Глава 21

Помещение с появлением самого правителя Даркхайма стало каким-то маленьким и тесным, а ещё почему-то очень тёмным. Садхор со мной на руках мрачно пересёк почти весь дом, а потом ударом ноги открыл дверь в ту самую комнату, где до этого сидели мы, девять человек, и говорили о таких вещах, о которых нельзя знать вот совершенно никому.

И вот странно. Это было всё то же помещение, только… пустое. Совсем. Не было даже стола, и шкафов не было, а уж про все бумаги, книги и, самое главное, людей я и вовсе молчу! Здесь не было даже Гроуи. Вообще никого. Просто чистая совершенно пустая комната.

Примерно секунда понадобилась Садхору на то, чтобы это понять, а затем меня уже во второй раз за последние две минуты медленно и выразительно поставили на ноги и наградили крайне внимательным и вообще немного жутким взглядом с высоты впечатляющего роста.

И вот не знаю, как положено на это реагировать, но я почему-то улыбнулась немного виновато. Я просто рада была, что все эти ушли и документы с собой забрали, и теперь не накроется вся наша секретная операция. И, возможно, мы даже сможем раскрыть этот страшный заговор! Вот поэтому-то я и улыбалась, просто радостно очень было и вообще…

Зря. Улыбалась, в смысле, зря.

– А скажи-ка, дор-р-рогая моя, – стены содрогнулись от того злого рыка, с которым Садхор меня позвал, – что ты делала на окраине города в обществе незнакомого тебе мужчины?!

Не знаю, на что он намекал, даже думать об этом не хочу.

– Налаживала контакты, – даже не соврала ведь!

Но Садхора это почему-то практически выбесило. Откуда-то из глубины его груди послышалось глухое, заставляющее всё вокруг дрожать рычание, а в глазах золото вновь смешалось с тьмой, и теперь его глаза были просто чисто чёрными… Жутко!

И, кажется, вот теперь мне действительно несколько волнительно.

– Так что там с нашим браком? – Попыталась я сменить тему разговора и как-то смягчить Садхора…

Не вышло!

В следующее мгновение я была схвачена! Рывком перекинута через плечо и вынесена из дома! Причём проделал Садхор всё это быстро и неумолимо, у меня не было никаких шансов проявить хоть какое-то сопротивление…

А дальше у меня не осталось шансов вот вообще ни на что, потому что выскочивший на улицу правитель молниеносно перекинулся в громадного чёрного дракона, которому даже секунды не потребовалось на то, чтобы перехватить меня своей огромной лапой и уверенно метнуться в небо! Вышло у него это легко и без напряжения, будто он и не был таких впечатляющих размеров.

Полёт был головокружительным и невозможно прекрасным, но… коротким. Я лишь мельком успела увидеть окутанный снежным покровом город с высоты птичьего, точнее драконьего полёта, а мы уже пошли на снижение.

Приземление было даже более стремительным, чем сам полёт, который занял всего пару секунд.

Почти у самой земли удерживающая меня лапа вдруг разжалась, а я сама полетела вниз! Быстро, стремительно, неумолимо! И почти сразу же оказалась подхвачена Садхором, который успел перекинуться в человека и теперь легко и почти неощутимо приземлился на ноги со мной на руках, будто бы мы вот вообще ничего не весили и не падали с высоты третьего этажа!

Не давая мне возможности опомниться или хотя бы перевести дух, правитель стрелой метнулся к храму, порывом ветра открыл перед собой дверь и занёс меня в тёмное, наполненное ярким пряным ароматом помещение с высоким потолком и типичным для этих мест рисунком прямо на полу.

В этот раз Садхор не стал щадить моё чувство прекрасного и пошёл прямо по всем тем, кто на полу был изображен. Причём он на них не обращал совершенно никакого внимания, как и на прижимаемую к груди меня, кажется, тоже.

– Что вы?.. – Попытался что-то сказать мужчина в белом одеянии у алтаря, который до этого, кажется, зажигал свечи, но был прерван нашим неожиданным появлением.

