Глава третья. Медведева на вторых ролях.

Прошла неделя и романтические (а где-то и практичные) волнения в городе начали потихоньку утихать. Юные леди из аристократических семей продолжали надеяться и готовиться к масштабным смотринам, их родные – планировать политические стратегии. Ведь куда же Императорскому отбору без политической борьбы самых влиятельных семейств.

Но проницательный Арманд установил свои правила игры.

- К вам с визитом леди Гилвор. – чинно произнесла Ханна, когда мы со Сташей пили чай в гостиной.

Следом за служанкой в уютную комнату вошла взволнованная Мадлен.

- Доброго утра, госпожа Потапчук. – подруга сперва поприветствовала хозяйку дома. – Мария, я к тебе с огромной просьбой. Мы могли бы наедине обсудить один важный вопрос?

Сташа навострила ушки, но постаралась скрыть неуемное любопытство.

- Мария вчера закончила новую куклу. Такая прелесть! Не желаете взглянуть? – со светским достоинством ответила госпожа Потапчук. Даже не верилось, что месяц назад мы вместе с этой почтенной дамой ловили в малиннике кота… После переезда в городской особняк Сташа стала вести себя иначе, в ее речи даже почти не проскальзывал сельский говор. Ну если только чуть-чуть.

- У меня здесь отдельная светлая комната для рукоделия, идем, я все покажу.

Мадлен поддержала светскую игру и согласилась осмотреть мою комнату.

Конечно, ей сейчас было совсем не до кукол…

- Вот. – как только мы оказались вдвоем в уютной светлой мастерской, девушка протянула мне пухлый конверт. – Я слишком волнуюсь, чтобы говорить. Будет лучше, если ты прочтешь сама.

Я взяла конверт, усадила подругу в кресло напротив и принялась извлекать содержимое. Первой мне бросилась в глаза сломанная императорская печать. Ее я ни с чем не спутаю - точно такой же сургучный оттиск скреплял пакет с документами на мой столичный особняк. Но вот содержимое…

На первом листе было официальное письмо – приглашение леди Мадлен Гилвор принять участие в отборе. Остальные листы содержали свод правил и требований сего грандиозного мероприятия.

- И что ты сама об этом думаешь? – спросила я у подруги, после изучения писем.

- Я получила приглашение вчера и поначалу сильно расстроилась. Понимаешь, я вообще не собираюсь выходить замуж! В крайнем случае – лет через двадцать, и то если встречу настоящую любовь. Но батюшка сказал, что отказаться мы не имеем права, это могут приравнять к государственной измене, а значит мне все равно придется поехать на этот… отбор. Только выигрывать его не нужно, но и род желательно не посрамить.

- Значит тебе однозначно надо ехать.

- Надо. В своде правил указано, что явиться во дворец нужно через две недели, там перечислены все ограничения по количеству платьев в гардеробе. – тут Мадлен нервно усмехнулась. – Видимо Его Величество боится, что невесты захламят дворец своим барахлом. Запрещенные снадобья и артефакты (чтоб не приворожили Императора), а также требования к сопровождающим. Отец не может со мной поехать. Сопровождать невесту должна компаньонка. Женщина. Аристократка, не замужняя и не моложе двадцати восьми лет. Из наших родственников и близких друзей на роль компаньонки подходит только тетушка Тавия. Но тут меня опередила кузина Флор, которая тоже получила приглашение на Императорский отбор. Мария, а тебе сколько лет?

- Двадцать девять. – я ответила на автомате, лишь задним умом осознав, к чему клонит Мадлен. – Нееет! Какая из меня дуэнья!

- Не дуэнья, а компаньонка. Тебе больше двадцати восьми лет – раз, у тебя титул баронессы – два, ты до сих пор не замужем – три.

- А ты не боишься, что Император выберет меня? – я лукаво улыбнулась, едва сдерживая смех.

Мадлен отсмеялась и вздохнула с облегчением, понимая, что я уже согласилась.

