Глава 10

Усыпанный золотыми искрами портал почти минуту кружил меня в магическом водовороте, чтобы в итоге мягко скинуть на чью-то широкую постель. Я мгновенно утонула в изобилии подушек, но даже понимая, что нужно встать, всё равно продолжила лежать, пережидая приступ головокружения и тошноты… такой забытой за два месяца отвратительной тошноты!

Зло засопев, кое-как я всё же выбралась из подушек, затем спрыгнула с довольно высокой постели на тёмный каменный пол и с медленно растущим ужасом осмотрела просторную сумрачную комнату, железную решётку на двух больших окнах, массивную железную дверь…

Просто отказываясь верить в то, о чём так настойчиво сейчас твердила интуиция, я медленно, на негнущихся ногах подошла к двери, положила руку на ледяное железо и попыталась её открыть. Затем попыталась ещё раз, и ещё несколько, чувствуя, как ужас ледяными иглами проникает куда-то глубоко внутрь, как сбивается дыхание и как отчаяние стучит в висках.

Это всё просто не могло оказаться правдой. Это неправильно и нечестно, и… это не может быть правдой!

Но было.

Обернувшись и обессиленно привалившись спиной к так и не открывшейся двери, я со смесью неверия и дикого ужаса осмотрела тёмное помещение, в котором оказалась.

Большой деревянный шкаф у двери, с другой стороны точно такой же шкаф, только с заставленными книгами полочками, между окнами большой стол и два стула рядом, чуть в стороне два глубоких мягких даже на вид кресла, пушистый ковёр под ними и неприметная дверка в стороне, за которой оказалась такая же большая и тёмная ванная комната.

Сравнение всего этого с тюрьмой мне не понравилось, но именно оно было наиболее точным.

А потом в основной комнате что-то с тихим звоном засветилось, на деревянный стол прямо из воздуха посыпался искрящийся, освещающий пространство вокруг золотой песок, который в итоге превратился в самый обычный лист плотной белой ткани.

Подойдя, я осторожно взглянула на него, но в темноте ничего не увидела. Подцепила бумаги дрожащими холодными пальчиками и пошла к окну, за которым далеко-далеко отсюда был усыпанный огнями ночной город. Так действительно далеко, почти на горизонте, а здесь, вокруг, только снега, тёмные ели и, кажется, горы.

За неимением иного освещения пришлось напрягать зрение. С трудом, но спустя некоторое время я всё же сумела прочесть выведенное крупным уверенным почерком: «Разбираюсь с ситуацией, вернусь поздно. Ложись спать, поговорим утром».

Листок едва не выпал из моих ослабевших рук. Но я не стала мусорить, поэтому вернула его на стол, а сама осталась стоять у окна, печально глядя на далёкий город и с глухим отчаянием понимая, что, похоже, именно на него мне предстоит смотреть до конца своей жизни.

«Не попадайся мне на глаза. Ради собственной же безопасности, Катя, не попадайся мне на глаза».

С грустью подумала о том, что я сама виновата. Да, Ахара утащила меня сюда против моего желания, но, если честно, не особенно я и сопротивлялась. Ей же можно было всё объяснить, можно было с ней просто поговорить, но я не стала делать ничего. Совершенно ничего.

Так что сама виновата, целиком и полностью.

А в тёмном ночном небе тем временем появились драконы. В количестве десяти штук они оторвались от земли где-то на территории далёкого города и теперь ровным строем летели прямиком сюда.

Долетели всего за минуту, наверно, у самого дома их строй распался и все десять драконов разлетелись в стороны. Я сначала подумала, что они просто улетели, но нет, это был их наблюдательный пост: трое остались в драконьей форме и теперь кружили вокруг прилегающих к дому территорий, остальные семь спрыгнули на землю уже людьми в тёмных плащах, пятеро разошлись по снегу в разные стороны, а двое двинулись прямиком к дому.

В мою сторону никто из них даже не взглянул, но мне не было страшно. Совершенно не было. Какая-то часть меня отлично понимала, что это если не люди Садхора, то трогать меня всё равно не будут: не встречалось мне ещё идиотов, что пошли бы против правителя драконьего народа.

Так что я не боялась. Я стояла у окна, обнимала себя за плечи и ужасно сожалела о том, что сделала. Практически обо всём, что сделала. Больше всего о том, что пошла с Ахарой.

С тихим стуком открылась дверь, из тёмного коридора в такую же тёмную комнату шагнула массивная тень, коротко поклонилась и с ощутимым акцентом, но всё равно довольно для меня понятно доложила:

– Периметр под охраной, в течение часа прибудет остальная ваша охрана, арсиэль Катрин. Правитель велел вам не ждать его и ложиться спать.

