Глава 29

Битва у островов Витли-Лену, тех, что лежат на пути к Королевской Бухте была кровопролитной, яростной… поначалу. Закончилась она совершенно неожиданно, словно лишь померещилась Киаран.Когда целые эскадры королевского флота стали поднимать белые флаги, Киаран поняла, что победила. Её войско разрасталось с каждым часом, всё новые и новые дома стремились присягнуть ей, наследнице герцогства Бэхингем, на верность.Но чем ближе стремительно разрастающийся флот подходил к берегам Королевской Бухты, тем яснее становилось, что капитулировали не все. Далеко не все.Многие дома со своими войсками продолжали противостоять захватчикам.Также надо отдать королю должное: он не зря собрал армию из наёмников. Не зря окружил себя сильными магами. Пусть прибрежные и островные лорды восстали против своего сюзерена и перешли на сторону противника, основные силы королевской армии ждали на берегу.Корабли Киаран гибли сотнями, сгорали в магическом пламени, рассыпались на тысячи осколков после поражения ледяными стрелами, раскалывались на части после ударов молний.Когда Киаран ступила на берег, он был уже чёрный от крови.Оставив корпуса «осьминогов» под командованием Геора и де Янна, Киаран повела свою дивизию к городским стенам, к королевскому дворцу.Если кто-то доберётся до Дино раньше неё, она никогда себе не простит!Крепостные стены не пришлось даже брать штурмом, как планировала Киаран.Предавшие своего короля гвардейцы просто распахнули ворота перед войском Киаран.Они торопливо слагали оружие и опускались на колени, в надежде на милость победительницы.Простой люд, изголодавшийся, забитый, оборванный приветствовал войско Киаран робкими криками.– Не трогать ни женщин, ни детей, – хрипло скомандовала она, когда приблизилась ко дворцу. Подумав, добавила: – А также тех, кто признает себя побеждённым. Здесь много приспешников Дино, тех, кто предал дом Бэхингемов. Но их всех будет судить королевский суд. Справедливый суд.В одном она была уверена – Вулго не доживут до суда.Дом Бэхингемов разбит… не устоит и дом Вулго.– Дино и принц Джефри – мои, – сказала она.Через несколько минут она шла по дворцовым покоям.Дино Вулго и не думал сражаться вместе со своими людьми. Он не вышел и на стену, чтобы вид короля подбодрил войско.Даже в тронном зале его не было. Были лишь королева с младшим сыном да придворные дамы, что молили не убивать их.Киаран с мстительной ухмылкой смотрела, как принца – белокурого мальчишку лет семи оттаскивают от матери. Она собиралась убить его, поступить так, как поступил Дино с её братьями. Даже с самыми маленькими.Но что-то сдержало её. Наверное, ещё не время.Сначала Дино.– Под стражу младшего Вулго, – скомандовала Киаран и обратилась к замершей на коленях королеве: – Где Дино?Та распласталась перед ней, прорыдала лишь «Пощади!»Пожав плечами, Киаран переступила через умоляющую её женщину и покинула тронный зал.Кажется, она знает, где искать…Дино и в самом деле нашёлся в той самой башне.Один, брошенный даже стражей и магами, которые наверняка были с ним, но которые также наверняка предали его, стоило только войску Киаран приблизиться ко дворцу.– Ты боишься меня, Дино, – без лишних предисловий сказала Киаран, заходя в комнату, где её заклеймили. – Хочется жить. Или просто не хочется умирать.Она не спрашивала, она просто говорила, что видит, что думает.Плечистый, грузный, всё ещё могучий с виду, но преждевременно обрюзгший, какой-то обмякший, Дино замер у окна с зажатой в кулаке склянкой. Решётки на окне больше не было. Король (пока ещё король!) переводил взгляд загнанного зверя с Киаран на окно и затем на склянку в своей руке. Сглатывал, мотал головой, словно пытался стряхнуть с себя что-то, смотрел на Киаран с ненавистью.– Что? – усмехнулась Киаран. – Думаешь, какую лучше выбрать смерть? Яд или прыжок вниз? Я подскажу тебе: любой. Любая смерть будет милосерднее, чем смерть от моей руки. Клянусь.Она отбросила в сторону меч. Тихая, клокочущая ненависть, охватившая всё её существо диктовала прикончить гада одними лишь руками. И делать это медленно. Не позволить сиюминутной вспышке ярости даровать быструю смерть от меча тому, кто был её недостоин.Сообразив, что Киаран не спешит его убивать, Дино как будто воспрял духом. Плечи его распрямились, подбородки перестали трястись.– Но я-то не убил тебя, Киаран! – то ли с ненавистью, то ли с надеждой выкрикнул он.– Не убил, – подтвердила Киаран, медленно приближаясь. Дино принялся пятиться назад, вдоль стены, с тоской поглядывая на ставшее недоступным окно. – Меня. Но я – не ты, Дино. Я не оставлю врага за спиной. Не надейся.