ГЛАВА 16: Во дворце

В салоне душным облаком висела тишина. Напряжение можно было потрогать наощупь. Эния подумала, что музыка в земных машинах была отличной идеей. Подсказать, что ли местным оснастить лецепаки транслятором. Она была бы рада любым отвлекающим факторам, лишь бы не думать о том, что их ждет по прибытии. Как отреагирует высшее общество на помолвку советника, и станет ли огласка гарантом их с сестрой безопасности?

Лецепак свернул налево в объезд центральных ворот. Амарель решил, что не хочет на несколько часов застрять в колонне из экипажей на подъезде к королевской резиденции. Они проехали по боковой дороге, воспользовались служебным пропуском ТопКС и остановились во дворе перед парадной лестницей, появившись внезапно, как черт из табакерки.

Их эффектное явление вызвало некоторое замешательство, что дало девушке несколько секунд, чтобы осмотреться.

Величественная громада дворца возвышалась перед ними. Его стены из кремового камня, казалось, светились на солнце. Большая центральная башня и несколько башенок поменьше тянулись своими шпилями к небу. Огромные окна занимали почти всю площадь фасада, скромно прячась за резными балясинами, ограждающими балконы. Бесчисленные террасы были уставлены вазонами с лимонными деревьями, отчего тонкий аромат цитруса плыл по воздуху. Экзотические цветы выплескивались через перила, подобно морской пене. Облака отражались в стеклах, создавая иллюзию, что все огромное сооружение дрейфует по океанским волнам.

На несколько коротких мгновений Эния представила, что ей снова одиннадцать и сбылась ее мечта побывать на настоящем балу. Жаль, что ее первый бал будет сильно отличаться от фантазий ребенка.

Вопреки ожиданиям Энии королевский парк не был закрыт для посещения. Наоборот, казалось, что за защитным пологом собрались все жители Дракара. Только небольшая часть двора оказалась оцеплена гвардейцами и обнесена охранными артефактами мешая разорвать селебрити на сувениры. Публика гудела, словно неисправный трансформатор, ровно и монотонно.

Едва их пара показалась из лецепака, в толпе произошла заметная перемена. Гул стих. Не только простые жители столицы вытянули шеи, но и благородные витлы, еще не вошедшие во дворец замерли на ступенях. Каждый из них отметил, что советник впервые прибыл на бал не один.

Эльф не обратил внимания ни на любопытство толпы, ни на замешательство придворных. Он не просто ступил на территорию дворца, он будто завладел им. По крайней мере, у Энии сложилось именно такое впечатление. Амарель поднимался рядом с ней абсолютно невозмутимый. Девушка старалась ему соответствовать. Ее рука покоилась на сгибе его локтя. Эльф спокойно смотрел прямо перед собой. Эния залюбовалась острыми линиями его профиля, представила, как проводит пальцами, очерчивая его скулы и угол подбородка…

Прекрати, — сказала она себе. Сейчас не время и не место.

Непостижимая по своей силе реакция на этого мужчину пугала Энию. Слишком эмоциональна, слишком не сдержана. На них направлено чересчур много глаз, чтобы отвлекаться.

На входе к ним поспешил слуга, чтобы открыть дверь и сопроводить в зал. Непродолжительное путешествие по дворцовым коридорам и вот они замерли в ожидании приглашения.

Резная дверь перед ними распахнулась, и громкий голос торжественно объявил: «Вейлр Амарель Сатар Родерийский со спутницей». Девушка расправила плечи, задрала подбородок и шагнула вперед. Да начнется спектакль! Она готова.

Привычно играет оркестр, капельмейстер задает ритм, подстраивая его под шаги прибывающих. Фантастически нудный, выверенный до предела регламент бала. Все это Амарель видел много раз.

При всей своей внешней респектабельности драколинское высшее общество состоит из мелких и крупных подлостей, заискивания и лицемерия. Оно мало чем отличается от эльфийского. Разве что разнообразием рас.

Он нарочно решил не афишировать имя Энии для широкой публики, и сейчас большинство присутствующих гадало, кого же привел с собой один из самых завидных холостяков Дракара. В другое время его бы это позабавило. Сейчас он слишком волновался за Энию. Перед ним все еще стоял ее загнанный взгляд, который он наблюдал всю дорогу.

