Глава двадцать четвертая. Опережая рассвет.

Все тело затекло и ныло, словно спала я в ящике с булыжниками. Спать хотелось, но было откровенно больно каждой косточке, каждой мышце, сведенной судорогой в неудобной позе.

Я открыла глаза.

Все было гораздо хуже. Я уснула прямо в кабинете, сидя за рабочим столом, щекой на недописанном письме. А сейчас за окном уже светало…

Выпрямиться на стуле у меня получилось не с первой попытки, шея затекла и не поворачивалась, пальцы на правой руке онемели. Я оторвала от щеки прилипшее письмо жениху, вытекшая изо рта во время сна слюна немного размыла текст, но ничего, вполне читабельно. Я поставила свою подпись в конце и запечатала послание в конверт.

Надо было спешить.

Как была, в ночной рубашке, я вернулась в спальню. Приготовленное с вечера удобное синее платье теперь мне не подходило. Чтобы успеть – придется бежать. А бегать в платье совсем не вариант. К тому же туфли мои были подбиты металлическими набойками, и если в императорском крыле они беззвучно утопали в ворсе ковров, то в служебных помещениях дворца будут громко стучать, привлекая ненужное внимание.

В ход пошли джинсы и кеды, бережно хранимые мной на дне чемодана, а также простая футболка – все, что осталось от моей прежней жизни. Сейчас это был самый уместный наряд. В чем пришла в этот мир, так сказать… Вряд ли мне еще когда удастся покинуть мир Ливрониума, но распрощаться с дворцом я намерена немедленно. Жаль, что так все получилось…

Поверх футболки я накинула новое серое укороченное пальто (еще ни разу не надеванное, между прочим!), в карман сунула кошель с деньгами и документы. Больше ничего брать не стала. Если сбежать получится, то на новом месте начну все с начала, да и на Иана можно было положиться. Только бы он меняя дождался!

Оставлять швейную машинку было жалко, но ничего не поделаешь… А еще меня мучала совесть за то, что я так и не смогла найти Пушка. Что если он все же вернется во дворец, а меня нет? Но между котом и своим будущим, я эгоистично выбрала второе.

Пусть неизвестность! Пусть я еще не до конца разобралась в своих чувствах! Здесь мне точно оставаться не стоило.

Я тихо приоткрыла дверь (благо, та оказалась не заперта) и выглянула в коридор. Стражи не было.

Вперед!

Императорскую часть дворца я прошла довольно быстро. Здесь было немало патрулей стражи, но обилие декора, штор и гобеленов позволяли быстро и надежно укрыться от посторонних глаз. В основной части дворца я скрылась в коридоре для слуг, проходившем в толще стен. Благодаря Лире у меня было кой-какое представление как по ним добраться до кухни, а оттуда было рукой подать до заднего хозяйственного двора, на котором шла приемка поставляемых для кухни продуктов.

На кухне поварята уже начали разводить огонь в очаге, на них то и дело покрикивала кухарка. Здесь проскочить незамеченной было сложней. Это вам не стража! Сразу заметят леди в непотребном одеянии.

Мне нужно было пробраться в нижние помещения, куда и доставляли провизию, а сделать это можно было только через кухню. В коридоре послышались шаги и голоса. Я заметалась, как заяц, загнанный в угол, дернула какую-то дверь и укрылась за ней.

На поверку это оказался чулан с инвентарем и формой… Мне начинало везти. Спрятав волосы под потертую шапку и надев серый фартук, я прикинулась мальчишкой-разнорабочим, мазанула по лицу, даже подростковую походку получилось сымитировать.

- Куда направился, бездельник? – мне на плечо упала тяжелая рука. – Опять в подсобке отлеживался? Много будешь спать – пойдешь работать на конюшни! Мне на кухне лодыри не нужны.

Я лишь что-то промямлила в ответ, дав понять суровому мужику, что больше так не буду, при этом старалась держаться в тени, чтобы никто ненароком не рассмотрел мое специально испачканное лицо получше.

- Эй, Франц, возьми этого с собой на разгрузку! – крикнул повар проходящему мимо работнику. – Ему полезно будет размяться!

С этими словами меня толкнули вслед Францу, пришлось поторапливаться. Зато путь теперь был свободен – меня официально послали в нужном направлении!

Радовалась я не долго. Потому что меня сразу нагрузили мешками с крупой. Потом я помогала таскать корзины яиц, кувшины с молоком… На дворе становилось все светлее, но улизнуть у меня не получалось – зоркий Франц бдел в оба. Даже по нужде не отпустил, сволочь…

Сбежать получилось случайно.

На широкой телеге привезли бочки с конигорийским… А это значит, что пустые бочки должны были увезти. На разгрузку вина меня не пустили, бочки были тяжелые и их по специальным доскам с телеги скатывали двое крепких грузчиков, и так же вдвоем укатывали в подвал. А вот кувшины с кунжутным маслом мне велели отнести в том же направлении, только в другое подвальное помещение.

Я видела, куда грузчики закатили полную бочку, а потом выкатили пустую. Забирают сменную тару, мелькнула блестящая мысль.