Просто кивнула, говоря, что услышала его, с ёкнувшим сердцем проследила за тем, как дракон, вновь поклонившись, ушёл, закрыв за собой дверь, потом, не выдержав, вновь подошла к ней.

И вот совсем не удивилась, когда железная ледяная дверь не пожелала открыться.

На негнущихся ногах дошла и упала в одно из кресел, пытаясь хотя бы просто подумать о том, что можно сделать. Что сделать? Мне нельзя оставаться, тем более взаперти. Вот просто нельзя. Что будет дальше? Правитель вернётся и… и что?

Мороз пополз по коже, едва вспомнилось его злое: «Я знаю несколько действительно действенных способов заткнуть тебе рот. Не уверен, что они тебе понравится, но знаю, что они гарантированно понравятся мне. Продемонстрировать?!»

Содрогнувшись всем телом, стянула сапоги, отставила их в сторону и забралась в кресло уже с ногами, обнимая прижатые к груди колени.

И тут случилось то, чего я вообще не ожидала.

Тускло замерцав, в стене, которая отделяла спальню от ванной, с тихим шелестом прямо на пол тёмной пылью осыпалась часть стены, открывая тёмный, не внушающий никакого доверия проход.

Из прохода вытянулась чья-то ладонь в чёрной перчатке и пощёлкала пальцами, привлекая моё внимание. Но моё внимание и так полностью было уделено ей, и, едва обладатель ладони это понял, меня настойчивым, но молчаливым жестом позвали к себе.

Стоит ли говорить, что я даже не дёрнулась, во все глаза глядя на чужую руку?!

Руке это совершенно не понравилось. Погрозив мне внушительным кулаком, она вновь сделала подзывательный жест, очень такой настойчивый, а когда я вновь не отреагировала, подумывая уже о том, чтобы позвать кого-нибудь из драконов, случилась ещё одна неожиданность.

Щёлкнули чужие пальцы и по полу по направлению ко мне заскользили светящиеся полупрозрачные змейки, что быстро и ловко подобрались к креслу, оплели все четыре ножки и с силой его дёрнули.

И я всё же вскрикнула! Тут же весь дом пришёл в движение, внизу что-то загромыхало, послышались быстрые приближающиеся шаги, и драконы в небе зарычали так, что задрожал весь дом, но моего похитителя это нисколько не смутило.

Быстро и уверенно затащив меня в тёмный проход, он вернул стену на место в то самое мгновение, когда со звоном разбилось стекло и с оглушительным грохотом распахнулась железная дверь!

Всё это произошло настолько быстро, что я едва ли поняла, что, собственно, произошло! Но некоторым тут моё понимание было без надобности, именно поэтому меня прямо с креслом протащили по тёмному узкому коридору и практически вытолкнули во вдруг открывшуюся дверь.

Я падала! Несколько мучительно долгих секунд я падала в неизвестность, со всех сторон окружённая слепящим светом!

Моё падение закончилось приземлением на кровать. На мою родную, находящуюся у меня в квартире кровать.

Я дома.

* * *

Стоя в ванной перед зеркалом, я с неприязнью осматривала пять практически чёрных синяков, оставшихся на предплечье от руки Ахары, когда та выдёргивала меня из воды. На другом плече красовался синяк посветлее, зато размером куда внушительнее – его я заработала по пути в тот мир, отчётливо это помню.

Но куда больше меня волновало то, что произошло в доме Садхора Арганара.

Кто-то, и я так и не смогла понять, кто именно, украл меня из его дома и вернул в дом мой, родной и любимый.

Я точно знала двоих, кто мог открыть портал, и предполагала ещё одного. И если про Садхора я могла точно сказать, что он не стал бы похищать меня из своего же дома, то оставшаяся с ним Ахара была под сомнением.

Как и тот, из-за кого всё это в моей жизни начало происходить. Да, я почти уверена, что Арх-Аир тоже в состоянии открыть портал и вернуть меня домой, но тут закономерный вопрос: зачем ему это? И к чему такая секретность? И что вообще происходит?

Увы, ответов на эти вопросы у меня не было. Как и уверенности в том, что всё это безумие более не повториться.

* * *

А утром я проснулась от запаха сладких блинчиков, что наполнил всю мою квартиру… квартиру, в которой кроме меня никого быть не должно. И даже больше того, попасть в эту квартиру можно только с моего разрешения, потому что есть всего две пары ключей: одна моя, а вторая тоже моя, только запасная, и лежит она в потайном кармане сумки.

Но запах был. Слишком отчётливый, чтобы принять его за глюк.

Здравый смысл подсказывал, что вломившиеся ко мне воры вряд ли стали бы готовить завтрак, значит, это кто-то из знакомых, но… но кто?

К несчастью, у меня было лишь два варианта. И я даже не знаю, какой из них меня не радовал в большей степени.