- И четвертое – тебе я могу доверять. – закончила она свою убедительную речь.

***

Считается, что самое сложное – это принять решение. Не верьте! С принятия решения начинается основная работа. А первым делом мне предстояло уговорить своих (пока еще) опекунов отпустить меня в столицу, да не просто так, а в императорский дворец.

- Как же ты туда одна-то поедешь? – Сташа заламывала руки. – Литона-то огроменная, там потеряться – раз плюнуть!

Меня же, как уроженку мегаполиса своего мира, города, который никогда не спит, Литона манила своими секретами, красотами и возможностями.

- Маша не потеряется… - Тадеуш рассуждал более здраво и практично. – Леди Гилвор училась в столице и не один год там прожила. К тому же у Гилвров там семейный особняк. Даже если они выедут заранее, чтоб обновить гардеробы по столичной моде, всегда будут под присмотром. Меня другое беспокоит. – Потапчук посмотрел на меня в упор. – Нас же герцог обязал за тобой полгода присматривать. Срок только через месяц выйдет-то. Этак нам вслед за тобой надо в столицу ехать, а у меня здесь дела.

- Что он нам там наприказывал-то? – заворчала Сташа. – Я уже совсем и запамятовала. Ты ж нам почти как родная стала.

Тадеуш порылся в ящике своего массивного письменного стола и извлек на свет давно позабытый свиток.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Может мы мою поездку как трудовой договор оформим? – осмелилась предложить я, после того, как мы всем семейством перечитали указ на два раза.

Медведи посмотрели на меня с изумлением, потом еще раз стали перечитывать указ. Тадеуш даже воодушевленно крякнул.

- Этак даже будет лучше. – подвел он итог мозгового штурма. – Сперва мне надо будет съездить к поверенному, а потом уже вместе с ним к лорду Гилвору. Думаю, он тоже не станет возражать против договора.

Глаза Потапчука загорелись идеей, но я поспешила осадить своего опекуна.

- Вот только наживаться на подруге я не буду. Пусть в договоре будут указаны сроки и цели сопровождения Мадлен в столицу.

- Но как же без цены? – возмутился Тадеуш. - Это уже не договор будет.

- Оформим как взаимовыгодное сотрудничество. Я выполняю роль компаньонки на отборе, а Мадлен, допустим, устраивает мне экскурсии по столице. Тем более, что мы решили отправится в Литону заранее.

- Надо еще съездить в салон модам Попю! – в последний момент Сташа вспомнила, что в этом месяце мы заказали у самой лучшей модистки города новый осенний гардероб для нее и первый осенний гардероб для меня. – Со дня на день могут начаться первые заморозки или задуть пронизывающие осенние ветра, а у тебя совсем нет теплой одежды.

К мадам Попю мы поехали сразу после обеда, но подъехать к салону не смогли – вдоль улицы выстроились в ряд четыре дорогих экипажа. Поэтому нам со Сташей пришлось пройтись пешком. А неприятности только начинались…

В салоне стоял шум и гам. Было сложно пройти сквозь толпу разряженных дам, расслышать же в этом гомоне хоть что-то тоже было нереально.

- Я требую, чтобы нас обслужили первыми! – вещала дородная дама в дорогом бархатном платье молодой помощнице. – Вы хоть знаете, кто я?

- Не кичитесь своей знатностью! – перекрикивала ее худосочная брюнетка лет пятидесяти, похожая на цаплю и енота одновременно. С енотом ее роднила природная маска из темных кругов под глазами, а с цаплей – желание проглотить всех «жаб», каких только сможет. – Мы приехали раньше! И наш род ничуть не уступает вам в знатности!

Сзади наседала пронырливая миниатюрная женщина, которая все время старалась стравить цаплю с бархатной дамой, а сама тихонько проталкивала своих дочерей в сторону ВИП-приемной.

Остальные девушки кричали и препирались на все лады, напоминая курятник в период раздачи зерна, и совсем не напоминая благородных леди.