Он осторожно посмотрел на девушку. Эния казалась поразительно спокойной. Она вела себя так, будто всегда принадлежала этому месту. Невозмутимое выражение делало черты ее лица возвышенными. Безукоризненная красота была сверхъестественной. Статуя богини, а не просто смертная женщина.

Его сердце сжалось. Дел прав, ему уже хочется придушить каждого, кто сейчас смотрит в ее сторону. Как, варх задери, он сможет ее отпустить?!

Эния, будто со стороны наблюдала за происходящим вокруг, пока они двигались через зал, чтобы занять свое место приличествующее их положению. Смена эмоций на лицах придворных и то, как окружающие торопливо шарахались с их пути, сказало ей о многом. Советника боялись и в то же время хотели заручиться его расположением. Его репутация заставляла держать дистанцию, но любопытство, растягивало шеи и косило глаза местным сплетникам.

В толпе она заметила несколько знакомых лиц. Кое-кто из присутствующих посещал советника на дому. Мельком она увидела Аделарда и едва узнала его. Сегодня он выглядел скучающим повесой, лениво взирающим на происходящее. Он казался пресыщенным и даже как будто с похмелья. Создавалось впечатление, что он кутил всю ночь, а теперь ему пришлось выдернуть себя из постели и тащиться на занудное официальное мероприятие. Утром она связывалась с ним через иверс и он был деловит и собран.

Рядом с Делом стоял статный драколин средних лет и неодобрительно смотрел в его сторону. По другую руку мужчины находился парень, сильно напоминавшим Аделарда, только не в пример ему подтянутый, с длинными волосами собранными в низкий хвост и без того мальчишеского задора, свойственного Делу. Видимо это Себастьян, старший брат ее коллеги и их отец.

Они прохлаждались уже минут двадцать. Взгляды, открыто устремленные на них или выстреливающие исподтишка, оценивающие, завистливые, любопытные были направлены со всех сторон. От них зудело между лопатками. Хотелось оглянуться. Эния с трудом подавила этот порыв. Амарель погладил ее пальцы. По коже пробежало восхитительное тепло, наполнившее ее уверенностью. Хорошо, что сейчас рядом с ней Рель. Хорошо, что он всегда рядом. Она с благодарностью сжала его предплечье.

Иногда к советнику подходил кто-нибудь из знакомых, чтобы поздороваться. Другие просто кивали. Гости продолжали прибывать но никто больше не вызвал такого интереса как их пара.

Место советника было практически у самого подиума, на котором располагались вычурные стулья. По всей видимость здесь разместится королевская чета. Отсюда было великолепно видно весь зал. Красивые цветочные гирлянды вились по колоннам. Люстры и бра с магосветом сияли хрусталем и драгоценными камнями. Стены покрывали шелковые обои с геральдическим стилизованным изображением драконов. Зеркала, вставленные через равные промежутки, высились от пола до потолка, визуально делая огромное пространство еще больше. У одной из стен в нише стояли фуршетные столы с закусками укрытые заклинанием стазиса.

Глашатай провозгласил:

— Правитель государства Дракар и председатель Королевского Совета Его Величество Верховный Драколин Пятнадцатый.

Недавно Эния узнала, что становясь правителем Верховный Драколин лишается имени с которым вырос, и получает новое, известное лишь самым близким членам семьи. Остальные же обращаются к нему исключительно по титулу.

Из дверей появилась процессия, возглавляемая высоченным драколином. На вид он казался лишь немного старше советника. Верховный Драколин был огромным, широкоплечим мужчиной с гривой длинных, рыжих волос. Его лоб украшал венец с овальным синим камнем. Королева рядом с ним смотрелась совсем крохотной. Она была стройна и выглядела юной, но глаза и взрослые дочери рядом выдавали ее настоящий возраст. За руку она держала мальчика, чуть старше двух лет. У него было серьезное лицо с сапфировыми глазами, как у отца и черные волосы, как у матери.