Выбравшись из постели, я прямо так, в майке и светлых пижамных штанах пошла выяснять, кого нелёгкая занесла на мою кухню.

– О, привет! – Встретила меня уже на выходе из комнаты раздражающе довольная… Ахара.

Она так и светилась изнутри искренним счастьем. На мой взгляд, слишком уж подозрительным.

– Ты что здесь делаешь? – Опустила я вопрос «как ты сюда попала».

– Готовлю тебе завтрак, – радостно поведала девушка.

А потом её улыбка вдруг померкла, сменившись мгновенным побледнением красивого лица. Проследив за её испуганным взглядом, я неловко попыталась прикрыть волосами плечи и появившиеся вчера синяки, но Ахара уже всё равно всё видела.

И, подняв на меня полный сожаления взгляд, искренне попросила:

– Прости! Я… я и не думала, что ты настолько хрупкая, – она замолчала, прикусив нижнюю губу, и куда тише сказала: – И за Садхора тоже прости, Кать. Я не знала, что всё пойдёт вот так…

Думать о нём мне хотелось меньше всего, но даже при всём понимании того, что это всё же придётся сделать, я всё равно решила не делать этого прямо сейчас.

– Забудь, – улыбнулась девушке, надеюсь, что бодро.

И первой направилась на кухню, где так удивительно пахло блинчиками.

Да так на пороге и замерла, потрясённо глядя на то безобразие, что там происходило. Тесто в кастрюльке поварёшкой помешивалось само. Кастрюлька в воздухе над столешницей висела, поварёшка в ней сама ловко так тесто мешала. Деревянная лопатка подрумяненные блинчики в горячей сковороде тоже сама цепляла и подкидывала, а сковорода их ловила. Тоже ловко, да, а когда и вторая сторона подрумянивалась, лопатка пышные блинчики цепляла и переносила на тарелочку.

К слову, с горкой наложенных тарелочек было много: на обеденном столе две, одна на столе разделочном, что у плиты стоял, ещё одна на подоконнике, а сейчас была уже наполовину заполнена пятая тарелка, и, судя по количеству оставшегося в кастрюльке теста и по энтузиазму втянувшейся в это дело утвари, блинов планировалось напечь много, очень-очень много.

– Это… что? – Выдохнула крайне подобным зрелищем впечатлённая я, а затем, побледнев от страшной догадки, развернулась к погрустневшей девушке и практически взмолилась: – Скажи, что ты колдуешь только в моём доме.

Мне было крайне важно, чтобы она подтвердила это, успокоив меня тем самым.

– Конечно только у тебя, – отмахнулась Ахара и посмотрела на меня так, будто я сморозила полную глупость.

Мне не было важно, что она обо мне в этот момент подумала, я просто очень обрадовалась тому факту, что у меня будет на несколько проблем меньше.

– Ты просто умница! – Похвалила я девушку от всего сердца.

И даже улыбнулась. Моя улыбка стала только шире, когда Ахара, отвлекаясь от своих нерадостных мыслей, насмешливо вздёрнула подбородок и охотно подтвердила:

– Конечно умница. Не говори, что ты сомневалась в этом.

Не стала. Просто стояла и улыбалась, ничего не говоря. И длилось так секунд тридцать, наверно, а потом я спросила:

– Садхор ругался на тебя?

К моему невероятному удивлению, Ахара взяла и промолчала, многозначительно при этом улыбнувшись. Вместо ответа на вопрос она сказала:

– Вчера у нас всё вышло совершенно не так, как я планировала. Более того, ты пострадала по моей вине…

Я открыла рот, но мне не дали и слова сказать.

– Молчи, Катя, я тут важные вещи говорю, между прочим.

На меня при этом посмотрели со столь искренним возмущением, что я невольно рот сама закрыла и руки подняла, признавая свою капитуляцию. Удовлетворённо кивнув, девушка продолжила:

– В общем, я намерена извиниться.

– О, нет, – простонала я, уже заранее зная, что ничем хорошим это не закончится.

А Ахара, не обращая на меня более никакого внимания, радостно улыбнулась и обрадовала:

– Платье в гостиной на диване, всё остальное там же. Давай быстрее, я хочу показать тебе одно удивительное место. Уверена, тебе понравится.

– Сомневаюсь, – сказала я очень серьёзно.

– Не сомневайся, – посоветовала Ахара снисходительно, – тебе правда понравится. Позавтракаем на природе и тогда я расскажу тебе, что вчера было.

Нет. Любопытство, конечно, страшная вещь, но не настолько оно было сильным, чтобы я захотела рисковать вновь. Да меня вчера из дома правителя вытащило исключительно чудо!

Кстати говоря о чуде:

– Это ты вчера вытащила меня? – Прямо спросила я у драконицы.

