Глава 10

Лес был негустым, смешанным. Ориентироваться в нем, полагаясь на чутье, было довольно легко.

Ирен шла вперед, но не слишком уверенно, даже пару раз заглядывала в навигатор на телефоне.

— Я думал, ты знаешь, куда идти, — чем больше они углублялись в чащу, тем тише становилось вокруг. Шума машин уже не было слышно, и гарпий всерьез подумывал о том, чтобы расправить крылья и осмотреть все сверху.

— Только в теории. Ну знаешь, — Ирен покрутила рукой, описывая круг в воздухе, — это должно быть недалеко от устья, оттуда надо пройти вдоль берега…

Она снова принялась смотреть в телефон, проверяя их местоположение.

— Как так получилось, что такая сильная полукровка, как ты, работает на черта? — не удержался от вопроса Александр, следуя за девушкой.

— А где мне еще работать? Скрывать сущность я не умею, в магазин продавцом не устроишься. Разве что на программиста или еще кого-нибудь выучиться, чтобы работать удаленно, но сидеть сутками за компьютером, это так… уныло. Мне нравится то, чем я сейчас занимаюсь.

— И чем ты занимаешься? — подозрительно уточнил гарпий.

— Решаю проблемы, — ответ прозвучал очень неопределённо, но для своего же спокойствия Александр решил, что ему не очень-то и хочется знать подробности.

В этот момент они наконец вышли к широкой реке. Берега были высокими — с таких хорошо прыгать летом в жару. Разбежаться, сигануть прямо в темные теплые воды…

Вот только никаких следов Юрия или ребенка.

— Хм… давай я все-таки поднимусь и попробую посмотреть с воздуха… — предложил гарпий, сразу же расправляя крылья и взмывая вверх.

А чего он ожидал, собственно говоря? Что придет сюда, а ритуал в самом разгаре? Или что ему повезет, и они с Юрием просто-напросто столкнутся в лесу под какой-нибудь елкой?

Река извилистой змейкой уходила за горизонт, деревья обрамляли ее зеленым ковром. Отстраненно подумав, что Марине бы этот вид понравился, он сделал несколько кругов, облетая округу, чтобы убедиться, что Юрия нигде не было.

Он бесшумно приземлился рядом с сидевшей на берегу Ирен. Та меланхолично смотрела на воду, никак не среагировав на появление Александра.

— Видимо, мы ошиблись. Его здесь нет и не было.

Тяжело было это признавать, но, видимо, след оказался ложным. Хотя все равно будет нелишним выслать на это место несколько человек, чтобы охраняли и сообщили, если Финик-старший вдруг объявится.

— Но наша договоренность в силе? Ты устроишь мне встречу с древними? — девушка не спешила вставать с травы.

— Зачем тебе? Они не самые приятные типы. И если и согласятся тебя принять, будь готова к порции унижения и попыток манипулирования. Просто потому, что они это могут.

Ирен начала подниматься, но вдруг передумала, лишь обхватив себя за колени.

— Мой отец слинял от моей матери сразу после зачатия, и она не говорит, но, возможно, это было насилие. Я никогда его не знала и даже не видела, но судя

по моим талантам — он древний. Я знаю, что Арджеш не единственные древние вампиры на планете, и…

Она замолчала, предлагая самому додумать повисший в воздухе обрывок фразы.

— Ты думаешь, один из них может быть твоим отцом? — удивился Александр. Мысль казалась до того абсурдной и смешной! Кто в здравом уме может рассчитывать на то, что у тварей, подобных Басарабу, могут проснуться родительские чувства?

— Нет. Но мне хочется увидеть их. Поговорить, понять, какими силами они обладают, узнать, на что способны и на что не способны. Не по слухам и домыслам, а на самом деле. Просто прикоснуться к части собственной истории.

Возможно, будь ее родитель кем-нибудь другим, более мирным… лешим, оборотнем, да хотя бы обычным упырем, а не древним, он бы проникся желанием Ирен получше узнать свои корни. А так…

— Ладно, идем, — вздохнул он, кивая ей обратно в сторону леса.

