Глава восьмая. День сюрпризов и подарков… судьбы.

Во сне я летала над городом. Даже представить себе не могла, насколько восхитительным может быть полет, если не нужно никуда спешить. Можно спокойно наслаждаться видом тающего в золоте уличных фонарей города, парков и площадей, храмов и триумфальных арок, алой кромкой зари над ало-чернильными водами залива, спящих парусников, стоящих на рейде. Пожалуй, только с приближением осени рассветы становятся такими кроваво-алыми, предвещая золото и багрянец, в который скоро оденутся леса.

Не знаю какова поздняя осень в Литоне и насколько сурова зима, но сейчас мои бронзовые перья приятно обдувал теплый воздух… Ни что не напоминало о том, что лето уже прошло.

Я открыла глаза. Бррр! Надо, же! Неужто забыла закрыть окно? На подушку рядом плюхнулось что-то увесистое. Вернулся, гулена…

Повернувшись на бок, я потянулась, чтобы погладить и потискать мохнатого гуляку, ведь первые секунды тисканья кота – самые бесценные… Кот вроде пришел в себя, а его воля к свободе еще нет. Но под рукой оказалось что-то некрупное, холодное и… противное?

- Фубля нафик! – никогда не замечала за собой молниеносной реакции, но в этот раз я моментально проснулась, вскочила с постели, опрокинув прикроватный журнальный столик, и уставилась мигом прояснившимся взглядом на ЭТО.

На подушке лежал мертвый крысолак, которого котя подталкивал лапой в мою сторону. При этом в глазах Пушка читалось искреннее недоумение, мол «Хозяйка, на! Самое лакомое тебе принес, жаль, что уже остыло. Ну ты будешь или нет?»

- Ешь сам, добытчик хренов! – я была категорически против подобного завтрака в постель. Тоже мне, пятизвездочный сервис…

Кот как-то приуныл, подхватил свою добычу и отнес в дальний угол комнаты, где и приступил к трапезе, демонстративно повернувшись ко мне пушистым задом. В саду уже совсем рассвело.

- Что случилось? – предварительно кратко постучав в дверь, но не дожидаясь ответа, ко мне заглянула Мадлен.

- Да вот, утренний сюрприз. – я указала ей на кота, похрустывающего добычей. – Нежданчик, так сказать.

- Что он делает? – магичка не могла понять природу странных звуков.

- Трапезничать изволит. Крысолаком. – поймав недоверчивый взгляд Мадлен, я добавила. – Сама посмотри.

- Здоровенный какой… - выдала резолюцию подруга. – Но ведь это невозможно! Мы во дворце, а на его территорию не может проникнуть пакостная нечисть, да и в столице этих тварей быть не должно.

- Но Пушка же я пронесла.

- С разрешения можно. И на каждую такую нечисть крепится магический маячок, который передаст сигнал страже, если твой кот нападет на кого.

- Может и этого кто-то пронес?

- Исключено. – покачала головой Мадлен. – Крысолаки крайне пакостные, неуживчивые с другими видами и злобные существа. Только самоубийца попытается сделать из него фамильяра. А вообще хорошо, что вы меня разбудили. Мне еще много нужно написать.

С этими словами леди развернулась и направилась к себе, а я принялась поднимать столик, собирать с пола, выпавшие из стоявшей на нем коробки лоскуты и заготовки, и наткнулась на сову.

На свою бронзовую сову, которую подарил мне Вольфган в честь моего выздоровления. Вот только эту статуэтку я оставила в Бордуме на каминной полке в своей спальне.

***

Утро я провела в подготовке к вечеру. Так как Мадлен полностью погрузилась в оформление законопроекта, нам с Лирой пришлось готовить ее силой, буквально отрывая от бумаг, чтобы заставить принять ванну, а следом совершить остальные подготовительные косметические процедуры.

Но выйдя из ванной комнаты с полотенцем на голове, Мадлен снова села писать.

- Что вы делаете? – возмутилась Лира, когда леди смачно захрустела кружком свежего огурчика. – Их нужно класть на глаза и лицо! Все остальные невесты так делают. Я сама видела в окна. Сидят в своих комнатах и всё лицо в огурцах. Вот и я вам накрошила свеженького.

