Глава пятнадцатая

Нас поселили недалеко от арены, в которой мы оказались при переходе. Как объяснили позже, место проведение турнира создали магически на месте главной площади. После завершения соревнований она вернется к прежнему виду. Каменная широкая дорога вела в пяти направлениях. Вдоль этих дорог расположились дома, лавки и таверны.

Мое предположение касательно расселения участников турнира разлетелось в пух и прах. Если гостям князя любезно предоставляли покои в замке, то помня, что это не официальный визит младшей княжны, я рассчитывала на комнату в таверне. Однако, все вышло иначе. Фасад дома потрясал двумя белоснежными колонами. Сам же он был светло-песочного цвета. По обе стороны дорожки, ведущей в дом, стояли небольшие скульптуры, изображающие различных животных. На лестнице, по бокам перил, возвышались белоснежная кошка и черный пес. Выполненные, несомненно, великим мастерами. В первое мгновение, я решила будто они живые. Но они также были лишь каменными изваяниями.

Я дала себе обещание расспросить хозяев о необычном строении здания и значении скульптур, украшавших дорогу и крыльцо дома. Уверена, что в этом есть некий смысл.

Однако, мне не суждено было узнать эту тайну. Нас встречали организаторы турнира, которые объяснили, что на время игр, хозяева этого дома любезно предоставили его в наше пользование, а сами переехали на время в другой. Насколько я поняла, и других гостей ждало именно такое гостеприимство. Внутри нас уже дожидались члены команд, не прошедшие во второй этап. Они, понурив головы, располагались в одном из залов огромного дома.

Амори не разочаровал меня. Он действительно не стал сдерживать свое недовольство.

— Гордость Академии Велес, боевики, вы опозорили своего учителя! На вас возлагались ее надежды.

Три парня шумно вздохнули и сжали кулаки.

— А вы, — продолжал глава, — некроманты, как не смогли распознать иллюзию?!

Мне было жаль ребят, ведь факультет некромантов курирует лично легендарный маг.

— Лучше бы я тратил свое время на целителей, — презрительно бросил мужчина и отвернулся от ребят.

В отличие от боевиков, некроманты и глазом не моргнули. Складывалось ощущение, что им нет никакого дела до возлияний декана, да и на сам турнир абсолютно плевать.

— Какая уже разница, — неожиданно махнул рукой парень из тройки некромантов, — вы все равно ставите на смешанный факультет.

— А каким было ваше задание? — неожиданно спросила Алиса.

Бесспорно, она спасла парней от чего — то ужасного. Слишком решительным и гневным было лицо Амори. Однако, после мелодичного голоса девушки, с него слетела вся злость. Возможно, она применила успокаивающие чары, и ей это, несомненно, удалось.

Ужин прошел на удивление тихо. Мне все чудилось, что вот-вот зайдет отец, но этого не случилось. Позже Амори предупредил, что мы не можем покидать пределы дома без веской на то причины. Осмотр столицы веской причиной назвать было нельзя. Естественно я огорчилась. Ведь у меня была запланирована встреча с отцом Каррика, который должен был передать мне клинки.

Я слишком расстроилась, а потому отказалась посидеть вместе с ребятами в гостиной.

Решила побродить по дому. На втором этаже, где расположились наши комнаты, стены украшали многочисленные портреты. Здесь были и мужчины и женщины. Все разного возраст. Но, что удивительно, при условии, что есть изображения юношей и девушек, портретов детей не было. В каждом было едва уловимое сходство. Оно читалось во взгляде. По тому, как посажены глаза, и цвете обладателей этих глаз. Черные, как уголь, они буквально притягивали к себе. Было в них что — то пугающее. Или просто разыгралось мое воображение. Так же, я успела заметить, что на каждом потрете, у обладателя имелись одинаковые драгоценности. У женщин, это были серьги, длинные из светлого металла они спускались практически на плечи. В причудливый узор были вплетены камни красного и черного цвета. Позы на портретах мужчин были одинаковыми, они как бы подпирали рукой, на которой был браслет, голову. Узор в точности повторял узор на серьгах женщин, да и камни присутствовали: три крупных черных и несколько мелких красных. Разница в драгоценностях имелась только в одном — в браслете крупные черные камни, в серьгах же крупными были красные.

