Глава 19. Правда за правду

— Каин, нам здесь не место, — сказал Адриан, неловко поставив пустую тарелку на землю закованными в наручники руками. — Давай просто забудем об этом и вернемся домой, прошу тебя.

Самира прикрыла глаза и тихо застонала. Если ей придется выслушать это еще раз, она сама развернет повозку и отвезет этих надоедливых принцев обратно в Рарию. Тьма с их сделкой, оно того не стоило.

Они остановились посреди небольшого клочка леса. Опять. Рената решила, что ночевка в таверне с Адрианом привлекла бы слишком много внимания. Однако чем дальше они продвигались на юг, тем реже им попадались леса, где можно было бы надежно укрыться от других путников. Поля с зеленой сочной травой все чаще сменялись жесткими желтыми степями. Красная глина на дороге поднимала все больше пыли, оседая на одежде и коже толстым слоем. Лишь у немногочисленных рек можно было найти пристанище под тополями и ивами, тяжелые ветви которых свисали над журчащей водой.

Все только что закончили ужинать у костра, и Рената уже начала собирать грязную посуду, когда Адриан снова затянул надоевшую всем песню.

— Одно и то же, — процедила Самира. — Я выслушиваю одно и то же уже неделю! — Она драматично откинула светлые волосы за плечи и произнесла нарочито снисходительным тоном, подражая Адриану: — Нам нельзя в Мазарит. Лука опасен. Лука предатель, раз решил тебя покинуть, не сказав ни слова, — затем она резко сменила тон на чересчур добродушный и веселый, притворяясь Каином: — Но ведь он мой лучший друг, Адриан. Я просто хочу убедиться, что он в безопасности. Если ты что-то знаешь, то расскажи мне, прошу, — Самира раздраженно закатила глаза и вернулась к своему обычному голосу: — И потом Адриан таинственно затыкается, а Каин еще час будет сверлить его задумчивым взглядом и быть абсолютно бесполезным.

Адриан тотчас прищурил глаза, и его лицо исказила оскорбленная гримаса.

— Думаешь, мне очень нравится смотреть, как вы страдаете друг по другу, словно парочка идиотов?

Тео нервно хихикнул, Рената сжала губы, изо всех сил стараясь не рассмеяться, а Самира вмиг почувствовала, как ее щеки заливает краска.

— Адриан, — устало вздохнул Каин, проводя рукой по лицу.

Самира старалась не смотреть на него, хотя ей казалось, что он именно так пытался скрыть собственный румянец. Резко поднявшись на ноги, она быстро направилась к небольшой речке, не в силах больше оставаться на месте.

— Хорошая работа, братец, — послышалось недовольное бурчание Каина. Адриан ответил ему, но его голос утонул в приближающемся журчании воды.

Самира позволила себе выдохнуть. Земля под ее сапогами стала мягче, а воздух пропитался живительной влагой. Их костер все еще виднелся за редкими деревьями, когда она приметила иву у самого берега. Ее ствол склонялся над рекой так низко, словно вот-вот рухнет в слабый поток, но пока что лишь тяжелые ветви наполовину погрузились в воду, напоминая распущенные волосы мифических русалок.

Девушка обняла себя за плечи и подняла взгляд на небо, всматриваясь в сверкающие звезды и бледный круг луны на темном небе. Она редко думала о родителях в последние годы, но сейчас вдруг задумалась, присматривают ли они с той стороны за своими детьми, колесившими по Мирину.

— Правда за правду, — послышался тихий, низкий голос за ее спиной, и она вздрогнула от неожиданности, но не обернулась. — О чем думаешь?

— Мы все еще играем? — спросила она с насмешкой, все еще всматриваясь в раскинувшиеся над ними богатство. — Тебе больше нечего предложить мне. Я и так все знаю.

— Солнце, будь уверена, у меня найдется еще парочка секретов в рукаве.

Самира фыркнула и обернулась, скрестив руки на груди. Каин стоял в нескольких шагах от нее, широко расправив плечи и спрятав ладони в карманы штанов. Река отбрасывала серебряные отблески на его чуть бледное лицо и темные волосы. На губах играла легкая улыбка, но Самира видела в ней смущение и неуверенность. Он казался таким молодым и простым, но в то же время таким невозможно красивым, что у Самиры все внутри заклокотало.

