Глава 22

Новый день. Я еще час лежала в постели, заставляя себя подняться. Было противно от своей слабости, никчемности, несдержанности. Случившееся меня настолько выбило из колеи, что сил на другие мысли, кроме скорбных, не осталось. А ведь мастера убили. Хладнокровно и жестоко, заколов ножом. Кто-то, глядя ему в глаза, холодно отнял жизнь у беспомощного старика. Кто? Я решительно сбросила с себя одеяло. Как я могла так расклеиться, что упустила главное — убийца на свободе! Одевалась я поспешно, натянув на себя первое, что грохнулось на голову из открытого шкафа. Хотя я давно уже так одеваюсь. Спускаясь по лестнице, я расслышала голоса. Домашние находились внизу и тихо беседовали. Звенела посудой Ольха, шуршал метлой Хмель. Каратай, Вяз и, как ни странно, Дорхе сидели за столом.

— А вот и Данюшка проснулась, — известил всех Вяз. — Мать, Данка встала.

Ольха высунулась из кухни, улыбнулась мне слегка вымученной улыбкой и махнула в сторону стола. Все молчали, не желая друг другу "доброго ура", ведь оно у нас давно не доброе. Наличие за столом дракона и его мирное сосуществование с Каратаем на одной жилищной площади меня озадачило окончательно. Вот такая озадаченная, я и поплелась помогать Ольхе накрыть на стол.

— Как ты, золотце? — погладив меня по спине, спросила боровичиха.

— Лучше, а вы?

— Тоже... наверное, — Ольха судорожно втянула ртом воздух, пытаясь сдержать рыдания.

— Тихо, тихо, — я встала на колени перед боровичихой, обняла, утешая. — Нужно держаться.

Ольха пару раз тихонечко всхлипнула, но, взяв себя в руки, отстранилась и вернулась к делу. Мы молча приготовили и подали завтрак. Молча уселись за стол. Неловко было поднять глаза на Дорхе, сидевшего напротив. Вспомнилось, как я ночью повисла на нем, не давая уйти. Вот, видно, даже ночевал у нас, мятый весь, круги вокруг глаз. А оно ему надо? У него забот по макушку, а тут я с моими нервами. Ему еще навь ловить, убийцу искать. Я резко подняла взгляд на дракона.

— Мастер. А слышно что-нибудь о... — и замялась, не в силах сказать "убийце".

— Нет, — Дорхе нехотя поднял взгляд от тарелки. — Но и я, и Бус уверены, что убийца связан с навью, появившейся в городе. Убил он впопыхах, от страха быть раскрытым или от злости, что мастер узнал его тайну.

— А нож?

— Обычный нож. Для хозяйственных дел. Лежать мог где угодно, там же, в академии, к балу готовились. Отпечатков тьма. Тоже тупик.

— Тупик... — выдохнула я.

— Но убил маг, — сухо продолжил дракон. — С ножа стерты все отпечатки. Даже ауры. А это говорит о том, что мастер знал, кто натравливает эгрегоров на магов и главное — знал убийцу.

— Теперь он спрятался?

— Затаился. Но он себя выдаст... Данна, я могу еще раз наведаться в кабинет мастера?

Я удивленно глянула на дракона. Почему вопрос ко мне?

— Повадки Болота ты лучше всех знала, — пояснил Каратай. — Вы друг друга с полуслова понимали.

— Мы обыскали стол, дневники, — добавил Дорхе. — Но никаких намеков в записях. А мастер точно узнал, кто наш преступник.

Стало совсем тошно. Я молча кивнула и принялась дальше завтракать.

После мы с драконом поднялись наверх. Тяжелее всего было зайти в кабинет мастера. Все время со дня его смерти я на это так и не решилась. Стражи осматривали его под руководством Каратая и Вяза. Теперь я стояла у тяжелой двери, собираясь с духом. Смешно, будто бы если я не увижу пустой комнаты, случившееся горе можно отменить. Ключ холодил руку, требуя решиться, стоящий за спиной дракон не торопил, но при нем я тоже не желала вести себя столь странно. Дверь скрипнула и открылась. Вот стол, любимое кресло мастера, раскрытая книга на столе, перо в чернильнице. Словно вот-вот старик с седой бородой зайдет сюда, шаркая тапочками по полу. Шлепнется в кресло и, покусывая перо, примется расспрашивать меня о планах на день.

