Глава 15

Еления проснулась от того, что ее гладили по руке. Она увидела сидящего рядом Ириана, его голова лежала на краю больничной койки, он дремал. Сердце Елении дрогнуло, а по щекам потекли слезы. Не сдержавшись, девушка тихонько всхлипнула и встретилась взглядом с голубыми глазами принца.

Ириан приложил ее ладонь к своему небритому подбородку и улыбнулся:

— Вот ты и очнулась, спящая красавица, — прошептал он, целуя каждый ее пальчик.

— Не смотри на меня, — пробормотала она охрипшим голосом, утирая слезы. — Я выгляжу ужасно.

— Не выдумывай, фантазерка, — Ириан промокнул ее лицо салфеткой и помог поудобнее устроиться на подушках. — Как ты себя чувствуешь? — он провел рукой по ее волосам, нежно коснувшись щеки.

От волнения ее ресницы затрепетали.

— Плечо болит, но не сильно… — она храбрилась, хотя ей было очень больно.

Ириан улыбнулся уголками губ и еще раз поцеловал ее руку:

— Повезло, что стрела не была отравлена, лекари быстро ее вытащили и обработали рану, ты скоро поправишься.

Еления кивнула, но руки не убрала, ей было приятно чувствовать тепло Ириана, осознавать, что в такой важный момент он был подле нее. Ее обида вдруг стала такой незначительной, а потраченное впустую время на упрямство и доказательство отсутствия чувств к нему, растворились в охватившей ее сердце нежности.

— Ты… все еще хочешь на мне жениться? — сдавленно спросила она.

Ириан едва слышно рассмеялся и поцеловал ее в лоб, коснувшись кончика носа:

— Всегда хотел, — он перевел взгляд на прикроватную тумбочку с лежащей на ней бирюзовой лентой и взял ее. — Мне кажется, самой дорогой вещью для тебя всегда было именно это незначительное напоминание о нас, — он завязал ленту на ее запястье.

Еления покрутила руку, рассматривая «украшение» и улыбнулась:

— Всегда… — она с облегчением вздохнула, улыбка замерла на ее губах, а через минуту девушка крепко спала, не выпуская мужской руки из своей.

Ириан переплел их пальцы и сорвал с ее губ осторожный, но первый, за долгое время разлуки, поцелуй:

— Теперь ты точно от меня никуда не денешься.

* * *

Титания

Перемещение в магический мир прошло для Титании в напряжении. Перцовый баллончик она все же взяла, засунув в скрытый среди складок юбки карман.

Фее казалось, что она прошла сквозь незримую прохладную гладь — такими были ее ощущения от портала. Вслед за лордом и королем, она вышла на застекленную террасу: за окном простиралось звездное небо, а перед ней стояла величественная дама в возрасте. Ее белокурые волосы были убраны под кружевной чепчик, на плечи, поверх шелкового халата до пола, накинута вязаная шаль, ноги обуты в мягкие тапочки с загнутыми носами.

Рядом стоял несколько бледный принц Ириан. Черты его лица утратили беззаботность, заострились, а во взгляде появилось нечто, казалось бы, превратившее его из праздного мальчишки в того, кто столкнулся с жизненными трудностями.

— Вот ты какая, госпожа фея, — дама осмотрела Титанию с головы до ног, ее губы тронула едва заметная улыбка. — Меня зовут Беатриса, но ты можешь называть меня Беата, — она сделала шаг к фее и протянула ей руку. — Я бабушка этого синеглазого красавца Арнкела, — она бросила взгляд на внука, и мужчина тяжело вздохнул, поджав губы.

Титанию позабавила его реакция: «Ну, прямо не великий король, а непоседливый мальчишка, сотворивший очередную пакость».

— Титания, — представилась девушка и пожала, на удивление, мягкую и нежную, для такой старой дамы, руку без колец.

Беата была не только величественной, в ее лице сочетались легкая, присущая коронованным особам, надменность в совокупности с затаенной мудростью, отраженной в синих, на удивление ярких и молодых глазах.

— Я понимаю, как тяжело было решиться на этот шаг, прийти во враждебный твоему народу мир, но обстоятельства сложились так, что мы вынуждены просить тебя о помощи. Беатриса говорила с уважением, и от этого Титании стало не по себе.

«Не я почтенная дама и бывшая королева, а она», — в другой ситуации, Титания, возможно, поторопилась бы остановить подобную речь, сказать человеку: «Ничего страшного, я все понимаю. Вы не виноваты, с каждым может случиться», — но не сейчас.