И улыбаться она перестала, тревожно глядя на меня. Облизнула пересохшие губы, бросила взгляд в окно, затем приблизилась ко мне практически вплотную и хрипло прошептала:

– Садхор вчера не вернул тебя домой?

Я отрицательно покачала головой, думая о том, стоит ли говорить. В итоге решила, что скрывать глупо, так что:

– Это был дом где-то за городом, решётки на окнах и дверь, что отказывалась открываться, – предельно честно поведала я.

Золото в глазах девушки практически исчезло, чёрный зрачок увеличился до таких размеров, что радужки было почти не видно.

– Он запер тебя в доме? – Будто не веря, практически изумлённо прошептала крайне поражённая девушка.

А я в этот момент поняла, что из дома вытащила меня не она. А если не она и не Садхор, то остаётся лишь одно существо, что сумело проникнуть в дом правителя драконов и открыть портал в мой мир.

И вот зачем это Арх-Аиру? Зачем?

– В спальне, – думая о своём, сообщила я ожидающей моих слов Ахаре.

Краем глаза заметила, как она прошла и тяжело упала на стул, опустила локти на стол и спрятала лицо в ладонях.

Можно предположить, что дух мне помог исключительно по доброте душевной. И это даже хороший вариант, самый лучший, я бы сказала, но очень уж подозрительный. Даже не знаю, что именно меня насторожило, но что-то во всём этом было не так.

– Я… скрою нас, – не очень уверенно предложила девушка, спустя несколько минут справившись с собственными эмоциями.

И я бы отказалась, но она подняла на меня полные печали глаза и почти взмолилась:

– Катя, я обещаю, что всё будет хорошо. Пожалуйста, давай поговорим.

Покидать дом не хотелось совершенно. И я уже была готова отказать, но тут девушка произнесла то, что заставило меня боязливо покоситься на окно:

– Нас подслушивают, – прозвучало глухо и почти безжизненно, – Арх-Аир сказал, что сегодня ночью десять драконов покинули территорию Туманного мира. По моей просьбе он отследил их путь и… в общем, у тебя теперь десять новых соседей в ближайших трёх домах. Один даже этажом ниже.

* * *

Ахара не обманула, это действительно было невероятно красивое место!

Цветочная поляна белых, светло-голубых и светло-розовых цветов, что искрились не то от утренней росы, не то от водной пыли, которую создавал маленький водопадик справа. Ещё справа был обрыв, и если к нему подойти и посмотреть вниз, то можно было увидеть внизу озеро с кристально-чистой водой, в которую водопад и падал с верхушки скалистой горы.

А слева был лес, причём деревья его были столь высокими, что вместе с горой образовывали прохладную тень для цветочной поляны.

В траве суетились насекомые, на деревьях звонко пели птички и водопад весело шумел. И всё это было настолько прекрасно, что я невольно замерла, прикрыв глаза и просто слушая, слушая, слушая… В это мгновение исчезли все проблемы и волнения, исчезли даже мысли, и необходимость поторопиться, чтобы успеть на работу, тоже пропала. Я не думала даже о том, когда вдруг моя спокойная жизнь успела превратиться в жизнь ту, где я убегаю на завтрак в другой мир, чтобы через полчаса вернуться домой и побежать на работу, по дороге выискивая взглядом подселённых ко мне драконов.

Мне было просто хорошо. Очень хорошо. Свежо, радостно, волшебно. И я стояла бы так, кажется, всю жизнь, если бы только могла, но…

– Катя! – Позвала откуда-то оттуда Ахара.

И мне пришлось открыть глаза и, по колено утопая в цветах, пойти туда, где драконица уже успела расстелить тёплое покрывало и переложить содержимое своей корзины на него. Я шла, вдыхая чудесный цветочный аромат полной грудью, и не могла перестать улыбаться.

Мне было просто хорошо в это мгновение.

Но ничего не длится вечно, поэтому я, устроившись с поджатыми ногами на краю покрывала, взяла тарелочку с блинчиками, переложила её на колени и напомнила некоторым об условиях нашего договора:

– Рассказывай.

Ахара, устало вздохнув, взяла маленькую бутылочку, ловко полила мои блинчики чем-то, по цвету и запаху напоминающим мёд, налила чай нам в кружки, свой нервно помешала, сделала глоток и только после этого заговорила:

– Во-первых, я должна извиниться перед тобой за всё, что произошло вчера. Я не должна была подвергать тебя опасности и меньше всего я ожидала, что основным источником этой опасности будет мой родной брат.

Ахара вздохнула, виновато глядя на покрывало перед собой, и продолжила только через несколько секунд молчания:

– Я не знаю, что он сказал тебе в том здании, но ты бы себя после этого видела – вся бледная, дрожащая, с полными слёз глазами… Я тогда думала, что просто придушу эту самодовольную наглую морду! И потом, когда ты утирала лицо снегом, я попросту растерялась и даже не представляла, что мне нужно делать…

Судорожный выдох, поднятый на меня полный сожаления взгляд и искреннее:

– Прости!