– Пожените нас, – не дал ему даже вопрос окончательно сформулировать Садхор, поставил меня на пол и рывком притянул к себе, сцапав за талию.

Священник подобного явно не ожидал, поэтому первой его реакцией был просто шок, распахнутые глаза и приоткрытый от наглости некоторых рот. Но уже в следующее мгновение он взял себя в руки и твёрдо проговорил:

– Это так не делается, молодые люди.

Ответом ему был выразительный рык… Который лучше любых слов говорил: далеко не все тут – люди. И мужик это тоже понял.

И вдруг решил испугаться. Попятился назад, чуть не сбил какую-то железную штуковину и обронил на пол несколько длинных спичек, которые на этой железной подставке и стояли…

– Подите вон! – Срывающимся голосом потребовал он.

И стал несчастной жертвой драконьей подлости. То, что сделал Садхор, можно назвать множеством иных слов, начиная от бесчестности и заканчивая абсолютным эгоизмом, но это всё равно было именно подлостью – использовать магию на том, кто заведомо слабее тебя и даже сопротивляться не может.

Садхор не стал злиться и рычать, не стал что-либо требовать и доказывать, он… вообще ничего не делал, казалось бы, просто стоял и смотрел на бедного испуганного священника… Который вдруг неестественно выпрямился, опустил руки вдоль тела и стёр с лица все эмоции, став холодным, безразличным и готовым сделать то, что, кажется, заставлял делать его Садхор.

– Что происходит? – Это всё мне совершенно не нравилось.

Но вместо какого-либо ответа меня удостоили лишь злым:

– Замолчи.

А затем отвели к стене, усадили на низкую холодную скамью, которая мгновенно нагрелась и стала практически горячей, а потом показательно изолировали всё здание как от посторонних звуков, так и, подозреваю, от незапланированного побега меня.

И вот после этого Садхор вернулся к священнику, и дальше они уже вдвоём проводили что-то странное и совершенно мне непонятное, результатом чего стал усилившийся запах горьких трав, увеличившиеся в количестве горящие свечи и поднявшееся с пола тусклое свечение.

Грозный и всё ещё злой Садхор мрачно подошёл и встал передо мной, а когда я подняла на него ничего не понимающий взгляд, холодно велел:

– Идём.

Выбора мне никто не давал, лишь только возможность добровольно подчиниться чужой воле.

– Что ты делаешь? – Никак не могла понять я.

Пожениться? Сейчас? А как же брачный договор? А как же праздник на всю страну? Он что, даже никому из родственников ничего не скажет? Разве так можно?

– А на что это похоже? – Как-то совершенно не весело, а даже обречённо и зло усмехнулся мужчина.

Просто непонимающе развела руки в стороны.

Садхор тяжело вздохнул, но остался стоять напротив меня.

– Ты станешь моей женой, – безжалостный вердикт.

Ну, до этого я уже и так догадалась, так что слова Садхора не особо меня впечатлили. Поняв это, он кивнул каким-то своим мыслям и со злой решительностью добавил:

– Но ты не станешь правительницей Даркхайма.

Сказал и замолчал, мрачно ожидая моей реакции. А какая у меня может быть реакция? Я и так не собиралась ею становиться, ещё пару месяцев назад я об этом Даркхайме даже и не знала.

Но это вовсе не означает, что слова Садхора меня никак не зацепили.

Обидно стало до слёз, а ещё вдруг накрыло понимание того, что я тут в принципе никому не нужна.

– Понимаю, – прозвучало глухо и я ничего не смогла сделать для того, чтобы голос зазвучал нормально. Лишь сглотнула, моргнула пару раз, прогоняя непрошенные слёзы, и постаралась сказать как можно безразличнее: – У меня нет никакого желания становиться вашей женой.

Ложь чистой воды, наглая ложь, и это понимание резануло и меня саму изнутри, но… Брачный договор нужен был мне для того, чтобы Садхор точно не запер меня в той своей комнате сразу после свадьбы, чтобы у меня была хоть какая-то свобода, хоть какая-то жизнь, а не существование в ожидании возвращения супруга поздним вечером лишь для того, чтобы он принёс покушать и «порадовал» меня супружеским долгом. Или это я должна его радовать? Конечно, он устанет за день, а я буду сидеть без дела, так что это именно мне, как самой не уставшей из нас двоих, придётся радовать.