Дорхе обошел меня и двинулся в комнату, а я стояла на пороге, переживая другой день из своей жизни. Дождливый, холодный, жуткий, когда я точно так же отперла кабинет отца по требованию стражи. Так же стояла на пороге, бесстрастно наблюдая, как те роются в столе, на книжных полках, деловито шаря в бумагах, письмах, личных вещах. Один из верзил задел стоящую на столе вазу. Папа любил ее, она принадлежала маме, и он каждый день ставил в нее свежий букет. Я холодно проследила за тем, как тонкий фарфор со звоном встретился с паркетом и разлетелся пестрыми осколками. А стража равнодушно топталась по ним, по увядшим цветам. Тогда, стоя в дверях и теребя рукав, я понимала, что разбили и растоптали не фарфор, а мою жизнь. И вот опять... я стою в комнате, куда более не зайдет близкий мне человек. Но здесь хоть память осталась, а от отца мне не осталось ничего, кроме воспоминаний. Власти отняли все, даже дом, даже мои детские игрушки, даже платье, в котором меня привезли в приют, отняли. Ничего не осталось...

— Данна, с тобой все хорошо? — послышался далекий голос.

Я моргнула, видение из прошлого померкло, потускнело и истаяло, уступая место настоящему. Столь же безрадостному. Дорхе стоял у книжной полки, растерянно разглядывая меня.

— Ничего, — я смущенно отвела взгляд. — Просто нежданные воспоминания. Уже прошло.

— Если вам тяжело, я могу и сам посмотреть, — хрипло сообщил Дорхе.

— Мне тяжело, но без меня вы вряд ли справитесь.

— Мы даже не знаем, что ищем, — устало вздохнул дракон.

— Мастер что-то писал за день перед смертью, обдумывал какую-то мысль, — вздохнула я, растерянно замерев посреди кабинета. — У него появилась идея.

Я прикрыла глаза и задумалась, вспоминая тот день, когда видела мастера здесь. Итак, он сидел за столом, листал книгу, думал, что-то записывал. Открыла глаза, подошла к столу, принялась разглядывать разложенные на нем вещи. Книга на столе была. Но не та. Выцветший и истрепанный гримуар мастер читал на сон грядущий, и тот вечно лежал в углу стола. Книга, что я видела в тот день, была больше, старше, и... в кожаном переплете. Я шагнула к двери и, высунувшись, прокричала:

- Тетя Ольха, вы убирали в кабинете мастера?

- Да, - донеслось из-под лестницы. - Немножко. А что, нельзя было? Стража позволила.

Я тяжело вздохнула и обернулась к полке, шаря взглядом по потертым корешкам книг - Что, Данна? - Дорхе подошел и встал за моей спиной. - Мастер читал одну из этих книг, - растерянно произнесла я. - Переплет был из серой кожи. Ольха убрала все со стола... - Их тут таких несколько, - кивнул на полки дракон. - Мастер делал пометки на полях, - пришла мне в голову идея. - Он любил так делать, когда думал. - Значит, свежие метки? - задумчиво протянул дракон, разглядывая книги. - Что же, попробуем... Серые, говоришь?

Я кивнула и потянулась к стоящей у полок лесенке. И так и замерла с занесенной на ступеньку ногой. Дорхе лениво махнул рукой и тяжеленные фолианты слетели со своих мест, шурша страницами. Полет они прекратили, спикировав на стол в ровную стопку. Дракон неспешно приблизился к столу и положил раскрытую ладонь на верхнюю из книг. Книги одна за другой вспыхивали желтым свечением, а после лежащая в середине стопки книга выскочила и улеглась на стол отдельно. Резво зашуршали страницы, перелистываясь в поисках нужной. И вот перед нами раскрытый фолиант с исписанными полями. Чернила еще блестели на солнце, подтверждая, что пометки свежие.

- Есть, - довольно сообщил Дорхе. - И вправду, Данна, без вас я провозился бы дольше. Спасибо Каратаю за совет.

