Часть III. Леди капитан и Остров Сокровищ

День у графа Рока де Янна с утра не задался. Да что там день. Неделя. Месяц. Год.Годы…Клятых пятнадцать лет пленником на собственных островах, без возможности выйти в открытое море. И, если не хочешь сложить кости там, откуда таким чудом удалось вырваться (бр-р… уж лучше рыб кормить, чем стеречь чужое золото!), и не думай о дальних плаваньях и славных корсарских набегах.А лавировать между островами своего архипелага… Лорд де Янн чувствовал себя дельфином, которого сетями выудили из родной среды и выставляют на ярмарке в корыте на потеху публике.При таком раскладе лучше и вовсе не покидать центральный остров, Сторм, не мучить себя лишний раз, не дразнить соленым запахом моря и свободы, видом бесконечных синих горизонтов…Одна ночь, тогда, пятнадцать лет назад, перечеркнула всю его жизнь, поставила крест на свободе и море.Один только раз он поверил напарнику, доверился безоговорочно…Так тот и добычу сгубил, и сам сгинул.И друга подставил.Крепко подставил.Бывшего друга.Потому как оказалось, не был Морскому Быку Морской Дьявол другом. Была, конечно, когда-то дружба… Да вся вышла. Золото между ними встало.Жадность Морского Дьявола сгубила.Был моряком, удача его любила, женщины…А стерегут теперь его кости обманом добытое, оправдал, стало быть, прозвище, что при жизни получил…Весна вступала в свои права, снова и снова опадала на Сторм ливнями и грозами.Как всегда, по весне начал ныть и кровоточить застарелый шрам, напоминая о кошмарных событиях ночи, случившейся пятнадцать лет назад и перечеркнувшей всю его жизнь.В такое время графу де Янну случалось неделями не покидать башню, жечь курильню, пить вино и менять девок из дома наслаждений, как перчатки.Но даже сквозь дымную ароматную завесу и терпкий сладкий дурман, сквозь ахи и стоны довольных, как нализавшиеся сметаны кошки, девок, нет-нет, да и пробивался солёный воздух свободы, врезался в ноздри, бил в голову, грыз, раздирал изнутри, звал… В море, в бурю, в ветер… В свободу. Свободу, которая полощет над головой парусами, стелется над волной пушечным дымом, искрит и переливается золотым и серебряным звоном корсарской добычи.Он ничего не ждал от этого дня. Этого и всех последующих. Когда каждый твой день похож, как две капли воды, на предыдущий, взгляд поневоле устремляется в вечность.Ровно до того момента, как бумажная чайка пролезла в щель между портьерами, сминая крылья и обрушилась мокрым комком на колени.Магические чернила не расплываются от непогоды. Почтовая бумага также плотная, способная выстоять против целой вереницы дождей. И всё же почтовые чайки облетают опасные места, чтобы наверняка добраться до адресата.То, что это письмо попало к нему насквозь вымокшим, значило одно: тот, кто его отправил, хотел, чтобы чайка как можно скорее добралась до адресата.Граф де Янн торопливо развернул письмо. Стоило пробежать глазами первые же строчки, окаменел. Это было слишком невероятно, чтобы быть правдой! Но, если это так и в письме без подписи – правда, он дождался своего часа!Неужто… Скоро он покинет ненавистные стены, вдохнёт полную грудь соли, втянет ноздрями бескрайний морской простор.А что, если нет? Что, если это обман? Ловушка? Шутка? Но кто мог так пошутить над ним, если там, на Изнанке они были только вдвоём, не считая идола? Он и Морской Дьявол?Де Янн принялся нервно мерить шагами комнату, как зверь в клетке.А потом вдруг застарелый шрам задёргался, словно живой, перед глазами потемнело. Подхватив курильню за железные ножки, граф со всего размаха расшиб её о стену, с рычанием, напоминающим рёв дикого зверя, содрал тяжёлые портьеры и швырнул их вниз с ненавистью.