Что ж, это не то, о чём я мечтала с раннего детства. Верхом моих мечтаний не была чужая спальня и я в ней в качестве даже не буду говорить кого.

Потому что это даже не супружеская жизнь. Это просто ещё одна верёвочка, что привяжет меня к Садхору и обязанностям перед ним, а сам он просто в очередной раз получит то, что хочет.

Мои слова не вызвали в нём ни злости, ни чего-либо ещё. Лишь только абсолютно чёрные глаза сверкнули ярким золотом на миг, а затем мне таким же безразличным тоном вернули:

– У тебя нет права отказаться от меня.

Звучало… жутко. Очень жутко. Настолько, что я невольно вздрогнула и поёжилась под его леденящим душу взглядом.

А сам дракон, будто и не заметив ничего, холодно вопросил:

– Мне применить подчиняющую магию и на тебе тоже?

Невольно перевела взгляд за лорда Арганара и посмотрела на бедного священника, который уже закончил все приготовления и теперь просто стоял, устремив невидящий взор в пространство перед собой, встав неестественно ровно, не произнося ни звука… в следующее мгновение его силуэт размылся и стал нечётким, как и всё остальное в этом храме, а я торопливо отвернулась и поняла, что не могу дышать.

Я просто не могу дышать.

Голова идёт кругом от всего этого, в нос забивается сильный запах тлеющих трав и темно, невыносимо, невозможно темно. Тьма окружала, подкрадываясь со всех сторон и грозя унести меня куда-то далеко-далеко отсюда…

– Катя, – чуть встревоженный, но больше недовольный и всё равно холодный голос Садхора донёсся словно сквозь толщу ледяной воды.

– Я сейчас задохнусь, – прошептала я и попыталась подняться на ноги, опершись рукой о скамью.

Не вышло. Рука соскользнула, ноги подкосились и я бы непременно упала носом на каменный пол, если бы не мгновенно подхватившие меня руки, что оторвали от пола и прижали к крепкой мужской груди.

Ещё мгновение было темно, но затем потолок пропал, сменившись бесконечным серым небосводом. Свежий воздух похолодил обнажённые участки кожи и наполнил лёгкие, чуть-чуть, совсем немного, прогоняя так неожиданно накатившую на меня усталость.

Но, самое главное, стены больше не давили и темнота не наступала со всех сторон. А пока Садхор уверенно и зло уносил меня куда-то в сторону от храма, у меня было совсем немного времени на то, чтобы подумать. Обо всём произошедшем, происходящем сейчас и о том, что ещё только может произойти.

То, что я задумала, не нравилось мне совершенно. Наверно, если мне удастся воплотить это в жизнь, я провалюсь в пожизненную депрессию, но… это лучше, чем роль бесправной соседки по постели. Из депрессии хотя бы есть шанс выбраться, к тому же, с ней можно жить дальше, а вот из подготовленной Садхором комнаты выбраться нельзя никак. И жить там тоже невозможно.

– Ты не мог бы, – прошептала я очень тихо и хрипло, – не мог бы принести мне воды?

Он мог бы и не приносить, а послать за ней кого-нибудь или просто наколдовать её – этого я очень боялась. Но, к счастью, Садхор решил наклодовать только лишь небольшое кресло, причём сделал он это прямо посреди тротуара, не обращая внимания вот вообще ни на что.

В кресло меня и усадили, очень осторожно. Затем выпрямились, внимательно посмотрели в мои глаза и сказали:

– Никуда не уходи, я быстро. Кать, может, вызвать лекаря?

– Нет! – Слишком торопливо воскликнула я, тут же смутилась и попросила уже куда тише, виновато опустив голову: – Не надо лекаря, пожалуйста. Сейчас всё пройдёт.

– Ты зря боишься, – с явным неодобрением моего решения возвестил Садхор.