- Спасибо. – пробормотала леди-законодатель, засовывая в рот еще кружок огурца. – И бутерброд с ветчиной принеси. Пожалуйста.

- Не переживай. – подбодрила я горничную. – От огурцов все равно никакой пользы. Пусть лучше съест.

После обеда Лира помогала мне готовить наряды. Для Мадлен мы выбрали пышное вечернее платье насыщенно-лавандового цвета. У нее было еще одно платье, более нежное, я бы назвала этот цвет «айвори», но здесь такого термина не знали, а Мадлен определила его как «тростниковый нектар». Оно было более романтично и менее эффектно. А сегодня нужно произвести эффект!

Мне же Жонестина успела передать два новых платья. И оба они не подходили. Одно было ярко-красным с изысканной вышивкой золотой нитью и накидкой на плечи – оригинально, изысканно, ново, но не то… Сегодня я не должна привлекать лишнее внимание.

Второе платье было просто волшебное! Серебристо-серое, с открытым лифом и очень необычной пышной юбкой, все расшитое жемчугом и стеклянными гранеными бусинами, нежно мерцающее… Такое платье подходило бы фее-крестной в дни ее юности, когда она только-только спустилась с Луны по серебристому лучу и еще не имела подопечных Золушек, но никак не компаньонке. Слишком волшебным и чарующим оно мне казалось.

А вот давно заказанное темно-вишневое бархатное платье с юбкой, струящейся крупными складками, и пышными рукавами из расшитого мелким бисером крепа, показалось мне в самый раз. Дополнительным плюсом для меня было неглубокое декольте. Тем более, надевала я его только раз на званый ужин к чете Бодур.

Собраться мне было не сложно. Уложила волосы в валик, заколола заколкой в тон, сзади выпустила короткий локон. Из украшений только маленькие серьги с красным камнем и бархотка на шею с таким же камнем в простой оправе.

А вот собирать Мадлен тоже пришлось мне. Лира делать прически совсем не умела. Поэтому я полтора часа собирала из длинных черных локонов изысканную прическу в греческом стиле, украшая все это серебряными шпильками с аметистами. Макияжем тоже занималась я. Еще бы! Мама настояла, чтобы я в пятнадцать лет прошла хорошие курсы визажиста, и сама могла делать себе профессиональный «естественный» макияж каждый день. Ведь топ-модель всегда должна быть идеальной! Опыт из прошлой жизни снова мне пригодился.

В дверь постучали. Лакей передал конверт для леди Гилвор.

- Хм? Леди Мортен провела жеребьевку, я буду представлена Императору сорок седьмой. Это же весь вечер ждать придется!

- Тем лучше. Поверь, запоминаются те, кто идет самыми первыми или в конце очереди. Хотя, на тебя точно обратят внимание. Что там еще?

- Нужно будет представиться, сказать пару фраз о том, как я рада и тому подобное, преподнести подарок, коротко рассказав о нем, и уступить место следующей невесте.

***

В тронном зале было многолюдно. Леди Мортен руководила конкурсантками «Мисс Империя», выстраивая их в два ряда по двадцать пять человек по обе стороны от красной дорожки примерно в центре зала. Ближе к трону находились министры с семьями и самые именитые придворные аристократы, ближе к дверям толпились менее именитые аристократы, но все же приближенные ко двору. Так же рядом с троном я заметила несколько высокопоставленных представителей храма Великой Проматери. И уже позже, у стен зала я заметила работников средневековой прессы, пятеро мужчин в строгих темных одеждах, увлеченно строчащих заметки в блокнотах.

Компаньонки стояли за спинами своих подопечных. Так как леди Мортен решила поставить Флориану в противоположный ряд поближе к трону, я была лишена общества леди Тавии, и перекинуться словцом мне было абсолютно не с кем. С нарядом я тоже не угадала. Все компаньонки были в достаточно ярких бальных нарядах с весьма глубокими декольте, хоть и были в гораздо более почтенном возрасте, нежели мой. Одна я демонстрировала собой скромность и добродетель, и больше походила на гувернантку, тем более, что в руках держала папку с подарком Мадлен. Хотя, так оно к лучшему. Еще с невестой перепутают…

Почти все были в сборе, не хватало только царственных особ.

