Глава 5. Остановка

Каин задумчиво обвел взглядом лесную полянку, выбранную ими для ночлега. Солнце еще не зашло, но уже упрямо клонилось к горизонту, погружая дремучий лес в мягкий полумрак. Высокие макушки деревьев пронзали темнеющее небо, а где-то неподалеку раздавалось звонкое журчание ручья.

Рената сидела у костра и методично мешала кашу в большом котелке. Ее длинная русая коса казалась рыжеватой из-за отблесков пламени, а несколько непослушных прядей упали на лоб. Она что-то тихо говорила Самире, пока ее младшая сестра сидела рядом и украдкой бросала настороженные взгляды в сторону Каина. От этого губы юноши сами по себе расползались в наглую улыбку. Уморительно.

— А что ты будешь делать? — поинтересовался Тео.

Каин в недоумении опустил взгляд, лишь теперь заметив, что мальчик уже успел подобраться к нему.

— Тренироваться, — ответил он, крепче сжав меч в правой руке. — Так что отойди подальше.

Глаза Тео загорелись интересом. Каин заливисто рассмеялся детскому восторгу, игриво взлохматил светлые волосы мальчика свободной рукой, и тот тут же залился румянцем, послушно отступив в сторону.

Каин прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, наполняя легкие прохладным вечерним воздухом. Несмотря на то, что на нем были только штаны и ботинки, ему было жарко. Всегда жарко. Он с горечью подумал, что будь он дома, смог бы выполнить упражнения как обычно.

Парень распахнул веки и шагнул вперед. Меч рассек воздух, оставляя после себя звон металла. Отточенными движениями Каин сделал еще один выпад. И еще один. Сначала медленно и аккуратно, затем, позволяя телу найти свой ритм. Он позволил себе забыться и кружил в танце, отражая невидимые удары и контратакуя невидимого противника. Оголенная кожа на груди покрылась потом, плечи горели, а дыхание стало прерывистым и рваным. Но Каин не останавливался, пока не выполнил последнее движение в связке, которой его обучил наставник много лет назад. Он замер на мгновение, а затем медленно опустил меч.

Каин позволил небольшой улыбке вернуться на лицо и повернул голову. Грудь все еще разрывалась от тяжелого дыхания. К его удивлению, впечатлить удалось лишь Тео. Самира подперла щеку ладошкой и с хмурым видом уставилась на него, будто пытаясь прожечь дыру в голове. Рената же старательно сдерживала улыбку, продолжая мешать кашу на костре. Каин невольно почувствовал легкий укол разбитой гордости, но еще сильнее его захватило любопытство. Обычно девицы падали в обморок от восторга или смущения во время его тренировок. Он прекрасно знал, как выглядит и насколько искусен в своем деле.

— Я тоже так хочу! — громко закричал Тео и, развернувшись на пятках, помчался к сестрам.

Самира фыркнула, закатила глаза и что-то тихо пробормотала себе под нос. Каин с трудом сдержал румянец, нацепил привычную маску беспечного глупца и подошел чуть ближе.

— Но я хочу с мечом, — протянул мальчик, подпрыгивая на месте и расправляя плечи, словно уже был готов сразиться с невидимым противником.

Самира недовольно поджала губы и раздраженно вздохнула, слегка подтянув колени к подбородку.

— Что-то не так? — спросил Каин у Ренаты, едва заметно наклонив голову в сторону Самиры.

— Нет, все нормально, ты очень хорош, — покачала головой Рената, поднимая на него свои голубые глаза, в которых читалась неподдельная честность и доброта. Он сразу проникся к ней уважением и симпатией, еще с той первой встречи, когда Тибан привел ее в его убежище. — У нас просто… несколько другой стиль. Не менее эффективный, прошу заметить.

Каин растерянно моргнул и вопросительно выгнул бровь в немом вопросе.

«Какие могут быть методы ведения боя у бродячих торговцев?» — подумал он, пытаясь понять слова Ренаты.

— Но теперь понятно, почему ты нам не доверяешь, — тихо добавила она, отвлекая его от мыслей.

Он нахмурился, готовый спросить, что она имела в виду: он же уже поручил им довольно важную задачу. Но тут вмешалась Самира, перебивая его.

— Тут проблемой побольше будет то, что это мы ему не доверяем, — буркнула она, красноречиво бросив взгляд на старшую сестру. — С каких пор у изнеженных сыночков рарийской знати такая техника? Он точно первый сын какого-нибудь генерала или высокого лорда.

Затем она шевельнула губами, проговаривая беззвучно и четко слово «Проблемы». Каину захотелось рассмеяться, но он благоразумно сдержался. Он с самого начала дал знать Ренате, что будет делиться лишь минимальной информацией о себе, необходимой для их путешествия, и та согласилась. Очевидно, у младшей сестры имелось свое мнение на этот счет.

— Самира, — с усталостью произнесла Рената, будто эта тема обсуждалась уже тысячу раз. — Лучше проведи с ним спарринг. Выплесни яд и успокойся. — Она замялась, подняла голову и хмуро добавила: — Фигурально выражаясь. Никаких ядов.