- Но вы бы все равно это нашли, - пожала я плечами.

- Искать, не зная что, даже магия не поможет, - обернулся ко мне дракон. -Высшие силы нужно уметь просить. А просить "того, не знаю чего", это только в сказке хорошо.

Книга оказалась старой, потертой и, судя по обложке, редко читаемой. Выведенная красными чернилами строчка из рун гласила : "Медитации, контроль над сознанием и иные способы астральных перемещений".

- Так,- озадаченно изучая каракули Болота на полях, протянул Дорхе. - Записи мы нашли, только вопросов еще больше. Шифр?

- Руны, - пояснила я. - Сокращенные обозначения, которые мастеру напоминали, что он хотел записать.

- Не шифр, - устало кивнул дракон.

- Может, подсказка в книге? - предположила я.

- Здесь просто описание процесса выхода из тела под действием медитации или вспомогательных веществ, - Дорхе ткнул пальцем в строки из книги. - Конкретно в этой главе вообще ничего особо и не изложено. Так, общие фразы. Хотя... Это объяснило бы...

Очень информативно. Дракон выпрямился и задумчиво уставился на книгу. Темные брови сошлись на переносице, губы сжались. И молчит. Я не выдержала и подергала мужчину за рукав рубашки, привлекая внимание к своей персоне.

- А? - встрепенулся дракон и, переведя взгляд на меня, все же созрел на фразу: - Теперь можно понять, как химера подчинила Мха, не оставив следа.

- Подчинила? - я пытливо уставилась на дракона.

- Да. Те метки на амулетах и вправду ставил Мох, - подтвердил Дорхе. - Я все никак не мог понять, как оно им управляло, не оставляя следа. -И? - И ответ мы только что получили. Что-то такое я подозревал. Так просто... - А можно объяснить как для алхимика, - раздраженно попросила я. Дракон вздохнул но, к моему удивлению, все же не промолчал, как сделал бы Болот:

- Бытует мнение, что во время сна связь духа с телом ослабевает и он способен покидать оболочку, - спокойно произнес Дорхе. - Вполне возможно, что подобным фактом воспользовалась химера, заняв тело боровичка, пока тот дремал. Мох же старенький, его в сон часто клонило. Его фактически превратили в сомнамбулу.

- И потому ментального воздействия не было замечено.

- Абсолютно верно, - улыбнулся дракон. - Ведь подчинено было не сознание, а тело. Это объясняет, как оно управляло Мхом.

И вправду просто. Об этом даже никто не подумал. А меня уже заинтересовала другая тема:

- А метки?

- Я еще не до конца изучил структуру наложенных заклинаний, но метка действовала, как магнит, если его подложить под компас, - продолжал излагать дракон, выпрямившись и глядя в окно. - Компас сбивает направление и начинает "врать". В нашем случае камень начал не накапливать силу мага, а транслировать ее вовне.

- То есть,он фактически пил силу?

- Нет, - Дракон задумчиво потер переносицу. - Принцип слегка иной. Тут что-то вроде нанесенной в артерию раны. Если ударить в сонную артерию, человек истечет кровью. А здесь был удар в ауру, которым пиявка пользовалась, выпивая силу, бьющую сплошным потоком. Маг не успевал перекрыть канал. Камень блокировал его попытки, впитывая силу и передавая ее эгрегору. А тот спокойно уходил к хозяину, неся в себе магический заряд.

- Но почему он не пьет только силу?

- Поток очень сильный, - вздохнул дракон. - Оно не выпивало магов полностью, я по Озиму проверил. Ты сорвала камень и прервала его контакт с магом. Это мастера и спасло, а вот другие маги оставались с камнем и вслед за силой тело покидала уже жизнь... Как человек истекает кровью, так эти маги лишались искры жизни вслед за даром. Камень просто продолжал ее выкачивать.

Я с ужасом вспомнила Леруса, застывшего на земле. Как он цеплялся за мою руку, как хрипел, цепляясь за жизнь. Если бы я только знала... Если бы тогда сняла с него камень...

-А Лерус, оно...