Аппетит как-то внезапно пропал, и красота окружающей меня сказки померкла, а такое чудесное утро вдруг стало холодным и неприветливым.

– Всё в порядке, – глухо проговорила я, глядя не на драконицу, а на ближайший белоснежный цветочек, усыпанный, словно искрящейся пыльцой, мельчайшими капельками росы.

– Что он сделал? – Заботливо поинтересовалась девушка, чуть подавшись ко мне поближе.

Говорить не хотелось, не хотелось, чтобы Ахара переживала – по ней видно, что она точно будет переживать.

Поэтому, посмотрев на неё, я заставила себя улыбнуться и бодро повторить:

– Всё в порядке, Ахара, правда. Тебе не о чем волноваться. Лучше расскажи, что вчера произошло, потому что лично я мало что понимаю.

Это было чистой правдой, к которой девушка при всём своём желании придраться не смогла. Но она всё равно ещё какое-то время недоверчиво на меня смотрела, чтобы в итоге тяжело вздохнуть и действительно приняться рассказывать:

– Вампиров я не видела. Садхор, к слову, тоже, и вызванный им глава службы безопасности их тоже не видел. Я подозревала магию, брат ставил на подмешанный яд, и теперь я вынуждена с ним согласиться, но, видишь ли, тут проблема: если и травили, то весь замок, ещё и кто-то из своих, так что мы пока не можем выяснить, во что именно был добавлен яд, потому что никто из нас его попросту не чувствует. Чужаков в дом Садхор не пускает, его обитателей, наоборот, не выпускает, так что, кажется, эта зацепка просто пропадёт.

Ахара сделала ещё один глоток чая, отправила в рот маленькую тёмную ягодку с тарелочки и продолжила, сообщив всего одно совершенно безрадостное слово:

– Акира.

– Кто? – Не поняла я.

– Невеста Садхора, – скривившись от отвращения, пояснила Ахара, – мы не смогли доказать, что она была в городе. Четверо свидетелей уверяют, что она была в нашем родовом поместье на приёме у наших родителей, сами мама с папой тоже в этом уверены, Садхор лично проверил каждого свидетеля, и в итоге получается, что у нас четверо против нас с тобой… брат поверил мнению большинства.

Это слегка пугало и удивляло, но ему, видимо, лучше знать, так что:

– И что теперь? – Спросила осторожно, потянулась, взяла кружку и тоже сделала глоток тёплого сладкого чая, незаметно отставив в сторону тарелку с блинчиками.

– И теперь мы с ним не разговариваем, – Ахара отвернулась, потом вспомнила, что как раз со мной она разговаривает, повернулась обратно и продолжила: – Я под домашним арестом за то, что ослушалась его запрета… даже двух, но неважно. Акира тоже под арестом, ей Садхор не доверяет, хотя она уверена, что это исключительно ради её безопасности… вот двуличная тварь!

Мысленно согласившись, я тут же отругала саму себя за излишнюю субъективность и отрицательные чувства к той, кого даже не знала.

И, уводя и себя, и Ахару от этой опасной темы, спросила:

– А вампиры?

– А что вампиры? – Устало переспросила девушка, вздохнула и махом допила свой чай. – От них никакого толка – после Картанара бессилен даже мой брат.

– А это что? – Бросила я на неё вопросительный взгляд.

– Заклинание полного лишения памяти. Я вчера облажалась, Кать, сильно.

Отставив пустую уже кружку, Ахара легла поверх покрывала на спину, устремив полный печали взгляд в светлое голубое небо.

Думая о том, что вчера произошло, я обняла кружку обеими ладонями и спокойно сказала:

– Нет.

Кажется, попытка скрыть печаль за спокойствием оказалась провальной, потому что Ахара повернула голову, посмотрела на меня снисходительно и, как маленькой, начала объяснять:

– Их следовало парализовать, а я вместо этого отправила всех в отделение полиции, где они, лишённые моего контроля, использовали заминку ничего не понимающих полицейских и успели применить Картанар. Массово. К слову, после такого всплеска энергии полицейский участок пришлось ремонтировать, но это неважно. Куда важнее то, что Садхор теперь не может считать их воспоминания, потому что там и считывать нечего.

Вспомнилось, как он провернул этот фокус со мной вчера в карете. Считывание мыслей, как важно и красиво это звучит… не так грязно, как является на деле.

Мы посидели, с грустью думая каждая о своём. Потом я вспомнила, что мне ещё на работу… стало окончательно грустно.