– Но ведь я, я тебя не убил! – срывающимся на фальцет голосом, повторял Дино.– Только братьев, – отрезала Киаран.– Бастардов! Бастардов Морето!!– И отца. Герцога Бэхингема. Или ты забыл?– Неправда! – взвизгнул Дино. – Он сам умер! Он болел! Ты же знаешь!– Он не выдержал пыток, – тихо сказала Киаран. – Ты пытал старого и больного человека. Человека, верного короне.– Это делал не я! И я не приказывал убить его! Он был упрямым, старый Бэхингем! Он не хотел признаваться в измене!– А всем ты объявил, что он признался, – процедила Киаран.– Лучше бы признался! Всем было бы лучше!– Всем – это кому? – нехорошо усмехаясь, спросила Киаран, приближаясь.– Ты не понимаешь! Ты ничего не понимаешь! – визжал Дино. – Я должен был так поступить! Всё, что я делал, делал ради Таллии!Киаран скривилась, наклонила голову в бок. Ей надоел этот разговор. Она раздумывала, куда бить в первую очередь, чтобы получилось больнее.– Ради Таллии? – тихо переспросила она. – Значит, это ради Таллии ты убивал детей? – спросила она. – Тех, кого назвал бастардами.Она подошла совсем близко, но Дино и не думал защищаться. Он присел и зажмурился, прикрывая руками голову. Смотреть на него было мерзко.– Они не были бастардами, будь ты проклята! – выдохнул он и Киаран, которая занесла уже руку для первого удара, замерла.– Что ты сказал?– Отец был глуп! Так глуп, что не распознал измены под своим носом! – брызгая слюной, выкрикнул Дино. Киаран брезгливо поджала губы и отступила на шаг. А Вулго, пользуясь выигранным временем, заговорил скороговоркой: – Перед отплытием в Магрид Бэхингем получил от отца разрешение дать своё имя всем своим бастардам! С правом наследия!– Повтори, – тихо приказала Киаран, покачнувшись и уперевшись ладонью в стену.– Из Вулго, значит, только два наследника, – пробормотал Вулго, – я и хиляк этот доходяжный, а следом все вы, двадцать девять Бэхингемов идёте! Плодовитые, как насекомые! И что мне было делать? Род Вулго по сравнению с вами, Бэхингемами, пшик один! Ты-то сама сейчас, по дороге к трону, не сильно-то людей жалеешь. Чем ты лучше меня?!– Ты и отца своего убил, – тихо сказала Киаран. – Короля Иакова… За то, что Морето имя Бэхингем позволил дать…– Это была последняя глупость отца! – вскричал Дино. Бухнулся задом на пятки и, тяжело дыша и часто кивая, не сводя с Киаран молящего взгляда, страстно зашептал: – Я и бумаги уничтожил, да только из магической храмовой книги листа не вырвать, и книгу проклятую не сжечь! Я распорядился храмовникам, что записи делали, языки вырвать, чтобы, значит, не проболтались. Видишь? Я честен с тобой, Киаран! Пощади же! Трон забирай, Таллию… всё. Жизнь оставь только!..И он заломил руки, пытаясь встать на колени, но те так дрожали, что так и остался сидеть на пятках и бормотать невнятно.– А на что тебе твоя жалкая, поганая жизнь? – равнодушно спросила Киаран.– Я ведь тебе твою оставил, – снова напомнил король. – Отец мой мёртв, мать с братом лишь… Ну так отомсти мне, убей их!! Я ж распорядился тебя даже после пыток вылечить!!Он сорвался на фальцет, а на расшитых золотом кюлотах разлилось мокрое пятно.Киаран брезгливо поморщилась.– Обычно умирая под себя ходят, – процедила она. – Ты же подохнешь в луже собственной мочи, как собака, Дино.Больше говорить не стала.Ненависть, раздирающая душу в клочья, вырвалась на свободу! Застлала красным глаза, ударила под дых, перекрывая возможность дышать, впилась острыми зубищами в сердце, затрепала его, как бешеный пёс. Боль от этой ненависти, от ярости, поглотившей всё её существо была дикая, неистовая! Камнепадом обрушилось понимание, что если сейчас же, собственными руками не прикончит тварь, не видать ей не то, что счастья, а и самой жизни.Била. Яростно, не разбирая, куда бьёт, сбивая костяшки пальцев в кровь, забыв, что мечтала убивать его медленно.Дино лишь выл и дёргался, пытался прикрыть лицо, кто увидел бы эту жуткую картину со стороны – подивился бы, что эдакий увалень и не думает противостоять маленькому яростному смерчу с алой лентой, змеёй извивающейся над вздыбленными волосами.Кровавая пелена схлынула с глаз также внезапно, как и завладела Киаран. Она словно со стороны увидела себя, сидящую на теле своего врага, держащую его за волосы и колотящую тем, что осталось от лица, об пол.Он хрипел и трясся, царапал обломанными ногтями каменный пол.Киаран замерла. Тяжело дыша, поднялась, отошла и подняла меч.– Я обещала, Дино, что последние, что ты увидишь, будет лезвие моего меча, – сказала так спокойно, что сама свой голос не узнала.