Но хоть спорить и своё веское «я так сказал» вставлять не стал, за что ему огромное спасибо. Дракон просто как-то очень странно на меня посмотрел, а потом развернулся и торопливо ушагал в ближайшее питейное заведение. Причём оно действительно было ближайшим, его дверь находилась всего шагах в семи от сидящей в кресле меня.

Я не успею сделать и двадцати шагов, а Садхор уже вернётся. И без каких-либо трудностей настигнет пытающуюся сбежать меня. А потом не нужно даже гадать – меня будет ждать та самая комната. И я сомневаюсь, что в этот раз мне позволят её покинуть.

Ситуация складывалась крайне паршивая. И единственное, что пришло мне в голову: позвать Арх-Аира. Даже не представляю, что скажу ему и успею ли вообще что-то ему сказать… если честно, я даже не знаю, как, собственно, его позвать. К тому же, существует неплохая вероятность, что он просто откажется мне помогать, потому что то, о чём я его попрошу… это дико, мягко говоря. Это безумно даже по моему мнению.

И тут случилось чудо! Самое чудесное чудо из всех, что в принципе могло произойти!

В стене дома прямо напротив меня вдруг открылась дверь! Дверь! Самая настоящая дверь! Там, где до этого была сплошная каменная стена даже без окон!

И вот из-за этой двери на снег вдруг ступил Гроуи! Он удивительным образом изменился с нашей последней встречи, которая от силы была час назад. Теперь на этом мужчине был явно дорогой чёрный костюм с ало-золотыми вставками, кожаные сапоги до колена, на поясе красовался меч в ножнах, а на плечах был длинный зимний плащ с коротким мехом на вороте.

– Ну и мужик у тебя, – вместо приветствия сообщил он с укором и даже головой сокрушённо покачал. – Его драконы роют землю носом, пытаясь отыскать всех, кто был на совещании.

Потрясённое «что?!» едва не сорвалось с губ, но вместо этого я задала более важный вопрос:

– Никого не нашли?

Страшно вдруг стало за всех этих мужчин. И за нашу операцию тоже.

– И не найдут, – успокоил Гроуи, а затем велел: – Вставай и пошли.

Что-то такое сверкнуло где-то у меня в груди… что-то едва заметное, но очень тёплое. Что-то очень похожее на надежду.

– Куда? – Уточнила осторожно и невольно бросила взгляд на дверь, за которой скрылся Садхор. Сколько ещё у меня времени?

– Выполнять твой заказ, – пожал мужчина плечами, – или ты придумала другой способ сбежать от дракона? Ты же явно это задумала, я прав?

И я всё же спросила:

– Что?

Просто: что? Как он понял? Как он узнал вообще? Моё поведение настолько выдаёт то, что происходит у меня в голове? Тогда, вероятно, и Садхор догадался о побеге, а это значит…

Дверь питейного заведения вдруг начала открываться! Плохо понимая, что делаю, я вскочила и пулей унеслась в открытый Гроуи проход. Мужчина подвинулся, позволяя попасть внутрь, молниеносным движением захлопнул дверь, погружая нас в кромешную тьму и!..

Удар! Удар, от которого содрогнулось всё здание!

– Бежим! – Крикнул Тень, схватил меня за руку и побежал сквозь тьму!

Прочь от Садхора! Прочь от содрогающих здание ударов! Прочь от всего этого, куда-то вперёд, в неизвестность!

– Сюда не пройдут! – Поделился радостью мужчина, но на всякий случай поднажал, вынуждая и меня поспешить вслед за ним.

А я к бегу вообще не приспособленная, но ради благого дела можно и потерпеть. Поэтому просто молча бегу следом, вздрагивая каждый раз, когда за спиной раздавался очередной мощный удар, правда уже не такой громкий – видимо, отбежали мы прилично.

А затем был лабиринт! Тот самый, по которому мы уже петляли с Гроуи, и много «контрольных» светящихся точек, обозначающих перекрёстки. Не знаю, сколько мы с ним петляли, просто в какой-то момент пропали совершенно все звуки, а мы уже не бежали, а просто шли.