Люди везде одинаковые. За свою бытность моделью я участвовала в куче кастингов, нескольких конкурсах красоты и даже одном «отборе для миллионера», где больше пиарилась для карьеры и тусовалась, нежели действительно стремилась замуж (миллионер, кстати, тоже так и не женился). За кулисами всех этих конкурсов и кастингов творилось такое, что разборки за право срочного заказа у лучшей модистки города – еще цветочки. И я почти уверена, что во время отбора все эти красавицы не будут гнушаться ни какими средствами. Битое стекло в салате? Запросто! Краска для волос во флаконе с шампунем – пожалуйста. На одном конкурсе красоты девушке, шедшей первой в рейтинге, кто-то из соперниц умудрился заменить в баночке маску для волос на крем-депилятор. В итоге победила я, но только потому, что мама перепутала стаканы и выпила мой смузи… Да, мне было немного страшно и непривычно, что я не вижу маму как всегда в зале. А еще я переживала за ее самочувствие. Но от расстройства желудка еще никто не умирал.

- Пошлю-ка я лучше Жонестине записку. – растерянно пробормотала Сташа. – Не хочется сейчас что-то связываться с этими аристократками.

Не стоит и говорить, что мы сильно расстроились. Если пара платьев, подходящих для роли компаньонки невесты Императора, в моем гардеробы была, то из верхней одежды у меня был только плащ. А Сташа права – уже приближались холода…

Понадеявшись на чудо, я предложила Сташе заехать в мастерскую Барбры. Уж скромное, но элегантное пальто она мне точно успеет пошить за неделю, а большего для компаньонки и не требовалось. Мне нужно было создать образ, который в дальнейшем послужит респектабельным фоном для молодой леди, «претендующей» на сердце принца.

Но и здесь мы потерпели неудачу. В ателье было полно народу.

- Я бы и рада помочь тебе, - Барбра посочувствовала моему горю, - но за один вечер я получила заказов на месяц вперед, причем столько, что придется работать каждый день до самой ночи, а у меня только две руки и три портнихи!

Ателье я покинула в совсем угнетенном состоянии, но не такой я человек, чтобы расстраиваться из-за шмоток!

Даже будучи моделью я никогда не воспринимала порчу своих нарядов соперницами близко к сердцу. Для меня не было трагедией, если я не успевала купить какой-нибудь эксклюзивный наряд крутого брэнда. А потом и вовсе стала предпочитать удобную и практичную, но всегда очень качественную одежду. Платье для женщины всего лишь рама для картины. Картина не станет менее притягательной, если поместить ее в подходящую, но менее помпезную и дорогую раму.

Я воспрянула духом и уговорила Сташи посетить другие швейные мастерские.

Мы вернулись домой только к ужину уставшие и злые. Во всех мастерских города заказы принимали только на следующий месяц, а это означало, что в столицу ехать придется в том, что есть.

***

На следующее утро мы вместе с Потапчуками поехали к лорду Гилвору. Приняли нас очень хорошо. Как и предполагал Тадеуш, отцу Мадлен пришлась по душе идея подписать договор. А вот Мадлен была не в большом восторге от этой бюрократии, но сдалась перед моими аргументами, потом даже сама предлагала добавить пункты.

Закончили мы только часа через два, и лорд Гилвор любезно предложил нам выпить чаю, пока его секретарь переписывал договор на чистовик в четырех экземплярах для каждой из сторон. С моей стороны было наивным полагать, что нам с Мадлен разрешат самим подписать договор. Без подписи лорда Гилвора, как главы рода, и Тадеуша, как моего опекуна, назначенного герцогом, такой договор считался бы не действительным.

- А вот если бы мы были мужчинами, то все было бы иначе. Наши подписи имели бы вес без всяких заверений. - недовольно ворчала магичка, когда я поднялась с ней в ее покои, чтобы приступить к работе.