Упёрся огромными ручищами в подоконник, закрыл глаза и вдохнул. Скоро, скоро он вдосталь надышится морем и в глотку морскому дьяволу сомненья!***Он ждал, что сегодня придут. Ощущал кожей, чуял безошибочным нюхом морского волка. Что-то изменилось в самом воздухе ровно в полночь.Шрам налился кровью, запульсировал, скрутился жгутом… де Янна привычно скрючило, затрясло, а потом граф Рок де Янн перестал его ощущать. Впервые за пятнадцать лет.Это означало одно.На его острове – часть клада. Ключ к сокровищам Призрака.Если верить утренней чайке, только близость ключа (не милость же Хранительницы, смешно, ей-богу!) способна снять с него проклятие.Рок со вдохом закинул руку за спину, скользнул пальцами в ворот. Шрам всё ещё был там. Чтобы он исчез окончательно и дал бывшему корсару свободу, нужно, чтобы ключ попал к нему в руки.И он уже приближался. Сам к нему шёл!!Дверь за спиной открылась бесшумно. О том, что в комнату вошли де Янн понял по колебанию воздуха, облизнувшем шею.Поступь лёгкая, осторожная.Его добыча тихо закрыла за собой дверь и застыла, словно затаившийся перед прыжком зверь.Безошибочное чутьё определило женщину. Стало быть, тот, кто прислал письмо не соврал. Леди капитан…Знает ли она, что сама принесла сюда то, что освободит его, Рока де Янна, от проклятья? Знает ли о проклятье вообще? Если да, то она и вправду так умна и опасна, как поведала чайка. Тем интереснее взглянуть на неё…Он не удержался, чтобы пошутить.Притворившись, что принял её за шлюху, приказал размять ему плечи (интересно, а что она сделала со шлюхами? Впрочем, их судьба волновала сейчас графа Рока де Янна меньше всего).Было забавно ощущать спиной её гнев, смятение, сомнения.Что победит?Серьёзность или азарт?Кто ты, девочка? Безжалостный мститель или искатель приключений?Примешь ли ты правила моей игры или надеешься играть по своим?Не со мной. Не с графом Роком де Янном.Когда прохладные пальчики опустились на плечи, всё внутри замерло.Сперва прикосновения были лёгкими, едва ощутимыми, как трепыхание крыльев бабочки, а потом вдруг тонкие женские пальчики налились недюжинной силой.Даже и не скажешь, что руки, с таким усердием хозяйничающие на его плечах, принадлежат женщине. И то, что дарили сильные, смелые касания… это было… было… Сказалась, должно быть, близость ключа, стоило ей коснуться его, шрам тут же перестал ныть, и, проклятье медузы, никогда ему не было так хорошо…И дело, кажется было не только в покидающем его проклятье…От неё пахло свежестью. Чем-то удивительно сладким, пряным, с нотками соли и такой долгожданной свободы. А её пальцы… Они творили чудеса с его телом, отзываясь по всей поверхности кожи, а больше всего ощущения центрировались… хм… там, где и положено.Не сказать, чтоб такое её воздействие что-то меняло.Всё, что ему нужно – коснуться ключа… А с ней… С ней предстояло поступить так, как настойчиво «советовал» отправитель чайки.Должно быть, он расплылся от запаха долгожданной свободы, размяк от сильных, настойчивых касаний.Когда она резко повернула на себя его голову, было поздно. В виски набатом ударило осознание, что он только что чудом избежал смерти.Погибнуть после пятнадцати лет ожидания… было бы крайне глупо. Ещё и от руки женщины. Нет ничего странного в том, что Рок де Янн рассвирепел. Даже не на неё. На себя.Прав отправитель, прав.Кончать её – и дело с концом!Но в момент, когда она оказалась у него на коленях, застыл, замер, как дурак, как мальчишка. Хорошо, рот прикрыл.Если он знал, что только что избежал смерти, она, пожалуй, не подозревала. И никогда не узнает.Едва увидев её лицо, Рок де Янн знал наверняка, что не убьёт её. Никогда не убьёт.