Минута в минуту зазвучали фанфары, и распорядитель объявил Императора – Арманда пятого, вдовствующую императрицу-мать и герцога Кабо.

- Приветствую столь прекрасных представительниц лучших семейств Империи на первом за последние двести лет большом отборе. – взял слово Арманд Пятый. – Я буду рад сегодня немного узнать каждую из вас. Но также, хочу объявить, что в этом отборе определиться не только будущая императрица, среди вас наконец-то отыщет спутницу жизни герцог Кабо.

Двойной отбор? Почему-то мне это было знакомо. Я окинула строй невест придирчивым взглядом. Кто-то кривил носик, герцог – это не император. Кто-то был бледен – все же Кабо тот еще сухарь. Флориана не отрываясь смотрела взглядом нежной лани на Арманда. И только Этель бросила алчный и какой-то торжествующий взгляд на герцога. Неужели, между ними что-то было?

Затем началась церемония представления невест. Леди Ванесса по очереди объявляла девушек, а я усомнилась в справедливости жеребьёвки. Первыми в списке шли пятерка избранных аристократок.

Странно, что леди Этель была не первой.

Первой была Изабелла. Конечно, в ее речи были перечислены все заслуги ее рода перед Империей, но меня поразил ее подарок. Девушка преподнесла в дар небольшой ларец, открыла его, показав на всеобщее обозрение золотое яичко. Миг – и из него вылупился огненный птенец, еще пара секунд – и он вырос во взрослую птицу, расправил полыхающие крылья и облетел зал, заставив присутствующих ахнуть в изумлении. Жар-птица, как в сказке!

А птица, между тем, снова вернулась к хозяйке, и в мгновение ока обернулась золотым яйцом в ларце.

- Это зачарованный ларец. – в голосе Изабеллы промелькнули победные нотки. – Если вам вдруг будет не хватать тепла, только приподнимите крышку, и птица озарит ваш вечер. Стоит начать закрывать ларец – и птица вернется обратно.

- Потрясающе! – только и смогла тихо вымолвить.

- Обычная иллюзия, привязанная к ларцу. – так же тихо прокомментировала Мадлен. – В яйце находится магический заряд, которого должно хватить на несколько таких полетов, после того, как он закончится, иллюзия окончательно распадется. А так при открытии ларца, птица может вылетать на несколько минут, а потом, если не закрыть ларец – может просто исчезнуть в воздухе.

- Но все же очень эффектно! Это не какие-нибудь вышитые платочки. – после этих моих слов, лицо компаньонки, стоявшей рядом побледнело. Похоже, кто-то все-таки принес вышивку.

Этель преподнесла чайную пару, тоже зачарованную. Для демонстрации, она налила в чашку чаю, и сразу в зале настало ощущение свежего летнего вечера, когда теплый ветер приносит аромат скошенной травы, зрелой земляники, даже послышались трели совья…

- А вот это уже более сложная иллюзия. – продолжила Мадлен. – Создать звуковую волну гораздо труднее, это требует большего мастерства и концентрации, не говоря уже про запахи. Хотя запах может быть не иллюзорным. Можно обработать чашку специальным составом, который начнет источать запах при нагревании, но его изготавливать долго, так что запах тоже иллюзия.

Флориана Омнир была седьмой. Похоже, что эта фея приглянулась распорядительнице. Кузина Флор преподнесла в подарок акварельный этюд, весьма неплохой, к тому же у нее получилось добавить к рисунку иллюзию, так, что картинка двигалась. Я бы назвала это гифкой.

Во втором десятке стало скучнее. Здесь уже к подаркам с иллюзией стало примешиваться просто рукоделие. Миленькое, но не оригинальное: платочки, салфетки, подушки. На третьем десятке невест промелькнули вязаные тапочки… На четвертом десятке все присутствующие только делали вид, что слушают, даже журналисты перестали записывать. Здесь, кстати, были только девушки из провинции. Похоже, леди Мортен заранее озаботилась фаворитками отбора.