- Что там, последняя осталась?

- Да, брат, еще одна. Устал я за ночь, как собака.

Когда мужчины скрылись из виду с пустой бочкой, я метнулась к винному погребу. Так и есть! Около входа стояла приготовленная ими последняя пустая бочка. Ее заберут, как прикатят полную с телеги.

Недолго думая я залезла внутрь. Это же просто классика кинематографа! Побег из замка в пустой бочке. А еще вспомнились строчки из сказки про Царя Салтана, но эти черные мысли я поспешила отогнать.

Грузчики вернулись и стали выкатывать мою бочку.

- Эта какая-то тяжелая. – вздохнул один. – может не совсем пустая?

- Ты просто устал. – возразил ему напарник. – Для меня каждая новая бочка тяжелее предыдущей.

- И то верно. – бочку со мной внутри закрепили на телеге. – Давно пожрать бы не мешало, и поспать.

Телега медленно покатила в стороны ворот. Я изредка выглядывала – нужно было не пропустить Иана, он же обещал меня ждать. Но у ворот стояла стража, поэтому я решила покинуть повозку позже, когда буду в относительной безопасности и вернуться назад.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Покинуть телегу оказалось куда проще, чем я думала, дорогу назад тоже нашла без особого труда. Но вот у ворот была только стража. Это было хорошо видно, ведь в городе становилось совсем светло, небо уже алело на востоке.

«Я уплыву на рассвете» вспомнились его слова. Значит мне надо спешить в порт.

Дорогу я помнила. Редкие прохожие сторонились странного бегуна. «Никак, украл что?» - неслось мне в спину, но я уже скрылась за поворотом. Задыхаться я начала довольно быстро и перешла просто на быстрый шаг, но восстановив дыхание, снова побежала.

На востоке вовсю разгоралась заря. За очередным поворотом мне открылся вид на порт, корабли на рейде, гладь лагуны и край солнца, показавшийся над горизонтом…

Это помогло открыться второму дыханию. Я летела вперед, не особо разбирая дороги.

- Не желаешь развлечься, птенчик? – полуодетая девица попыталась перехватить меня за руку, но я увернулась и побежала дальше.

- У тебя еще силы остались? – вяло спросила ее пышнотелая баба в одной ночной рубашке, задувающая на крыльце огонек в красном фонаре. Последнем на этой улице… Даже самые выносливые ночные бабочки впадали в спячку.

Я выбежала на причал и помчалась в ту сторону, где, как мне помнилось, стоял на якоре «Вестник зари». Судно еще стояло у причала, но готовилось вот-вот отплыть.

- Иан! – закричала я срывающимся голосом, но ветер отнес мои слова в сторону.

Да и вряд ли на корабле меня кто мог услышать – на палубе царила суматоха, то и дело слышалась ругань матросов, щедро сдобренная такими крепкими словечками, что у приличной леди уши будут пылать неделю.

Сходни уже были убраны, канаты отвязаны, слышался лязг цепи, поднимающей якорь…

- Иан! – снова крикнула я, но на меня не обратили внимания. Матросы носились по палубе как угорелые.

- Да прибейте уже этого черта, якорь вам в жопу! – слышался сердитый голос капитана.

Да что там такое происходит?

Было обидно до слез. Сбежать из дворца, проделать такой путь и почти достигнув цели, не попасть на корабль… Да ну нафиг! Если уж я принимала решение – доводила дело до конца.

Я выбрала, как мне показалось, самое удачное место для прыжка, разбежалась и прыгнула.

Не долетела я совсем немного…

Просто врезалась в борт корабля, уцепившись одной рукой, но подтянуться уже не могла. Шапка свалилась с головы и полетела в воду. Я посмотрела вниз и сглотнула – перспектива искупаться в холодной воде меня совсем не прельщала.

- Держись, чудо! – меня перехватили за запястье и аккуратно потянули наверх, помогая забраться на корабль.

- Ты всегда оказываешься в нужное время в нужном месте.

- Угадала. – подтвердил Иан, прижимая меня к себе крепче. – Я ждал тебя.

- Где эта тварь? – орал капитан в недрах трюма.

- Вернулся на корабль с полчаса как, а тут такое! – он гладил мои волосы, успокаивая. – Знал бы, еще подождал.

Матросы помогали капитану, а затем в трюме что-то грохнуло, и наступила тишина.

Иан приподнял мое лицо за подбородок, заглянул в глаза.

- Ты все же решилась… А это что? – он попытался оттереть с моей щеки пыли, которой я мазанула по лицу для маскировки. – Герцог, вы балбес! Нельзя же всю жизнь… - начал читать он отпечатавшееся на моей щеке послание.

- Чужие письма читать не хорошо. – буркнула я, понимая, что все у меня на лице написано, тут же получила чистый платок, чтобы оттереть грязь и послание. – И куда мы теперь?

- В Нидорингию. Тебе понравится этот суровый живописный край. Там у меня дом и все основные дела тоже там. Про Империю пока что придется забыть. Мне жаль.

- Не извиняйся. Я сама сделала выбор.