- Оно выпило его далеко от места смерти мастера, - пояснил Дорхе. - Маг пришел к людям за помощью, с выпитой силой и стремительно покидавшей тело жизнью.

- Значит, мы могли его спасти, если бы знали?

- Выкачав силу, камень умирал, выгорая, - продолжил Дорхе. - Отток жизни был уже бесконтрольным. Закрыть эту брешь было невозможно. Время. Нам его вечно не хватает. В случае с магами счет шел на секунды. Семаг остался без сил один в ночи, Лерус был обречен, даже когда его обнаружили. Ты сорвала камень с Озима до того, как тот выкачал силу и стал качать жизнь. Канал перекрылся и мастер выжил.

- И мы все так же не знаем, кто, - в свою очередь подытожила я.

- Нет. Химера недосягаема для меня в теле мага, - рыкнул дракон. - Я могу засечь ее вне тела, по тому следу ауры, что остался на уцелевшей метке, но пока оно прикрыто аурой мага, для меня оно невидимо.

- Но мастера книга на что-то натолкнула, - подытожила я. - Не зря же он здесь записи делал. Вот, смотрите, - я ткнула пальцем в первую закорючку, - это руна "жизнь". А вот...

- "Смерть", - устало подсказал мне дракон. - Данна, руны я знаю. Для нас с тобой это только руны, для Болота - шифр, - Дорхе растерянно потер шею, глянул в окно. - И ведь не призовешь дух, Болот ушел в свет. Странно... словно рвался туда.

Я опять глянула на столбик из косеньких рун, выведенных стариковской рукой. Жизнь", "смерть", "рождение". Да, ответ мастера не помешал бы. С грустью подумала, что на тот свет Болот и вправду стремился, мастера ждали за чертой, там он обрел покой, потерянный здесь. Вот его и не призовешь, упокоился с миром Болот, а упокоенную душу уже не выдернешь из-за грани. Мы замолчали. Дорхе задумчиво изучал небо за окном кабинета, я - потертую столешницу.

- Может, книга тоже подсказка? - напомнила я.

- Не такая уж и подсказка, - отмахнулся дракон. - Я думал, тут будет подсказка другая. Мастер, скорее всего, узнал, кто в городе пригрел навию в своем теле. За это и поплатился.

-Думаете? - встрепенулась я.

- Знаю, - резко ответил дракон. - Болот отправил мне и Кинару вестников накануне смерти. Сообщил, что у него есть важная информация и нужно ее обсудить. Назначил время и я как раз выходил из бального зала и собирался идти к директору. А Болот... Болот не дошел.

Мы оба задумчиво уставились на книгу. Я судорожно соображала, чем помочь, Дорхе просто сосредоточенно сопел, думая о своем.

- Данна, я в тупике, - признался дракон. - Выловленный в реке труп был истощен так, что слепок ауры сделать невозможно. Бус разослал описание по городам, но пока придут ответы... Нож держали в руках разные люди, тоже тупик. После нападения на Озима тварь затихла, осмотр Мха ничего не дал, все следы ведут к мертвой ауре и обрываются. Теперь тварь укоренилась в ком-то и продолжает свою псевдожизнь. И я понятия не имею, как ее изловить.

- А может, она уже сбежала? - предположила я.

- Нет, - зло протянул дракон, - она здесь, это точно. А Болот узнал где. За что и поплатился жизнью.

- Значит, будут еще смерти? - подавленно то ли спросила, то ли подытожила я.

- Не знаю, - вздохнул дракон. - Интервал с первого нападения все увеличивается. Может, тварь уже набрала силы столько, сколько нужно, и убивать не будет. Хоть напейся с горя.

Я, задумчиво разглядывавшая книгу, замерла. В голове медленно рассеивался туман. Мастер Болот резко переменился, но до того, как запереться в кабинете, он просто сидел и пил чай. А вот потом...

- Нужно к Ждану сходить, - подытожила я.

- Я пошутил, Данни, - вздохнул дракон.

- А? - не поняла я. Потом поняла. - Нет. Он просто с мастером беседовал. Разговор со Жданом мог натолкнуть Болота на идею. Они общались как раз перед тем, как мастера осенило. Может, Болот при Ждане что-то говорил.