За ними следовала старшая дочь с зятем. Ее богато расшитое платье уже не скрывало довольно выдающийся живот. Завершала семейную процессию младшая дочь правителя. Эния знала, что ей восемнадцать, как Стешке. Внешностью девушка явно пошла в мать. Тонкая и темноволосая с удивительными бирюзовыми глазами. Она будто плыла над полом. На долю секунды ее взгляд остановился на советнике, перескочил на его спутницу, затем обратно. Эния с удивлением заметила в нем… облегчение?!

Монаршие особы расселись, и началась церемония приветствия. Следуя четкому ранжированию, они должны были подойти одними из первых.

Амарель подвел ее к подиуму. Пока он производил все положенные случаю поклоны, она, опустив глаза, стояла за его спиной. Настал ее черед. Эния опустилась перед Верховным Драколином в глубоком изящном реверансе. Она два дня репетировала его под строгим руководством Бикворда.

— Поднимись, дитя. — Сказал Верховный Драколин. Его голос разнесся по залу.

Когда она посмотрела на правителя, он цепким взглядом осматривал нее запястье. От него не укрылась помолвочная татуировка на ее руке.

— Поздравляю вас! — произнес он громко, — Сатар, представь нам скорее свою невесту.

Со стороны публики прокатился дружный вздох изумления. Мало кто успел рассмотреть надпись на ее руке, а те, кто заметили, не поняли, что она означает. Драколины при помолвке обменивались браслетами. Они же с Амарелем были обручены по традиции эльфов.

То, что советник решил жениться, повергло присутствующих в шок.

— С удовольствием. — Мужчина встал рядом и поклонился ей со всей элегантностью потомственного аристократа. Он взял ее руку и поцеловал воздух над ней. — Моя будущая супруга, ора Эния Даниловна Соколовская.

Девушка повторила реверанс. Верховный Драколин еще раз окинул ее внимательным взглядом. На лице монарха появилась лукавая улыбка. Он посмотрел в глаза девушке и быстро подмигнул. Моргни она, и пропустила бы!

— Раз сегодня, мой друг, ты принес нам такой замечательный повод порадоваться, тебе и открывать бал. Первый танец — ваш!

Он хлопнул в ладоши и кивком отпустил их. Место перед возвышением тут же занял следующий гость с семьей. Церемония приветствия продолжилась.

Наконец все значимые персоны засвидетельствовали свое почтение и объявили танцы. Для Энии толпа превратилась в размытое пятно лиц, голоса слились в громкий гул, за которым едва была слышна музыка.

Масса гостей пришла в движение. Все присутствующие как по команде повернулись к ним.

— Мое сердце, ты потанцуешь со мной? — эльф протянул Энии руку. Он смотрел на нее так, будто в зале они были одни. Она вложила свою ладонь и почувствовала соблазнительное притяжение. Ее пальцы дрогнули.

Эния знала, что советник был педантично последователен в создании своих масок. Она отдавала себе отчет, что все его действия — игра на публику. Но в этот миг она больше всего на свете хотела быть его сердцем по-настоящему.

Рель притянул девушку к себе и уверенно повел в центр зала.

Музыканты заиграли вальс. Глаза Энии расширились. Она ожидала традиционную для драколинов рамбату.

— Любимый танец монарха, — шепнул ей на ухо мужчина.

Она всегда считала вальс довольно целомудренным танцем. Так было до того как Амарель пригласил ее. Его гибкое мускулистое тело оказалось совсем близко, рука скользнула под распущенные волосы и устроилась на талии. Ее пальцы бессознательно сжали его плечо.

Стоило Амарелю обнять Энию, он едва не сбился с шага. Эта женщина полна сюрпризов! За непроницаемой для случайного взгляда густой пеленой ее волос скрывалась полностью обнаженная спина. Неожиданно коснувшись ее неприкрытой кожи, он ощутил, будто сунул руку в кипяток.

— Эни, ты меня совсем не бережешь! Как я смогу позволить тебе танцевать с кем-то кроме меня, сделав такое сногсшибательное открытие. — Слегка охрипший голос эльфа позвучал у ее ушка. Его большой палец шевельнулся, еле уловимо погладив ее по пояснице. Девушка выгнулась, прижавшись к нему плотнее.

