Глава 29

Алакдаэр продолжал колдовать, используя магию левитации и зависнув в воздухе на пару с любимой. Параллельно он удерживал щит, оберегающий их от разрушающихся стен и потолка, которые потом растворялись в магии света. Сейчас они были в эпицентре светового взрыва, и вскоре декан и его избранница оказались на пустыре и под сводами пещеры, заменявшей в Подземье небо, начисто снеся постройки второго дома вокруг себя.

Когда очередная порция накопителей обнулилась, архимагистр сменил тактику. Кристаллов осталось мало, рисковать остаться без магической подпитки он не мог, просто так разбазаривать энергию тоже, поэтому, достав ещё пару накопителей, принялся постепенно снижать силу и интенсивность атаки, прекратив разрушения и превратив световой поток в сияющий купол, накрывший город. Другими словами, пленил всех, кто остался внутри, и теперь никто из приверженцев тьмы не покинет Аббаналур без его ведома, а если попытается — то сгорит и развеется пеплом.

Слабость в коленях дала знать, что пора выпить несколько бутылочек укрепляющего зелья… и отправиться осмотреть нанесённый ущерб, а после — решить судьбу оставшихся дроу, которых Ал изолировал полосами света, словно решётками в камере, создав себе и соратникам безопасный проход. Отменив заклятие левитации и подпитавшись зельем, он оглядел невесту и убедился, что её тело излечилось и новых повреждений не наблюдается, после чего поспешил наколдовать избраннице одежду и обувь, чтобы не шастала по дровскому городу в одном белье.

Поразмыслив, и сам решил приодеться. Преподавательскую мантию из сумки доставать не стал, но вместо этого наколдовал себе чёрную хламиду, в какие обычно облачаются маги-дроу, дабы подчеркнуть свой высокий статус, и набросил её на обнажённый торс, скрывая от посторонних глаз перетягивавшие его кожаные ремни с оружием.

Надевать серьгу-артефакт и лишать Альвинору универсальной защиты пока не стал, рассудив, что неприятные сюрпризы возможны всегда, особенно пока он не навёл в Аббаналуре порядок, а снова доставать невесту с того света в его планы не входило. Придётся быть осторожным и зря не рисковать, только и всего.

Отправившись на встречу с будущими подданными, Алакдаэр параллельно провёл ревизию того, что осталось от подземного города. Масштаб разрушений оказался колоссальным. Пять главных домов и ближайшие к ним строения были сметены практически полностью, ещё несколько очень сильно пострадали, как и два храма, посвящённые Кровавой Богине, младшие дома тоже подверглись частичным разрушениям, не говоря уже о том, что население Аббаналура значительно поредело.

Но все, кто погиб, были ярыми поборниками тьмы, для которых не существовало пути назад. Их выбрала магия направленного действия, даже не сам Ал. У тех, кто остался в живых, есть шанс, которым они могут воспользоваться, а могут и не воспользоваться. Теперь всё зависит только от них самих.

Ал сквозь царивший вокруг хаос продвигался к отцу и брату, расчищая себе путь световыми потоками, которые растворяли камни и прочие фрагменты строений. Половина дела позади, теперь осталась другая, не менее важная: подчинить оставшихся тёмных эльфов и сделать своими союзниками.

Только увидев, что Дэлиан и Галадрион не пострадали, декан смог перевести дух. Он до последнего опасался, что они могут быть ранены. А вот как дела у ребят, которые пришли из Тёмного дола?

— Отец, как наши воины? — поинтересовался Аркент’тар, подходя к родителю.

— Воддакс и Квилорвир в порядке, Тебвер ранен, они оказывают ему помощь, а вот Харглот…

Архимагистр провёл ладонью по лицу. Наивно было бы думать, что никто из соратников не пострадает в этой войне.

— Мы вернём его тело в Тёмный дол и с почестями передадим родным, — постановил он и повернулся к Светлой, которую всё это время прижимал к своему боку: — Альвинора, не поможешь излечить моего воина? Да и многим другим нужна помощь.

— Да, конечно. Сделаю всё, что смогу! — с готовностью откликнулась Аль и с любопытством уставилась на златовласого солнечного эльфа с прекрасными голубыми глазами, который выглядел очень уставшим. Тёмный назвал его отцом?!

— Так вот она, твоя избранница, из-за которой ты рискнул взглянуть в лицо прошлому… — ласково посмотрел на неё солнечный.

— Да, это Альвинора Арис, моя подопечная, — дроу сжал её руку. — Альвинора, ты, наверное, удивлена, но перед тобой мой отец Галадрион Анорлайн. Позже у вас будет время познакомиться, и мы обо всём поговорим. А сейчас у нас ещё много дел.

— Да-да, адептка Арис, у меня было точно такое же лицо, как у вас сейчас, когда я впервые увидел сиятельнейшего родителя нашего тёмного декана, — хмыкнул подошедший архимагистр Солис, которому Альвинора была безумно рада. Светлый декан тоже был порядком измотан, но не терял извечного оптимизма.

— Дэл, доверяю её тебе, — Ал посмотрел на кузена со всей серьёзностью. — Присмотри, пока я буду занят.