— Еще бы, — сказала она, приподняв бровь. — Уверена, твоя королевская жизнь полна тайн.

Уголки его губ немного дрогнули, а взгляд смягчился. Каин неловко прочистил горло и сделал шаг вперед.

— Извини, — сказал он охрипшим голосом.

— За что? — спросила Самира, наклонив голову вбок.

— За то, что поцеловал тебя до того, как сказал правду о себе. Это было нечестно.

Самира вспыхнула и развернулась всем корпусом к реке. Ее глаза нашли ветви ивы под водой, их нежное движение в такт речному потоку немного успокоило колотящееся сердце. Ноги вдруг стали ватными, голова закружилась, и она осторожно присела на мягкую, слегка влажную траву, скрестив ноги перед собой.

Каин сместился за ее спиной. Он медленно подошел к ней и опустился рядом, не прикасаясь, но Самира все равно отчетливо ощущала жар его тела.

— Я думала о родителях, — сказала она, все еще впиваясь взглядом в темную воду, переливающуюся лунным светом. — Наблюдают ли они за нами. Они умерли от лихорадки, когда мне было двенадцать.

— Драконьей лихорадки? — тихо уточнил Каин, и Самира кивнула, хоть и не была уверена, что он смотрел на нее. — Я помню ту эпидемию. Север Рарии пострадал больше всего, но на юге тоже было много жертв, — он замолчал на мгновение, а затем добавил чрезвычайно мягким голосом: — Мне очень жаль. Уверен, где бы они не были, они за вами присматривают.

Самира сглотнула ком в горле и мотнула головой, прогоняя непрошенные слезы.

— Расскажи мне о Луке, — попросила она шепотом, обнимая колени руками.

Каин молчал несколько секунд, и Самира завороженно следила за рекой и ее вихрями.

— Он присоединился ко двору в пятнадцать лет и сразу стал моим личным слугой, — начал он, и Самира, даже не взглянув на него, могла сказать, что он улыбается. — Всего на год старше меня, но он всегда был очень серьезным и замкнутым, молчаливым, а я… ну, ты сама знаешь.

Самира ухмыльнулась, представляя мрачного юношу рядом с солнечным Каином.

— Мы были полными противоположностями, но я очень хотел с ним подружиться, ведь мы постоянно были вместе, — Каин издал короткий смешок, и Самира почувствовала, как он сместился, устраиваясь поудобнее. — Я его дико раздражал, но Лука из-за своего положения не мог прямо попросить меня оставить его в покое, так что он всегда старался держать дистанцию. Не физически, конечно, а… иначе. Вел себя всегда исключительно уважительно и отстраненно.

— Дай угадаю, тебя это только больше раззадорило?

Каин заливисто рассмеялся.

— Это точно! Думаю, в итоге мое чувство юмора его покорило.

Самира не удержалась и повернула голову, всматриваясь в его профиль. Юноша широко улыбался, вглядываясь в ночное небо.

— Или он притворялся, что открывается тебе, лишь бы не слышать больше твоих глупых шуток. Я бы его поняла. После стольких лет любой бы сдался.

Юноша прыснул и схватился за сердце, словно его поразила шальная стрела. Он посмотрел на нее, выпятив нижнюю губу, но темно-карие глаза искрились весельем.

— Ты такая жестокая, солнце. Вечно разбиваешь мое сердце.

— Скорее твое эго, — сказала она, снова возвращая взгляд вперед. — И я просто честная.

Каин фыркнул, но ничего не ответил. Между ними растянулась приятная тишина, и лишь плеск реки нарушал ее.

— Он может показать человеку то, чего на самом деле нет, — тихо произнес Каин через какое-то время. — Иногда, если день выдавался особенно тяжелым, мы выбирались на мой балкон ночью, и Лука зачаровывал нас, чтобы мы могли полюбоваться серебряными бабочками, сверкающими в ночи.

Самира посмотрела на него, и юноша тоже повернул голову вбок. Его глаза немного блестели, а улыбка стала слабой, словно призрак яркой и искренней копии.

— Должно быть, то еще было зрелище, — мягко сказала Самира и, чуть наклонившись к Каину, будто собираясь поделиться секретом, добавила: — Ты найдешь его.

Он кивнул в ответ.