– В общем, у нас в итоге только лишь нарушение условий перемирия, – подвела итог Ахара, – вампирское правительство отказывается от выдвинутых ХайШи претензий и заявляет о том, что они ничего не знали. Те бумаги оказались лишь налоговыми, сами мужики вообще не при делах, входящую в здание драконицу они даже не видели. Садхор ищет, а где не найдут другие, там обязательно найдёт он, но, кажется, не в этот раз. И знаешь что? Это бесит!

Меня это не бесило, меня это очень-очень пугало. А ещё я с грустью подумала о том, что не хочу быть втянутой во всё это, но, кажется, выбора у меня всё равно нет. Можно было бы потребовать у Ахары перестать ходить ко мне, как к себе домой, и утаскивать меня в свой мир, но теперь, когда Садхор подселил ко мне личную охрану, это скорее навредит, нежели поможет. По крайней мере мне, как бы эгоистично ни звучало. А вот самой Ахаре у меня действительно лучше не появляться, раз уж она под домашним арестом…

Не подозревая о моих размышлениях, драконица приподнялась на локтях, с искренним возмущением посмотрела на меня и продолжила развивать свою мысль:

– Меня это ужасно бесит! А самое обидное то, что тут, похоже, заговор, причём массовый и старый, потому что за короткий срок всего этого не провернуть, и действовать начали с Садхора – того единственного, кто может разобраться в чём угодно. Так вот они решили первым делом его устранить! И неизвестно, как далеко они сумели бы зайти, если бы вчера вечером ты не увидела Акиру и заполненные вампирами улицы!

Резко с шумом выдохнув, Ахара рывком села, скрестив затянутые тёмными брюками ноги, положила локти на колени и продолжила:

– Это была чистая случайность. Не нарушь я приказа и не сбеги к тебе, не утащи я тебя в Арсорес, не стой ты тогда в моём магазине у этого окна – мы бы так ничего и не узнали. И эта мерзавка Акира и дальше бы проворачивала свои тёмные делишки, крутя моим братом так, как ей заблагорассудится!

Ахара замолчала, печально глядя на меня, и закончила совсем тихим:

– Это просто случайность, Катя. Случайность, которая изменила всё.

И она снова замолчала, устало отвернувшись куда-то в сторону.

Мы молчали несколько бесконечно долгих минут, думая каждая о своём, но наверняка об одном и том же.

В итоге именно я тихо спросила:

– Что происходит?

Кажется, с этим вопросом смолкли птицы, застыл ветер и вода в водопаде стала шуметь тихо-тихо, почти бесшумно. Всё вокруг вдруг будто замерло, настороженно прислушиваясь к ответу Ахары Арганар.

Ответу, которого она не знала.

И, подтверждая это, девушка беспомощно поджала губы, устало повернулась ко мне… и вдруг замерла, заметно побледнев за всего одно мгновение.

– Ахара? – Встревоженно позвала я.

Девушка не отреагировала, но взгляд её, направленный куда-то мимо меня, из испуганного медленно превратился в пугающе-решительный.

Уже заранее боясь того, что могу там увидеть, я медленно, со сжавшимся в груди сердцем обернулась и посмотрела на границу поляны и леса.

И замерла, вздрогнув.

Потому что там стоял человек. Или не человек, если судить по высокому росту и змеиным глазам. Ненормального жёлто-зелёного цвета с нитью вертикального зрачка, что были отчётливо видны даже с такого приличного расстояния.

Но там точно кто-то был! И он стоял и смотрел прямо на нас ровно до того момента, как мы его не заметили, а потом, удостоверившись, что всё наше внимание уделено ему, развернулся и показательно медленно ушёл в лес, скрывшись среди деревьев.

Провокация чистой воды, это поняла даже я, но подскочившая на ноги Ахара всё равно бросила злое:

– Жди здесь!

И раньше, чем я успела хотя бы подумать о том, чтобы остановить её и не позволить драконице уйти прямиком в чью-то ловушку, она скрылась с моих глаз!

Дрожа от страха и охватившего меня нервного напряжения, я неловко поднялась на ноги, прижала руку ко рту и с ужасом посмотрела на то место, где стоял незнакомец и где, как мне казалось, скрылась Ахара.

Её не было долго, очень долго. Я всё это время стояла, напряжённо прислушиваясь и всматриваясь в лес, но так ничего и не увидела. Ничего. Даже никаких звуков, вообще ничего.

Не знаю, сколько времени прошло: пять минут, десять или весь час. Я просто стояла и ждала, ждала уже хоть чего-нибудь. Страх велел идти в лес и найти Ахару – вдруг с ней что-то случилось? Но здравый смысл подсказывал, что мне лучше стоять на месте.

И я стояла. Стояла и слушала, грызя от страха сначала ногти, потом пальцы… Стояла, пока не поймала себя на мысли, что молюсь о том, чтобы с ней всё было хорошо.

