Глава 13

Алакдаэр снова перенёсся в лабораторию и подналёг на укрепляющее зелье. Основательно пополнив силы, он захватил с собой несколько бутылочек с экспериментальным эликсиром, взял свежие накопители, поставил на подзарядку опустошённые и вернулся в лазарет.

— Илиана, вводите Лоссдору по полпузырька в кровь каждый час, я потом ещё принесу. И вливайте целебные чары, — распорядился он. — Мы должны помочь ему выкарабкаться. Пусть с ним всё время кто-то будет, даже ночью. Лучше, если ты сама.

— Хорошо, я лично за всем прослежу, — целительница тут же взялась за первую бутылочку. — Снова один из твоих экспериментов? — кивнула она на изумрудное зелье.

— Как хорошо ты меня знаешь, — откликнулся декан. — Самый мощный восстановитель сил из тех, что я до сих пор делал. Если уж и он не поможет… Но он поможет, должен помочь! Мы не имеем права потерять Лэндгвэйна, слышишь?

— Ал, если это только возможно, мы его вытащим, — Илиана без лишних разговоров начала вводить эликсир в кровь.

Архимагистр ещё раз взглянул на почти белоснежное лицо эльфа и, открыв портал, перенёсся на опушку. Исследуя заклинаниями пространство, он нащупывал координаты открытых отсюда порталов, но всё было смазано, перепутано. В один явно ушёл Флориас вместе с тем магом в чёрном капюшоне, в другой нырнул Элклин, но точки выхода сбились, а дровский портал наверняка был поэтапным, чтобы запутать следы и не сразу выдать место прибытия.

Однако Ал знал, знал, где сейчас находится Альвинора, чувствовал её. Кулон со знаком рода, который она никогда не снимала, давно служил ему маяком, позволяя безошибочно определять положение невесты и находить её даже тогда, когда, казалось бы, это невозможно. А ещё декан ничуть не сомневался, что скоро, очень скоро последует послание с требованиями похитителей.

Разумеется, первым условием будет открыть доступ в академию, а потом «приглашение» Алакдаэру прибыть в «родное» Подземье, куда в здравом уме он зарёкся ступать. Ну, предоставлять доступ в замок архимагистр в любом случае не собирается, а вот в Аббаналур пойдёт, потому что не пойти не может. Они не Альвинору сейчас захватили, они душу его захватили, сердце пленили, и Ал тысячу раз готов оказаться под мрачными сводами подземных пещер, лишь бы снова увидеть голубые глаза избранницы.

Нет, так просто Светлую не убьют, не дровский стиль. Для начала хорошенько помучают — изощрённо, с фантазией — возможно, даже у него, Алакдаэра, на глазах, хотя могут начать экзекуцию и раньше, до его прибытия. А потом уже прикончат, ещё более безжалостно и так, чтобы доставить как можно больше мучений. Меньшим эти твари не удовлетворятся. И он будет не он, если позволит им поглумиться над её телом и над их чувствами!

Первым порывом было бежать следом и громить всё вокруг, пытаясь вернуть любимую женщину. Но нет, нельзя действовать на эмоциях, иначе можно и Альвинору потерять, и самому глупо погибнуть. Усилием воли заставив себя сдержаться от этого необдуманного шага, архимагистр стал прорабатывать все возможные пути и моделировать ситуации и их наиболее вероятный исход. Думать, нужно тщательно всё обдумать и предусмотреть, не попасть в ловушку и не оставить врагам лазеек.

Из открывшегося на опушке портала, нарушая ход мыслей декана, появился основательно уставший и немного встрёпанный Флориас, левитирующий бездыханное тело, которое в итоге шлёпнулось на землю. Фэйри огляделся и выругался.

— Надеюсь, полукровка находится сейчас за защитным барьером академии, и поэтому я чувствую её так плохо, — нахмурился крылатый, вперив в дроу убийственный взгляд.

— К сожалению, нет, — ответил Алакдаэр как можно сдержаннее.

На лице Кирана отразилась мгновенная злость.

— Почему позволили её забрать? — накинулся он на Ала.

— А вы, адепт Флориас, почему позволили затащить себя в портал и увести с поля боя? — архимагистр и так был в ярости, а тут ещё эта крылатая фея права качает. — Вы ведь были рядом с ней, но упустили!