— А ты не позволяй….

Между ними проплыли обрывки воспоминаний об их едва не состоявшейся близости. Глаза Амареля искрили от обилия эмоций. Эния с силой втянула воздух, мечтая притупить будоражащие ощущения. Как наивно! Ничто не могло помочь. Не рядом с молчаливым откровенным мужским голодом.

Музыка закончилась и началась вновь. К ним присоединились другие пары. Они этого не замечали. Спроси у них кто-нибудь, что происходило на балу следующие два часа, они не смогли бы вспомнить. Амарель не думал, что может настолько утратить контроль, чтобы напрочь забыть о цели.

Приглашение продолжить вечер порознь застало их врасплох. Вслед за остальными гостями они прошли в смежный с залом холл, из которого выходило еще две двери, ведущие в мужской и женский салон. Увлекаемая другими дамами, Эния повернула налево, оглядываясь на Реля в безмолвном отчаянии. Он ободряюще улыбнулся и скрылся за дверью напротив.

Молоденькая дебютантка развлекала присутствующих дам игрой на арфе. Поначалу, услышав мелодичные звуки, Эния обрадовалась возможности отвлечься от шелеста чужих разговоров, но вскоре поняла, что девушка, вероятно, только начала обучаться музыке. Пределом ее мастерства было однообразно перебирать струны туда-сюда. Через несколько минут она вынуждена была признать, что мечтает, когда исполнительница закончит выступление.

Пожилая ора, сидевшая напротив нее в кресле бержере спокойно дремала. Девушка позавидовала способности старой дамы спать, не теряя достоинства. Ей бы тоже хотелось отключиться и избавиться от необходимости поддерживать видимость заинтересованности.

Отделившись от мужчин, придворные дамы расположились группками, устроившись на низких диванчиках, пуфах и кушетках. Первым порывом Энии было спрятаться в уголке, но она была главной сплетней вечера и не могла себе этого позволить. Драколины по своей сути хищники. Даже обряженные в шелк и кружева. Показать свой страх рядом с ними — худшее, что можно седлать.

Она не спеша прошла в центр комнаты и присела на элегантный диванчик, стоявший не вплотную, но в непосредственной близости от мебельной группы, где устроилась королева с дочерьми. Пусть ей не нравилось дворцовое сборище родовой аристократии, общество фальшивых улыбок, сплетен и излишеств, но никто из гостей не мог подвергнуть сомнению ее присутствие здесь.

Место справа от нее заняла темноволосая драколинша примерно ее возраста, с широкими плечами и постным лицом. Она внимательно оглядела девушку, не упустив ни одной детали, и завела ничего не значащую беседу. Уже через минуту стало ясно, что сквозь вполне невинные реплики просачивается ядовитая насмешка, смешанная с нездоровым любопытством. Эния была к этому готова. Потребуется нечто большее, чтобы смутить ее.

Старушка в кресле встрепенулась и тоже стала прислушиваться. Еще несколько голов развернулись к ним. Ну, что ж, рядом с советником она в совершенстве научилась отвечать на вопросы, не сообщая ничего важного, при этом говоря чистую правду.

Младшая принцесса, сидевшая по другую сторону импровизированной сцены, сочувственно ей улыбнулась. Эния с благодарностью улыбнулась в ответ.

Музыка закончилась. Принцесса поднялась и направилась к ним, а следом за ней еще несколько девушек из ее свиты. Эния и драколинша, которая представилась Рилиндой, стали подниматься.

— Право, не стоит. — Остановила их принцесса, — Я не хотела вас прервать. Просто моя психика не выдержит еще одной истории о родах, которыми придворные дамы подчуют мою сестру. Продолжайте, пожалуйста. — Девушка выглядела смущенной.

— Ора Эния как раз хотела рассказать, как она познакомилась с советником. — Громко сообщила Рилинда.

Вообще-то не хотела, ну да ладно.

— Боюсь, в нашей истории нет ничего интересного. Обычный служебный роман.

— И все-таки, нам ужасно любопытно, чем он Вас поразил?

Интонация Рилинды подразумевала: «Чем ты его зацепила?»

