Глава 28

Никогда ещё Рок де Янн не видел Киаран такой. И, никогда, пожалуй, так не боялся за её рассудок. Она смеялась и плакала одновременно и беспрестанно повторяла:– Геор, Геор, Геор, Геор, Геор… Как же хорошо, что ты пришёл, как же хорошо!Де Янн осторожно положил ей руку на плечо:– Но может, это не он сам, дельфинёнок, может, всего лишь вести от твоего брата…Киаран вздрогнула, обернулась и посмотрела на него с таким видом, что де Янн понял: она и не заметила его присутствия. Впрочем, это случается часто… Куда чаще, чем он сам даже склонен себе признаться.Но Рок де Янн ошибся.Когда иол приблизился настолько, что можно было разглядеть предметы на палубе, он увидел мощную, прямо-таки громадную фигуру на носу. Бородатый мужчина в чёрной зюйдвестке приложив ребро ладони ко лбу, смотрел прямо на них.Киаран, казалось, не заметила, как он подхватил её на руки, помогая достать до борта иола. Там к ней тянулись уже другие руки…Спустя мгновение чернобородый гигант сжал его Киаран, такую маленькую и хрупкую, в медвежьих объятиях.Де Янн подтянулся на руках, перебираясь на борт иола.Он чувствовал себя лишним. Верным псом, который вдруг стал не нужен. Это было глупо! Идиотски глупо! Ведь это Геор! Её брат! Брат!! Отчего же у него такое чувство, словно потерял её?! Откуда эта ревность, что застилает глаза, сдавливает горло, сжимает всё внутри, как будто ударили под дых?!Радуясь, что никто на него не смотрит, де Янн облокотился о борт и тяжело дышал. Чушь. Наваждение. Сказывается измотанность последних месяцев. Морские боги! Если ему так хреново, то как ещё держится его храбрая девочка?!Ветер доносил до него всхлипывания, глухие рыдания. Эти двое так и не разжимали объятий, хотя, казалось, прошла целая вечность.– Милая моя малышка Киа… – раздался, наконец, бас и Геор снова замолчал, потому что голос сорвался. Но тут же взял себя в руки. – Милая солнечная девочка с чутким, отзывчивым сердечком. Как… Как ты всё это вынесла… Одна…Это «одна» больно резануло де Янну по сердцу, но он смолчал. Не дело лезть во встречу брата и сестры…– Геор, – рыдала Киаран. – Геор…На памяти де Янна последний раз Киаран рыдала… никогда. Даже месяц назад, когда сидела, закусив зубами деревянную ручку ножа, а лекарь извлекал осколки из раны на боку, заливал ту ромом и сшивал края аккуратными стежками, она только лишь рычала, казалось, от злости, а по щекам тянулись влажные дорожки. Руки тогда тряслись у де Янна, и голос дрожал у него же. Не у неё. И вот теперь она плачет в голос, рыдает, бормочет что-то, а призрачные силуэты опустились на палубу и казалось, тоже прильнули к ним с Геором…– Где же ты был, Геор, – плакала Киаран, как никогда сейчас похожая на маленькую обиженную девочку. – Где ты был… Почему тебя так долго не было-о-у-у…И она просто завыла, горько, по-бабьи, кривя рот, глотая звуки…Де Янн многое бы отдал, лишь бы только высушить её слёзы.Геор отстранился и де Янн, наконец, смог разглядеть его.Не таким он его представлял по рассказам Киаран. Огромный, ростом с самого де Янна, могучей комплекции, черноволосый, курчавый – зюйдвестка съехала за спину и держалась, должно быть, на тесёмке. Чуть не по глаза заросший чёрной густой бородой, лицо, как у всех моряков обветренное и загорелое, с ранними глубокими морщинами. А глаза у него оказались пронзительно-голубыми, как у сестры. И такими светлыми, ясными, что де Янн даже пару раз моргнул.– Я был в Пристанище, маленькая, – пророкотал Геор Морето. – Это место не так-то легко найти, даже для… таких, какими стали Густав и Брендон. Туда не долетают вести из большого мира. Но как только увидел их… такими… сразу выехал к тебе.– П..п…пристанище? – из-за остаточных спазмов после рыданий у Киаран не сразу получилось повторить за братом. – Что это?– Так просто не расскажешь, – тихо сказал Геор, привлекая сестру к себе, гладя по волосам. – Это самое лучшее место в мире, милая. Единственное место, где стоит быть. Прости меня, Киа… Я ждал тебя… Если бы ты приплыла в Нью-Терру, я бы узнал… Надо сказать, я совсем забыл о времени. В Пристанище время, да и всё остальное, – всё совсем по-другому.– Что же ты там делал?Губы Геора растянулись в какой-то мечтательной, солнечной улыбке.– Слушал Его, – сказал он.– Кого? – не поняла Киаран.– Его, – тихо повторил Геор. – И ты тоже Его услышишь. Он прибыл сюда вместе со мной. Он всегда со мной!На этот раз Геор улыбнулся широко, а Киаран нахмурилась.– С тобой? – она оглянулась. – Где же он? Геор, ты пугаешь меня…Геор только привлёк её к себе и расцеловал в обе щеки.