28. Вадим

Злость на упрямую девчонку такая, что хоть снова езжай в зал на тренировку. И только мысль, что Васнецова тут же лыжи навострит, стоит мне выйти за порог, удерживает меня. А после того, что сказал Сеня, я такого допустить не могу. До сих пор в голове не укладывается — это же какой шанс на зачатие был в таком состоянии? Хотя еще остается тот очкарик с видеозаписи. Но с этим разберёмся потом. Мысль о возможном отцовстве становится навязчивой. Но до тех пор, пока не придет срок, тест сделать будет нельзя, и это плохо. Надеюсь, к этому времени мышка успокоится.

Откуда только в ней столько дерзости? Когда понабралась этого? Мелкая нахалка. И все же… Испытываю к ней не просто влечение — странную потребность в защите. Скорее всего, дело, конечно, в беременности.

Естественно, ей не понравилась идея жить у меня. То, что за милым личиком скрывается не такой простой характер, я уже понял. Но я никогда не боялся трудностей. Не сдамся и сейчас.

Марина ожидаемо не выходит на кухню ни через час, ни через два. Убираю еду из доставки в холодильник. Можно было бы притащить ее силой и заставить есть, но это снова нервы. А опять становится причиной угрозы выкидыша не хочу. Поэтому просто ухожу к себе и занимаюсь договорами, чтобы отвлечься от ненужных мыслей.

Время пролетает незаметно, и понимаю, что уже поздно и глаза устали от бесконечных цифр. Приняв душ, укладываюсь на постель. Но перед тем, как заснуть, настраиваю видеокамеру в комнате гостьи. Не потому, что я долбаный извращенец. Хотя ведь и правда хочу ее даже такую — осунувшуюся и бледную. Просто мне так будет спокойнее. Когда-то дизайнер задумывал ту комнату как детскую и потому предусмотрел вмонтированную радионяню. Цвет интерьера, конечно, пришлось сменить, но камера так и осталась.

Кажется, я отключаюсь сразу, как только ложусь. А просыпаюсь от странных звуков. Ворочаюсь, пытаясь понять, что происходит. Какие-то стоны. Причем женские, судя по всему. Включаю бра и смотрю по сторонам — но я по-прежнему один. Тогда что это?

Не сразу, но до меня доходит, что это звуки из передатчика. Включаю изображение — Марина ворочается беспокойно, словно у нее кошмар. Не раздумывая, иду к ней в комнату. Сажусь на постель и уже собираюсь разбудить ее, когда понимаю, что видит она, судя по всему, вовсе не кошмар, а эротический сон.

— Ммм… — стонет она, чуть выгибаясь.

Не могу удержаться и касаюсь ее бедра — ночнушка сбилась и собралась на талии, открывая взгляду стройные ноги и то, что между ними.

«Без белья», — мелькает в голове, и член тут же наливается. Сглатываю и понимаю, что еще немного — и ситуация повторится. Поэтому прежде, чем успеваю сообразить, трясу гостью за плечо, пытаясь разбудить.

— Марина! — настойчиво зову ее.

Девушка неохотно открывает глаза и поначалу смотрит расфокусированно.

— Что за…

— Ты у меня дома. Помнишь? Не бойся. Просто ты кричала во сне, — тактично умалчиваю, что крики были от удовольствия.

Она шумно вдыхает. Мой взгляд опускается с ее лица ниже — на грудь, которая часто вздымается.

— С тобой все в порядке? — хрипло спрашиваю, не отрывая взгляда от ее тела.

— Я… — Девчонка как-то всхлипывает и… И тут я не сдерживаюсь и накрываю ладонью ее промежность. Влажно. Черт, как же там влажно и горячо. Резко вдыхаю, пытаясь взять под контроль эмоции. Марина сжимает ногами мою ладонь, словно моля о большем. В ее глазах настоящее желание. Подаюсь вперед и нависаю над ней.

— Хочешь? — спрашиваю тихо. Хотя сам знаю ответ. Но мне отчего-то необходимо, чтобы она сказала об этом сама.

— Да…

Начинаю ласкать ее нижние губки, мягко надавливая на горошину клитора. Васнецова очень остро реагирует на каждое движение, и я понимаю: девочка на пределе.