Каин открыл рот, чтобы сказать, что драться с этой хрупкой, языкастой девчонкой он не собирается, но тут Самира скорчила недовольную рожицу и капризно протянула:

— Почему я? Ты же знаешь, как я не люблю сражаться. Это ты у нас смелая воительница, а меня он напополам разрубит своим огромным помпезным мечом.

Рената прыснула и покачала головой, умиляясь театральному драматизму сестры.

Самира же, несмотря на слова, лениво потянулась, заправила за уши светлые локоны с перемешанными в них мелкими косичками и спокойно поднялась. Она подошла к Каину медленной, почти игривой походкой.

— Я в замешательстве, — признался он, когда девушка остановилась всего в шаге от него. — Ведете себя так, будто вам нечего бояться, но почему тогда ты так переживаешь из-за меня?

— Наоборот, — ответила Самира. — Есть целая куча вещей, которых нам стоит бояться. В том числе тебя, всех твоих секретов и того, что может произойти. Ты — неизвестный фактор. Риск, — отчеканила она, а затем тяжело вздохнула и покачала головой. — А держать оборону круглые сутки очень утомительно. Я бы даже сказала, что это невозможно. Кстати, пока мы не начали…

С этими словами Самира нагнулась, пытаясь достать что-то из кармана штанов. Она выпрямилась, зажав предмет в кулаке, и сделала короткий шаг вперед. Каин нахмурился и наклонился, чтобы увидеть, что она хочет ему показать. Вдруг Самира разжала пальцы и подула на желтую пыльцу, лежавшую на ее ладони. Юноша вскрикнул от неожиданной боли в глазах, зажмурился и отступил.

В тот же момент Самира выгнулась и ловко сделала подножку. Каин рухнул на спину, а меч с глухим звоном отлетел в сторону. Через мгновение он почувствовал давление на груди и холод металла короткого кинжала у горла. Его окутал аромат мяты и летнего дождя. Слезы потекли сами собой, мельчайшие частицы пыльцы застлали все вокруг белой пеленой.

— Рената — другое дело, конечно, но в честном бою ты меня быстро победишь. Еще бы, с твоими-то навыками, — сказала Самира тихо, ее горячее дыхание опалило щеку. — Но мы привыкли сражаться на выживание. Скрытно. Грязно и неблагородно. Используя все, что у нас есть.

Каин не смог сдержаться и рассмеялся, несмотря на жгучую боль в глазах. Если бы наставник видел его сейчас — наверняка умер бы от стыда за нерадивого ученика.

— Понял-принял-усвоил, — протараторил он скороговоркой, все еще яростно моргая и пытаясь вернуть зрение. — Я недооценил тебя, солнце.

Самира раздраженно фыркнула. Каин наконец увидел перед собой знакомые темно-голубые глаза и очертания недовольного, но симпатичного личика. Она встала, убирая лезвие с его горла и открывая вид на потемневшее небо. Через мгновение на его голую грудь упало нечто холодное. Он резко выдохнул от неожиданности, прощупал предмет пальцами и понял: это фляга.

— Сполосни глаза водой, — сказала Самира снисходительно. — Через десять минут будешь как новенький.

Он сел и моргнул еще несколько раз, чувствуя, как слезы текут по щекам неконтролируемым потоком. Мир вокруг стал немного яснее — не совсем четким, но уже не таким слепым, как секунду назад. Темная фигура рядом сделала шаг в сторону, будто собираясь вернуться к костру, но Каин быстро выставил руку. Скользя по кожаному сапогу, он ухватился за тонкую щиколотку.

Девушка вскрикнула, теряя равновесие и падая лицом вперед, но она вовремя подставила второе колено и удержалась. Юноша дернул сильнее, подтягивая ее ближе к себе, и отчетливо услышал, как та шумно выдохнула. Самира резко дернулась, и вот уже второй сапог прилетел Каину прямо в грудь. Он охнул, моргнул, а фигура перед ним исчезла. Но под пальцами он все еще ощущал ее ногу и отрывистые движения, будто она пыталась вырваться.

— Так ты все-таки умеешь прятать себя! — воскликнул Каин, не скрывая радости и мальчишеского восторга.

Но мгновение спустя неизвестная пыль снова ударила ему в глаза. Он вскрикнул, отпустил Самиру и начал яростно тереть веки. Обжигающая боль была еще сильнее, чем после первой атаки.

— Стоило отступить после первого раза, — сказала она, совсем рядом. — Так что все, я выиграла. А теперь, Света ради, промой глаза и прекрати вести себя как ребенок.

Прохладные тонкие пальцы взяли его за запястья и отвели руки в сторону, подальше от лица. Затем легкое касание к подбородку заставило его послушно запрокинуть голову назад. Ледяные струи воды хлынули на горящие глаза, и он быстро заморгал, пытаясь смыть жгучую дрянь. Боль постепенно стихала, и он тихо застонал, ощущая настоящее блаженство.