«Мы с Азалией феи, наш народ подвергся геноциду. И им всем должно быть стыдно за этот эпизод, мы никогда его не забудем».

— При малейшей угрозе нашим с Азалией жизням — мы незамедлительно покинем ваш мир, — сказала ровно Титания, неотрывно глядя в синие глаза Беатрис.

Женщина понимающе кивнула и отпустила ее руку.

— Леди, ваши новые апартаменты готовы, — сообщил принц Ириан.

— С этой ночи, вы будете жить в комнатах рядом с моей, а леди Дэмона и Карлин по другую сторону, — добавил Мертен, поймав взгляд Азалии. — Сейчас, я полагаю, нам следует проводить девушек, час поздний, — он посмотрел на Арнкела, и тот одобрительно кивнул.

Азалия взяла Титанию под руку:

— Будут ли еще какие-нибудь инструкции?

— Остаться живыми и невредимыми, об остальном мы позаботимся, — ответил ей Арнкел. — Мертен, открой для них портал в апартаменты.

Лорд кивнул, и перед девушками возник новый «проход», в нем Титания увидела очертания комнаты со светлой мебелью и полыхающим в камине огнем.

Фея бросила взгляд на Мертена, и они с Азалией прошли сквозь очередной портал.

Девушки остались вдвоем. Тишину помещения нарушало потрескивание поленьев в камине, за окном ветер колыхал растущее под балкончиком дерево.

— Здесь не так мрачно, как в моей предыдущей комнате, — изрекла Азалия.

Титания тяжело вздохнула и сжала в кармане баллончик. «Если мы все-таки угодим в неприятности, то я смогу обвинять себя одну», — сомнения и отсутствие настроения не вселяли в нее красочных надежд.

— Надеюсь, все пройдет спокойно, — пробормотала Титания, осматривая апартаменты.

Азалия подошла к ней, и ободряюще сжала ее руку:

— Мне тоже страшно, но нас здесь двое, и мы — феи, и преступнице, знай она, на кого нарвалась — придется не сладко.

— В этом я уверена, — согласилась Титания. — Ладно, утро вечера мудренее, попытаюсь уснуть на новом месте.

— Сегодня нам точно ничего не угрожает, — Азалия подмигнула и скрылась за правой дверью гостиной.

«Мне осталась левая, посмотрим, что там за спальня».

Комната оказалась в холодных тонах, освещаемая светом ночника. Окна прикрыты тюлем и занавесками, двуспальная кровать без балдахина, платяной шкаф и туалетный столик.

С собой из вещей фея ничего не взяла. В шкафу она обнаружила необходимый минимум: халат, нижнее белье, подходящая обувь и одежда строгих тонов.

— Принц Ириан неплохо подготовился к моему прибытию, — одобрила Титания и закрыла дверцы.

Ванная комната располагалась между двух женских спален, Титания разделась, взяла халат с тапочками и первой приняла душ.

В постель она ложилась в новой непривычной сорочке с длинным подолом и рукавом три четверти, на груди были крохотные перламутровые пуговички, и в этом наряде Титания напоминала себе даму из старинных рассказов: «О времена корсетов и панталон!», — она долго ворочалась с боку на бок, в голове царил беспорядок.

Она верила Мертену, знала, что он сможет их защитить, но подсознательный страх не давал успокоиться, словно маленький червячок сомнения, он точил и точил фею, приговаривая: «Рассчитывай только на себя. Лишь ты одна сможешь защитить себя».

В конце концов, сон одолел ее, и она благополучно проспала до утра, проснувшись от проникавшегося через приоткрытую дверь запаха кофе.

Заворочавшись на кровати и растянувшись звездой, Титания не могла не признать, что выспалась. Позевывая, она отбросила одеяло и вышла к завтраку.

Одетая и умытая Азалия сидела на диванчике, подогнув под себя ноги: она пила чай и читала книгу. На ней было легкое бледно-голубое платье без корсета, волосы свободно разметались по плечам. В солнечных лучах, лицо девушки выглядело еще более прекрасным и умиротворенным. Она подняла на пробудившуюся подругу взгляд чистых, серых глаз и ее губы расплылись в улыбке:

— Доброе утро, соня. Как спалось на новом месте? Приснился жених невесте?