- Что нам теперь с этими чертовыми платочками делать… - убивалась компаньонка рядом со мной. Дородная еще вполне молодая женщина с сединой в озорных кудряшках. Ее подопечная тоже была рыжая как солнышко, просматривалось близкое родство. – Уже двадцать девушек было с платочками.

- Вы какие в очереди? – спросила я.

- Пятидесятые. – обреченно поделилась она.

- Красивая вышивка. – похвалила я. – Стежки очень ровные, словно на машинке вышивали.

- Что вы! Милистина сама быстрее любой машинки вышивает. Один платочек за двадцать минут, пальцы так и порхают, аж в глазах рябит, когда за ее работой наблюдаю. Я сама бы такой неделю вышивала.

- Я бы так аккуратно может и вовсе вышить не смогла. – поддержала я соседку по «хвосту очереди». – Может вам стоит не просто преподнести подарок, а рассказать какая проворная мастерица леди Милистина?

- Спасибо за идею. – улыбнулась мне женщина. – Графиня Кларисса Торем, к вашим услугам.

- Баронесса Мария Медведева, очень приятно.

Мы обменялись любезностями, после чего Кларисса стала давать подопечной новые указания, а я продолжила наблюдать за полусонным залом.

- Тебе надо их основательно встряхнуть. – прошептала я Мадлен. – Смотри, даже император уже утомился и слушает лишь из вежливости. Ты же не хочешь, чтоб твой законопроект сразу отправился пылиться на дальнюю полку.

А что? Мотивировать надо правильно.

- Леди Мадлен Гилвор. – объявила леди Мортен, которая уже порядком утомилась и скорее ждала завершения.

Мадлен вышла на красную дорожку и приблизилась к трону.

- Добрый вечер. – начала девушка, не знаю как, но после двух часов стояния на ногах у нее все еще были силы и бодрость, голос звучал все тверже и увереннее. – Меня зовут Мадлен Гилвор и с раннего детства я мечтала служить Империи, защищать и помогать людям. Я закончила Академию магии и являюсь дипломированным целителем, а еще имею степень магистра зельеварения. Пускай я еще совсем молода, но полученные в академии знания и опыт работы с простыми людьми, позволили понять, в чем сейчас особенно нуждаются обычные граждане Империи. Это доступное лечение, образование, борьба с нищетой и бедностью. В этом году в Бордеме я организовала некоммерческое общество, основной деятельностью которого является оказание помощи в трудоустройстве самым нуждающимся. Уже сейчас это дало результаты – позволило решить проблемы с бродягами, простыми сезонными рабочими. Позвольте преподнести вам в дар «Биржу труда». – Мадлен передала в руки обескураженному Императору черную папку. В зале больше никто не «спал», журналисты старались записать каждое слова, предвкушая «нечто», которое вот-вот должно было грянуть. – В этой папке подробно изложена программа деятельности организаций по переобучению и трудоустройству безработных людей из самых бедных слоев общества, расчеты затрат, а также социально-экономической эффективности на основании положительного эксперимента в Бордеме. Эту модель можно успешно применить в других городах Империи, что снизит социальное напряжение и криминальную обстановку.

- Благодарю, миледи. – пробормотал ошарашенный Арманд Пятый. – Очень необычный и полезный подарок. Возможно, нам нужно будет обсудить его более подробно.

Вот теперь по залу пронесся легкий ропот. Последняя фраза Императора была не просто жестом вежливости, это уже был знак внимания и благосклонности. Выражение лица леди Мортен было беспристрастным, однако от моего внимания не укрылась, что распорядительница успела сделать какую-то пометку в блокноте. Хорошо это или плохо – мы узнаем только завтра.

- Насколько я помню, леди Гилвор, ранее вас больше заботила проблема равноправия полов? – совершенно неожиданно в беседу вмешался герцог Кабо.

- Да. Эта проблема меня заботит и сейчас.

- Но как можно рассуждать о равноправии, когда граждане Империи изначально не равны по силе и способностям. Так заложено богами и Великой Проматерью. – безапелляционно заявил герцог.

- Верно, не равны. – я поразилась покорности в голосе подруге. – И когда Проматерь наделяет женщину магической силой, способностью к наукам и деятельным характером, она не может их реализовать в силу законов и устоев общества. Неужели это Божественный промысел? Не использовать во благо их дары?

