.

Затаив дыхание, я ждала начала переговоров, но... ничего не происходило.

Вместо того, чтобы произнести вступительную речь, а дальше по очереди дать слово каждой стороне, Магнус Стэллари в полной тишине долго изучал бумаги.

— Я думал, проблема в том, чтобы установить личность этой женщины, — заговорил он неожиданно глубоким голосом, — а, оказывается, мы имеем дело с событиями двадцатилетней давности?

— В некотором роде, — вежливо откашлялся Маркус Авильери. — Но фактически это не имеет значения. Мы не хотим ворошить прошлое, даже не собираемся предъявлять обвинения в похищении, мы просто пытаемся... восстановить правильный порядок вещей. По закону эта женщина принадлежит клану Авильери, и мы хотим вернуть её.

— Прошу прощения, но это ещё нужно доказать, — встрял Себастиан.

Мне показалось, что он волнуется, хотя внешне Себастиан держался отлично. Вера могла им гордиться.

— Мыможемэто доказать.

— Каким образом? — деловито поинтересовался Магнус, отрывая взгляд от бумаг и устремляя его в сторону, занятую кланом Авильери.

— Простой генетический тест, — ответил Маркус. — В медицинских архивах хранятся данные по всем участницам Королевской охоты за последние пятьдесят лет. Позвольте нам получить доступ — и всё сразу станет ясно.

Холод пробрался в мою душу и острыми зубами вцепился в глотку. Мне и в голову не приходило, что такое возможно. И судя по ошеломлённому и побелевшему лицу Себастиана — он тоже такого не ожидал. На Гвена я даже смотреть боялась. Нет, моё сердце не выдержит этого.

— А почему, собственно, эта девушка должна сдавать какие-то тесты? — прозвучал смутно знакомый голос с дальнего конца левого ряда. — Насколько мне известно, всё, кроме донорства крови, в нашем законодательстве носит сугубо добровольный характер.

Мой взгляд судорожно заметался по одинаковым фигурам в деловых костюмах, пока не остановился на одной, притаившейся в самом заднем ряду. Я не сразу узнала его: без своей яркой малиновой шевелюры Марсэль попросту сливался с остальными вампирами, явившимися поддержать Себастиана. Неужели он специально для заседания перекрасился в тёмный цвет? Так он действительно выглядел презентабельнее, хотя нагловатая физиономия всё равно портила впечатление.

Не думала, что когда-нибудь скажу такое, но... я была рада его увидеть.

— Простите, что вмешиваюсь так бесцеремонно, — Марсэль неправдоподобно изобразил раскаяние. — Тут собрались два древних и уважаемых клана, и каждый отстаивает свои интересы. А вот интересы бедной мисс Харт защитить некому. Это как-то неправильно, согласитесь?

— Так называемая мисс Харт, — с нажимом проговорил Маркус Авильери, — будет находиться под полной защитой. Как только вернётся под крыло Авильери.

— Тех самых Авильери, которые силком затащили бедную, ничего не понимающую девчушку на Королевскую охоту в Твисдэйле? Или тех, кто воспользовались своими полномочиями и против воли включили её в состав участниц на грядущую Охоту?

Зал поглотила напряжённая тишина. Я во все глаза смотрела на собравшуюся публику, не желая упустить чего-нибудь важного из вида. Никто из Авильери даже не шелохнулся; Тэо, скрестив руки на груди, сверлил Марсэля неприязненным взглядом.

Честно говоря, я надеялась на более выразительную реакцию, но получила только очередной протяжный вздох от сидящего рядом Рафаэля. Магнус раздражённо дёрнул бровями и проговорил:

— Поясните, господин Дюморье.

— Я выразился достаточно ясно, — откликнулся Марсэль. — Если что, у меня есть свидетели и неопровержимые доказательства произвола, который произошёл с подачи господина Тэо Авильери. Вы скажете, что он в своём праве и что эта девушка принадлежит ему? Но я с вами не соглашусь. Какими бы справедливыми не были цели, методы он выбрал очень грязные и незаконные. И это повод задуматься, можем ли мы и дальше доверять клану Авильери такое серьёзное мероприятие, как Королевская охота, и не злоупотребляют ли они своими привилегиями, чтобы получать желаемое, — Марсэлю пришлось повысить голос, потому что по залу побежали шепотки. Авильери, наконец, оживились, заметила я с мрачным удовлетворением. — Другими словами, я прошу вас, господин Стэллари, провести тщательное расследование и взыскать с каждого, кто помогал провернуть эту авантюру. Ведь мы все равны перед законом, не так ли?