— О! Мой жених обладает незаурядным умом и огромной фантазией.

— Вы, должно быть, очень смелая женщина, — ехидно улыбаясь, продолжила собеседница, — раз готовы потворствовать его фантазиям.

— Боюсь, я не понимаю…

Оскал драколинши стал шире, а глаза радостно заблестели в предвкушении.

— Ну как же, всем при дворе известно, — продолжила она, понизив голос, — что советник придерживается весьма своеобразных предпочтений в постели.

Все разговоры вокруг них стихли. Вот же!… Благородная гадина все рассчитала. Если она станет оправдывать Амареля, будет выглядеть жалко. В обратном случае, ей придется признать его «особые» наклонности.

Принцесса густо покраснела, она казалась единственной, кого смутила такая наглость. Она оглянулась на мать, но та была увлечена беседой и не обращала на них внимания.

— Рилинда, думаю, нам не стоит спрашивать ору Энию о таких личных вещах. — Все же вмешалась она.

— Ой, да ладно тебе, Лея, — фамильярно обратилась к принцессе драколинша, из чего Эния сделала выводы, что та занимает не последнее место в придворной иерархии, — можно подумать, ты не вздохнула с облегчением, узнав, что тебе не придется выходить за советника замуж.

Удар попал в цель, причем поразил сразу две мишени! Принцесса опустила глаза и стала теребить ткань платья, чем убедила Энию в обоснованности слов Рилинды. Ей пригодилось все ее умение, чтобы удержать равнодушное выражение лица.

— Ора Эния, Вы так и не ответили, действительно достоинства советника перекрывают его недостатки?

Множество глаз уставились на нее в ожидании. Она кожей чувствовала их немигающие взгляды. Досада закипала в ней, крылья рвались наружу. Ледяным тоном девушка произнесла:

— Я не хочу хвалить любовь мою, —

Я никому ее не продаю!*

Эния с трудом сдержала себя, чтобы спокойно дойти до двери. Оказавшись снаружи, она сделала несколько шагов по коридору и обессиленно прижалась к простенку между двумя колоннами. Кровь билась в висках так сильно, что на миг она будто оглохла.

Так вот в чем дело! Амарель манипулировал ею. Расчетливый интриган. Он не раз подчеркивал, что честность превыше всего. Лицемер!

Может, пробудь девушка в одиночестве чуть подольше ей и удалось бы справиться с эмоциями, но на беду советника он решил поискать ее именно в этот момент. Увидев лицо Энии, Амарель шагнул к ней, собираясь коснуться. Она остановила его движением руки.

— Так достаточно близко, советник. — Она даже удивилась, что голос прозвучал ровно.

— Эни… — сделал он еще один шаг. Девушка отступила вправо и уперлась в колонну.

— Понятно, — протянул он. Что-то явно произошло, пока они находились отдельно, и Амарелю было жизненно необходимо узнать, что именно. — Могу я хотя бы спросить, чем заслужил твою немилость?

— Я всего лишь вспомнила кто ты и кто я.

— И кто же мы? — он выделил голосом последнее слово. Девушка проигнорировала его попытку объединить их в одну команду.

— Ты тот, кто использует любой свободный ресурс, чтобы решать проблемы. А я та дурочка, что позволила себя в это втянуть.

Обвинение не было беспочвенным, но он так и не понял, что именно стало его причиной. Он постоянно манипулировал окружающими. Какое из его действий так ее расстроило?

Эния тяжело вздохнула. Она поняла его замешательство. Гнев стихал, оставляя опустошённость.

— Принцесса, — сказала она, — ты использовал меня, Амарель. Не то, чтобы я против. Меня задело, что ты делал это втемную. Если хочешь моей помощи играй открыто.

— Справедливо.

Он испытал огромный прилив нежности. Они действительно похожи, никакой ревности, оба мыслят рационально. Если бы он решил отбросить здравый смысл и создать семью, то хотел бы видеть рядом именно такого партнера.

Все его благие намеренья не прикасаться к невесте, отправились к варху под хвост. Сейчас, когда он столкнулся с ее холодностью, понял, что не сможет держать дистанцию. Он должен все исправить!