— Покажи мне, — просит она, мечась под моими пальцами, пытаясь прижаться сильнее. — Покажи…

— Что именно, маленькая?

— Как это… Я хочу узнать, как это… — В ответ проникаю в нее одним пальцем. Член уже ломит, и я кажусь себе каким-то мазохистом. Ведь никогда не оттягивал собственное удовольствие настолько. — Нет, не пальцами, — сбивчиво объясняет она. — Я хочу его…

— Его?

Ее ладошка ложится на мой член поверх трусов, и меня прошибает током так, что невольно толкаюсь навстречу.

— Пожалуйста…

Понятия не имею, почему вдруг эта неприступная девица сменила гнев на милость и решила подпустить к себе, но второй раз отказаться от нее попросту не смогу. Даже если это окажется не мой ребенок. Плевать! Я так хочу в нее, что едва могу контролировать свои действия.

— Ну же, — хнычет Марина.

— Потерпи, маленькая, — уговариваю, лаская все быстрее. — Сейчас, еще чуть-чуть…

Оргазм накрывает ее быстро — глаза расширяются, а сама она издает тихий всхлип. Пока партнерша переживает отголоски удовольствия, ложусь между ее ножек и, приспустив трусы, направляю член в нее. Черт, она по-прежнему такая же тугая, как я помню.

Марина замирает, тут же напрягаясь.

— Если ты захочешь остановиться… — начинаю, чтобы… даже не знаю что! Чтобы сыграть в благородство? Вот уж дудки! Чтобы объяснить, что попросту не смогу сейчас взять и уйти!

— Сделай это, — требует она, глядя мне в глаза.

Наклоняюсь и целую ее — жадно, сильно, глубоко. Так, как мечтал давно уже. Не сразу, но Марина поддается и втягивается в процесс. И когда ее тело расслабляется настолько, чтобы забыть о моем члене, делаю резкий рывок. Ловлю ее вскрик и целую.

— Тише, малышка, сейчас пройдет… — я, не переставая, покрываю поцелуями ее губы, шею, грудь, мысленно приказывая себе не шевелиться.

— Я в порядке, — смело заявляет она. — Только… мне, наверное…

— Я буду аккуратным, — отвечаю на невысказанный вопрос и начинаю двигаться очень-очень медленно. Это похоже на пытку. Жестокую и извращенную. Хочется сорваться в бешеный темп и вколачиваться в узкую плоть до звезд под веками, чтобы мышцы свело от огня, что течет сейчас по венам.

— Ахх… — стонет Марина, и я замираю, вглядываясь в ее лицо. Какого меня так заботит ее удовольствие? Конечно, я никогда не был совершенным эгоистом в постели. Моим партнершам тоже перепадало. Но никогда меня не волновало оно так сильно, как сейчас.

— Маленькая моя… — шепчу, двигаясь в ней. — Хочу тебя…

— Еще…

— Что?

— Повтори это еще, — просит Марина. Ее взгляд подернут пеленой страсти — сейчас в нем нет упрямства или злости. Нет. Здесь и сейчас мы просто мужчина и женщина, которые хотят друг друга.

— Хочу тебя всю, — порочно улыбаюсь и склоняюсь к ее груди. Она просто идеальная — четко под мою ладонь. В ответ Васнецова подается мне навстречу, еще шире разводя ноги.

Мне стоит огромных трудов сдержать внутреннего зверя и лишь осторожно двигаться ней. Но даже так это просто охренеть как хорошо. Да, малышка не кончает второй раз, а я уже попросту на пределе. И стоит мне излиться в нее с рыком: «Моя!» — я словно клеймо на нее ставлю.

Марина прикрывает глаза и покорно лежит, ожидая моих действий. Понимаю, что не вернусь сегодня в свою комнату. Не хочу обратно в холодную постель. Хочу остаться здесь — где все пахнет нашей близостью, нашими эмоциями. Перекатываюсь на спину, подтягиваю к себе девушку и укладываю к себе на грудь. Она не сопротивляется — просто молчит.

— Спокойной ночи, маленькая.

Кажется, мы оба засыпаем одновременно.