Поток воды вскоре прекратился. Он выпрямился и осторожно открыл глаза. Всего в паре сантиметров от его носа было хмурое, бледное лицо. Каин с облегчением заметил, что несмотря на дискомфорт и жжение, он уже мог рассмотреть даже морщинку, образовавшуюся между ее бровей от явного недовольства. Его взгляд невольно задержался на этом явном признаке раздражения, и внутри грудной клетки что-то легонько защекотало.

— Я все равно не понимаю. Почему тогдаэто? — спросил Каин и, заметив замешательство на лице девушки, добавил: — Почему торговля и контрабанда? Ты могла бы… не знаю, воровать? Можно было бы получить большую прибыль. И то, и другое незаконно, но я предполагаю, тебя не особо волнуют моральные принципы.

Девушка отстранилась. На секунду Каину показалось, что она не ответит. Однако Самира снова его удивила.

— Правда за правду, — сказала она тихо, затем прочистила горло и продолжила уже громче: — Слишком напряжно. Как представлю, так прям ужас берет. Надо лезть в какой-нибудь замок, искать сокровищницу, тратить кучу энергии на магию, чтобы оставаться невидимой, постоянно переживать, что в любой момент я могу потерять фокус и меня обнаружат. Сердце будет колотиться, как бешеное, ладошки потеть, а еще я могу надуть в штаны от страха, — она остановилась на секунду и недовольно цокнула языком. — А мои штаны слишком красивые для таких переплетов судьбы. Да и потом меня еще полжизни будет мучить совесть, что я поступила плохо. Нет, спасибочки! Я просто хочу легкой жизни для себя. Дорога, сестра и брат — вот и все, что мне нужно.

Каин моргнул несколько раз и выдохнул с легким смешком. Он невольно улыбнулся, поражаясь тому, как она умудряется быть одновременно такой язвительной и очаровательной.

— То, что ты сейчас делаешь… как-то не очень похоже на «легкую жизнь», — сказал он с оттенком грусти.

Самиры фыркнула и снова сместилась, слегка выпрямляя спину.

— Очевидно, моя сестра не в восторге от моего мировоззрения. Ты, кстати, прямое тому доказательство.

— Я о другом, — Каин покачал головой, и тяжелые капли воды скатились с его промокших волос. Он приподнялся на локтях, чтобы лучше рассмотреть ее лицо. — Провозить вещи контрабандой и продавать их… звучит тоже непросто.

— Для начала, вещи не разговаривают, — Самира посмотрела Каину прямо в глаза и многозначительно выгнула бровь, на что он невольно рассмеялся. — И пробираться никуда не надо, как в случае с воровством.

— Все еще довольно опасно. А если вас поймают и пошлют в тюрьму?

— Возможно, тебе этого не понять, но людям надо как-то выживать. И для этого иногда приходится идти на риск, — сказала она с ноткой печали в голосе, а затем тяжело вздохнула. — Хотя риск риску рознь. Опять-таки, думаю, с тобой Рената переборщила.

Каин ощутил, как плечи сами собой напряглись, а пальцы инстинктивно сжались в кулаки.

— Не волнуйся, — тут же сказал он абсолютно серьезно и приподнялся еще выше, чтобы Самира могла увидеть правду в его глазах. — Я смогу вас защитить.

— Это мы тебя защитим, малец, — вдруг вклинилась Рената. — Ты нам за это платишь.

Каин невольно вздрогнул: из-за ограниченного поля зрения и близости Самиры, он успел позабыть, что на этой темной лесной полянке они вовсе не одни.

— Малец?! — возмущенно воскликнул Каин, резко поворачивая голову в сторону костра, где в полумраке виднелись расплывшиеся фигуры Ренаты и Тео. — Да будет тебе известно, мне девятнадцать! И я вполне способен сам себя защитить, если понадобится. Я плачу вам за скрытность, а не за то, чтобы вы лезли за меня в драки.

— Уговор был, что мы доставим тебя в Мазарит, — сказала Рената твердо, не оставляя места для возражений. — А значит твоя безопасность — это наша ответственность. Не оскорбляй нас, подразумевая, что мы не сможем выполнить условия сделки.

Каин нахмурился. Он не хотел их обидеть, но ему претила мысль о том, что эта странная семейка может оказаться в опасности по его вине. Когда Тибан впервые предложил этот вариант, он сразу отказался. Лишь безвыходное положение и неутихающая тревога заставили его изменить решение.

Он понимал, что его семья — или те, кого они пошлют — вряд ли причинят серьезный вред его спутникам, если найдут его. Но вовлекать в его дела двух девушек и ребенка казалось чем-то постыдным. А если они случайно пострадают, когда Каин начнет отбиваться? Ответ пришел мгновенно. Нет. Если его обнаружат, лучше позволить себя схватить и разбираться с последствиями позже, подальше от них. И если уж сам он не был уверен, справится ли при прямом столкновении, что тогда смогут сделать они?

— Я все равно хочу научиться сражаться на мечах, — донесся недовольный голос Тео.