— Разумеется, это так, — Магнус прикрыл глаза и принялся массировать лоб с таким видом, словно физиономия Марсэля вызывала у него тошноту. — Но сегодня мы собрались здесь, чтобы разрешить один конкретный вопрос, так давайте говорить по существу.

— Разве я говорю не по существу? Мы ведь должны учитывать...

— Это не имеет отношения к делу, — оборвал его Магнус. — Ваши сведения никак не помогут нам решить, кому принадлежит эта женщина.

Спокойные и равнодушные слова будто надломили тонкий стебелёк надежды, проросший у меня в душе.

Рано я понадеялась на избавление — Магнус Стэллари явно не тот судья, который будет искать справедливости, — и показания Марсэля лишь испортили ему настроение. Я кожей ощутила давление, которое тяжёлым покровом опустилось сверху, и уже не сомневалась, что именно Магнус делал атмосферу такой холодной и невыносимой.

И этому вампиру мы собирались выдвигать ультиматум? Смех да и только.

Прошла, наверное, целая вечность, прежде чем тягостное, неестественное молчание было нарушено.

— Могу я тоже высказаться? — заговорил с переднего ряда Джозеф.

Все взоры обратились к нему, и я тоже в отчаянии впилась в него взглядом.

— Пожалуйста, — сухо бросил Магнус.

— Я считаю, что это дело нельзя рассматривать в отрыве от событий двадцатилетней давности. Господин Маркус Авильери предлагает замять конфликт в обмен на эту женщину, но... вообще-то мы понесли тяжёлое наказание за её убийство, — Джозеф сделал выразительную паузу и заговорил снова, даже не пытаясь маскировать враждебность в голосе: — За убийство, которого и не было. Мой брат лишился вообще всего, его судили за преступление, которого он не совершал. Мой клан был расформирован: Гвенлари просто перестали существовать, а все наши активы изъяли в пользу Авильери. И сейчас они являются и требуют отдать им женщину? — едко подытожил Джозеф. Я невольно восхитилась его смелостью. Сомневаюсь, что смогла бы так же разговаривать под пристальным взглядом Магнуса Стэллари. Сомневаюсь, что вообще смогла бы разговаривать. — При всём уважении к присутствующим, это смешно. Я считаю, мы и так заплатили достаточно высокую цену.

— И что вы предлагаете? — нетерпеливо спросил Магнус.

— Как бывший глава клана Гвенлари, я готов не поднимать шумиху и не требовать компенсаций, — Джозеф неожиданно посмотрел мне прямо в глаза и добавил: — Отдайте эту женщину нам, и мы разойдёмся миром.

Кажется, ненадолго я просто оглохла. Спасибо Джозефу, который так эффектно закончил свою речь. Впервые с начала заседания я нашла в себе силы взглянуть на Гвена, сидящего в первом ряду около трибуны, и он моментально ответил мне. По его сосредоточенному лицу было трудно что-то прочитать, но... в моей груди разлилось живительное тепло. Как я не старалась держать надежду в узде, она всё же вырвалась наружу.

— Господа, вы совсем не способствуете решению конфликта, — словно сквозь вату услышала я голос Магнуса Стэллари. — Мне правда нужно напоминать вам, зачем мы здесь собрались?

Волна пронизывающего холода заставила меня встрепенуться, и я насторожилась, заметив, как потемнело лицо Магнуса. Похоже, его терпение подходило к концу.

— Мне напомнить, каких принципов мы придерживаемся? — продолжил он ледяным тоном. Каждым его словом можно было резать металл. — В самом деле, пора прекращать этот балаган и начинать сотрудничать. Вы сцепились из-за женщины. Я всё готов понять: есть принципы, есть старые обиды, но неужели мы будем грызть друг другу глотки из-за женщины? Поставим под угрозу мирные отношения из-за одной донорши?

Я слушала Магнуса с замирающим от страха сердцем и с трудом понимала, к чему он ведёт. Если рассуждать в таком ключе, то рано или поздно можно прийти к выводу, что меня проще убить, чем поделить. Знаете, это старое доброе: так не доставайся же ты никому.

— Мне нужен компромисс, — требовательно проговорил Магнус, и я немного выдохнула. — Тот, кто готов первым встать на путь компромисса, будет щедро вознаграждён. Со своей стороны готов оказать вам любую поддержку. Любую, — подчеркнул он, по очереди взглянув на обе стороны. После чего резкими движениями собрал в стопку бумаги, лежащие по трибуне, и добавил: — У вас есть время на обсуждение.

Едва он умолк, по залу распространился тихий гомон. Словно кто-то повернул невидимый рубильник. Вампиры из клана Тэо сразу приступили к совещанию, плотно обступив своего главу. Неожиданно, но предложение Магнуса действительно заинтересовало их.