Титания потянулась:

— Как ни странно, но мне ничего не снилось, и спала я крепко, хоть и поворочалась перед сном, — она прошла в ванную и быстро умылась. А вернувшись, Титания увидела, как Азалия уже открывала несколько блюд подклоше.

— Я проснулась пораньше и заказала нам завтрак, — фея налила подруге кофе. — Радует одно — меньше конкурсанток — больше свободы, — она сделала глоток чая. — Помню, почти каждое утро, обед и ужин нам приходилось собираться вместе, девушки упражнялись в колкостях, по-злому острили, и атмосфера за столом была сама понимаешь какая…

Титания кивнула, жуя кусочки золотистого омлета с бледно-розовыми ломтиками ветчины и сочных томатов:

— Как ты здесь не исхудала, сплошной стресс, — добавила она с набитым ртом. — Я бы точно не смогла спокойно есть, если бы на меня смотрели все, кому не лень, осуждали, что я пользуюсь не той вилкой или держу локти на столе… что там еще не положено по этикету?

Азалия засмеялась:

— Много чего, я думала чокнусь, пока Беата меня обучала. Каждый раз хотелось все бросить, вернуться домой, к бабушке, прежней жизни… — на ее лицо набежала тень грусти.

— Что же тебя останавливало? — Титания подтолкнула ее к ответу.

Фея ненадолго задумалась и посмотрела долгим взглядом в окно, за ним открывалось сверкающее от солнца озеро, высокие деревья с пушистыми кронами, разбитые клумбы. Все в цвету, а теплый ветерок колыхал тюль, донося сквозь открытый балкон нежные ароматы природы.

— Если не дойду до конца и сдамся, то буду сожалеть об этом до конца своих дней.

— Похвальное стремление, к тому же король к тебе неравнодушен.

Азалия смущенно потупила взгляд.

— Осталось пережить два дня перед балом, и не влипнуть в какую-нибудь неприятность, — рука Титании дрогнула, и по ночной рубашке расплылось темное пятно.

Азалия покачала головой и ткнула в него пальцем: материал заколыхался и пятно исчезло.

— Бытовая магия, что может быть приятнее, — она погладила чистую ткань. — Не бойся, вдвоем нам ничего не страшно, — Азалия успокоила подругу, почувствовав ее внутреннее беспокойство. — Главное…

— Не показывать, что мы феи, — шепнула Титания. — Да-да… знаю. Это как заповедь.

— Точно! Но если хочешь, я могу попросить лорда Мертена составить нам компанию… — она подмигнула ей, но фея поморщилась.

«Нет, сейчас я не настроена на встречу со своим героем-любовником. Сначала мы переживем бал, а затем я решу, что с нами будет».

Для Титании два дня прошли незаметно, словно она прожила их во сне.

Окружающий мир был прекрасен, но ни на миг не давал ей позабыть прошлое. Фея видела величественные горы, холмы, деревья, зеленеющие луга, кристально чистые озера. С замковой башни, куда они с Азалией забрались, открывался вид на столицу с ее мощенными камнем улочками, пряничными домиками, торчащим шпилем магического университета.

Со всеми этими красотой и волшебством, кардинально отличающимися от Москвы, перед глазами Титании стояли образы прошлого. В ее воображении дома горели, в ушах эхом отдавались крики фейского народа, тех, кого они потеряли, кого убили, замучили и обескровили… За воспоминаниями, Титания не видела и не слышала ничего, что могло ее порадовать и отвлечь, два дня она привыкала к этому миру, гуляя и чувствуя себя от напряжения натянутой тетивой.

«Мы — феи, память нашего прошлого, его яркие картины никогда не померкнут и не забудутся», — думала она.

— Каково тебе здесь жить? — спросила Титания у подруги, прогуливаясь вдоль озера.

Фея тяжело вздохнула. Ее взгляд остекленел, на губах застыла кривая улыбка, и она ответила:

— Поначалу мне было трудно, я очень плохо спала, часто просыпалась от кошмаров. Словно вот-вот в спальню заявятся одержимые моей кровью люди и порежут меня на кусочки… Потом… я просто привыкла.

Титания же была уверена, если бы она осталась здесь, то не смогла бы свыкнуться никогда. Нахождение в Лилехейме напоминало ей вынужденную поездку не в самое приятное, хоть и привлекательное, место.

