Глава 23

Каракка была огромной! Не такой, как затонувший «Ворон», конечно, но…Но зато она была новёхонькой! Из чудного, прямо-таки драгоценного красного ясеня! Трёхмачтовой! С узким носом, переходящим в рею с невысокими бортами и просторной кормой!Первого же взгляда, брошенного на корабль, хватило, чтобы оценить его манёвренность.Обшивка ясенем выполнена вгладь, бока закруглены и загнуты вовнутрь – попробуй, возьми такое чудо на абордаж!Опытный глаз Киаран сходу определил длину – около сорока метров. Ширина, когда, не выдержав, взбежала на борт, оказалась целых семь. На носу и корме располагались развитые надстройки, – кают-компания, капитанская каюта, каюты для офицеров и прочее, что делало корабль четырёхпалубным. И это не могло не радовать!Что уж говорить об исключительной красоте самого корабля!..Всю жизнь Киаран ценила в кораблях, в первую очередь (да и в последнюю) практичность. Вот и сейчас сходу определила грузоподъёмность – явно свыше пятисот тонн, экипаж… рассчитана человек на восемьдесят, но вполне вместит и сто, и сто двадцать, пожалуй… Сорок пушек на бортах, по двадцать с каждой стороны… Да ещё тридцать фальконетов и судовых бомбарделей – лёгких поворотных орудий… И пару красавцев-арбалетов на конструкциях размером с ящера. У Киаран дыхание спёрло.А паруса, паруса…На фок— и грот-мачте они прямые с дополнительными марселями, а на бизани – косые, – паруса были пронзительно-голубыми. Как небо!В сочетании с красным ясенем… У Киаран даже голова от восторга закружилась!А может, тому виной запах нового корабля. Неповторимый аромат свежего дерева, лака, хлопка, а ещё почему-то розового масла и пряностей.Захотелось одновременно скомандовать «Отдать швартовы!», вскарабкаться в «воронье гнездо», встать у руля, а ещё почему-то пуститься в пляс.Последнее желание сильно смутило и Киаран чуть не бегом понеслась к штурвалу.Положила ладони на гладко отполированное, покрытое лаком дерево, пальцы сжала так, что костяшки побелели, а сердце отчего-то ещё застрочило очередью огненного перста, того самого, которым де Янн в Изломе корабль-призрак уложил.Опять Рок де Янн! Даже в собственных мыслях её преследует! Да и наяву прохода не даёт.Оглянулась: так и есть, Рок де Янн следовал за ней. Правда, не спеша. С этой его бесящей самонадеянной ухмылочкой, чтобы его черти съели!Приблизился с грацией крупного хищника, но совсем уж близко подходить не стал. И на том спасибо. Хватит того, что итак глаз с неё не сводит. Бесит!– Вам нравится? – тихо так спросил, вкрадчиво.Да как такое может не нравиться! Очень уж тут всё замечательно, и это она ещё внутри не была… Вслух же Киаран сказала:– Больно приметный.– Паруса, если вы о них, прошиты магической нитью. С тридцати миль они невидимы.– Ненавижу магию, если вы об этом, – отрезала Киаран.– Я в курсе, – граф еле слышно вздохнул и Киаран стало совестно. Совсем на чуть-чуть. – Хотелось и вас порадовать, и сделать его менее приметным.– У вас… получилось, – выдавила из себя Киаран.– Я рад… дельфинёнок, – ответил граф и Киаран вспыхнула до самых корней волос.За прошедшие два месяца случилось многое – от плаванья в залив Тритона, приобретения чуть не целого флота, оружия, найма бойцов ордена «Осьминога» – самых быстрых и опасных на всех семи морях, сражений с гигантскими ядовитыми медузами и зубастыми моллюсками, скользящими по поверхности воды до скрупулёзнейшего планирования предстоящей кампании, расчистки бухт и гротов от рифов. А де Янну вот (да и ей самой, чего уж там) больше всего запомнилась их остановка на Белых Скалах.Киаран тогда воспользовалась подвернувшейся оказией – когда лагерь разбили, ушла купаться в небольшую бухту. Де Янну сказала, что пусть только попробует за ней сунуться – с корнем вырвет (и пару крепких словечек добавила, таких, что Морской Бык часто заморгал). Надо отдать графу должное – с тех самых пор, тогда, на Изнанке, когда своей женщиной её назвал (пожалуй, всё же оскорбил), больше такого не повторялось. Не говоря уже о более весомых попытках завоевать её расположение, коих Киаран очень от него ждала… чтобы пальцы ему на руках сломать, конечно… для чего же ещё. Но он, гад, за руки больше не хватал, с объятиями тоже больше не лез. Правда, ходил везде следом, как привязанный, а пожалуй, даже как тень… и смотрел. Долгим таким взглядом, словно всё чего-то увидеть хотел. Но не видел, стало быть, оттого и смотрел (гад!).В бухте – небольшой совсем, но очень уютной – Киаран тогда наплескалась от души. Как же соскучилась она в мужском обществе по этой лёгкости, по свободе, по бесподобному ощущению тёплой, словно специально для неё подогретой воды на обнажённой коже!..