- Мне об этом никто не говорил. - Так никто и не сопоставил, - кивнула я. - Цены тебе нет, - усмехнулся дракон. - Значит, к Ждану. Дорхе кивнул и зашагал в сторону двери. Я, спохватившись, рванула следом. - Мастер, а можно с вами? Дракон замер на ступеньках, задумался и, глянув на меня, согласно кивнул. - Всегда хорошо иметь рядом советчика. Пойдемте.

***

Ждан обитал в одной из комнат в мужском общежитии академии. На пороге нас встретил, как и положено, боровик. Дряхлый и скрюченный Клен. У них у всех имена растительной или плодово-ягодной наклонности. Малый народ ведь дети лесов и болот, так что с фантазией там не густо, в города перебрались, а привычки остались. Не работники, а сплошные рощи с лужайками. Клен был старым, как пень старым. И дряхлым. Так что почти все свободное время спал богатырским сном, чему способствовали не только прожитые годы, но и приобретенная глухота. Как старик обнаружил наше появление, не знаю, видать, сердцем почуял.

- Хто? - разлепляя веки, уточнил Клен. - Кудать?

- К мастеру Ждану, по личному делу, - холодно известил боровика Дорхе.

Ну, я же говорила, что Клен глухой? Я не уточнила, что он глухой, как пень. Осина в женском общежитии небезнадежна,а вот Клен... 

- Ась? - напрягся старик. - Громче говори, родимый.

Дорхе слегка растерялся. Искоса глянул на меня. Я сокрушенно покачала головой и во всю глотку заорала: - К Ждану мы! - Чего орешь, как оглашенная, - обиделся Клен. - Не глухой я. - Так мы пройдем? - подавив улыбку, уточнил Дорхе.

- Ась? - опять напрягся Клен, пытливо глядя на дракона выцветшими старческими глазами.

Дорхе прикрыл глаза, глубоко вздохнул, и на весь холл общаги прокатилось гневное:

- Можно нам к Ждану?

- Да чего же ж ты так злишься, милок? - прижимая руки к груди, заволновался Клен. - Я же только знать хочу, к кому ты, родимый? Данку я знаю, а тебя нет. Ты кто?

Вот почему в общагy - и в эту, и в женскую - через пост никто не ходит. Через окно и быстрее, и для нервов безопаснее. Осину хочется стукнуть за нескончаемый поток вопросов, Клена... Клена хочется просто убить.

И тут Дорхе нашелся, написав имя Ждана в воздухе. Огненные буквы вспыхнули в воздухе, Клен подслеповато прищурился, пошевелил губами, читая надпись, глянул на меня, на Дорхе.

- Так вы к забулдыге этому? - сверкнул сообразительностью старик. Мы с Дорхе молча кивнули. Смысл орать, до Клена все равно не докричишься. - Зачем? - набычился Клен. - Пить тута низзя... А ну, покажь карманы, змей!

И злой, вооружившийся метлой боровик грозно направился к дракону. Зрелище, я вам скажу, презанятное. Боровички ведь от того свое название еще получили, что ростом аршина полтора, а то и меньше. И вот сие чудо в огромной шляпе, с лохматой бородой и метлой наперевес, заняло позицию, преграждая дракону вход в жилые помещения. Опешивший дракон замер, удивленно взирая на сопящего ему в пупок воителя. Ни дать ни взять картинка из былины. Я молча продемонстрировала отсутствие у меня сумки и карманов. Дорхе, понимая, что иначе этот фарс не прекратить, не споря вывернул карманы перед боровиком. Бутылки с горячительным там не обнаружилось. Клен подобрел моментально.

- Извиняйте, господин змей, работа такая, - разводя руками, заулыбался боровик. - Только Ждана дома нету. Я осторожно схватила за руку дракона, готового убивать боровика медленно и со вкусом. - А когда приходит? - решила зачем-то уточнить я. -Ась?-изрек свое неизменное Клен.

Дорхе зарычал, а я, дабы избежать еще одной смерти на территории Нуира, настойчиво потянула дракона за рукав. Из общежития мы вышли в траурном молчании и подавленном состоянии.