Он уже был в воздухе, когда почувствовал, что что-то изменилось. На языке появился металлический привкус, гарпий начал присматриваться, пытаясь понять, чем вызваны изменения, и наконец увидел выходящего из леса мужчину с ребенком на руках.

Александр перестал взмахивать крыльями, планируя над местностью, несколько секунд оценивая ситуацию, а уже в следующий момент призвал стихию воздуха себе на помощь.

Ему всегда казалось забавным, что убить его даром проще, чем принудить к чему-то. Убрать кислород из легких, заставить задыхаться – проще простого. А вот создать полную преграду или лишить возможности двигаться – требовало неимоверной концентрации.

Зато можно было бы резко сбить с ног или ударить «воздушным тараном», но сейчас все это могло навредить ребенку.

В теории было можно попробовать создать вокруг ребенка «воздушную подушку» и затем попробовать атаковать черта, вот только в данном случае Александр боялся, что у него не хватит концентрации, и в итоге он попросту убьёт ребенка.

— Долго же вы меня искали, — черт поднял голову и махнул ему рукой, как старому знакомому, а затем кивнул полувампирше. — И тебе привет, колючка. Мой брат настолько обеднел, что тебе приходится искать подработку?

— Он же на свадьбу копит, видел нынче расценки церемонии? Можно по миру пойти, — пожала плечами девушка, как ни в чем не бывало.

Александр не смог сдержать усмешки, хоть сама ситуация к веселью и не располагала.

Плавно спустившись на землю, он преградил путь черту.

— Отдай мне ребенка.

Угроза прозвучала сухо и холодно. Чтобы как следует управлять стихией, следовало отрешиться от эмоций. Гнев, страх, сопереживание – все это лишало контроля. Но как же сложно сейчас было подавить их в себе, подавить ярость и раздражение, не дающие как следует взять под контроль воздух.

— Ммм… Тебя где так учили переговоры вести, мотылек? — засмеялся черт.

Марк в ответ на это завозился, захныкал, заставив Юрия поморщиться и бросить брезгливый взгляд на ребенка. Черт неумело потряс его, как тряпичную куклу, и гарпий заметил на лбу мальчика что-то красное.

По нервам словно ударило молотом.

Что это – кровь?

Воздушная сеть, которую он как раз пытался соткать, моментально распалась на отдельные потоки.

Но стоило отойти от первого шока, как гарпий, приглядевшись, понял — ран нет, ребенок относительно спокоен. Может быть, краска? Или кровь, но чужая…

— Я не веду переговоров с преступниками, — теперь придется начинать все сначала, пытаясь обезвредить черта, не навредив малышу.

— Да ладно тебе! Какой я, к дьяволу, преступник? Я всего лишь хочу вернуть к жизни сестру. А то, что я при этом нарушил кем-то установленные правила… Так знаешь, этих «кого-то» давно пора свергнуть. Тебе ли не знать, что эти твари из себя представляют.

Он говорил нарочито небрежно, насмешливо. Но при этом взгляд был сосредоточен, лицо выражала предельную степень концентрации, а сам Юрий по чуть-чуть, понемногу обходил их, продвигаясь к реке.

Все это вкупе рождало нехорошие предчувствия. Сам Александр не пользовался никакой магией, кроме прямой работы со стихией. Все ритуалы, заговоры, обряды были от него бесконечно далеки. А вот черт, уже сумевший создать временную петлю, похоже, знал, что делает.

Но какая роль сейчас у ребенка? Он жертва, ключ, проводник? Выживет от ритуала или нет? Или его просто нужно тут утопить?

— Еще один шаг, и я не посмотрю, что ребенок может пострадать, — гарпий вытянул вперед руку, пытаясь как можно точнее сосредоточить силу.

Это была бравада, ведь он действительно понятия не имел, сможет ли не зацепить мальчика. То усилие, которое не навредит взрослому черту, вполне может стать фатальным для ребенка… Месмеры, конечно, удачливые, но проверять, насколько они удачливые, таким способом не хотелось.