— Леди, вас заинтересовали эти картины? — мужской голос, раздавшийся из-за спины, напугал меня.

Я отскочила от портрета юной девушки, как ошпаренная.

— Поршу прощения, леди, я не хотел напугать вас, — тотчас извинился мужчина, — я мажордом этого дома.

Повернувшись к обладателю теплого баритона, я увидела седого мужчину, галантно склонившегося в поклоне.

— Все хорошо, — улыбнулась я, испуг прошел.

— Если леди желает, я могу показать другие картины и рассказать о них, — тепло предложил мужчина.

— Пожалуйста, зовите меня Ксанари, — попросила я.

Я уже отвыкла от такого почтительного обращения. Было неловко.

— Как пожелает леди, — вновь поклонился мажордом, — Леди Ксанари, позвольте представить хозяйку этого дома, леди Ниара эр’Льтер.

Мужчина подошел ближе к тому портрету, которым я только что любовалась.

— На этом портрете, леди Ниаре исполнилось восемнадцать лет, — мужчина указал на серьги, — именно тогда ей передали главную ценность рода — Ратрин. Как вы уже заметили, у мужчин на руках браслет, это Тират. Вместе они составляют амулет Тиратрин.

Я подошла ближе к портрету черноволосого мужчины, что — то знакомое в плетении браслета почудилось мне. Что-то похожее я уже видела.

— Когда — то Тиратрин был одним целым. Это были далекие времена. Не скажу как, ибо не ведаю, но предок леди Ниары расколол его, наказав части передать следующему главе рода и его жене. Позже, амулет передавался старшей дочери и старшему сыну рода.

Я затаила дыхание.

— По преданию, Тиратрин обладал огромной мощью подчинения. Это амулет безграничной власти. Но поделившись на части его разрушительные силы ослабли.

Мажордом повернулся ко мне. На его лице играла грустная улыбка.

— Легенда гласит, когда Бог Нарат потерял свою возлюбленную, он оплакивал ее смерть кровавыми слезами. Именно эти слезы превратились в черные камни. Они символизируют мужское начало, силу и мощь, несущую боль и ужас.

— Бог Нарат? — переспросила я.

В нашем княжестве есть его храм. Бог Нарат — это бог войны. Он покровительствует военному делу, с его благословением отец выигрывал войны.

— Да, именно поэтому в браслете черные камни крупные. Их предназначение — трезвость ума, неуязвимость на поле боя. Но у этого камня есть и целительские свойства. Он лечит некоторые сугубо мужские болезни. Камни красного цвета смягчают влияние мужского начала и дарят душевный покой. И смягчают боль от сердечной раны.

Никогда бы не подумала, что у драгоценностей может быть такая история.

— А серьги? Точнее вторая половина, она считается олицетворением женского начала? — предположила я.

— Верно. Красные камни помогали обладательнице пробудить страсть к своему мужу. Излечиться от сильного потрясения, смягчить шрамы на сердце.

— Не понимаю, — покачала головой.

— Юная леди, скажите, а вы помолвлены? — неожиданно поинтересовался мажордом.

Я покраснела.

— Да, — не стала лукавить.

— Вы любите своего избранника? — глядя прямо в мои глаза, спросил мужчина.

Я замялась с ответом. Стоит ли говорить правду?

— Я не знаю, кто мой жених, — наконец, решившись, ответила я.

— Так и леди рода эр’Льтер не были знакомы со своими мужьями до свадьбы. Именно эти сердечные раны сглаживают красные камни. Они помогают обрести и сохранить любовь там, где раньше ее не было.

— Красивая история, — после некоторого молчания, произнесла я.