Мужчина в два шага сократил расстояние и навис над ней. Девушка сделала попытку оттолкнуть его в сторону. Он едва заметил. С таким же успехом она могла попробовать сдвинуть дерево.

— Эни, — тихо позвал он.

Она устало подняла на него глаза. Было что то такое в его взгляде, что едкие слова замерли на ее губах. Он смотрел на нее так, будто только она имела значение, так, будто… любил ее.

Амарель завладел губами девушки. Собственнически и требовательно. Это был поцелуй из тех, которым скорее клеймят, чем одаривают.

Звон бьющегося стекла заставил их отскочить друг от друга.

Эльф автоматически задвинул ее себе за спину и выставил воздушный щит. Эния беспомощно огляделась. Справа от них, прямо на пересечении двух коридоров на полу валялись осколки. В окне зияла дыра, обрамленная острыми гранями разбитого стекла.

Под потолком кружила хищная птица, стремясь пробиться сквозь плотный поток воздуха, удерживаемый эльфом. Из мужского салона выскочил Аделард, с боевыми плетениями, искрящимися на пальцах. Из левого коридора выбежала пара гвардейцев. За ними следом показался еще один мужчина. Поверх мундира на нем была одета легкая кожаная броня. Он принял позу мага и выпустил огненную сеть. Птица прорвалась сквозь нее и заметалась под потолком.

Из раны на ее груди капала кровь. Капли исчезали, едва касаясь пола, под действием бытовых чар дворца. Сразу несколько заклинаний полетели в птицу с разных сторон. Она увернулась и скрылась в правом коридоре. Гвардейцы ринулись за ней. Рель оценил ситуацию, приподнял девушку за талию и передал ее прямо в руки Дэла. Они обменялись взглядами.

— Да понял я, иди. Глаз с нее не спущу. — Проворчал Аделард. Амарель уже его не слышал. Он свернул в правый коридор и скрылся из виду.

Покидали прием они тоже втроем. Им пришлось провести во дворце еще, по меньшей мере, три часа. Только поучаствовав во всех запланированных мероприятиях и посмотрев праздничный салют, которым очень гордился Верховный Драколин, они смогли уехать.

Пока лецепак советника не покинул территорию дворца, все молчали. Первым нарушил тишину Аделард.

— Рель, тебе удалось поймать того сокола? Или, что это была за хрень?

Эльф задумчиво крутил в руках трость, вглядываясь в изображение хищной птицы на ее ручке.

— Нет. Птица как сквозь землю провалилась. Да я и не уверен, что это вообще была птица.

— А что в ней особенного, что вы так всполошились? — внимательно поглядела на советника и его помощника Эния. — Ладно, допустим, птица для обычного сокола крупновата. Подумаешь, пробила стекло, поранилась, испугалась и через другое окно вылетела. В честь чего паника?

Мужчины посмотрели друг на друга и Аделард сказал:

— Ни одно живое существо не может попасть во дворец без дозволения кого-либо из членов королевской семьи. Будь ты хоть магом великой силы, хоть птицей или рыбой, просто так не пересечь невидимую границу, окружающую резиденцию Верховного Драколина. Это заклятье работает еще со времен драконов и ни разу не давало сбоя.

— Восемь лет назад мы думали, что его удалось обойти заговорщикам, — добавил Амарель. — Но все оказалось банально. Возглавлял заговор брат короля. Он и пустил предателей во дворец. С тех пор защиту резиденции многократно усилили. Я лично принимал в этом участие.

— И теперь ты думаешь, что птица может навредить королевской семье? — Это звучало абсурдно. — Каким образом?

— Пока не знаю, но мне предстоит это выяснить. Нарушитель точно не простой сокол. Привычные законы магии на него не действуют. Он прошел сквозь защиту дворца, прорвался через огненную сеть, я не смог его почувствовать своей магией. Моя сила обратного взращивания не отыскала в нем источник жизни.

— Носитель, зараженный огрусами? — предположил Аделард.

— Возможно. Или очередной биоконстукт. Подарок от братьев Кидар.

*У. Шекспир — сонеты. Перевод С. Маршака.