— Не переводите разговор! — не сдавался крылатый, наглея всё больше. — Почему не пришли раньше? Вот так вы отвечаете за свою подопечную?! И отчего не бросились за похитителем?

— Я спасал жизнь адепту Лоссдору, потому что вы ему помочь не удосужились, — резче чем собирался ответствовал Ал.

— Вы… — губы Кирана задрожали от гнева, — променяли её на какую-то ледышку?!

— Я никого ни на что не променял! — гаркнул дроу, который едва сдержался, чтобы не огреть слишком разговорчивого фея чем-нибудь очень неприятным. — Зато дал шанс выжить наследнику Снежной долины. Только войны со снежными эльфами нам сейчас и не достаёт. Не вам требовать от меня отчёта, но я всё же пытаюсь объяснить ситуацию, потому что вы… родственник адептки Арис и, разумеется, за неё переживаете. Но всему есть предел, и дальнейшего хамства с вашей стороны я не потерплю!

— И что же вы сделаете? — Флориас явно нарывался и зажёг в руке силу. — Неужто попробуете сразить меня чарами?

— Если потребуется, то да, — архимагистр магию пока не зажигал, стараясь не поддаваться на провокацию. — Не забывайте, что официально вы сейчас адепт академии и мой подопечный, поэтому как глава дисциплинарного комитета я как минимум могу наказать вас за дерзость… тем способом, которым посчитаю нужным. Поэтому лучше меня не провоцируйте! Я бы не хотел вступать в конфликт с вашим повелителем: мы долгое время дружны с фэйри, и будет жаль нарушить мирный договор из-за вашей несдержанности.

— Послушай, Тёмный… — черты лица Кирана исказились. — Ты тут взрослого из себя не строй! Я уже давно прошёл инициацию, когда ты ещё пешком под стол ходил.

— Вот и ведите себя соответственно возрасту, а не как взбалмошный юнец, каковым выглядите, — парировал дроу.

Их взгляды скрестились. Повод, пусть только даст малейший повод — и Ал больше не будет миндальничать. Этот крылатый в конец обнаглел, кем бы он там Альвиноре ни приходился, даже восьмиюродным дедушкой или пятиюродным братом.

Фэйри тоже с трудом держал себя в руках: было видно, что он жаждет испробовать на Алакдаэре свою силу. Однако здравомыслие победило. Киран погасил магию и с размаху пнул ногой тело тёмного мага, с которым дрался.

Теперь, когда с того слетел капюшон, перед Алом предстало немного одутловатое и грубоватое лицо, покрытое чёрными пятнами (след зелья обратного действия, которое отобразилось на Лэндгвэйне и его компании, когда дроу пытался отыскать того, кто в Тиаре опоил Альвинору приворотным зельем пополам с ядом), и ежик тёмно-русых волос. Человек, хоть и ширококостный, но на первый взгляд без примеси чужой крови.

— Вы постарались? — нахмурился Ал. — Привести живым совсем не резон?

— Нет, я этого пятнистого урода всего лишь ранил, — фэйри снова пнул тело, очевидно, вымещая на нём злость. — Но он покончил с собой, когда понял, что обречён. И меня едва с собой не прихватил.

Теперь выругался Алакдаэр. Если бы удалось захватить эту сволочь живой, то можно было бы допросить, а теперь придётся надеяться на силы Дорана, чтобы тот разговорил мертвяка. Да только декан был уверен: ментальная защита у покойного такая, что туда лучше даже не соваться.

По здравом размышлении Ал всё же решил попробовать взломать ментальную защиту тёмного мага и, открыв портал в академию, перенёс покойного на полигон, установив вокруг мощный щит. Кто знает, какие сюрпризы скрывает это мёртвое тело, перестраховаться не повредит. Некромант и менталист, которых он вызвал ментально, явились почти сразу же.

— О-о, у меня в коллекции пополнение! — воодушевлённо заявил Доран.

— Как бы такое «пополнение» тебя за собой не утянуло, — не разделил его восторга архимагистр. — Наверняка этот гадёныш напичкан ловушками.

— Ничего, прорвёмся! — не терял энтузиазма некромант.