Два дня они с Мертеном виделись лишь мельком, встречаясь в коридорах, садах, обмениваясь вежливыми фразами. Леди Дэмона и Карлин также держались особняком, с Азалией они не перемолвились и словом, и подруги-феи могли только гадать, что же задумала принцесса. Хочет ли она занять место подле короля, выберет ли он Азалию вопреки ее фейскому происхождению, или решит, что принцесса соседнего королевства более выгодная партия.

Конец близился, Титания чувствовала его, сравнивая с приемом у стоматолога: «Болезненно, но лучше бы эта боль быстрее закончилась, чтобы мы наконец-то смогли вздохнуть с облегчением».

К счастью, два дня прошли в тишине, спокойствии и молчании. Феи были погружены в собственные мысли, временами ловя их отголоски на лицах друг друга.

«Если Арнкел выберет Дэмону, смирится ли Азалия с его решением?», — думала Титания. Карлин, как соперницу, она давно не брала в расчет. Сейчас, на шахматной доске его величества, были всего две претендентки на титул будущей королевы.

К вечеру второго дня, Титания попросила Азалию отправить Мертену письмо: ей был необходим материал и прочие детали для пошива их бальных платьев.

Через несколько минут на стол упала записка. Фея развернула ее и протянула подруге:

— Он ждет тебя в коридоре.

Титания пробежала взглядом по аккуратному, немного размашистому почерку, на тонкой полоске пергамента и, оглядев себя в зеркало, покинула апартаменты.

Мертен ждал ее, встав перед портретом в тяжелой раме с изображением неизвестного мужчины, но стоило Титании встретиться с лордом взглядом, как он кивнул ей головой и молча свернул в соседний коридор.

От его равнодушия девушке стало не по себе, чувствуя легкую обиду, она последовала за ним. «Все это ради безопасности, он обязан делать вид, что мы не знакомы. Не кидаться ведь друг другу в объятья», — успокаивала она себя.

Миновав освещенный светильниками коридор, перед ней открыли двери в швейную мастерскую. В поздний час здесь никого не было.

Высокие окна были задернуты тяжелыми бархатными гардинами, гладкие лакированные поверхности столов блестели чистотой. На стенах установлены подставки с рулонами из всевозможных тканей и стеклянные полки.

Титания стояла в настоящей швейной сокровищнице и чувствовала себя маленькой девочкой, попавшей в магазин со сладостями. На полках громоздились вазочки, баночки с крышечками, а в них, за прозрачным стеклом, напоминая леденцы, карамельные палочки и воздушный зефир находилось столько украшений, аксессуаров, пуговиц и драгоценностей, что от этого богатства фея с изумлением раскрыла рот.

«Это не принесенный Мертеном минимум для конкурсанток».

Если бы помещение было светлым, с мягким ковром и не такой вычурной мебелью, Титания решила бы, что вошла не в швейную мастерскую, а свой, более просторный свадебный салон.

— Здесь есть все, что тебе может понадобиться, — прервал ее мысли Мертен.

— Если хотите, лорд Мертен, то вы можете оставить меня здесь, я поработаю, а затем вернусь в апартаменты, — подражая его равнодушному тону, поделилась фея, а видя, как от ее слов мужчина вздрогнул, одобрительно усмехнулась, мысленно злорадствуя: «Так тебе и надо. Мы тут одни, к чему этот уважительный тон».

Между его бровей появилась напряженная складочка:

— Кхм, я останусь здесь. На сегодня у меня нет дел, возможно, вам понадобится моя помощь.

Титания пожала плечами: «Хозяин-барин, как вам будет угодно, сударь», — и закатав рукава, приступила к просмотру тканей.

Вчера перед сном она нарисовала несколько эскизов бального платья для Азалии: оно представлялось ей в оттенках морской волны, от изумрудного до темно-бирюзового.

Из многообразия тканей, фея выбрала шифон и воздушный фатин, сделав из второго пышную юбку. Рукав три четверти, широкие ленты корсета от поясницы до лопаток. «Крыльев не должно быть видно», — отметила она, орудуя иглами. Они скользили вдоль тканей золотыми песчинками, сшивая их и создавая новый шедевр. Лиф был из темно-зеленого бархата, по рукавам и вдоль подола из синих нитей были вышиты переплетения в виде кораллов и украшены россыпью мелкого жемчуга.

Все это время Мертен молча сидел в кресле и что-то читал, он не отвлекал фею от работы.

Царящая в мастерской атмосфера не могла ее не порадовать. «Приятно заниматься любимым делом, когда тебя понимают и не мешают», — Титания задержала взгляд на спокойном лице Мертена, и он поднял голову, вопросительно глядя на нее в ответ.