— Можешь на меня рассчитывать! — откликнулся тот.

— Альвинора, — дроу заглянул невесте в глаза, — надеюсь, ты правильно поймёшь то, что я собираюсь сделать. Здесь, в Подземье, невинных нет. Они убивали и брали в рабство, приносили кровавые жертвы и творили безжалостные эксперименты. Каждый заслужил наказание, всех ждёт расплата. Som man sår, får man skörda («Что посеешь, то и пожнёшь»).

— Я понимаю, хотя и не очень одобряю. Но уверена, что ты всё сделаешь правильно, — кивнула она. — Пожалуйста, будь осторожен.

Дэлиан увлёк Светлую за собой. Тёмный эльф проводил взглядом изящную фигурку девушки, которой среди развалин было совсем не место, но которая держалась мужественно и достойно. Альвинора… Он приложил руку к сердцу, всё ещё ощущая на груди прикосновение её пальчиков, дарящих ему живительную энергию. Лучшая женщина, которую он только мог найти!

Заставив себя отвернуться, декан обернулся к Галадриону, не спускавшему с него внимательных глаз.

— Что такое? — нахмурился Ал.

— Да-а, сын, боялся, что никогда не увижу тебя таким.

— Каким?

— Влюблённым, — слегка улыбнулся солнечный.

— Здесь не место и не время об этом говорить, — понизил голос дроу, досадуя, что расслабился и позволил эмоциям отразиться на лице.

— Да-да, согласен, мы ещё не закончили то, за чем пришли. Что делаем дальше?

— Отец, поддерживай солнечные путы, чтобы никто из пленников не вырвался, у тебя ведь ещё остались накопители? А я скоро вернусь, — архимагистр передал Галадриону нити управления заклинанием и направился в сторону военно-магической академии дроу. Именно там, в Трай’усе, под множеством охранных чар его ждала древняя книга солнечных эльфов, семейное достояние, до которого он мечтал добраться уже очень давно.

Дроу шёл мимо раненых соплеменников, которые пострадали от монстров, теперь развеявшихся от магии света, мимо мужчин, женщин и детей. Все они были в световых клетках, прикоснуться к которым не рисковал никто. Кто-то из тёмных эльфов смотрел на него с ненавистью, кто-то с неприязнью, кто-то с беспокойством, ну а кто-то с любопытством. Пленников одолевали разные думы и разные настроения, и уже очень скоро он очистит зёрна от плевел.

Ал усилил голос чарами, чтобы его услышали во всех уголках разрушенного города:

— Неприятно сидеть в клетках, да? Но вы без зазрения совести обращали представителей других рас в рабов, поэтому должны хотя бы ненадолго ощутить то, что чувствовали они. Смею надеяться, что после этого вы заречётесь распоряжаться чужими жизнями. Ждите, ваша судьба скоро решится.

На подходах к академии Ала перехватил Бергтирр, и они обнялись. Друг выглядел измотанным, его обычно зализанные назад волосы были встрёпаны, но в серебристых глаза сияло торжество.

— Берг, я знал, что могу тебе довериться, — Ал сжал его плечо.

— Честно говоря, не ожидал, что у нас всё получится. Эта затея была полнейшим сумасшествием.

— Я и сам не ожидал, но другого пути не было, — развёл руками Аркент’тар. — Я ведь правильно ощутил ситуацию, ты с ребятами вывел всех лояльных к нам дроу? В первую очередь меня интересуют представители главных домов, где были наибольшие разрушения.

— Да, они переждали бурю в безопасных пещерах, — заверил Фреурден. — Но признаюсь сразу: среди них затесалось несколько изменников, которые просто хотели сбежать под шумок, но впоследствии всё равно пали от световых чар. Твоя жуткая магия не выпустила никого из предателей. Не знаю, то ли бояться тебя теперь, то ли восхищаться.

Побеседовав с другом, декан убедился, что о рабах из разрушенных главных домов Берг и верные ему дроу тоже позаботились: те вовремя покинули опасную зону, серьёзно никто не пострадал, а кто был ранен, скоро получит помощь. Остальные рабы пока находились в бараках. Во время атаки Ал старался избегать мест, где находились скопления пленников, поэтому разрушения в тех областях были незначительными.

Алакдаэр приблизился к источнику энергии около академии и поставил на зарядку накопители. Пока они наполнялись магией, он обсудил с Бергтирром дальнейшие действия, а потом отправил его в центр поселения, где сейчас был отец, а сам сложил наполненные энергетические кристаллы в сумку и практически беспрепятственно прошёл на территорию Трай’уса. Над защитным полем вокруг самой академии пришлось немного подрудиться, но солнечные чары помогли проникнуть внутрь.

В академии не обошлось без неприятных сюрпризов. Кое-кто из враждебно настроенных наставников спрятался в здании под мощнейшими щитами и рискнул напасть, но Ал, орудуя магией света, разрушал их охранные чары и ловушки, устроенные на пути. Вовремя он пополнил накопители, очень вовремя! Четверо наставников сдались без боя и были заключены в световые клетки, но трое других сдаваться отказались и ввязались в бой, кажется, не до конца понимая, чем им это грозит.