- Все равно, скорее всего тоже тупик, - утешительно произнесла я.

- Скорее всего да. Хотя... - Дорхе щелкнул пальцами и продолжил: - А может, склонность Ждана проводить время в компании зеленых чертей натолкнула Болота на идею об астральных путешествиях?

- Может, - согласилась я. - Вполне. Ведь и опьянение, и сон, и медитация теоретически способствуют погружению в состояние, близкое к трансу. А это необходимо для освобождения духа. Шаманы некоторых кланов едят галлюциногенные грибы, окуриваются наркотическими травами. Вполне возможно, это-то Болота и натолкнуло на мысль. Он всегда уговаривал Ждана бросить пить.

- Ну, хоть в чем-то дипломированный пропойца пригодился, - с кривой усмешкой произнес дракон.

- Зря вы так, - укоризненно покачала я головой. - Ждан талантливый целитель, и лектор чудесный. Просто у него горе. Он жену потерял. Любимую.

Дорхе косо глянул на меня. Скепсис в его взгляде меня разозлил.

- Да! - зло подтвердила я. - Ждан целительствовал в одной из столичных больниц, - пояснила я. - А жена служила сестрой в той же больнице. И вот Ждан в больнице на операции застрял, а жена... его ждать не стала и пошла домой. Выспаться, мужу завтрак приготовить. И жили они почти у самой больницы.

-И?

- Убили ее по дороге. Пропойца какой-то кошелек отобрать хотел, - сообщила я. - Совсем рядом, у больницы. Женщина начала кричать, а вор испугался и ножом ее пырнул. Очень неудачно.

- Ее не услышали. Правильно? - подытожил дракон.

- Да. Была ночь, зима. Она истекла кровью к утру. А теперь подумайте, каково было Ждану осознавать, что жена умирала в сотне шагов от него? Он по сей день винит себя в том, что отпустил ее одну домой. Так что не нужно осуждать Ждана.

- Данна,горе у многих, - безапелляционно произнес дракон. - У Болота тоже горе было, но он не потерял человеческий облик. Не стал опускаться до пьянства.

- Все же мастер Болот на Ждана хорошо влиял, - решила я не давать в обиду несчастного забулдыгу. - Мастер уже меньше пьет. Я же знаю, он даже реже за "опохмельным"чаем заходить стал.

- Да, и Клен тоже заметил изменения в Ждане, - решил съязвить дракон. - Может, Ждан по делам ушел рано. А Клен просто проспал. - По мне, так ему хорошей затрещины не хватает, - прошипел дракон. - А с ним тут носятся, потакая его пороку.

Я хотела было напомнить про отряд стеклотары на подоконнике драконовой квартиры. Но потом передумала и решила не портить отношения с и без того нервным змеем.

- Люди разные. Все. Кто сильнее, кто слабее, - тихо произнесла я. - Потому не нам судить. Каждый переносит бремя прошлого по-своему. - Может, ты и права. Может, я излишне резок, - пожал плечами дракон. - Я же говорю, все мы разные, - и, вздохнув, я уже с печалью произнесла другое. - А вот в деле с химерой у нас опять тупик. Дорхе нахмурился, изучая мою печальную физиономию. - Каждый день мы на шаг ближе к цели, - утешил дракон. - Он ошибется. Я уже знаю, как засечь его в бестелесной форме. Прятаться бесконечно у него не выйдет.

Я согласно кивнула мужчине, а Дорхе молча обнял меня за плечи и повел дальше по аллее. Умом я понимала, что следует снять его руку, ведь так идти неприлично, но продолжала шагать рядом, растерянно глядя себе под ноги и позволяя мужчине меня обнимать. Плевать, что нас увидят. Плевать, что осудят. Здесь и сейчас мне было немного легче и тоска не разрывала душу. Мне было до боли в сердце хорошо рядом с Дорхе, и пускай его забота лишь дань памяти мастеру, я ее приму. Я приняла его дружбу, приму и заботу, потому как моя жизнь без Ярвиоласа Дорхе станет в миллиарды раз тоскливее и беспросветнее. Я свой выбор сделала.