Купаясь, не забывала об осторожности, но никто за неё не подглядывал. Люди графа не осмелились бы, это понятно, а сам Рок де Янн, после её угроз, нахмурился и ушёл бойцов муштровать.А когда обратно вернулась де Янн перестал её звать до невыразимости бесящим прозвищем «жемчужинка».Теперь она была «дельфинёнком».И никакие угрозы-уговоры не действовали. Приходилось терпеть.– Пойдём, покажу кое-что, – позвал де Янн и направился к каютам.Киаран недоверчиво сдвинула брови, но пошла следом.Они спустились на нижний уровень, прошли на подводную часть кормы. Де Янн замер с таинственным видом у голой, обшитой доской стены.– Ну и зачем мы здесь? – спросила Киаран.Близость де Янна нервировала. Находиться с ним наедине, скрытой от людских глаз было неловко. Даже на расстоянии пары шагов от могучего тела графа ощущался жар, веяло дикой, первобытной силой. А ещё он бросал на неё такие взгляды из-под кустистых бровей, что дышать становилось трудно. Хотелось рвануть ворот рубахи, так, чтобы пуговицы запрыгали по полу, чтобы хоть на них отвлечься. От тяжёлого дыхания графа. От еле уловимого запаха табака, что исходил от него, от широченного разворота плеч и могучей спины.– Дай руку, дельфинёнок, – попросил де Янн.Киаран тут же спрятала обе руки за спину.– Зачем это?– Не бойся.– Я боюсь?! – её возмущению не было предела. В тот же миг она выбросила вперед раскрытую ладонь.– Ай! – она никак не ожидала, что де Янн уколет её палец.– Прости, – глухо проговорил он и, не выпуская её руку, воткнул крохотный шип, которым и уколол, в одну из досок.В следующий миг склонился над её рукой и Киаран глазами захлопала, больше от изумления, чем от ярости, когда осознала, что уколотый палец находится у де Янна во рту.Ласка была до того неожиданной и необычной, что Киаран замешкалась. Сначала силилась вдохнуть, потом выдохнуть, и только потом, с раздражением выдернув руку, залепила де Янну пощёчину.Вторую он успел предотвратить, перехватив её руку.Пристально глядя в глаза, облизнулся с видом кота, что наелся сметаны и проникновенно сообщил:– Это того стоило.– Извращенец! – прошипела Киаран и граф, похоже, обиделся.– И в чём здесь извращение, леди? – хмуро спросил он.– В том, что вы… преследуете меня, несмотря на отказ, – нашлась Киаран и, наконец, высвободила руку.– Я позвал тебя сюда не для того, чтобы препираться, дельфинёнок, – ласково проговорил граф и Киаран вспыхнула. Он ещё рассудительность и великодушие изображает! И это вдвойне бесит!– Неужели? – фыркнула она. – Я уж думала, вы заманили меня сюда, чтобы вылизать мои пальцы.– Вам бы другое вылизать, мадам, – задумчиво проговорил граф. – Глядишь, и подобрели бы.Со смехом он увернулся от удара, от второго и третьего тоже. Уворачивался со странной резвостью для такой могучей комплекции и Киаран чуть не взвыла от досады. Проклятый!– Ну хватит, дельфинёнок, хватит, – с улыбкой проговорил граф и Киаран сердито засопела. Пусть только расслабится, она ему покажет! – Теперь положи руку вот сюда.– И что будет?– Сюрприз.– Вы же знаете, граф, я ненавижу сюрпризы.– Да-да, и магию тоже, но, готов побиться об заклад, этот вам понравится.– Принимаю! – азартно воскликнула Киаран. – Если мне не понравится, вы, граф, прекратите меня преследовать и обзывать дельфином.– Я говорил вам, что вы жестоки, леди? – притворно вздохнул граф. – Неужели «жемчужинка» вам нравилось больше? Да не смотрите вы так сердито, я согласен. Но если понравится… – и он коварно замолчал.– Да говорите уже, чтобы вас черти съели!– Вы меня поцелуете, – быстро сказал граф.Киаран хмыкнула.– Мечтать не вредно, – буркнула она и приложила ладонь к тому месту на стене, на которое указывал де Янн.Над головой раздался хлопок, вокруг заклубился чёрный дым.Её подбросило в воздухе, перевернуло, закрутило… а когда дым рассеялся, Киаран обнаружила себя сидящей в кресле с высокой спинкой за письменным столом. На столе лежали карты, в специальных подставках из кости ящеров стояли свитки, рядом, стопкой, лежали книги и толстые тетради… Чернильница с заточенными перьями, стопка магической бумаги…Киаран оглянулась – в распахнутое окно бил солнечный свет.Каюта, в которой она оказалась, была небольшой, но очень уютной и со вкусом обставленной. Высокая кровать, пара стульев, резной комод…– Вот это да, – только и смогла вымолвить Киаран.Воздух слева заклубился, и, когда дым рассеялся, в шаге от Киаран замер смеющийся граф де Янн. Он развёл руки в жесте фокусника после удачного трюка.