Усмехнувшись, она продолжила вышивать.

— Что вас позабавило, леди Титания?

Она покачала головой:

— Ничего, лорд Мертен, я лишь подумала о том, что в этот тихий вечер мне приятно ваше общество. Каждый из нас занимается своим делом, не мешая другому…

Губы Мертена искривила едва заметная улыбка, он перевернул страницу и продолжил читать, но через несколько минут закрыл книгу и осмотрел готовое платье.

— Вы позволите мне как следует его рассмотреть? — он встал с кресла, и неторопливо подошел к фее, протянув руку.

Девушка улыбнулась и подала свою ладонь, он сжал ее, и она увидела, как его зрачки расширились, дыхание участилось.

— Так-то лучше… — шепнула фея. — Каким вы находите этот наряд? Подойдет ли он для бала? — светским тоном осведомилась она, освободив руку.

Мертен шевельнул пальцами.

— Более чем.

«Если бы не его сдержанность, я могла бы предположить, что моему лорду, как никогда хочется заключить меня в объятья. Он выглядит таким напряженным, хищный взгляд…»

— Мой лорд, не забывайте, что мы здесь не одни, — прошептала она, подмигнув ему.

Мертен поклонился:

— Как скажете…

На свое платье Титания потратила меньше времени, использовав изумрудный атлас, как в платье для леди Дэмоны. «Надеюсь, она не наденет тот же цвет, а впрочем, тогда девушки будут в одной цветовой гамме». Было важно, чтобы платье получилось менее привлекательным и изысканным, чем у Азалии. Для рукавов она использовала полупрозрачный шелк.

— У вас найдется «лишний» гарнитур из драгоценностей? — спросила фея, обернувшись к Мертену.

Дверь в мастерскую со скрипом открылась, и к ним заглянула дама в черном платье. Она повела носом, втянула воздух, и Титания ощутила на себе ее колючий взгляд, но при виде лорда Мертена он смягчился, и поздняя гостья гордо прошествовала к присутствующим.

— Лорд Мертен, добрый вечер, я услышала шум… — она мельком осмотрела Титанию, но при виде новых платьев ее глаза расширились от удивления.

— Невероятная работа, — с восхищением сказала она, обходя манекены и внимательно разглядывая материю, вышивку.

Титания стояла на месте, чувствуя, как сильно бьется ее сердце. «Черт, почему Мертен не додумался закрыть дверь? Хоть бы чары наложил! Еще не хватало, чтобы эта дамочка о чем-нибудь догадалась», — она мысленно дала себе подзатыльник: «Успокойся! Ну подумаешь, увидела два платья, скажу, что сама их сшила или пусть Мертен выкручивается, раз допустил подобную халатность, дурень».

— Здравствуйте, Клотильда, — лорд подошел к манекену и встал рядом со швеей. — Несколько минут назад я сказал то же самое леди Титании. Оказывается, в нашем королевстве есть не одна мастерица, а сразу две, — похвалил он. — Познакомьтесь — это леди Титания, компаньонка леди Азалии, а это госпожа Клотильда — швея его величества.

Дамы поклонились друг другу.

— Вы уже обшили леди Дэмону и Карлин? — спросил Мертен.

— Да, еще неделю назад, — Клотильда неотрывно смотрела на платья, в ее глазах замерла странная смесь восхищения и чего-то еще, но Титания не могла разобраться.

— Лорд Мертен, я закончила, — фея взяла инициативу беседы в свои руки, она желала поскорее покинуть мастерскую. — Хотелось бы, чтобы леди Азалия поскорее примерила свое платье.

— Прекрасно, я помогу вам, — он кивнул Титании, и платья взмыли в воздух, заскользив к выходу. — Госпожа Клотильда, не засиживайтесь допоздна.

— Конечно, милорд, — дама поклонилась, проводив их внимательным взором.

Пока за ними не закрылась дверь, Титания чувствовала ее взгляд на своем затылке. «Странная дамочка… Мне от нее не по себе». Ей стоило больших трудов не наброситься на Мертена прямо в коридоре от негодования.

Оказавшись в своих апартаментах, она повысила голос на мужчину:

— Ты что, с ума сошел? Мы два дня сидели тише воды ниже травы, как мыши, а тут ты даже не потрудился наложить защиту на дверь! Теперь у швеи могут возникнуть подозрения, откуда это у обычной девушки из пансионата такие способности к швейному ремеслу?!