— Красивая, — эхом повторил мужчина, — но попав в руки противоположного пола, каждая часть амулета имеет разрушительную силу. Так, серьги навсегда лишают обладателя любви. А браслет, подчиняет воле дарителя.

— Дарителя?

— Да, женщина никогда не сможет самостоятельно надеть его.

Странный амулет. Не нравится мне он, не хотела бы я носить что — то подобное.

— Однажды, части воссоединяться и тогда сбудется пророчество.

— Пророчество?

— Каждый ответит за свое преступление. Пощады не будет никому. Вот что гласит оно.

— Зачем вы рассказываете мне это? — у меня побежали мурашки по спине, меня напугал оскал на лице мужчины.

— У вас уже есть одна часть, леди Ксанари, и для вашего же блага, ее следует снять.

— О чем вы?

Вместо ответа мужчина схватил мою руку и задрал рукав рубашки. Он схватил именно ту руку, на которой был подарок главы Академии Велес.

— Вы ошибаетесь, — неосознанно потирая запястье, прошептала я, — это подарок, но это связь между нами, так мне помогают.

— Вы уверены? — голос раздавался издалека, как будто задавающий его, отошел шагов на десять от меня.

— Ксанари, вот ты где!

Быстро обернулась, ко мне шел Ларс.

— Мы тебя потеряли, к тебе пришли гости! Ожидают внизу.

Окрыленная известием, я, не слушая друга, поспешила к лестнице. Неужели отец все — таки решил навестить меня?

Моим ожиданиям не суждено было сбыться. Сбежав по ступенькам, я заозиралась в поисках отца. Но мой взгляд упорно натыкался на высокого тёмно-русого мужчину. Наверно, на моем лице легко читалось разочарование, поэтому, я не удивилась словам гостя.

— Не хмурьтесь, дитя, — тепло улыбнулся мужчина, — я рад лично приветствовать девушку, над клинками которой работал так тщательно.

— Дорис Миран! — вскрикнула я и смущенно добавила, — прошу прощения.

— Не смущайся, дитя, — шире улыбнулся отец Каррика, он же талантливейший оружейных дел мастер, — лорд дер Сенг выделил нам полчаса. Я должен объяснить некоторые нюансы оружия, стоит поспешить.

Мы прошли в один из залов дома. К моему удивлению, на диване сидела женщина. При нашем появлении она поднялась. Я отметила грацию, с которой она поклонилась.

— Моя жена, а по совместительству помощница, — ласково сообщил Дорис, — леди Амина.

— Да какая я уже леди, — рассмеялась женщина, — деточка, ты же учишься с Кариком? Как он?

— Амина, у нас нет на это времени, — пожурил мастер свою жену, — с твоим сыном все в полном порядке, он точно не голодает.

Эта парочка переглянулась и синхронно рассмеялась.

— Все никак не могу забыть, что мой младшенький стал взрослым и самостоятельным, — развела руками леди Амина.

Я с затаенным дыханием следила за ней. Она так легко отказалась от высшего света ради своей любви. Пусть она и говорит, что не является леди, но все в ней буквально кричит о ее прохождении. Гордая осанка, плавность и грация движений, мимика на лице.

— Леди Ксанари, вытяните, руки, — вдруг став серьезной, попросила женщина.

Я тут же исполнила просьбу, и протянула ей руки.

— Нет, в стороны, пожалуйста.

— Так? — раскинув руки, уточнила я.

— Да, спасибо.

Оружейник обошел меня со всех сторон. Терпеливо стояла, боясь шелохнуться.

— Жаль, нет на это времени, — наконец, выдохнул мастер, — дитя, опусти руки.

— На что нет времени? — спросила я.

— У вас тонкие запястья, рукоять может натирать, нужны перчатки.

— А я тебе говорила, девочка юна, у нее хрупкие кости, — протягивая сверток Дорису, покачала головой леди Амина.