Алакдаэр с сожалением применил к ним солнечную магию, и исчезли все трое, только подтверждая, что были верны тьме до конца и кунструктивного разговора с ними не вышло бы. Дальнейший путь в хранилище архимагистр преодолел с внутренним трепетом. Ловушки и охранные чары попадались всё чаще, сил на их преодоление уходило всё больше, но цель была близка.

Вскрыть хранилище оказалось делом нелёгким, на это ушло три накопителя и половина четвёртого, но дело было сделано, сгустки тьмы отступили и развеялись. На книге тоже было множество сложных дровских плетений, с которыми пришлось изрядно повозиться (у декана даже взмокли спина и лоб), но наибольшее волнение вызывала собственная охрана талмуда. Дастся ли он в руки полукровки, почует ли в нём родную солнечную кровь?

Алакдар подрагивающей рукой потянулся к фолианту, готовясь противостоять защитным чарам. Книга засияла, ладонь Ала на мгновение замерла, но потом он преодолел оставшееся расстояние и осторожно прикоснулся к обложке… Пальцы обдало теплом, талмуд вспыхнул… и раскрылся, признавая наследника солнечной крови и позволяя заглянуть в святая святых.

Переведя дыхание, архимагистр взял в руки книгу и нашёл желанную страницу, где было написано очищающее световое заклинание. Он до сих пор не верил, что ему удалось заполучить этот ценнейший семейный фолиант… который не должен попасть в чужие руки, даже в руки дяди. Нет, повелитель солнечных использует книгу по своему усмотрению, а учитывая его гордыню, возомнит себя всесильным и может развязать войну, дабы подчинить других. 1439f7c

Этого допустить нельзя, мощь изложенных в талмуде знаний нужно использовать с умом и только в экстренных случаях. Книга должна остаться тайной, его, Алакдаэра, тайной. Для других же (кроме отца, почти загубившего свою жизнь во имя её поисков) она будет утеряна, погреблена под обломками, уничтожена…

Запомнив необходимое заклинание, Ал спрятал фолиант в пространственную сумку, с тем чтобы потом переложить в пространственный сейф, доступ к которому у него есть как из Тиарской академии, так и из Тёмного дола. Покинув стены Трай’уса, Тёмный проделал тоннель наружу. Там, на поверхности, уже вставало солнце. Страшная ночь закончилась, наступил первый рассвет новой жизни. Теперь можно извлечь солнечную энергию не из собственной крови, истощая организм, а непосредственно из её источника, что только усилит чары и их мощь.

По пути к развалинам центральной площади Аркент’тар проделал ещё два тоннеля, дабы у каждого солнечного эльфа был собственный доступ к энергии солнца. Да, ряды врагов значительно поредели и самое страшное уже позади, но нужно довести дело до конца. Подозвав Дэла и отца, Ал отдал последние распоряжения и, вновь усилив голос магией, обратился к пленным.

— Я Алакдаэр Аркент’тар, сын Алиарры Аркент’тар и недавний Верховный маг первого дома. Теперь вы все будете подчиняться мне! Аббаналур и его кровавые ритуалы уйдут в прошлое. Отныне здесь, в подземном городе дроу, который я нарекаю Нэббаналуром, будут царить новые порядки!

— Nya kvastar sopar bäst (Новая метла по-новому метёт), — буркнул кто-то из толпы.

— Именно так! — жёстко ответствовал Алакдаэр. — Я не собираюсь ждать кинжала из-за угла, и мне претят соплеменники, готовые перегрызть друг другу глотки. Все, кто готов пойти за мной, не пожалеют о своём выборе. Те же, кто воспротивится… — он сделал намеренную паузу. — Ваша судьба будет незавидна. Я не стану требовать ни от кого клятв, вы лишь пройдёте испытание очищающим светом. Кто искренне готов отвернуться от тьмы, останется жить, кто будет привержен старым порядкам — исчезнет в пламени. Я предоставлю всё магии (именно она будет решать, кто достоин стать моим соратником) и потом подчинюсь её воле. Мне известно, что многие не одобряли былые устои. Сейчас у вас есть возможность открыть свои сердца и показать, чего вы хотите на самом деле. Если устали от культа Кровавой Богини и желаете иной жизни, обратите ваши души к свету!

С этими словами архимагистр активировал световые чары, объединив их с заклинанием направленного действия, потом к нему присоединились Дэлиан и Галадрион, черпая энергию небесного светила и ощущая, сколь сильная магия получилась в итоге. Сияющая волна накрыла клетки и прошла сквозь собранных там тёмных эльфов, также она просканировала рабов, среди которых также встречались поклонники тёмных культов.

Послышались крики, кто-то растворялся без следа, кто-то осыпался пеплом. Да, заклинание сделало жёсткий отбор, искореняя как злостных поборников безжалостных ритуалов, так и сомневающихся, которые намеревались затаиться, но при случае собирались вернуться к прошлым делам. Им нет места в новой жизни, их яд больше не отравит тех, кто решил жить по-другому!