Мертен выслушал ее с непроницаемым лицом, опустив платья на спинки стульев.

— Все идет по плану, а о королевской швее тебе не стоит переживать.

— Да что вы говорите, лорд Мертен? — ядовито прошипела она, разве что не шевельнула языком. — Ни ты, ни король не знаете, кто ваш враг, и под чьей маской он скрывается. Это может быть кто угодно, хоть тот же садовник!

В глазах Мертена засверкали радостные искорки:

— Титания, это ведь не дешевый бульварный детектив, где убийца садовник, конюх или дворецкий… Если я сказал, что все под контролем и идет по плану, то так оно и есть. Клотильда не видела, как ты колдуешь, по воздуху не скользили нити, и сейчас, после увиденного, она будет считать тебя не только компаньонкой Азалии, но и мастерицей. Из пансионатов выходят разные леди, но никто не считает их бесталанными.

Титания заходила по комнате, пыхтя от недовольства и чувствуя себя закипающим чайничком — вот-вот закапает из носика, а из ушей повалит пар.

— Будем надеяться, что это так, я не хочу, чтобы меня или Азалию умыкнули у вас из-под носа.

Мертен покачал головой и быстро заключил обеспокоенную фею в объятья:

— Я не позволю этому случиться, к тому же… вспомни, что ты говорила при нашей первой встрече… — он отстранился, заглянув ей в глаза.

— Феи не так безобидны, какими кажутся на первый взгляд…

Он согласно кивнул и собрался ее поцеловать, но их прервала вышедшая из своей спальни Азалия.

На подруге был халат и тапочки, она готовилась ко сну. При виде лорда и феи в объятьях друг друга, она смущенно поджала губы, но уходить было поздно.

— Примеришь новое платье? — спросила Титания.

Мертен убрал руки с ее талии и заложил себе за спину.

Азалия пожала плечами и стала разглядывать наряды:

— Если сделать юбку покороче, то будет похоже на мой балетный костюм для постановки «Сон в летнюю ночь», — ее взгляд затуманился, став мечтательным, она гладила материю и, приложив платье к груди, ушла к себе примерять. — Я танцевала партию Титании — королевы фей.

— Ты не хочешь показаться мне в своем наряде? — Мертен коснулся затылка Титании и вытащил из пучка заколку, ее волосы рассыпались по плечам.

Она тряхнула ими:

— Увидите на балу, лорд с ледяным сердцем, — фея ткнула его пальцем в грудь и хитро улыбнулась.

Через несколько минут к ним вернулась переодетая Азалия.

— Как всегда… выше всяких похвал, — Мертен хлопнул в ладоши.

Фея покружилась перед ними, разведя руки в стороны, и улыбнулась:

— Титания, оно восхитительное и такое сказочное…

— Я знаю, — без тени скромности согласилась та, сложив руки на груди, и разглядывая предмет своего творчества. — Думаю, на балу ты всех покоришь, — о встрече с Клотильдой фея решила умолчать, дабы не волновать подругу перед предстоящим мероприятием. «Пусть хотя бы она выспится».

Мертен обошел девушку по кругу:

— Почему бы вам и Титании не выступить дуэтом — небольшое представление на балу для развлечения короля и его гостей. Приятный сюрприз для мужчины — танцующая девушка. Повторите тот трюк, что и на реке в Плесе, — предложил он.

Феи переглянулись.

— Разве мы не должны в первую очередь думать о безопасности? — спросила Азалия. — Вдруг кто-нибудь догадается, кто мы?

— Маловероятно. Ваши платья закрыты — крыльев не видно, что до умения танцевать — вам это в плюс. С волшебством все еще проще — колдовать будете не вы одни. У леди Дэмоны и Карлин музыкальный дуэт. Я уверяю вас: на балу все и завершится, и преступница будет наконец-то поймана.

Что-то в словах Мертена настораживало, но Титания не могла понять что. «Слишком складно он обо всем рассказывает, как бы такая беззаботность не вышла нам боком», — но и отсиживаться в апартаментах бессмысленно.

— На бал прибудет много народу и нужно быть глупцом, чтобы при всех напасть на одну из вас, к тому же в зону риска по-прежнему входят и Дэмона с Карлин, — успокоил он Титанию.

— За этих можно не волноваться, — отмахнулась Азалия. — Они как два ассасина, — Титания улыбнулась.

— Это точно, к ним сунуться — себе дороже, но и мы не лыком шиты, — она подняла ладонь вверх, и Азалия хлопнула по ней.