– Вам понравилось, – он не спрашивал, он утверждал.Киаран досадливо поморщилась.– Что это?– Это? – де Янн взмахнул рукой. – Это – капитанская каюта. Ваша каюта.– Моя?! Я не помню, что соглашалась принять этот подарок.– Помилуйте, леди, – хмыкнул коварный граф. – Какой же это подарок. Я прошу вас принять командование «Крылатой», только и всего.– Как вы его назвали? – голос Киаран дрогнул.– Вам не нравится? – нахмурился граф.Киаран растерянно пробормотала:– Нравится, но…И в тот же миг карие, в золотых звёздах, глаза де Янна сверкнули торжеством, а Киаран поняла, что попалась.Делая вид, что эта его бесящая улыбочка и голодный (и многообещающий) взгляд никак её не касаются, быстро встала и подошла к окну.Положив руки на подоконник, вгляделась в море, надеясь, что удастся привести в норму сердце и дыхание. Ноги и руки странно потяжелели, когда ей на плечи опустились широкие горячие ладони. Пальцы графа скользнули вниз, по батистовым рукавам её рубашки. Он коснулся тыльной стороны её ладоней легко, словно ненароком и тут же оставил их. Вместо этого расположил руки по сторонам от неё, на подоконнике.Она оказалась в ловушке. Стоит оглянуться – и окажется лицом к лицу с графом.Можно было, конечно, вырваться, отдавить ему ногу, сломать пальцы, пнуть в живот, а то и пониже, но… отчего-то не хотелось. В конце концов, она первая начала этот дурацкий спор. И теперь чувствовала себя пойманным в ловушку зверем.– Дельфинёнок, – позвал её де Янн.Горячие и сухие губы коснулись макушки. Даже через ткань обвязанного вокруг головы платка этот невинный поцелуй оказался обжигающим!Колени налились слабостью и девятым валом накатила паника: если он дотронется ещё раз, она просто не устоит на ногах! Нет, конечно, упасть он ей не даст, но… Пора уже заканчивать это представление, тем более, она сама согласилась, за язык её никто не тянул.– Киаран, – снова позвал граф.Она развернулась рывком, стремительно, как смерч, как торнадо!Хотела сама впиться поцелуем в его губы и так же стремительно отпрянуть, считая долг выполненным. Не удалось. Замерла в каких-то миллиметрах от его лица, застыла статуей, нервно кусая губы и делая вид, что не боится.А было действительно страшно. Её никто ещё не целовал, кроме отца и братьев. Не считать же поцелуем то, что было тогда, на турнире… Ещё девчонкой она поклялась себе, что никто её больше не поцелует! Повзрослев, сама посмеивалась над детской клятвой, но… никого и никогда не подпускала так близко, как Рока де Янна.– Ты дрожишь, – прошептал граф и Киаран не выдержала.– Да целуйте уже, чтоб вас черти съели!Поцеловал в тот же миг. Просто накрыл её губы своими. Быстро. Властно. И при этом бесконечно нежно.Губы его оказались сухими и горячими. На какое-то время он замер, а она боялась даже вдохнуть, но, когда он сгрёб её в охапку могучими ручищами и прижал к себе, ощутила себя совсем маленькой и беспомощной. Скорее от удивления, чем от удовольствия из её груди вырвался стон.В тот же миг горячая ладонь легла ей на затылок. Киаран тут же упёрлась руками в мускулистую грудь, но де Янн не позволил ей отстраниться. Принялся целовать снова и снова, нежно, но твёрдо и с каждым прикосновением его губ что-то взрывалось внутри, растекалось со звоном по ослабшим ногам, ухало в груди, обрушиваясь в самый низ живота.Она сама не поняла, как так получилось, что её губы раскрылись под его требовательным натиском. В тот же миг тело пронзила волна удовольствия такой силы, что оно было больше похоже на боль.Киаран отвечала на поцелуи де Янна, сначала робко, несмело, но неведомое томление рвалось изнутри наружу, рвалось яростно, дико, грозя всё смести на своём пути! Руки, вместо того, чтобы упираться в грудь в тщетной попытке отстраниться, обвивались вокруг бычьей шеи. Ног Киаран и вовсе не чувствовала.Из груди вырывались полувздохи-полувсхлипы. Когда де Янн завладел её нижней губой и нежно прикусил, внутри, казалось, выстрелили из крупнокалиберной пушки. Она в ответ тоже прикусила его губу, так сильно, что поцелуй окрасился металлическим привкусом, а граф глухо застонал.– Полегче, девочка, – прошептал он.Секундная передышка обрушилась ушатом ледяной воды.Киаран с силой оттолкнула от себя де Янна и на этот раз удалось.Оба они тяжело дышали.– Дельфинёнок, – позвал де Янн со странной нежностью для такого громоздкого мужчины.– Я… – Киаран хотела сказать что-то резкое, но, как назло, ничего не приходило в голову, – Я…– Ты – что? – спросил он с улыбкой.– Я принимаю командование кораблём, – пробормотала она и ринулась прочь из каюты.