— Не спеши, — дроу вновь вынужден был осадить излишне предприимчивого коллегу, — пусть сначала Риан проверит его сознание. Уверен, блоков и неприятных сюрпризов там хоть отбавляй.

— Сейчас посмотрим, что для нас приготовил этот экземпляр, — менталист наклонился над телом. — А почему он такой… пятнистый? Ты его перед смертью ещё и каким-то тёмным заклятием помучил?

— Ты садиста из меня-то не делай! — возмутился декан. — Этот тип покончил с собой после ранения, когда понял, что обречён. А пятна… Это да, след моих давних чар.

— Ладно-ладно, не злись, — примиряюще сказал Риан. — Сейчас в академии такой бардак, да ещё и двое погибших адептов… Мало ли, вдруг у тебя нервы сдали и…

— Если у меня сдадут нервы, ущерб будет куда больше и ощутимее, — Ал постарался, чтобы раздражение в голосе не слышалось слишком сильно. — Ладно, оставляю его на вас, будьте осторожны.

Дроу собрался вернуться на опушку, где оставил фэйри (тот взялся распутывать след и пытаться восстановить координаты портала, в который ушёл Элклин), но передумал. Флориас не знает, что Алу уже известно местонахождение Альвиноры. Крылатый так старается, однако занимается фактически ненужной работой. Но пусть, пусть подольше пытается распутать след и не крутится под ногами со своими нравоучениями и возмущёнными взглядами.

«Дор, Тирр, оба ко мне в кабинет, расскажете, что тут случилось! — скомандовал Ал, перенесясь в лазарет, чтобы проверить состояние Лоссдора. — И чтобы во всех подробностях! Зардиа, ты тоже. Я сейчас подойду».

Ну что сказать?! Лучше Лэндгвэйну не становилось, впрочем, хуже пока тоже. Это хоть в какой-то степени обнадёживает. Нужно время, больше времени, чтобы подействовал эликсир, чтобы…

Сигнальные заклинания запищали, да и ощущения от приближения враждебно настроенной силы ни с чем не спутать. И в подтверждение очередных неприятностей пришло ментальное сообщение от демона:

«Ал, с возвращением! Пока тебя не было, тут столько всего приключилось, только и успевай разгребать… Но сейчас проблемка похлеще. Там папашка снежного пожаловал, и не один…»

«Jävlar! Да что же всё и сразу?! — скрипнул зубами дроу. Вот так и покидай академию! Сообщение Блэквина было последним, что он хотел бы в данный момент услышать. — Хорошо, я с ним побеседую».

«Если что — зови, — тут же предложил Рэдлинг. — Он настроен достаточно агрессивно…»

Алакдаэр очень надеялся, что помощью зама пользоваться не придётся, хотя от необузданного снежного повелителя можно ожидать всего. Хитгвэйн, разумеется, не мог проигнорировать скандальный уход сына в разгар турнира и отправился его искать. И всё бы ничего, если бы Лэндгвэйн был в здравии, но он одной ногой в могиле…

«Спасибо, Блэк. И пусть Лаэрсэль тоже будет готова: после визита снежного наверняка придётся основательно размораживать местность».

Дроу перенёсся сначала на крепостную стену и с высоты осмотрел окрестности, оценивая масштаб возможной трагедии, а потом уже выдвинулся навстречу гостю.

Повелитель Снежной долины был вне себя. Он стремительно приближался к замку в окружении группы телохранителей, и от каждого шага замерзала земля под его ногами. На мирный визит это было совсем не похоже. Потом Хитгвэйн отделился от подчинённых и приблизился, пылая яростью. Архимагистр быстро сориентировался и набросил на них двоих мощный щит от прослушки, дополнительно занавесив его тьмой, чтобы остальные снежные не могли их не только слышать, но и видеть.

— Не хотите ли объясниться?! — воинственно начал Лоссдор. — Я забрал Лэндгвэйна из Тиары, но Тиара всё равно его не отпускает и не даёт спокойно жить! Мой сын опозорил семью, сбежал с тунира и… Он сейчас в академии. Я знаю, чувствую… Что с ним?

— Ваш сын показал себя героем и едва не погиб, — начал декан, — но…

— Что?! Немедленно дайте мне увидеться с Лэндгвэйном! — прогремел эльф.