В отличие от Себастиана и Джозефа, которые даже не поднялись со своих кресел. Я исподтишка проследила, как Гвен наклонился и что-то сказал Себастиану, а тот в ответ мрачно улыбнулся. Нет, в этих двоих я могла даже не сомневаться. Ни на какие уступки они не пойдут.

За те несколько минут, что были отведены на обсуждение, у меня жутко разболелся живот. Казалось, что нервничать и волноваться ещё сильнее уже просто невозможно, но когда Магнус обратился к Авильери за оглашением решения, я словно достигла точки кипения. Свет в зале несколько раз прерывисто моргнул.

— Успокаиваемся, господа, — небрежно бросил Магнус. — Или вы уже разучились держать себя в руках?

Сидящий рядом Рафаэль смерил меня подозрительным взглядом, я же не спускала глаз с Маркуса Авильери, который вышел к трибуне с непроницаемым лицом.

— Мы настаиваем на возвращении этой женщины в клан, — озвучил он чётко. — Она принадлежит Авильери по праву Королевской охоты. Создавать прецедент и передавать её в чужой клан просто опасно.

Кто бы сомневался.

Нет, в тайне я надеялась на лучшее, но, зная Тэо, на мирное решение не рассчитывала. Он не отдаёт своего. Уступить, сдаться, смириться — это не про Тэо; он не успокоится, пока не получит свой трофей назад, и чем ожесточённее велась борьба за этот трофей, тем принципиальнее становился сам Тэо.

— С нашей стороны компромисс тоже невозможен, — раздался голос Себастиана.

Я мысленно поблагодарила его, но тут же вздрогнула от дохнувшего пронизывающего холода. Реакция Магнуса Стэллари была поистине впечатляющей. Я, как единственная смертная женщина, находящаяся в зале заседаний, сполна прочувствовала её на себе.

— Полагаю, обе стороны осознают, чем обернётся этот спор? — вкрадчиво спросил Магнус. — Я вынужден инициировать расследование, и оно рано или поздно станет достоянием общественности. Вы уверены, что готовы к тяжбе? К пересмотру старых улик, к генетическим проверкам? К тому, что наружу всплывут самые некрасивые подробности? В конце концов, к тому, что полетят головы? — вкрадчиво закончил он, обводя присутствующих мрачным взглядом.

Я была точно не готова. Ни к объявленному Магнусом расследованию, ни к панике, которая заполонила разум. Не нужно обладать особым умом, чтобы понять, к какому итогу придёт расследование. Генетический тест однозначно покажет, что я — собственность Авильери, и на этом и закончится вся моя борьба за свободу.

Нет, нужно любыми способами избежать расследования. Что угодно будет лучше, главное получить хотя бы крохотный шанс...

Я выбросила вверх руку, чувствуя себя одновременно до смерти перепуганной и смущённой. Рафаэль на этот раз воззрился на меня удивлённо, а Магнус вовсе не заметил.

— Могу я предложить другой вариант? — выдавила я дрожащим от волнения фальцетом.

Колючие птичьи глаза прожгли меня насквозь, тело онемело. На мгновение я даже успела пожалеть о том, что посмела привлечь внимание Магнуса Стэллари.

— Слушаю, — холодно отозвался он.

Воцарилась вязкая, мучительная тишина, я усиленно сражалась со сбивающимся дыханием.

— М-мы можем разрешить спор с помощью Королевской охоты? — выговорила я торопливо. Или это была не я? Собственный голос раздавался будто откуда-то со стороны. Возможно, моя душа от страха просто покинула тело. — Два охотника и одна жертва.

Снова зазвучали приглушённые разговоры. Мой расплывающийся от волнения взгляд выхватил ошарашенное лицо Гвена, и сердце посыпалось мелкой крошкой. Он смотрел на меня так, будто видел впервые. Будто я предала его.

— Я согласен, — отчётливо произнёс Тэо. — Это отличная идея. Я так же предлагаю провести Охоту без поправок, касающихся возможных смертельных исходов среди охотников. Сами понимаете, жертва одна, и не факт, что получится избежать ожесточённой схватки...

Что он говорит? Что за безумие...?

— Ни о каких схватках не может идти и речи.

— О намеренных, разумеется, нет. Я просто предлагаю перестраховаться, чтобы в случае непредвиденного исхода, ни один из кланов не предъявлял претензий.

В ушах застучала кровь, голову будто сдавило раскалённым обручем. Я слышала, как снова заговорил Магнус Стэллари, но не понимала о чём. Кажется, я начала задыхаться. Слова Тэо прозвучали как самый страшный кошмар, как нечто, что опустошит мою душу. А самое ужасное было то, что я сама позволила этим словам стать реальностью.