У неё были глаза цвета аквамарина. Светлые, прозрачные, сияющие из-под бархатных вееров ресниц. Таких густых и пышных что невольно задумываешься – не тяжко ли векам такое богатство поднимать. А ещё у неё были пухлые, изумлённо приоткрытые губы. Срывающееся с них дыхание было чистым и свежим.Рок де Янн видел многих женщин, многие ему нравились, ещё большим нравился он сам. Он же в последние годы даже не различал их лица. Да и несмотря на разные формы, фигуры… Их ценность была для него только в одном. Да и какая то ценность…У ночной гостьи было лицо сердечком, широкие и густые брови, иссиня-чёрная копна волос, из которой пружинками торчат завитки. А в волосах – лента.Та самая.Красная лента, что была на идоле.Стоило увидеть её, как больше уже ничего не видел.Предчувствие не обмануло его. Как и почтовая чайка.Вот он, ключ!Вот то, что снимет с него проклятие и снова сделает свободным!Воспользовавшись его замешательством, ночная гостья вскочила, смотрела настороженно, но не испуганно. Упрямая линия подбородка и плотно сжатые губы говорили, что она вообще не из пугливых.А когда озвучила цель своего визита, Рок де Янн только что не присвистнул, как мальчишка.Ничуть не сомневаясь в его согласии, нахалка сообщила, что с его, де Янна помощью, захватит трон и получит корону.Он чуть не расхохотался ей и её плану в лицо.Так радикально развеять скуку он и не думал.Дело оставалось за малым: чтобы сама ему ключ в руки дала… и убиралась откуда пришла подобру-поздорову.Но что-то в ней было такое, что Року де Янну вдруг захотелось, чтобы не уходила.И дело было даже не в красоте, хотя, признаться, настолько красивую женщину он впервые в жизни видел. Да даже этой вот копны иссиня-чёрных волос достаточно было бы, чтобы куда более скромную внешностью даму посчитать хорошенькой… Может, дело в утончённых манерах? В гордой посадке головы, в благородном выговоре? Отвык он за время заточения на собственных островах от общества благородных дам…И всё же нет.Она, казалось, собой воплощала всё то, о чём он грезил долгих пятнадцать лет, к чему его сердце стремилось. Подумалось даже, что во сне её видел, только там, в мире грёз, всё лицо не мог разобрать. И, кажется, там у неё крылья были.И тем разительнее было увидеть у неё на плече клеймо.Нет, он по-прежнему не собирался давать ей свои корабли и людей. Или всё же…По сути то безумие, что она предлагала, это самая масштабная пиратская кампания в его жизни. Именно с такими и нужно выходить на свободу!Опять же, сокровища Призрака, к которым у неё ключ. Только знает ли она его тайну, или, как утверждает анонимный отправитель, не догадывается? Если бы догадывалась, не принесла бы с собой в его логово.Ключ сам приведёт её к сокровищу, граф де Янн ей зачем? Не потому ли, что однажды вернулся живым из Излома?Во весь этот бред по поводу разорения короны и захвата трона как-то слабо верилось…Скорее всего, девчонка и вправду не догадывается о ценности ключа. В отличие от него, де Янна. Чудно́, ещё несколько минут назад он уверен был, что тем, что причитается ему по праву, ни с кем делиться не будет.Но что-то в ней было…Не то, чтобы это что-то меняло, но…Захотелось вдруг узнать её историю.Как есть, в деталях, с подробностями.И она не разочаровала. Не стала кривляться, кокетничать.Пожав плечами, мол, мне скрывать нечего, стала рассказывать.Голос у неё был глубокий, звучный. Про такие принято говорить обволакивающий, проникающий в душу, как у сирены.И чем дальше говорила, время от времени отпивая из кубка, тем меньше Рок де Янн сомневался в том, что отпустит её одну на то, что задумала.Что вообще её отпустит.