— Борцы за бобров и справедливость! — хором воскликнули девушки, заливаясь смехом.

Мертен улыбнулся, но в его глазах застыл лед решимости. Он сделает то, чтодолжен. Сердце болезненно сжалось, и чтобы не показать истинные чувства той, которая сейчас смеялась и была так беззаботна, он удалился, пожелав им спокойной ночи.

«Прости меня… Титания», — подумал Мертен, плотно закрыв за собой дверь.

* * *

Дэмона

Она стояла среди убранства бальной залы, пила красное вино, скользя сосредоточенным взглядом по пестро разодетым гостям, и думала: «Для чего мне все это нужно?», — не первый день Дэмона задавалась одним и тем же вопросом.

Карлин-Давэна была подле нее, и даже в новом обличии принцесса с легкостью могла разглядеть ее настоящие черты. Буря негодования улеглась, и она воспринимала «шпионку» отца куда спокойнее, чем вначале.

В толпе появились два силуэта: Азалия и ее компаньонка — леди Титания.

«Из какого же пансиона они вывезли эту белокурую девушку, что она до сих пор не замужем?», — барышня была весьма недурна собой, Дэмона видела, как окружающие мужчины бросают на нее заинтересованные взгляды, кто-то подходил к ней с приглашением на танец, но девушка вежливо им отказывала, качая головой.

«Ей дали четкие инструкции — от леди Азалии ни на шаг. Хоть какой-то прок от такой пансионатки».

— Леди Дэмона, быть может, выпьете сок?

Карлин привлекла ее внимание, и принцессе пришлось согласиться. «Я должна быть в трезвом состоянии», — она отдала ей кубок, получив взамен другой.

— Мы выступаем первыми, — напомнила напарница.

— Мне об этом известно, — слегка раздраженно отозвалась Дэмона, проведя рукой по юбке из бордового атласа. Непривычный цвет оказался вполне комфортным, материал не сковывал движений, а силуэт подчеркивал все достоинства.

«Платье леди Азалии выглядит ничуть не хуже, а возможно…», — она допустила крамольную мысль, что оно лучше ее. Стиснув подол, Дэмона осушила кубок, и с раздражением поставила его на стол.

Король сидел на троне, позади него стояли лорд Мертен и принц Ириан.

«Наконец-то этот глупец добился своего. Лета рассказала, что он сделал Елении предложение, и эта дуреха согласилась. Пф! И для этого ей стоило пасть жертвой королевских интриг», — с усмешкой подумала она.

Гости постепенно стали расходиться, освободив место в центре залы, и к ним вышел королевский распорядитель. Он стукнул три раза церемониальным жезлом о пол, гости смолкли, и наступила тишина:

— Господа, сегодня мы проводим последний день конкурса невест для его величества, и я прошу выйти леди Дэмону и леди Карлин!

Девушки подплыли к мужчине и присели перед королем в реверансе.

— Леди изъявили желание развлечь короля и его подданных, игрой на… виолончелях, они выступят дуэтом! — озвучил распорядитель, и слуги вынесли два стула с музыкальными инструментами.

Дэмона еще раз обвела присутствующих взглядом, и посмотрела в синие глаза Арнкела:

— Ваше величество, господин распорядитель неправильно выразился. Мы с леди Карлин не намерены развлекать вас и публику.

Король нахмурился, распорядитель побледнел, а гости зароптали.

— В таком случае… для чего же вам инструменты? — спросил Арнкел.

— Чтобы с помощью извлеченными из них звуками, напомнить вашим подданным и вам о том, чего нельзя забывать, — она гордо вскинула голову.

— Что же это? — король был в недоумении.

— Кровопролитие и геноцид фейского народа, — спокойно ответила она.

Гости зашушукались еще громче, король сжал подлокотники трона.

— Мы начнем, ваше величество! — Дэмона заняла свое место на стуле, и взялась за инструмент.

Карлин переглянулась с принцессой и, дождавшись ее кивка, они приступили.

По залу разлилась грустная мелодия, струны под пальцами Дэмоны вибрировали. Она не видела и не слышала никого, отдавшись исполнению. Почему девушка выбрала именно эту тему для своего выступления? Принцесса знала ответ. «Потому что я видела войну, прочувствовала ее на себе, узнала боль утраты, солоноватый привкус крови, смрад болезни… и никогда этого не забуду, а всему Лилехейму стоит напомнить. Особенно сейчас, когда кто-то устранял одну конкурсантку за другой».