– У тебя есть план? – Спросил в итоге Тень, продолжая крепко сжимать мою ладонь в своей руке.

Я была очень благодарна ему за это, потому что иначе уже давно упала бы. Да я вряд ли сумела бы столько пробежать, не тащи Гроуи меня за собой.

– Нет, – призналась честно.

Плана не было, была только цель. Ну, точнее, до недавнего времени у меня и цели не было, я просто хотела, чтобы мы с Садхором научились жить вместе – я перестала его бояться, а он оставил свои навязчивые мысли о тотальном контроле собственной будущей жены, но, видимо, я слишком многого прошу.

А довольствоваться малым я не стану. Не стала бы раньше и не стану сейчас. Жизнь в заточении не для меня. А если правителю Даркхайма так хочется кого-нибудь запереть ради собственного самоутверждения, то пусть найдёт себе кого-нибудь другого. Я в этом участвовать не буду.

– И что же ты планируешь делать? – Гроуи мой ответ вообще не удивил, он как шёл, так идти и продолжил, и даже не взглянул на меня толком.

Я промолчала. У меня просто не было слов, чтобы ответить ему.

Вот так, в молчании, мы и продолжили путь.

– Нужно узнать, где вторая книга рун, – решила я в итоге минут через тридцать.

Гроуи промолчал, но кивнул, принимая мои слова во внимание.

За всё время нашего пути ничего в целом не изменилось – всё те же длинные тёмные коридоры и редкие светящиеся развилки. К одной из них мы как раз подходили, и в этот раз свечение было светло-голубым. До этого был зелёный, до него розовый, а ещё жёлтый, белый, сине-зелёный…

– И выяснить, что там за история с Арх-Аиром и Ахарой, – добавила я, помолчав.

– Арх-Аир – это у нас кто? – Повернул Гроуи голову в мою сторону и наградил вопросительным взглядом сверху вниз.

– Дух-хранитель рода Арганар, – любезно пояснила я для него.

Тень задумчиво потёр подбородок, глянул на огонёк, к которому мы уверенно приближались, и спросил:

– А что у них за история с сестрой правителя?

Это был сложный вопрос хотя бы потому, что я не знала, имею ли право рассказывать. И с чего вообще начать рассказывать?

– Понимаешь, – настал мой черёд задумчиво тереть лоб, – это сложно объяснить. Но если говорить коротко, то пять лет назад Ахара взяла родовое кольцо Садхора и куда-то ушла, а затем позвала на помощь. Насколько я поняла, её зов услышал сам Садхор, но Арх-Аир был ближе, поэтому появился там раньше. Не знаю, что было дальше, но в итоге Арх-Аир оказался в артефакте, и оба они покинули этот мир, переместившись в мой, где я их потом, через пять лет, и нашла.

Выпалив всё это, я шумно выдохнула и повернула голову к задумчиво молчащему Гроуи. Молчал он долго, мы за это время успели подойти к развилке и свернуть налево, и пройти ещё шагов тридцать, прежде чем я услышала негромкое:

– Готов поспорить, она кольцо не просто так взяла.

– Я тоже так думаю, – призналась честно и добавила: – Мне кажется, она звала на помощь Садхора, чтобы он пришёл и…

Я замолчала, не зная, как это сказать.

– Думаешь, она готовила на него засаду? – Правильно понял ход моих мыслей Тень.

– Я не понимаю, как она могла предать его, – покачала я головой, действительно слабо себе это представляя.

Гроуи пожал плечами – я не видела, но почувствовала, потому что он продолжал держать меня за руку, а затем безразлично сказал:

– Ты сама собиралась сбежать от него, думаешь, это не предательство?

Я так и замерла, споткнувшись обо что-то под ногами и лишь чудом устояв. Замерла, застыла, просто остановилась, широко распахнутыми глазами глядя в пространство перед собой и потрясённо обдумывая то, что только что сказал Тень.