В этот момент на кромке леса хрустнула ветка.

Александр обернулся – Ирен уже бросилась в ту сторону, чтобы проверить, и тут же прогремел выстрел. Александр услышал его раньше, чем почувствовал, как крыло свело резкой болью. Он покачнулся, с трудом сохраняя равновесие. В нескольких десятках шагов, у кромки леса, мелькнула чья-то фигура. Как глупо было подумать, что Финик заявится сюда один и не подстрахуется.

Еще один выстрел, затем следующий. Но в этот раз он сумел определить траекторию и заставить пули пролететь мимо.

Ирен скрылась за кустами и, судя по раздавшимся крикам, добралась до стрелявшего.

Крыло кровоточило, отказываясь слушаться…

Тем временем, Юрий, воспользовавшийся заминкой, уже вовсю несся к реке.

Дьявол! Неужели все-таки он собрался утопить ребенка?!

Он был уже у самого берега, когда гарпий, преодолевая боль, сумел выставить воздушный барьер. Удерживать такой он мог несколько секунд, не более. Но этого хватило, чтобы не дать черту сбросить ребенка в воду.

Ребенок пронзительно закричал от резких движений Финика.

Александр с отчаянием понял, что попал в патовую ситуацию. Из-за разрывающей на части крыло боли ни о какой концентрации сейчас не могло идти и речи. Но если он ничего не сделает, Юрий попросту утопит младенца.

Проклятый черт!

— Думаешь, если утопишь его – вернешь сестру? — сквозь плотно сжатые зубы проговорил он. — Ты сам сдохнешь раньше, если навредишь ребенку.

Регенерация у гарпиев была не хуже, чем у оборотней, но, судя по всему, быстро крыло не затянется. Дьявол!

Малыш все еще плакал, но Финик делал вид, что ничего не слышит.

Александр протянул руку, касаясь кончиками пальцев метки и посылая обратный импульс. Басарабу это не понравится, но другого выхода, кроме как призвать вампиров сюда – он не видел. Ребенка они, скорее всего, захотят оставить себе, но, по крайней мере, он будет жив.

Боль в крыле сильно отдавала в плечо и спину. Нужно было принять человеческую форму, чтобы меньше ощущать его, вот только концентрации не хватало даже на это.

— Я не думаю. Я знаю. Ребенок почувствует агонию и поменяет реальность. Так, как я этого хочу, — он говорил так, словно речь шла о погоде.

В этот момент из-за кустов, таща за собой какого-то упыря, вышла Ирен.

— Скажи ему уже. Пусть знает, — вступила в разговор полувампирша.

— О чем? — Юрий подозрительно посмотрел на обоих.

— О том, что мальчик – твой сын, — единственное, что гарпий мог – это тянуть время.

— Пф… Это даже не смешно.

Александр видел, как Финик начал снова пытаться подступиться к берегу, и сразу же легко ударил его воздухом в обратную сторону.

Черт, не удержавшись, упал, чуть не выронив мальчика, а сам ребенок неожиданно замолчал.

«Перестарался», — мелькнула паническая мысль.

Юрий же испуганно начал трясти Марка, пока тот снова не заплакал. Видимо, ребенок нужен был только живым.

— Это правда, — снова заговорила Ирен, сбивая с ног попытавшегося сбежать от нее упыря. — Андрей попросил меня загипнотизировать их и спросить. Так что он говорит правду. По крайней мере, сам в нее точно верит.

Александр мысленно восхитился девушкой. И ведь, главное, почти не соврала. Черт просил загипнотизировать – просил. А то, что гипноза не было, так это дело десятое.

— Лишнее доказательство того, что на Арджеш работают одни безумцы. Он не может быть моим сыном, — на лице Юрия не было и тени сомнений.

— Его мать зовут Мила. Людмила Быкова. Она сказала, что вы встретились в каком-то клубе, а потом ты решил, что она вымогательница.