Дино и не думал смотреть. Лишь тихо подвывал и вонял отвратительно.Тогда Киаран проговорила:– Я, Киаран Бэхингем, герцогиня Бэхингема и королева Таллии, приговариваю тебя, Дино из дома Вулго, к смерти.Последнее, что Дино провыть успел, это опять «пощади» было.Сжав губы в одну линию, Киаран размахнулась и ударила. Меч скрежетнул лезвием о камень. Голова её главного врага покачнулась на отрубленных кистях и откатилась в сторону.Ноги перестали держать, Киаран осела прямо в растекающееся багровое пятно. Какое-то время просто сидела, очумело мотая головой, затем всё же заставила себя подняться, и, оставляя на стене рукой кровавый след, вышла на лестницу.Она ждала, что со смертью Дино что-то изменится… Дышать, что ли легче стать должно было? Она думала, это по меньшей мере…Не стало.Только приторный, сладковатый запах смерти врезался в ноздри, кровь, казалось, намертво въелась в рубаху и портки. В ладони.Прежде, чем покинуть башню, Киаран спустилась в подземелье. Сразу вроде как забыла, но, когда хотела уж выйти, лента в волосах дёрнула, напомнила.Не зря, стало быть, её Кровавой дорогой прозвали…Палачей кончала уже без разговоров. Одного ударом в тощую спину, а пятившегося от неё горбуна просто пополам рассекла – от уха и до чресел, одним ударом. Сама дивилась, откуда силы взялись.Но и их смерти не принесли облегчения.Кто там следующий?***Киаран шла через дворцовую площадь. Толпа, состоящая из перешедших на её сторону гвардейцев, солдат де Янна и Геора, «осьминогов» в лёгких кожаных доспехах расступалась перед ней.Весть о смерти бывшего короля каким-то чудом опередила её. Ах да! Она же ещё кончала палачей…В сгустившемся воздухе растекались зычные крики, издаваемые лужёными мужскими глотками, боевые и победные кличи, звучали приветствия новой королеве.С каждым новым шагом они всё больше сливались в единый гул, а лица воинов были словно подёрнутые дымкой.Мир вокруг Киаран расплывался, терял очертания, становился блёклым и каким-то ненастоящим. Словно сон. Сон! Ну конечно! Должно быть, ей всё это снится, только вот почему-то мучающий её кошмар затянулся…Киаран перевела взгляд на собственные ладони, красные от крови, и с удивлением отметила, что они прежние, чёткие.Значит, она – реальна. А мир вокруг – нет.Киаран помотала головой, надеясь, что это поможет прийти в себя и вернёт миру утраченные границы.Но ничего такого не произошло. Вместо этого в голове зашумело, сильно, заглушая остальные звуки, которые звучали глухо, словно даже не надеясь пробиться сквозь окружающий Киаран кокон.Она покачнулась.Десятки рук протянулись к ней, но она взмахнула руками, отвергая любую помощь. Устояла.Словно сквозь толщу воды загрохотали пушки. Семь раз. Победа! Битва окончена… Киаран скорее почувствовала, нежели поняла, что грохот этот раздался со стороны побережья. Со стороны моря. Моря!Вот что необходимо ей! Прямо сейчас!Ей срочно нужно к морю.Оно не может утратить реальность. Только не море. Сколько она себя помнит, море было всегда.Она увидит лазурную границу, разделяющую море и небо и всё опять станет, как раньше. В мир вернётся реальность.Пошатываясь и морщась на приветственные крики, Киаран направилась к выходу из городских ворот.Кажется, она что-то забыла. Сделать что-то важное. Только что?Киаран решила, что неважно. Всё неважно. Вообще всё. Сейчас ей срочно нужно к морю.Подёрнутое дымкой пушечных выстрелов, пропахшее порохом и смертью, усеянное покорёженными телами… Каким страшным, должно быть, было бы побережье, будь оно реальным.Киаран шла, переступая через погибших и раненых, не чувствуя ног, не различая отдельных голосов, которые стонали, хрипели, вскрикивали.Мир «плыл» перед глазами, раскачивался, словно палуба в шторм. Оранжевое солнце, стремящееся к блёклой линии горизонта, оказывалось то высоко, над головой Киаран, то отъезжало куда-то вбок.Она махала руками, странно чёткими, багровыми, словно надеялась, что эта чёткость перекинется с её рук на остальной мир, и он, таким образом «оживёт».Не выходило. Становилось только хуже.Утративший границы мир начал терять и свет.Киаран жмурилась, подслеповато моргала, истово тёрла веки кулаками, надеясь, что это всё ей кажется. Некстати вспомнилась ослепшая галеонная фигура и полёт над волнами в кромешной тьме.«Неужели это всё? – думала Киаран. – Неужели мой мир держался единственно лишь на мести? И теперь, когда мстить стало некому, мир тоже исчезает…»Свет ударил по глазам с такой силой, что отозвалось тупой болью где-то внутри головы.Киаран выставила перед собой руку, словно защищаясь и рука её растворилась в свете.