К сожалению, я поняла это слишком поздно, примерно в то мгновение, когда рядом со мной вспыхнул чей-то портал, а потом на поляну вышел высокий дракон с убранными в хвост на затылке искрящимися золотыми волосами и куда более яркими золотыми глазами, в которых отчётливо полыхнуло удивление, едва Арх-Аир увидел перепуганную меня.

В следующее мгновение удивление сменилось осуждением и, в принципе, у меня больше не было сомнений в том, что именно он вытащил меня вчера.

Но сейчас это было совершенно неважно, меня даже нисколько не волновало, каким образом Арх-Аир оказался здесь, потому что где-то там в лесу была Ахара, и я не имею никакого понятия о том, где она и что с ней сейчас происходит. А вдруг что-то случилось? Кто был тот человек? Что он сделал?

И я, подавшись вперёд, вцепилась в рукав чёрного мундира Арх-Аира, снизу вверх посмотрела в его удивлённые глаза и откровенно взмолилась:

– Найди Ахару!

Не сводя с меня странного взгляда, дух медленно обернулся, оглядел пустую поляну, отдельное внимание уделив покрывалу, снова повернулся ко мне и беспомощно развёл рукой, одной, потому что за вторую продолжала цепляться я.

Я едва не застонала от досады! Но застонать всё же пришлось, потому что сочувственно меня по плечу похлопавший дракон вдруг вскинул руку и раньше, чем я успела хотя бы испугаться, открыл портал, из которого через полсекунды уверенно и зло шагнул сам правитель драконьего народа.

Обрыв над озером, который до этого меня лишь пугал, вдруг показался неплохим вариантом для побега. И я бы честно сбежала от этого полного удивления, а после и негодования взгляда, но:

– Здесь кто-то был! – Сообщила я мрачно на меня взирающему Садхору Арганару. – Он стоял там, у леса, а потом ушёл, и Ахара тоже исчезла, и её всё нет, а я даже не знаю, сколько времени прошло, я…

– Так, – перебил дракон, временно сменив свой праведный гнев если не на милость, то по крайней мере на непонимание.

И поднял обе руки на уровень своей груди, призывая меня к спокойствию и молчанию.

Шарахнулась я от него совершенно неосознанно! И поняла, что сделала, только когда непонимание и искренняя тревога в чёрно-золотых глазах на пару мгновений сменилась уже известной мне яростью. Но делать что-либо было уже поздно, поэтому я так и осталась стоять на месте, испуганно глядя на того, кто в последнее время внушал мне только страх.

– Ахара ушла в лес? – С подчёркнутым спокойствием спросил Садхор.

Я его спокойствия не разделяла, но, судорожно вздохнув, кивнула. И тогда дракон повернулся к молча за нами наблюдающему Арх-Аиру и что-то ему сказал.

Не знаю, о чём они говорили, но дух почему-то показал на меня, после чего оба мужчины повернулись в сторону леса, ещё что-то друг другу сказали, а потом Садхор сделал шаг вперёд, медленно разводя руки в стороны.

То, что что-то происходит, я поняла мгновенно. На поляне и так было довольно тихо после ухода Ахары, но сейчас тишина буквально звенела в воздухе, и на поляну со всех сторон начал стягиваться пугающий до мурашек сумрак…

Первая вспышка была короткой, словно спичку подожгли, вторая последовала за ней через секунду и добралась до края леса, а вот третья… третья была самой мощной, затопившей чем-то тёмным всё, абсолютно всё вокруг, унёсшейся чёрным туманом прямо в лес!

И оба мужчины, словно ищейки, мгновенно почуяли след и унеслись вслед за туманом, снова оставляя меня совершенно одну сходить с ума от неизвестности и тревоги.

Я не стала делать глупостей и не пошла за ними, хотя очень хотелось сделать уже хоть что-то, а не стоять на месте и ждать чуда. Но именно это я и делала: ждала. Просто ждала, закусив губу практически до крови, сжимая пальцы, отчаянно веря в Садхора и всё прислушиваясь, прислушиваясь, прислушиваясь…

Треск! Короткий, но звонкий, где-то там, у меня за спиной, заставивший подпрыгнуть и мгновенно обернуться!

И замереть, со смесью потрясения и ужаса глядя в алые глаза того, кто был в полусотне шагов от меня – стоял на пересечении леса, скалы и поляны.

Весь в чёрном, с чёрными же длинными волосами, бледной кожей и чем-то непонятным, плещущимся в алых глазах. Он стоял, просто стоял на месте и смотрел на меня, даже не моргая.

– Забавно, – донёс лёгкий ветерок его тихий задумчивый голос, заставляющий всё внутри сжиматься от страха.

Я не ответила. Даже если бы знала, что сказать, я была просто не в состоянии разлепить пересохшие губы и сказать хоть что-то.