- С одной стороны это может и удобно. Но что, если бы ты заключала контракт не со мной? В таком случае малознакомый человек может и обмануть, не выполнить условия. А так главы семей выступают гарантами по договору. По-моему, это гораздо надежнее.

Начали мы с разбора гардероба благородной леди.

Через час я поняла, что благородная леди, не увлекающаяся нарядами – печальное зрелище. Мадлен была настолько безразлична к платьям, что повесила на вешалку «берем на отбор» бальное голубое платье.

- Нет! – меня возмутила такая небрежность. – Ни в коем случае! Этот наряд ты оставишь здесь. Ты же была в этом платье на балу в честь дня Даров Великой Проматери. В нем тебя половина императорского двора уже видела.

- Правда? – искренне удивилась Мадлен.

К концу вечера мы отобрали: два совершенно новых бальных платья (правда Мадлен не могла вспомнить, в этом году их заказывала или в прошлом), несколько нарядных платьев для приемов, и более скромных – повседневных, очень дорогой и роскошный костюм для верховой езды темно-сливового цвета, две меховые накидки и теплую одежду для прогулок.

Ни я, ни Мадлен почти не имели понятия о последней, тем более столичной, моде, поэтому надеялись до конца укомплектоваться нарядами уже в столице. Правда меня терзали смутные сомнения, что это у нас не получится.

- Жаль, что голубое платье я оказывается уже надевала. – вздохнула подруга. – Оно самое красивое. И заказывала я его этим летом в Литоне.

- Может его перекрасить? Или зачаровать? Иллюзию там какую наколдовать, будто по подолу звезды мерцают или цветы распускаются? Ты же все-таки маг.

- Колдовать над одеждой? – удивилась Мадлен. – Я целитель!

- И зельевар. – напомнила я. – Может у тебя есть какое зелье, чтобы поменять цвет ткани? Тогда это уже будет «новое платье». А я смогу сделать к нему какой-нибудь декор.

Мадлен обещала заняться этим вечером. А так как уже наступило обеденное время, то Мадлен попросила свою горничную организовать нам обед в своих покоях.

Обсуждение правил отбора продолжалось даже за обедом.

- Здесь говориться, что леди может привезти личную горничную. – я оторвалась от письма. – Что ты об этом думаешь?

- Конечно я возьму с собой Пилар.

- Или горничную назначат во дворце… А компаньонке положена горничная? Или тоже можно привезти с собой?

- К чему ты клонишь? – насторожилась подруга.

- К тому, что из своей прислуги мы можем привезти только одного человека. Своего, надежного. А прислуга – это наши незаметные глаза и уши во дворце. Справится Пилар с ролью разведчика? Она достаточно общительна и сообразительна?

Мадлен глубоко задумалась над этим вопросом. Ей еще не представлялась возможность рассматривать прислугу, как часть команды. И в этом плане в Пилар она не была уверена.

- Что ты предлагаешь?

- Завтра с утра я приеду с новой горничной. Но ее надо будет обучить обязанностям горничной до нашего отъезда. Так, что там дальше в правилах… Есть запрещенные зелья. Так-так… Я бы предложила собрать аптечку, она нам очень понадобится. И косметические средства… Ты же зельевар! Нам пригодятся кремы, снимающие сыпь и зуд, лосьоны для волос (желательно в зачарованных бутылках, которые не смогут открыть посторонние), средства от ожогов, от расстройства желудка, средство для бодрости, антидоты к ядам и снотворным средствам.

- Мы что, на войну собираемся? – упрекнула меня Мадлен. – Зачем такие сложности?

- Затем! На войне все средства хороши! Поверь моему опыту, во время отбора найдется не мало желающих их на тебе испытать.

Мы опять зашуршали бумажками, внося в списки нужных вещей новые пункты.

- У тебя случайно нет артефакта или заклинания, позволяющего узнать, был ли посторонний в комнате во время нашего отсутствия?

Мадлен отрицательно покачала головой, но затем добавила.