Титания и Азалия наблюдали за гостями, от проникновенной игры соперниц их глаза увлажнились, но ни одна слезинка не скатилась по их щекам.

— Давай составим им компанию, — предложила Титания.

— Думаешь, это уместно? — Азалия готовилась выступать с балетным танцем второй, она успела переобуться в пуанты.

— Более чем, ты слышала, в честь чего они играют? — Титания подтолкнула ее вперед, и они встали перед играющими.

Дэмона встретила их задумчивым взглядом, но увидев обувь Азалии одобрительно кивнула и продолжила играть.

Азалия начала танцевать свой самый важный танец в жизни, для усиления его эффекта, Титания наколдовала подруге фейские крылья и подняла девушку в воздух.

В бальной зале расцветали крупные, переливающиеся радугой цветы, из-под потолка на пол медленно падали синие блестки, растворяясь на ладонях гостей и превращаясь в настоящие цветочные ароматные лепестки.

Среди гостей прокатился восхищенный вздох. Они утирали слезы с раскрасневшихся лиц, кто-то из дам не сдерживал рыданий. Это был настолько эмоциональный миг, что никто из присутствующих не остался к нему равнодушным, а когда музыка стихла и магия растворилась в последнем всполохе от взмаха рук Азалии, кто-то приглушил свет и спустя минуту, зал озарился золотым сиянием. Вокруг конкурсанток, горели шарообразные огни, они замерли над их головами, а поднявшись к потолку, разорвались разноцветными фейерверками.

Гости аплодировали, его величество поднялся с трона и также рукоплескал вместе с Ирианом и Мертеном.

Девушки поклонились, и слуга поднес им бокалы с шампанским.

Король поднял кубок с вином:

— Леди, я давно не получал такого удовольствия от музыки и танцев. Своим великодушием, памятью к прошлому вы поразили меня в самое сердце, и напомнили всем нам, мне в первую очередь, о том, что мы должны помнить и никогда не забывать!

Девушки сделали по глотку.

— Сейчас, я хотел бы пригласить леди Дэмону на танец, — Арнкел отдал кубок Мертену и подошел к девушке.

— Почту за честь, ваше величество, — она еще раз ему поклонилась, и король закружил ее в вальсе.

Карлин отошла к столику за закусками, а Азалия скрыла сжатые в кулаки руки среди складок юбки и направилась к выходу из зала, Титания поспешила следом.

Мертен проводил их внимательным взглядом.

В тускло освещенном коридоре было пустынно и свежо. Из приоткрытых окон дул теплый вечерний ветер. По мраморному полу стучали каблучки женских туфель.

Азалия подобрала подол, и практически вбежала в пустынный, в такое время, зимний сад.

Она ходила от одного оранжерейного горшка с растениями до другого, пока не опустилась на лавку.

Титания присела рядом и ободряюще погладила ее по плечу. У нее не находилось слов для утешения подруги, и она сказала банальное:

— Может, это не окончательное его решение? Он ведь не сообщил всем, что выбрал в жены Дэмону, а просто пригласил ее на танец.

Азалия отвернулась и утерла щеку ладонью:

— Знаю, но… возникает вопрос, почему тогда не меня первой?

Этого Титания не знала:

— Действительно… — плечо подруги было горячим. — Ты случайно не температуришь? Может, давай, я принесу тебе попить чего-нибудь холодненького?

— Угу, — согласилась она и сняла с ног пуанты, ленточки запутались, и девушка с раздражением их разорвала. — Чувствую себя школьницей на выпускном, чей кавалер выбрал не ее, а королеву бала, — она отбросила несчастную обувь и босиком прошла до окна, распахнув его и вдохнув свежий воздух.

— Не бузи, а то перебьешь здесь все горшки. Я схожу за напитками, — Титания оставила ее и вернулась в зал, не заметив скользнувшую в зимний сад тень.

Арнкел успел сменить партнершу, и теперь танцевал с леди Карлин, но до них Титании не было никакого дела. Она взяла два кубка с соком и направилась обратно.

«Что-то не слышно и не видно нашей преступницы, может, Мертен оказался прав и все уже решилось, а я зря переживала…», — затылок прострелило острой болью и в глазах потемнело. Последнее, что увидела Титания — это носки темных женских туфель.

Бокалы со звоном упали на мраморный пол, оставив оранжевую лужицу сока…