– Он услышал Брендона и Густава, передал мне их слова. Очень опечалился из-за горя и бедствий, свалившихся на тебя, Киа. Он много слышал о тебе. Поэтому покинул Пристанище и пересёк Шепчущий океан вместе со мной.– Ну так где же он? Я хочу познакомится с твоим другом!При этих словах Киаран внутри у Рока де Янна что-то оборвалось. А когда Геор заговорил, брови его столкнулись у переносицы.– Он отправился в Королевскую Бухту.– В Королевскую Бухту?! – Киаран часто заморгала.– Он сказал, там сейчас он нужнее. А скоро и вовсе его присутствие станет необходимым…Киаран отстранилась от брата, впервые беспомощно оглянулась на де Янна и пробормотала:– Он будет сражаться на стороне короля?..Де Янн сам себя не узнавал, но отчего-то отчаянно жаждал, чтобы Геор сказал «да». Тогда, казалось, отвратительный ком, сосущий изнутри, исчезнет, а он опять вдохнёт полной грудью… Даже избавления от проклятия Хранительницы он не ждал так истово, так обречённо, как ответа этого бородатого моряка.– Нет, что ты, малышка Киа, Он не сражается. Ему противно насилие.Киаран выдохнула.– Это… Это какой-то храмовник? Учитель? Твой учитель из Нью-Терры, который учит добру?Она хмурилась. Кусала губы. Отчаянно пыталась понять.Геор покачал головой.– Нет, Киа, – сказал он. – Он – и есть Добро.– Что ж, – Киаран пожала плечами. – Добро мне и вправду сейчас ни к чему. А ты, Геор? Ты тоже стал добрым, как этот твой друг и не будешь сражаться за трон Таллии? За моё место на нём?Затаив дыхание, она ждала ответа. Она была обескуражена. Долгожданная встреча с братом… И вот, когда случилось то, о чём она не смела и мечтать, оказалось, что Геор одновременно тот же и не тот. Изменился и не изменился. Это ведь он, её Геор, её любимый, обожаемый брат… но какие же странные слова он говорит! И каким ясным, чистым светом горят его глаза!– Я буду сражаться вместе с тобой, сестрёнка, – тихо, и, как показалось Киаран с тоской сказал Геор. – Потому что это мой долг.Киаран выдохнула облегчённо, а затем оглянулась на де Янна с таким видом, мол, я же тебе говорила! Вот он какой, мой Геор!На этот раз Рок де Янн не стал оставаться в стороне.Подошёл, протянул руку, представился.Стоило Геору Морето пожать её, Киаран сверху ладонь положила.– Геор! Геор! – воскликнула она, как маленькая. – Ты ошибался, если думал, что я тут совсем одна! Вот… Рок. Без него бы у меня ничего не вышло. Он сперва в Изломе меня спас, потом на Изнанке, меня мои же люди убить хотели… И потом бессчётное количество раз спасал.– Ваша сестра тоже меня спасала. Не раз, – глядя в глаза чернобородому здоровяку, глухо проговорил де Янн.Голубые глаза Геора смотрели пристально. Взгляд словно в самую душу проникал. И всё же во взгляде Геора де Янн чувствовал холод. Осуждение? Должно быть, понял, в каких они отношениях с его сестрой состоят… Но разве в том его, де Янна вина? Разве не просил её стать его женой перед богами и людьми? Сколько раз, когда они оставались наедине, и, насытившись друг другом, предлагал, умолял, угрожал даже… А ей всё об стенку жемчуг.Усмехалась, смотрела странно, а потом притягивала к себе его голову, впивалась поцелуем в губы… и он рассудок терял, плыл, как мальчишка. Всё глубже и глубже утопал в ней, увязал. В аквамариновых очах, в практически неуловимой усмешке в уголке алых губ, в её жарких ласках, в поцелуях… Гладкой, как атлас коже… А потом отшучивалась, говорила, вон, видишь, мол, теперь я хозяйка ленты. А когда Джанес ею была, та во сне всех её мужей душила. Не боишься? С самой смертью играть? И белые зубы скалила. Всё ей нипочём.– Стало быть, вы, граф, не оставили мою сестру в трудный час, – проговорил, наконец, Геор. – Я век за это буду вам благодарен.Де Янн выдохнул. Хотя, если бы её брат не принял его, что бы это изменило? А ничего.Вслух же этого не сказал. Кивнул. Подтвердил, что и не оставит. Никогда.Геор тоже кивнул. Но как будто не ему, а каким-то своим мыслям.Этот вечер, впервые за долгие месяцы Рок де Янн провёл в одиночестве. Киаран говорила с братом. С братьями.Раньше Киаран тоже часто уходила, чтобы одной побыть. Если на корабле были, на вахту заступала, к штурвалу и не любила, когда ей мешали. Разве что огольца Кильку рядом могла выносить. На земле же – как правило выбирала место поспокойней, у самого моря и сидела, обхватив колени руками, замерев, как идол, вдаль вглядывалась. Де Янн в такие часы не приближался, издали наблюдал. А когда губы её открывались и двигались, силился разобрать, что говорит… Но ни разу не выходило у него.Но по ночам она возвращалась. Всегда. Обрушивалась шквалом страсти и нежности, затягивала в пучину, в самую глубину, в самое, что ни на есть, средоточие шторма, где нет ни верха, ни низа, ни права, ни лева. Ни жизни, ни смерти.