Вампиру мои слова были без надобности. Чуть склонив голову к правому плечу, он окинул меня изучающим взглядом и вновь повторил это жуткое:

– Забавно…

А затем, улыбнувшись и продемонстрировав острые зубы, он развернулся и исчез в лесу, будто его здесь никогда и не было.

Вот только с трудом забившееся сердце доказывало обратное.

– Катя! – Позвал чей-то голос.

Я не отреагировала, продолжая напряжённо всматриваться в кромку леса, кожей ощущая чьё-то пристальное внимание.

– Катя, – женская ладонь легла на моё плечо, осторожно потрясла и попыталась развернуть к себе.

Попыталась, потому что я повела плечом, сбрасывая чужую конечность, и продолжила всматриваться в тёмный лес, всем телом ощущая, что он всё ещё был там, стоял, смотрел, слушал…

– Кать! – Ахара уже откровенно психанула.

– Тише, – прошептала я и…

Нашла его. Лишь взгляд алых глаз, но я не ошиблась, он действительно всё это время продолжал стоять в лесу, сместившись шагов на десять от того места, где я видела его в прошлый раз.

– Что происходит? – От холодного голоса правителя драконьего народа я чуть не вздрогнула, едва не потеряв зрительный контакт, но удержала себя в руках.

И смогла точно увидеть ненависть в брошенном на дракона взгляде. Точно такого же взгляда, не обещающего ничего хорошего, через миг удостоилась и я, а затем вампир исчез.

В этот раз совсем.

Медленно выдохнув, я заставила себя перестать смотреть на то место, повернулась и далеко не с первой попытки сумела-таки сфокусировать взгляд на обеспокоенном лице Ахары.

– Ты бледная, – заметила драконица спокойно, даже безразлично.

Оглядев её растрёпанные волосы и испачканную грязную одежду, отозвалась:

– Ты тоже.

И нам бы обсудить произошедшее, потому что здесь только что фактически на наших глазах произошло что-то, выбивающееся из понятия нормального, но…

Это самое «но» в этот момент так некстати снова подало голос:

– А лично мне было бы крайне интересно узнать причину, заставившую вас обеих этим утром нарушить очередной мой запрет и появиться здесь.

Невольно переглянувшись, мы с Ахарой решили, что любые слова сейчас будут губительными, поэтому с нашей стороны будет разумным просто промолчать.

К несчастью, я разумной не была, поэтому осторожно заметила:

– Вы мне ничего не запрещали.

– Мне это исправить? – Холодно поинтересовался правитель драконов.

– Не утруждайтесь, – мгновенно решила я и, последовав примеру его сестры, виновато опустила голову.

Особой вины я не чувствовала по той простой причине, что я в принципе не была в чём-то виновата. А вот правителю стоило бы испытать это чудесное чувство, но он попросту не желал.

В общем, стоим и старательно изображаем раскаяние, которого не чувствовали. И стоять бы нам так, вот только:

– Прекращайте уже, – скривился от отвращения Садхор Арганар, отворачиваясь от нас.

Ну, мы и прекратили, снова переглянулись, глянули на ничего не понимающего, а поэтому очень хмурого Арх-Аира, а потом я опять не смолчала:

– Там кто-то был.

И под мрачным взглядом дракона осторожно указала на лес.

– Очень сомневаюсь, – сухо бросил он.

Помолчать бы, потому что говорить сейчас было крайне опасно, но:

– Я не шучу, – сообщила серьёзно, уговаривая себя не отводить взгляда.

Но продержалась я недолго, потому что смотрел мужчина так, что у меня внутри всё застывало от его взгляда.

Однако своего я всё же добилась, потому что Садхор поднял руку и без каких-либо усилий вообще отправил в указываемую мной сторону сгусток искрящейся и переливающейся энергии, похожий на многочисленные, скрученные в шар молнии.

Потрясённо проследив за его гудящим полётом в сторону леса, я с не меньшим потрясением увидела призрачную голубоватую волну, разлившуюся по округе где-то там. И вот эта волна, чуть мерцая и издавая какой-то нарастающий звук, похожий на тихий звон, медленно проплыла по видимой нам части леса, окутала каждый кустик и каждое дерево, вообще всё, так медленно, завораживающе, притягательно…

Сдержать превосходящей усмешки правитель не пожелал. Именно с нею на губах он и заговорил тоном человека, что в жизни повидал уже почти всё:

– Видите, Екатерина, здесь никого не…

Взрыв! Громкий, на миг заложивший уши, будто сам воздух взорвался! И так и не договоривший правитель резко повернулся в сторону своего окрашивающегося кроваво-алым заклинания.

И, уже спеша в его сторону, не глядя даже махнул рукой в мою сторону…

Тьма поглотила в тот же миг.