Александру оставалось только тянуть время, пока Финик снова не попытался осуществить задуманное.

— Что? — по лицу черта пробежала тень сомнения. Было видно, что он пытается сопоставить факты. Он по-прежнему сидел на земле, но теперь смотрел на Марка так, будто впервые увидел, что держит на руках кого-то.

— Когда ребенок родился, ей он был не нужен. И она попросту вынесла его на помойку… Ведь еще до его рождения ты от него отказался.

Где же чертовы вампиры, когда они так нужны?

От малейшего движения боль становилась такой сильной, что темнело в глазах. Может, попробовать придушить эту безрогую тварь сейчас? Если малыша и уронит, то вроде бы не так уж высоко, пока черт сидит на земле.

Хотя из-за плохо сдерживаемой ярости он вполне мог перестараться и оставить без воздуха и ребенка.

— Не может быть, — Юрий выглядел растерянным, даже жалким. — Нет, Мила… она человек. Девица легкого поведения. Она не может быть месмером. Она же… обыкновенная шлюха!

В глазах Финика мелькнула злость, он медленно поднялся на ноги.

— Ты попросту тянешь время, — мрачно подытожил он.

— Ну, не всем же быть образцами морали и добродетели, — он что, даже мысли не допускает, что действительно может быть отцом? — Если бы ты не отказался от своего ребенка, то получил бы месмера в тот самый момент, когда он родился. Кровной матери он был не нужен.

— Мой ребенок… — эхом повторил Финик, морщась, словно от досады. — Если это и так, то действительно жаль. Столько лишних телодвижений зря. Мог бы провести ритуал гораздо раньше.

И с этими словами он снова шагнул в сторону реки. Александр вытянул вперед руку, но из-за этого движения крыло снова прострелило болью.

— Ты что, убьёшь собственного ребенка? — услышал Александр голос Ирен позади.

— Скорее всего, когда я закончу, он даже не родится… Хотя демон поймет эти выверты времени…

Финик не успел дойти до кромки воды несколько шагов, когда со стороны леса раздался приглушенный собачий вой. Этот триединый лай гарпий узнал бы из тысячи. Цербер.

Александр не успел сориентироваться и понять, с какой стороны ждать нападения, когда собаки уже оказались прямо перед чертом, преграждая ему путь.

И в этот самый момент до гарпия вдруг дошло, почему доберманы охотились за Марком. Они чувствовали на нем магический отпечаток добычи, на которую им дали след. Отпечаток, доставшийся ему от отца…

А ведь он даже взлететь не мог, чтобы унести мальчика подальше отсюда!

— Если побежишь, они догонят и разорвут и тебя, и ребенка! — воскликнул крылатый, пытаясь предостеречь черта от побега, но, договорив, понял, что это было зря.

Потому что черт вдруг выбросил руки вверх, подбрасывая кричащего ребенка вперед, прямо в пасти скалящихся псов, а сам внезапно рванул в сторону.

В ушах застучала кровь, время словно остановилось. Александр сосредоточился на раскинувшем руки и ноги в сторону младенце, пытаясь мягко обхватить того стихией и утянуть вверх, подальше от подпрыгнувших к нему псов.

Юрий не успел далеко убежать, так как две из трех собак прыгнули на него сверху, из рук черта выпал серебряный диск и, покатившись к кромке, свалился в воду.

Крылатый, сцепив зубы, прикладывал последние силы, чтобы не уронить мальчика к церберу, когда на его плечо вдруг легла холодная тяжёлая рука.

— Можешь отпускать, — скосив глаза, он увидел рядом Басараба, с интересом разглядывающего обстановку.

Позади стояло еще с десяток вампиров, окруживших Ирен. И как только эти твари могут быть настолько бесшумными? Или здесь были использованы телепорты?

Неожиданно сердце пропустило удар, и он чуть не потерял контроль над стихией, удерживающей ребенка. Сразу за вампирами, неловко переминаясь с ноги на ногу, стояла Марина.