— Сожалею, но к нему сейчас нельзя, — твёрдо сказал дроу. — Над ним работают лучшие целители и…

— Лучшие целители? В этом захолустье? — презрительно выплюнул венценосный. — Вы смеётесь надо мной?! Я хочу знать, что произошло и по чьей вине пострадал наследник рода Лоссдор! Это снова была та безродная девчонка? На этот раз вы решили окончательно угробить моего сына?!

— Я спас вашему сыну жизнь! — рявкнул Ал, который и так был зол как сотня демонов. — Вот этими вот руками, — он выставил перед собой ладони. — И моей ненавистной вам, светлым, тёмной силой. И во многом именно от моих экспериментальных зелий и чар в данный момент зависит его жизнь. Если вы сейчас его заберёте, он почти наверняка умрёт. Если дадите нам возможность ему помочь, то у него есть шанс выкарабкаться, пусть и совсем небольшой. Не забирайте у Лэндгвэйна эту возможность и не лишайте себя сына и наследника!

— Я. Сказал. Дайте. Мне. Увидеть. Сына!!! — отчеканил повелитель, замораживая пространство внутри купола. — Иначе я силой войду в академию, и тогда уж точно войны не избежать.

Алакдаэр выдохнул белое облачко пара и активировал согревающее заклинание. Ну что за взбалмошная семейка?! Оба снежные, а ведут себя, словно несдержанные огневики!

— Взять замок штурмом с таким малочисленным отрядом у вас не получится, только силы зря потратите, — стараясь сохранять спокойствие, хотя бы внешне, ответствовал Тёмный. — Но увидеть сына я вам дам, — он достал маджет, на экране которого отобразилось бледное лицо Лоссдора-младшего.

Повелитель протянул руку, подрагивающими пальцами коснулся экрана, как бы оглаживая щёку сына, и перевёл на декана взгляд, в котором бушевал ураган.

— Кто это с ним сделал?

— Тёмные маги, на совести которых уже множество невинных жизней и даже двое наших адептов, коим не повезло больше, чем Лэндгвэйну. Они будут наказаны, обещаю, — Ал приложил ладонь к сердцу. — Но в ваших же интересах не поднимать шумиху и пока умолчать, что Лэндгвэйн, следующий повелитель, находится в таком состоянии. Иначе среди снежных подданных может начаться делёжка власти. Вы ведь и сами это прекрасно понимаете. В лучшем случае вам предложат жениться снова, чтобы появился новый наследник, а в худшем…

Архимагистру не нужно было продолжать. Оба повелителя осознавали, к чему может привести подобная новость, если её озвучить, вот только удастся ли здравому смыслу Лоссдора-старшего пробиться через природное упрямство?

Хитгвэйн сжимал и разжимал кулаки, воздух вокруг него становился всё холоднее, и Ал усилил согревающие чары. Вихрь снежинок в глазах гостя набирал обороты, а потом вдруг стих, кулаки эльфа разжались. Ледяное спокойствие, каковое и подобает снежному повелителю, отразилось на его лице.

— Мои подданные останутся здесь, но я хочу увидеться с сыном. Эта «игрушка»… — он глянул на маджет. — Мне не достаточно смотреть на него через экран. Я должен быть рядом и я буду рядом, даже если вы попытаетесь мне помешать.

— Не попытаюсь, — дроу немного расслабился, увидев, что с собеседником можно вести диалог. — Теперь, когда вы не пытаетесь его забрать и не собираетесь громить всё вокруг, я с удовольствием проведу вас к сыну. Возможно, ваша снежная магия поможет ему восстановиться.

— Он должен восстановиться! — жёстко изрёк Хитгвэйн. — Я не позволю ему уйти за грань! Лэнд покрыл своё имя позором и обязан его очистить.

— Ваш сын не сделал ничего постыдного, — возразил Ал, — он герой, и вот об этом умалчивать мы точно не будем. Турнир — это лишь турнир, показательные выступления и подготовка к реальному бою. А адепт Лоссдор показал себя в настоящей битве, что намного ценнее и важнее любых состязаний.

Снежный с таким утверждением был явно не согласен, но, дождавшись, когда декан уберёт защитный купол, отдал подчинённым распоряжения и приказал ожидать его у стен академии, а сам вслед за Алакдаэром шагнул в воронку портала.