Я совершенно ничего не понимала. Как — то не так я представляла встречу с оружейным дел мастером. Конечно, Каррик в общежитии снял с меня мерки. На самом деле, он прилично загонял меня, заставляя делать ложные выпады, уклоняться или выполнять стойки и сложные техники. Чего— то такого я ждала и от мастера, но никак не раскинутых рук и команды «смирно».

Когда золотисто-зеленая ткань упала на пол, я смогла разглядеть чудо, которое сотворил Дорис Миран для меня. Они были прекрасны, но… я разочарованно закусила губу, не совсем такое оружие я ожидала увидеть. Лезвие длиной в пол руки, заостренное на конце, образуя треугольник. Тонкая рукоятка с небольшим шариком у основания.

Я хотела клинки, а получила два стилета, пусть и чуть большего размера.

— Девочка, разочарована, — безошибочно поняла мое состояние леди Амина, — впрочем, как и все, пока не возьмут оружие в руки.

Она звонко рассмеялась.

— Я не… — попыталась оправдаться я.

— Ты не первая, — резко оборвала меня леди.

— Дитя, возьми их, — произнес до этого молчащий Дорис.

Я осторожно прикоснулась сначала к лезвию, погладила и только после взяла в руки.

Клинок легко скользнул в руку, поудобнее перехватила рукоять. Шарик точно уперся в запястье.

— Покрути, без замаха, — предложил мастер.

Крепко сжав рукоять, покрутила ладонью. Отметила легкость металла.

— Не так, — прервал меня мастер, — позволь ему скользить, помогай большим пальцем.

Я не сразу поняла, о чем он говорит. Когда поняла, попробовала выполнить. Обычно, при вращении в ладони клинка, его ручка, имеющая прямоугольную форму, больно резала ладонь или утыкалась в запястье, что постоянно сбивало меня на тренировках и не позволяло закончить технику, но сейчас… благодаря шарику в основании, я могла легко менять положение оружия в ладони.

Уже более бережно, я взяла второй клинок.

— Вытяни руки.

Исполнила. Клинки стали продолжением моих рук. Компактные, невесомые с тонким лезвием, несомненно, острые, они будут грозным оружием в моих руках. О лучшем нельзя было мечтать.

— Экипировку к ним, я подготовлю к окончанию соревнований, — улыбнулся Дорис.

— Спасибо, — все еще сжимая клинки, поблагодарила я.

— Вы закончили? — холодный голос легендарного раздался за спиной.

Я успела уловить ужас в глазах леди Амины. Почему она так боится Амори? И ведь это не первый человек, который опасается Амори дер Сенг.

— Леди Ксанари, буду ждать Вас по завершению Турнира Магов, — мастер протянул футляр, помог убрать клинки. В полном молчании Амори следил за нами.

Почтительно склонившись, чета Миран покинула зал.

— Атриэль, если у вас нет вопросов ко мне, прошу подняться к себе, — не глядя на меня, сказал легендарный, — завтра трудный день.

— Сила с вами, — попрощалась с магом и направилась к себе.

Меня не покидала мысль, что отец Карика о чем — то не успел сообщить. Не знаю, почему у меня возникло такое чувство, но я дала себе зарок, обязательно спросить об этом у Дориса Миран при следующей встрече.

— Атриэль, — окликнул меня Рагнар, когда я уже подошла к своей комнате.

— Да? — медленно обернувшись, посмотрела на парня.

— Постарайся быть осторожной, — серьезно заявил он, — завтра второй этап, никто не станет церемониться с противниками и …

— И я лидер, Рагнар, я не стану прятаться за вашими спинами, — подумав, добавила, — если на это не будет необходимости.

— Атриэль…

— Сила с тобой, Рагнар. Хорошей ночи.

Не дожидаясь ответа я вошла в свою комнату. Просторная в светло — бежевых тонах, она успокаивала взгляд. Нежно погладив футляр, оставила его на столике в будуаре. Приняв душ, легла в кровать. Я явно была мелковата для этой белоснежной кровати. Усталость взяла свое, последний раз перекатившись на другой бок, я уснула.