- Вермон, - осадил дядю Арманд. – тебе не кажется, что сейчас не время устраивать политические дебаты? Ваша находчивость делает вам честь, леди Гилвор. – на этой фразе Император кивнул, давая понять, что время, уделенное Мадлен, вышло, и настала очередь следующей «невесты».

- Поздравляю! Ты была самая оригинальная! – похвалила я подопечную.

- Даже если меня завтра выгонят, я ни о чем не жалею. – заявила магичка. – Сегодня меня услышали, а это гораздо важнее. Мои идеи должны получить ход. Так… что там я дальше собиралась. Аудиенция по поводу реформы образования. Грядет эпоха просвещения.

- Спокойно, дитя. Тише… Представление уже заканчивается.

В это время Милистина как раз преподносила свой подарок. В зале царило оживление, скоро должна была начаться более приятная часть вечера. Заиграла легкая музыка, гостей пригласили немного отдохнуть, освежиться напитками и подкрепиться закусками.

Мы получше познакомились с леди Клариссой. Оказывается, что они с (!) внучкой приехали из очень отдаленного графства на севере, где издревле правил их род, будучи самыми сильными магически одаренными двуликими.

- Так значит, двуликие тоже могут быть магами? – почему-то раньше я считала, что нет, ведь за Потапчуками ничего волшебного я не наблюдала, да и Мишаня говорил, что их главная сила заключается во второй ипостаси.

- С какой луны вы свалились, баронесса! – удивилась леди Торем. – Всем известно, что когда первые роды двуликих вступали в союзы с магами, их потомки получили и вторую ипостась и дар к магии. Может не такой сильный, как у чистокровных магов. Но чистых древних магических родов осталось не так много, и все их представительницы сегодня здесь. Замечу, их едва ли наберется четверть от всех претенденток, остальные – двуликие.

- Ну надо же! – подыграла я. – Среди моих знакомых двуликих не было магов.

А среди моих прежних знакомых и двуликих-то не было.

Через несколько минут объявили начало бала, поэтому мы устремились назад в большой зал, где вот-вот должны были объявить первый танец. Нам опять достались места далеко от трона, но как ни странно, Император не спешил приглашать фавориток отбора, что несколько нервировало распорядительницу. Не тот он человек, чтобы плясать под чью-то дудку. Арманд Пятый медленно приближался к нам, держа всех невест в напряжении.

«Еще чуть-чуть» - я даже задержала дыхание.

- Леди Милистина. – раздался приятный голос правителя. – Вам выпал жребий быть представленной сегодня последней. Позвольте компенсировать эту несправедливость судьбы и пригласить вас на первый танец.

Девушка мило покраснела, присела в реверансе и вложила руку в протянутую ладонь Императора.

- Блин. – коротко резюмировала я, когда грянула музыка и по залу закружились пары.

- Было глупо надеяться, что меня пригласят на первый танец. – вздохнула Мадлен.

- Глупо надеяться, что Арманд будет танцевать сегодня со всеми невестами. Он не враг своему здоровью. Пятнадцать, максимум двадцать танцев.

Леди Торем только беззвучно что-то шептала и украдкой вытирала слезу платочком, наблюдая за танцующей внучкой.

Никто не рискнул пригласить Мадлен ни на второй, ни на третий танец. Зато во время небольшого перерыва к нам подошел сам герцог Кабо.

- Позвольте объяснить, что все это значит? – зашипел он почему-то на меня. – Не надо невинно хлопать глазами, словно вы не причем. Зачем было провоцировать общественность на церемонии вручения подарков? Я пол часа выслушивал от министра финансов, что все эти социальные проекты только бесполезные траты для казны, и я обязан закрыть вашу кантору в Бордеме, чтобы другим неповадно было. А потом к нам присоединился настоятель храма Великой Проматери, который наоборот пожелал ознакомиться с успехами в Бордеме и организовать подобную деятельность при храмах в Литоне. Что мне теперь делать?

- Конечное решение должен принимать император, а не я или Мадлен. Не находите?

- Арманд сказал, что сегодня он будет танцевать, а о реформах подумает завтра. Мне бы его беспечность!