- Боишься?

- Боюсь. – честно призналась я. А что? Не бояться и не сомневаются только дураки.

Мимо нас, припадая на ногу, проковылял капитан Фрит, благоухая, словно семидесятилетняя девственница, проживающая с двадцатью кошками в однокомнатной хрущевке.

- Где эта скотина, нагадившая в мои новые ботфорты? – вопрошал он боцмана, вылезшего из трюма.

- Испарился. Опрокинул бочку с селитрой и того.

- Кого того? – не унимался Гарэт, готовый вздернуть виновника на рее.

- Говорю же – испарился.

- Поймал! – с камбуза победоносно шествовал кок, неся за шкирку на вытянутой руке виновника сего переполоха, ускоренно пожиравшего связку колбасок. – Говорил, харчами приманить нечисть нужно. Давно бы уже отплыли.

- За борт его! – скомандовал Фрит и повернулся к Вуку. – Хозяин, простите за задержку. Проблему сейчас устраним и можно отплывать.

- Пушок?!! – я не верила своим глазам, но кок держал никого иного, а моего пропавшего питомца.

Я метнулась спасать кота от неминуемой кары.

- Чего это? – не понял капитан.

- Капитан, пусть кота вернут леди. Это ее питомец.

- Питомец? Леди? – Гарэт рассматривал мой экзотичный наряд. – Лопни мои глаза! Господин Вук, за что? – провыл он.

Иан что-то объяснял капитану, который совсем сник и скис, но мне было не до этого. Я наконец-то тискала своего кота, который в очередной раз сослужил мне верную службу, а теперь довольно урчал, дожевывая последнюю колбаску.6dfffc

«Вестник зари» покидал гавань, команда деловито сновала по палубе, попутный ветер наполнял паруса, проснувшиеся чайки провожали нас печальными криками, из-за горизонта выплывал желтый диск солнца.

А я смотрела на таящий в дымке город. Скоро в Литоне не обнаружат одной глупой баронессы… Станут ли меня искать? Отправят ли погоню?

Меня снова обняли, возвращая из размышлений к реальности.

- Я люблю тебя и хочу прожить оставшуюся жизнь с тобой. Через две недели мы приплывем в Нидорингию и я познакомлю тебя со своей родней, как невесту и будущую супругу. Ты только не пугайся, они у меня своеобразные, но я думаю, вы найдете общий язык.

Чего он только переживает? Я не из пугливых… Вон, сколько месяцев прожила с тремя медведями. На медведей у меня иммунитет.

- И что я там буду делать? – уточнить все моменты нужно было еще вчера, до того, как принять решение о побеге.

- Да что захочешь! Хочешь - помогай мне, мне нравятся твои идеи. Придумаем вместе, как открыть представительство в Восточном Пределе.

- Жаль, я швейную машинку оставила во дворце… - этот факт меня сейчас немного печалил, сидеть без дела и без кукол я не любила.

- Если хочешь, я подарю тебе швейную мастерскую.

- По пошиву игрушек?

- По пошиву игрушек.

Все было как-то совершенно по-новому, не похоже ни на одни мои прежние отношения, где вместо признаний в любви и планов на совместное будущее - «я тебя хочу, детка» или «давай сперва повстречаемся, а там посмотрим» - это приходилось слышать, если статус и состояние мужчины были значительными. Пробники отношений, заменители чувств.

В этот раз мы оба теряли, отказывались от старых планов и заманчивых перспектив, чтобы дальше идти вместе. Я смотрела в темные глаза, не чувствуя замирания сердца, бабочек в животе или каких-то там мурашек. Я просто знала, что с этим человеком могу быть самой собой, глупой, смешной, странной или не в меру для леди деятельной, он всегда поймет меня и примет какая есть.

А потом его губы припали к моим, нежный поцелуй стал более напористым, пробуждая тех самых пресловутых бабочек… И когда мой мужчина отстранился, наблюдая за мной лукавым взглядом, я пылала аки школьница. Со всех сторон слышался то свист, то одобрительные возгласы команды, приправленные сальными шутками… От смущения я спрятала лицо в ладонях.

- Попрошу побольше уважения. – шум матросов перекрыл строгий голос Иана. – Госпожа Медведева находится здесь в статусе моей невесты.

Шуточки тут же прекратились, а свист сменился поздравлениями, и только капитан Фрит смачно сплюнул себе под ноги и пробурчал.

- Акулья глотка! Я так и знал, что этим все кончится. Баба на корабле – не к добру…

Команда расходилась по своим делам, а мы так и стояли обнявшись, вдыхая соленый морской бриз. Что-то еще неуловимо и неотвратимо изменилось в моей жизни. Я снова провела ладонью по лицу, потом тщательно ощупала пальцами каждый миллиметр кожи.

- Иан, он исчез. – воскликнула я, не веря своим ощущениям. - Мой шрам исчез!

- Какой шрам? – спросил мой мужчина, целуя меня в висок. – Не помню никакого шрама.

«Вестник зари» вспарывал водную рябь, унося нас навстречу новому дню.