- Я наведу об этом справки, когда приедем в столицу. У меня одногруппник в магистратуре учится, может разузнать для меня. Но это скорее всего относится к боевым чарам, для женщин эти знания могут быть недоступны.

- Что значит недоступны? – мне было необходимо прояснить ситуацию, прежде чем связываться с чем-то непонятным. – Ты не сможешь разобрать заклинание или ты нарушишь закон, применив такое заклинание?

- Меня просто никто не будет ему обучать. – вздохнула подруга. – Могут даже в библиотеке книги не дать по этой теме. А я еще два года могу пользоваться библиотекой Академии на правах выпускницы.

- А создавать иллюзии вас учили?

- Конечно! Это же простейшие бытовые заклинания, не очень полезные… Благородные леди используют их, когда читают своим детям сказки, чтобы развеселить картинками и образами.

- А создать иллюзию нового модного платья ты сможешь?

- Конечно смогу. Вот только все иллюзии недолговечны и могут развеяться в любой момент. А иначе сейчас бы не было таких очередей у модисток!

***

- Ты шутишь, красавица! – Лира загоготала во все горло, обнажая редкие зубы. – Пардонте, баронесса! – она сделала куцый реверанс. -  Где я и где императорский дворец?

- Ты в Боруме, императорский дворец – в Литоне. Меньше двух дней пути по хорошей дороге.

- Ты не поняла, баронесса, где я и где императорский дворец!

- Я же прошу тебя поехать в качестве горничной леди Мадлен. – дар убеждения никогда не являлся моим достоинством, но сдаваться было не в моих правилах.

- Да хоть посудомойкой на кухню! – не сдавалась Лира. – Не вышла я мордой, чтобы работать в императорском дворце. Я же воровка. А если меня…

- Ни каких если! Ты больше не воровка, не нищенка и не бродяжка! Даже не смей о себе так думать!

Женщина посмотрела на меня с удивлением, не веря собственным ушам.

- Сейчас ты работаешь при храме и ничуть не хуже любой честной горожанки. Разве были за это время случаи, заставляющие усомниться в твоей благонадежности? Разве ты не оправдываешь доверие храма?

- Да ты что! – воскликнула Лира. – Пусть меня Великая Проматерь покарает, если я хоть корку без спросу взяла! Да неужто я оберу длань меня кормящую? (было видно, что жизнь при храме начала накладывать отпечаток на поведение бывшей бродяжки) Да чтоб я когда подвела леди Гилвор, когда она для меня столько сделала? Порази меня молния в тот же день!

- Ты сейчас нужна леди Гилвор, как никогда.

Лира удивилась еще больше. Было видно, что у женщины в голове не укладывается, чем же бывшая воровка может быть полезна знатной леди на императорском отборе.

- Отбор – это не балы и приемы. Личная горничная может хорошо прислуживать, помочь одеться, сделать прическу. Но она не уследит, чтобы леди не отравили, не испортили ей что-нибудь, в том числе и репутацию. Здесь нужны хитрость и проницательность, острый ум и знание столицы. А еще – ты не поддаешься влиянию. И точно не придашь леди Гилвор.

- Леди может угрожать опасность? Неужто во дворце ее не защитят?

- От мести и интриг других благородных леди – нет. Посмотри на мое лицо. - Я посмотрела по сторонам, и так как в храмовом дворике кроме нас сейчас никого не было, откинула капюшон. – Этот шрам мне оставила на память соперница.

Мы замолчали. Было и так понятно, что подвергать Мадлен подобной опасности никто из нас не желает.

- Ей точно нужно на этот отбор? Неужели она так хочет стать императрицей?

- Не хочет. Но ей пришло официальное приглашение от императора. Она не может отказаться от участия в отборе.

- Ладно, пошли. Мне только нужно сообщить, что я с вами уезжаю, чтоб не подумали, чего такого…

- То есть ты согласна?

- Не могу же я отпустить вас одних в Литону! – усмехнулась Лира. – Вам там быстро перышки поощипают.