- Или дальновидность. Кстати, почему вы стоите?

- А что мне по-вашему делать? Прыгать от счастья?

- Пригласите Мадлен на танец. А то ваш затянувшийся со мной разговор уже привлекает внимание. На нас смотрят. Вы должны танцевать с участницами, а не любезничать с их компаньонками. – при этом я слащаво улыбнулась, давая понять любопытным, что мы с герцогом мило беседуем.

- Я с вами не любезничаю! – отрезал герцог, едва не повысив голос.

- Вот и не любезничайте, а танцуйте.

Заиграла музыка, и герцогу Кабо ничего не оставалось как пригласить Мадлен на танец.

- А что? Так тоже можно. – заметила я изумленной Клариссе.

Бал набирал обороты. Было гораздо веселее, чем на торжественной части. Что меня особенно радовало, так это то, что фаворитки отбора и их сопровождающие находились в другом конце зала. Спустя пару танцев Мадлен все-таки была приглашена на танец Императором, так что мне можно было облегченно выдохнуть. Программа максимум была выполнена. Ожидать еще каких-либо приятностей в этот вечер было бы слишком самонадеянно, а через пару танцев можно просто тихо удалиться в свои покои. Поэтому я решила тоже немного расслабиться и отошла к столикам с напитками. Если честно, есть хотелось зверски, но я ограничилась бокалом лимонада.

- Добрый вечер, баронесса. – раздался рядом приятный голос.

Я подняла глаза и встретилась с лучистым взглядом серых глаз.

- Не ожидал встретить вас на этом приеме. – продолжил верховный инквизитор.

- Как же я могла оставить одну свою подопечную, лорд Хольмсток?

- В каком смысле? – не понял мужчина-мечта.

- Я компаньонка леди Гилвор на большом отборе. Поэтому я буду сопровождать ее на всех торжественных мероприятиях.

- Жаль. – Леон почему-то поник. – А я собирался познакомиться с вами поближе.

От этого неожиданного признания я поперхнулась лимонадом и закашлялась.

- Простите. Это из-за меня. Я не совсем правильно выразился. Честно признаюсь, вы поразили меня своей экстравагантностью при первой встрече, когда выгуливали нечисть на шлейке. Но я тогда и подумать не мог, что вы тот самый мастер, изготовивший зачарованный оберег для принцессы.

- То есть, это снова чисто профессиональный интерес? – я облегченно вздохнула. – А я уж было подумала, что вы решили за мной поухаживать.

Еще из прошлой жизни я четко помнила, что предложение «познакомиться поближе» из уст сотрудника ФСБ или налогового инспектора может нести несколько иную цель. А здесь мне делал предложение верховный инквизитор. Очень симпатичный верховный инквизитор…

- Хм. – он улыбнулся такой открытой улыбкой, словно никогда не имел отношения к уничтожению нечисти. – Давайте начнем все сначала. Миледи, позвольте пригласить вас на танец.

Всего один танец с обворожительным мужчиной? Почему бы и нет.

Уже в бальной зале я поняла, что решение танцевать было несколько опрометчиво. Да, мы с Мишаней учили этот модный столичный танец, где пары выстраиваются друг напротив друга, а потом танцуют, выполняя разные фигуры и переходы то по парам, то вчетвером, совместно с рядом стоящей парой. Здесь важно не только не сбиться с шага, но и пойти «в правильную сторону». Зато беседовать во время танца можно кратко.

Зал был длинный, а танец бесконечный. Танцевать с Леоном оказалось весьма познавательно – он вкратце рассказывал полезные факты о танцующих рядом парах, кто есть кто и какое положение при дворе занимает, пока в середине зала мы не повстречались с герцогом Кабо, который снова танцевал, но уже с другой «невестой».

Похоже, сперва он не поверил своим глазам, а потом неестественно побагровел. Не исключено, что ему было что сказать, но устраивать сцены он не стал, а попытался сосредоточиться на своей партнерше. А вот Хольмсток напротив, начал расточать комплименты в мой адрес, прекрасно понимая, что это как-то задевает Вермона Кабо.

Мишаня что-то говорил о их старой дружбе? Мужчины… Что с них взять!