Гроуи, будто не замечая моего потрясённого состояния, отпустил мою ладонь, обошёл меня и встал напротив. Поднял руку и щелчком пальцев зажёг маленький тусклый огонёк у нас над головами, света которого хватило, чтобы появилась возможность рассмотреть тёмные, грубо обтёсанные стены тоннеля и лицо вставшего передо мной мужчины.

– Не мне тебя осуждать, – начал он с ноткой вины в голосе, – да я и не буду, но ты просто подумай, что он сейчас чувствует.

Я подумала… и, пошатнувшись, едва устояла на ногах. Но устояла, и даже нашла в себе силы на то, чтобы сказать:

– Не пытайся давить мне на жалость, – собственный голос прозвучал глухо и вообще так, будто это и не мой голос вовсе был.

К щекам прилил жар, который тут же распространился и на всё остальное тело, мешая дышать и путая мысли. Я вот только сейчас подумала о том, как будет чувствовать себя Садхор после моего ухода… после того, как я уже едва не умерла, и выжила лишь благодаря ему.

И только сейчас поняла, какая же на самом деле я. Я, не он. Эгоистичная – и это жгло сильнее всего, неблагодарная, невнимательная и ещё много-много слов, что характеризовали меня и моё поведение.

Садхор пытался измениться, шёл на уступки, спас мне жизнь уже столько раз, а я… Я проигнорировала всё это, испугалась и эгоистично сбежала. И даже больше того: я успела подумать о побеге в другой мир, такой, где Садхор меня точно не найдёт.

Я подумала уже о стольком… но не подумала о том, как он будет себя после этого чувствовать. Совершенно не подумала.

Взгляд с трудом сфокусировался на Тени, что продолжал стоять напротив и молча ждал, когда же я уже приду хоть к каким-нибудь выводам.

– Спасибо, – хрипло выдохнула я, – спасибо, что сказал мне об этом.

Шаг назад, ещё один, поворот к стене, поднятая руки и машинально выведенная руна. Я даже не успела подумать о том, что именно вывожу и откуда вообще её знаю, а пространство на стене уже послушно сверкнуло бледно-золотым, на краткий миг наполнив светом и тоннель.

А затем я увидела Садхора. Невероятно злого, с сжатыми зубами и проявившимися на щеках желваками, с непривычно бледным лицом и убийственным выражением на нём же.

Но на всё это я смотрела от силы несколько секунд, а затем заглянула в непроглядно чёрные глаза и… забыла, как дышать. Потому что там, в его глазах, не было злости и желания убивать. Нет. Там было лишь отчаяние. Бесконечное пульсирующее отчаяние.

У меня сжалось сердце и лёгкие тихо выпустили весь воздух, отказываясь принимать новый. И так больно стало – не физически, а душевно. Больно настолько, что слёзы на глаза навернулись и всё вокруг поплыло.

Запоздало поняла, что Садхор стоит не один. Вокруг него собралось штук сорок драконов в человеческом обличье, и всё небо тоже заслоняли они – большие и маленькие, самых разных цветов, кружащие в небесах и упорно ищущие… меня. Ещё сколько-то мужчин пытались взломать ход, которым меня увёл Гроуи. Получалось у них не очень хорошо: ход открываться не желал, а вот камней они разобрали уже с половину дома.

– Не найдут, – уверенно заявил подошедший и вставший рядом Тень.

Садхор меня в мире мёртвых нашёл, так что я бы не была так в этом уверена. Но говорит ничего не стала, просто молча продолжила смотреть на дракона и думать, судорожно думать о том, что мне делать дальше. Что делать?

– Он сейчас злой, – снова первым нарушил молчание Гроуи, – вернёшься к нему сейчас и вряд ли в ближайшее время увидишь солнечный свет. Предлагаю сначала сделать то, что запланировала, а потом уже идти сдаваться.

Его слова не были лишены логики, вот только…

– Мы уже почти дошли, возвращаться будем дольше, – добавил он, видя мои сомнения.

И первым пошёл дальше по тоннелю, фактически не оставляя мне выбора: сама я обратно точно не выйду.

Так что пришлось идти следом, перед этим разрушив руну и вновь погрузив проход во тьму.